Автор Тема: Ничего личного  (Прочитано 9135 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #20 : 25 Август 2015, 05:39:09 »
Бармен поставил перед ним стакан виски без льда, и Амадео в несколько глотков осушил его, морщась от боли в горле. В голове царил полный хаос, мысли путались, прыгали, наскакивали одна на другую и не желали упорядочиваться. То, что сегодня сделал Лукас, никак не хотело облекаться в ясную картину, но и обрывков было достаточно, чтобы Амадео вздрагивал от отвращения всякий раз, вспоминая обжигающе горячую ладонь брата, сдавливающую его шею.
Как он мог позволить Лукасу так поступить с собой? Раньше брат никогда не опускался до подобного. Да, он злился из-за успехов Амадео, это случалось частенько, иногда хватал его за волосы и тихо, чтобы отец не услышал, шептал всякую ерунду, угрожал, бросал на него завистливые взгляды, но Амадео, черт побери, никогда не воспринимал это всерьез! Кто же мог знать…
Его снова затрясло, и Амадео знаком попросил налить еще.
Жуткая сцена, за которую он испытывал нечеловеческий стыд, разыгралась еще и при будущем компаньоне отца! Такого унижения Амадео в жизни своей не испытывал, поэтому не смог найти в себе смелость спуститься в гостиную и присутствовать на переговорах, боясь увидеть насмешливый или, того хуже, сочувствующий взгляд. С него достаточно.
Поэтому он, почти весь день бесцельно проколесив по городу в попытке успокоиться, сейчас сидел за стойкой бара, куда изредка заходил, и глушил один стакан виски за другим, надеясь, что опьянение поможет прогнать постыдные воспоминания.
- Виски со льдом, – прозвучал рядом знакомый голос.
Амадео вздрогнул и, убрав волосы с лица, мрачно покосился на севшего рядом Ксавьера, невозмутимого, как скала.
- Как прошли переговоры? – как можно равнодушнее спросил он, плотнее обхватив стакан, чтобы унять дрожь в руках. Голос звучал хрипло, на коже наверняка остались синяки от пальцев брата.
- Замечательно. Мы обсудили все необходимые аспекты и пришли к согласию, что, впрочем, неудивительно, ведь решение я принял заранее. А потом говорили о тебе, – Амадео снова вздрогнул, что не укрылось от внимания Ксавьера. – Твой отец очень тебя любит. Даже немного завидую его детям.
Амадео прислонил прохладный стакан к виску.
- Да. Любит. Иногда мне кажется, что даже слишком, совершенно забывает о втором сыне.
- Потому что он бесполезен, – Ксавьер отпил немного и поставил стакан на салфетку. – Не сказал бы, что Кристоф не любит его, но тебя он превозносит до святых небес. Не понимаю, как можно убиваться из-за никчемного брата, когда есть настолько потрясающий отец.
Амадео промолчал. Ксавьер попивал свою порцию, поглядывая на него. Зачем он вообще пришел? Лишний раз напомнить о том, что видел? Сделать еще хуже?
Видимо, эти вопросы он задал вслух, потому что Ксавьер, чуть сдвинув брови, изучающе уставился на него.
- И сколько же алкоголя ты успел прикончить до моего прихода?
- Какая разница, – Амадео прикрыл глаза. – Все равно это не решит проблему, но хотя бы даст на время забыть о ней, – он залпом допил виски и со стуком поставил стакан на стойку.
- Значит, ты не обладаешь удивительным даром пить и не напиваться? Жаль, – подставив руку, Ксавьер поймал его. – И что прикажешь с тобой делать? Не думаю, что ты можешь идти сам.
Амадео вяло дернулся в безуспешной попытке освободиться.
- Я… Я могу… Со мной все в полном порядке.
- Я вижу, – Ксавьер закинул его руку себе на плечо. – Пожалуй, все же стоит тебя проводить.

Лукас что-то вопил, обвинял, кидался на него с ножом, затем вдруг ударил о стену так сильно, что у Амадео перехватило дыхание.
- Ты, красивая шлюха, – прошептал брат, обдав горячим и тянущим спиртом дыханием его лицо. – Больше ни на что не годен.
Схватив его за волосы, Лукас занес нож.
Амадео проснулся, тяжело дыша. Тело ломило, била крупная дрожь. Не открывая глаз, он потянулся рукой вправо, где обычно стоял стакан с водой, но нащупал лишь голую тумбочку.
Он удивленно уставился на резную, с темной окантовкой мебель, совсем не похожую на ту, что составляла интерьер его спальни, и никак не мог сообразить, где находится. Последнее, что помнил – вкус виски во рту, затем – темнота.
- Я думал, ты бредишь, а ты всего лишь заснул? – раздался вдруг насмешливый голос.
Амадео резко повернулся, и в голове все поплыло. Зажмурившись, чтобы остановить карусель, он полежал так какое-то время и только потом рискнул предпринять вторую попытку.
Ксавьер сидел в кресле и листал газету, изредка бросая на него оценивающие взгляды. Пиджак висел на спинке, узел галстука ослаблен. За окном было темно.
- Брежу? – Амадео осторожно, чтобы не спровоцировать очередной приступ головокружения, сел на кровати, пытаясь выпутаться из своих же волос. – О чем ты?
- Когда мы ехали сюда, ты постоянно повторял, чтобы я тебя не трогал, – Ксавьер аккуратно сложил газету и отложил в сторону. – Плохой сон или ты просто недотрога, как настоящий принц?
Амадео наконец удалось убрать волосы с лица.
- Это же…
- Гостиница «Азарино», – кивнул Ксавьер. – Твое имя обладает истинной магией – стоило мне его назвать, как нас пропустили без проблем.
- Конечно, – проворчал Амадео. – Это же комплекс моего отца. Почему мы здесь?
И тут он вспомнил. Ксавьер нашел его в баре, где Амадео безуспешно пытался залить плохие воспоминания лошадиными дозами виски. Но, так как пить он никогда не умел, то ему потребовалось совсем немного, чтобы изрядно опьянеть. Ксавьер притащил его в «Азарино», снял номер, но все это Амадео помнил, как в тумане. И моментально заснул, едва улегся на кровать.
- Я счел ненужным везти тебя в таком состоянии домой, – ответил Ксавьер. – Мы ведь только-только восстановили перед твоим братцем доброе имя Амадео Солитарио, не стоит так сразу дискредитировать тебя.
Амадео застыл, сжимая пальцами одеяло. Упоминание Лукаса подействовало, как холодный душ.
- Ты… Ты что, говорил с ним? После этого?
- Конечно, – кивнул Ксавьер, скрестив руки на груди. – Но не я был зачинателем, не смотри так. Твой брат пытался выяснить, почему я согласился заключить контракт, что же ты такого со мной сделал. Я ответил, что не хотел слушать человека с таким противным голосом, как у него, и если бы ты вел все переговоры, компаньонов у вас было бы намного больше, – усмешка слегка искривила губы.
Амадео спустил ноги с кровати. В голове тоненько стучал молоточек, с каждым ударом увеличиваясь в размерах.
- Вот еще… У Лукаса вечно одно на уме. Почему он так обо мне думает? Неужели считает настолько неспособным что-либо сделать без помощи моей внешности… – он поднял голову и вперил сосредоточенный взгляд в Ксавьера. – Ты ведь тоже видишь лишь ее, да?
- Не буду врать, красивая внешность притягивает, – Ксавьер играл сигаретной пачкой. – И это первое, на что обращают внимание ваши компаньоны. Вижу, я оказался прав, когда позволил себе слегка поиздеваться над тобой. Извини, но я должен был выяснить, насколько ты хорош. Поначалу ты старался не поддаваться на мои провокации, но, в конце концов, я все же тебя добил, – он достал сигарету и сунул руку в карман за зажигалкой.
- Но зачем это все? – Амадео снова начал злиться. Этот тип вел себя чересчур самоуверенно, но раздражало отнюдь не это. Он повторил слова Кристофа, которые тот произнес на праздновании двадцатилетия Амадео. Красивая внешность – первое, что видят люди при знакомстве. И это жутко выводило из себя, несмотря на то, что Амадео, как никто другой, понимал всю правдивость этого утверждения.
- Можешь считать это проверкой, – зажигалка чиркнула. – Мне стало любопытно, стоишь ли ты чего-то на самом деле или всего-навсего являешься рекламным лицом компании «Азар», которое побежит плакаться папочке после неудавшихся переговоров. Ты этого не сделал, чем изрядно меня удивил.
Амадео слушал с нарастающим изумлением. Проверка? Этот человек проверял, насколько он надежен? Тест на избалованного сынка? Что за бред?
- Но как ты узнал, – осторожно спросил он, – что я не жаловался на тебя отцу?
- У меня свои источники информации, – Ксавьер выпустил дым вверх. – Взяв вину за неудавшиеся переговоры на себя, ты доказал, что тоже не лыком шит, и поэтому я отправил твоего брата подальше, когда он явился ко мне с тем же предложением. Я решил, что стоит довериться твоему отцу, но Лукас едва все не испортил. Ненавижу подобный тип людей, знаешь ли, – он с едва слышным шипением загасил сигарету в пепельнице.
- Но почему… Иных условий он бы не предложил… – Амадео все еще не мог взять в толк, почему Ксавьер настоял именно на его кандидатуре в качестве посредника.
- Потому что, Амадео, красивая внешность – это еще не все, чем надо обладать, чтобы добиться успеха. Может, так думает твой брат, но не я. Да, внешность притягивает внимание, но задерживает то, что здесь, – Ксавьер коснулся своего виска. – И здесь, – ладонь переместилась на левую сторону груди. – Как бы ни был красив твой брат, я все равно прострелил бы ему голову, позволь он себе еще раз ту вольность.
Амадео сидел, опустив голову. Слова Ксавьера звучали искренне, но какой смысл защищать его? Насколько он был наслышан о Ксавьере, этот беспощадный делец одной левой расправлялся с конкурентами и столь же умело управлял торговыми путями, не щадя никого, кто попадался на пути. Почему он вступился за Амадео, ведь семейные дела ни в коей мере его не касались?
- Спасибо, – наконец сказал он. – Спасибо за то, что помог утром, а потом привел меня сюда. Но… я не уверен, что заслуживаю такого отношения.
Ксавьер хмыкнул.
- А чего заслуживаешь? Я должен был оставить тебя там, в баре? Чтобы твой брат явился туда? С пьяным человеком можно делать что угодно, сам понимаешь. Хотя, мне кажется, он просто сорвался, и вряд ли повторит подобное. В конце концов, для убийства у него кишка тонка.
Амадео вновь содрогнулся от отвращения. Ксавьер не знал об истинной ненависти Лукаса, а также не подозревал о ее причинах, поэтому его слова вовсе не успокоили.
- Сейчас на улице глубокая ночь, и я отправлю тебя домой, как только проспишься, – продолжал компаньон. – А пока лучше прими холодный душ, чтобы быстрее протрезветь.
Амадео поднялся, но слишком резко – изображение перед глазами покачнулось, и он упал бы, не подхвати его Ксавьер.
- Да, все же пить тебе стоит поменьше. Не дергайся, что с тобой такое?
- Ничего, все в порядке, – скороговоркой выпалил Амадео, тщетно пытаясь устоять на ногах. – Извини, что доставляю неудобства… Отпусти, я сам могу…
- Если боишься показаться беспомощным, то сейчас не тот случай, – Амадео замер, пораженный тем, что Ксавьер так легко отгадал его мысли. – Я просто отведу тебя в ванную. Никто не заметит твоей слабости, принц, даю слово.
Амадео слегка расслабился. Ксавьер просто хочет помочь, тем более ноги его и правда не держат.
- Чтоб я еще раз так напился, – пробормотал он, чем вызвал у компаньона подобие улыбки.
- Иногда это бывает необходимо. – Ксавьер поудобнее перехватил его руку. – Кстати, у тебя такая холодная кожа. Ты чем-то болен?
- Ничего особенного. Наверное, слишком переутомляюсь, вот и все. Отец сейчас не может уследить за всем, поэтому приходится мне.
Ксавьер усадил его на край ванны и наклонился, внимательно вглядываясь в его лицо.
- Как бы ни было важно дело отца, не забывай о себе. Полуживым ты точно ничем не поможешь.
- Я знаю, – отмахнулся Амадео. – Знаю.
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #21 : 28 Август 2015, 18:01:42 »
Амадео сидел на кровати и тщательно вытирал волосы полотенцем. Поганое чувство, будто он испачкался в чем-то, прошло только после того, как он битый час тер тело мочалкой, едва не сдирая кожу. Зато сейчас ощущение чистоты вернулось, и вместе с ним пришло облегчение. Лукас больше не повторит этой отвратительной выходки. Никогда.
Ксавьер занял все то же место в кресле, раскрыв ноутбук. Тишину нарушало только тихое щелканье клавиш. Амадео задумался было над мотивами, двигавшими этим бизнесменом, однако голова немедленно отозвалась бурным протестом на подобные размышления.
Ксавьер сказал, что отец в курсе, где он, и администратор гостиницы наверняка известил Кристофа о том, что сын снял номер. В голову закралась мысль, которая с каждой секундой становилась все навязчивее. И наконец, отложив полотенце, Амадео несмело спросил:
- Ксавьер. Что говорил отец обо мне?
- Говорил, что ты не очень дружен со своим братом, и это причиняет ему боль, – ответил тот, продолжая печатать. – Что вы слишком разные, но любить по-разному он не может, вы оба его дети. А что касается именно тебя, – улыбка слегка тронула уголок губ, однако взгляд не оторвался от монитора, – то Кристоф назвал тебя своим маленьким ангелом. И ни разу не пожалел о решении принять тебя в семью. Все хорошее, что не воспиталось в родном сыне, ушло в тебя. Ты очень умный, обладаешь стратегическим умом, на многое готов ради дела, но никогда не переступишь черту дозволенного, чтобы получить что-то. Вот так он тебя расписал.
Амадео выслушал, опустив голову так низко, что мокрые волосы скрыли лицо. Отец рассказал компаньону о том, что Амадео – не его сын, однако при этом слишком идеализировал его. Не такой уж он и хороший. Сколько раз огорчал Кристофа, не перечесть. И уж тем более ему многое не удавалось с первого раза, как Лукасу.
- Я очень благодарен отцу за то, что он взял меня к себе, – Амадео задумчиво водил рукой по подушке. – Я не понимал, зачем, я же был просто уличным оборванцем… А он мало того, что не побоялся впускать в дом незнакомого мальчишку, который мог попросту обокрасть и сбежать, он дал мне то, чего у меня никогда не было – любящего родителя. И я стараюсь быть хорошим сыном. Стараюсь не ссориться с Лукасом, – тихо прибавил он.
- Трудно не ссориться с человеком, который так грязно поступил с тобой, пусть и в порыве гнева, – Ксавьер закрыл ноутбук и убрал в чехол. – Не думай о нем, тебе надо отдохнуть. Если что, я снял номер рядом.
- Зачем? – удивленно воззрился на него Амадео.
- Я же обещал отправить тебя утром домой, – ответил он. – Ксавьер Санторо всегда держит слово.

Ксавьер вышел из душа и бросил мокрое полотенце на кровать. В окно ярко светило солнце, и он чуть опустил жалюзи. Ночь прошла без происшествий, из номера напротив не доносилось ни звука. Значит, паренек преспокойно спал, отдыхая от вчерашнего дня.
Он раскрыл ноутбук и поджег сигарету. Поставки из Марокко могут подождать, сейчас приоритетней дождаться ответа от компаньона из Боливии. Сроки поджимают, а от него все еще ни ответа, ни привета. Надо поручить Серджио разобраться. Отправив сообщение подручному, Ксавьер затушил сигарету и накинул халат.
На мобильнике светилось несколько пропущенных вызовов, большинство от Ребекки, но Ксавьер не стал перезванивать. Если этой даме что-то нужно, она и из-под земли достанет. Тем более, это ведь ее проблемы, не так ли?
На дисплее высветилось имя засланного казачка. Ксавьер коснулся кнопки и поднес телефон к уху.
- Ньюман. Я тебя слушаю.
- Как прошли переговоры, господин Санторо? – раздался в трубке подобострастный голос.
- Отлично. Ты хорошо поработал в хранилище «Азарино». Твою сестру прооперируют на следующей неделе, как и договаривались.
- Спасибо! – радостно воскликнул собеседник. – Благодарю вас, господин Санторо, я всегда к вашим услугам!
- Если мне что-нибудь понадобится, я с тобой свяжусь, – он отключился.
Благодаря небольшой проверке казино в цоколе гостиницы Ксавьер узнал о бизнесе Кристофа Солитарио куда больше, чем тот рассказал. И, что еще важнее – выяснил, чего стоят его сыновья. Ксавьер не ожидал, что Амадео так легко поддастся на провокации, но, опираясь на отчет Ньюмана, решил дать парню еще один шанс. И тот проверку прошел, равно как и его отец.
Ксавьер никогда не заключал договоров с теми, кто был бесперспективен. Какой смысл восстанавливать дышащий на ладан бизнес, если он все равно рухнет в пропасть? Тратить время, силы и немалые капиталовложения в чей-то труп нерентабельно. Но Кристоф Солитарио оказался крепким мужчиной, готовым биться за дело своей жизни. Он не собирался складывать руки и ждать, когда придет спаситель, наоборот, всеми силами стремился помочь Ксавьеру. Большинство предпринимателей начинало юлить в попытках скрыть информацию о незаконной деятельности, будто бы Ксавьер мог настучать на них в полицию. Кристоф же откровенно сообщил ему о нескольких нелегальных букмекерских точках, игровых залах и покерных клубах, приносящих немалый доход. А также рассказал о том, что Амадео – не его родной сын. Подобной откровенности можно было лишь удивляться.
Родной или нет, парень был далеко не глуп. Разумеется, молодость играла свою роль, ему недоставало опыта, но это поправимо. По просьбе Кристофа Ксавьер согласился взять шефство над ним и подготовить к более серьезной должности, нежели штатный юрист-посредник.
- Апчхи!
Ксавьер недоуменно обернулся. Надо бы сказать Кристофу, что шумоизоляция в номерах ни к черту, раз так ясно слышно каждый…
- Апчхи!
Ксавьер приоткрыл дверь в коридор. Все было тихо. Дождавшись очередного чиха, он в удивлении поднял брови. Дверь номера напротив была приоткрыта, и чихание доносилось именно оттуда.
- Только не говори, что ты простудился, Амадео, – он пересек коридор и, толкнув дверь, вошел.
Огромная полосатая кошка важно восседала на груди Амадео и мяла одеяло лапами, слегка выпуская когти. Паренек еще не совсем проснулся и явно не понимал, что происходит. Кошка повернула сначала уши с кисточками, а затем и голову на звук открывшейся двери и довольно мяукнула.
- Ты еще тут откуда, пушистая красавица? – Ксавьер подошел и взял ее на руки. Та незамедлительно ткнулась мокрым носом ему в щеку.
Амадео приоткрыл глаза и в ужасе воззрился на животное. Хотел что-то сказать, но не смог.
Очередной чих сотряс стены номера, и Ксавьер нахмурился.
- У тебя что, аллергия? – опустив кошку на пол, он снял трубку висевшего на стене телефона. – Врача в номер двести пять, живее, – затем сел на кровать и приподнял начавшего задыхаться Амадео. – Чем ты еще болен? Ты весь покраснел, что с тобой?
Тот с трудом дышал, со свистом втягивая в себя воздух, будто горло вдруг уменьшилось до размеров иголки. Пальцы судорожно цеплялись за халат Ксавьера, ткань затрещала.
- Потерпи, сейчас придет врач, – спокойным голосом увещевал Ксавьер. – Не смей тут умирать, иначе я тебе это припомню.
Кошка, обвив хвост вокруг себя, невозмутимо смотрела на разыгравшуюся сцену, затем грациозно подняла левую лапку и начала умываться.
В номер быстрым шагом вошел пожилой человек в белом халате и поставил на тумбочку небольшой чемоданчик.
- В чем проблема? – деловито осведомился он.
- У господина Солитарио что-то похожее на астму, – Ксавьер крепко держал натужно дышащего Амадео.
Врач скользнул взглядом по чинно сидящей на полу и невозмутимо приводящей себя в порядок кошке.
- Если это аллергическая астма, – сказал он, доставая ингалятор, – вам лучше убрать отсюда животное. Опустите господина Солитарио на подушку.
Ксавьер так и поступил. Поднявшись, взял кошку и понес к выходу. Та уютно свернулась на руках и громко замурчала.
- Откуда ты вообще тут взялась? – пробормотал он, подозрительно прищурившись.
Животное ответило звуком небольшого трактора и довольно зажмурилось.
- Не смей урчать, из-за тебя… – Ксавьер оглянулся через плечо на Амадео с маской на лице, который уже приходил в себя, и вздохнул. – Ну ладно, ладно.
От почесывания за ушком кошка окончательно разомлела. Ксавьер вынес ее из номера и усадил на банкетку в коридоре.
Когда он вернулся, врач уже закрывал чемоданчик.
- Это, скорее всего, аллергия, – констатировал он. – Причем в довольно запущенной форме. Похоже, ее никогда и не пытались лечить. Но для точного диагноза необходимо обратиться в больницу.
- Понял, – кивнул Ксавьер. – Кажется, пришла пора сказать пару ласковых их семейному врачу. Благодарю вас.
Когда доктор ушел, Ксавьер присел на кровать. Амадео выглядел уже гораздо лучше, пугающая краснота ушла, но из носа лило. Подав салфетку, Ксавьер поинтересовался:
- Если ты хотел умереть, то прости, что сломал твои планы. Почему твою астму до сих пор не вылечили?
Тот шумно высморкался.
- Она уже долгое время не давала о себе знать. Я просто держался подальше от животных, но эта кошка… – голос все еще был сиплым, но, по крайней мере, с самим дыханием проблем не возникало, – подобралась ко мне слишком близко.
- Так говоришь, будто ее подослали недоброжелатели, – усмехнулся Ксавьер. – Но, похоже, кто-то просто не запер дверь. Чем ты еще болен, хрупкий принц?
Амадео устало откинулся на подушку.
- Разве тебе интересно? Мои болезни – это лишь мои пробле…
Глаза Ксавьера сузились совсем чуть-чуть, но у Амадео мороз прошел по коже. Теперь он понял, почему большинство дельцов его попросту боятся – этот человек добьется своего любыми способами, даже если надо будет кого-то убить.
- Дорогой мой Амадео, – голос замораживал не меньше взгляда. – Если ты считаешь, что всем вокруг наплевать на тебя и твое здоровье, то глубоко заблуждаешься. И если тебе нравится себя убивать – пожалуйста, валяй. Но прежде чем это делать, подумай о человеке, которому твоя жизнь дороже собственной – об отце.
Амадео сглотнул. Ксавьер загнал его в угол.
- Я… Я стараюсь не доставлять ему проблем, – наконец выдавил он. – И…
- В таком случае, не стоит в качестве решения себя убивать, – Ксавьер поднялся. – Я поговорил с врачом. Твоя холодная кожа – результат плохого кровоснабжения. Помимо аллергии и астмы у тебя еще и проблемы с сосудами, так?
Амадео угрюмо молчал.
- Если не хочешь, чтобы я рассказал обо всем Кристофу, и он окончательно не отстранил тебя от дел, начинай следить за своим здоровьем. Я обещал отвезти тебя домой, поэтому одевайся. У тебя есть пять минут.
Дверь номера хлопнула. Амадео какое-то время хмуро смотрел на нее, затем потянулся за рубашкой.
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #22 : 09 Сентябрь 2015, 17:28:01 »
4
Накажи одного – научи сто
Амадео осторожно открыл дверь и прошмыгнул внутрь. Охранники снаружи по обыкновению сделали вид, что ничего не заметили, и это сыграло на руку. Сейчас осталось добраться до комнаты, переодеться и…
- Молодой человек! – раздался над ухом скрипучий голос, и Амадео подпрыгнул.
- Роза, – простонал он. – Зачем так пугать?
Та рассерженно смотрела на него, постукивая носком туфли по полу.
- Вы не ночевали дома и даже не соизволили предупредить об этом вашего отца! Где ваша совесть?
- А… – Амадео виновато улыбнулся. – Но ему же позвонили и предупредили, где я…
- Конечно, предупредили. О том, что вы загуляли в баре на всю ночь! – она сдвинула тонкие брови и указала Амадео в сторону его комнаты. – Живо принимать душ! От вас несет, как от подзаборного забулдыги!
Спорить с Розой – себе дороже, поэтому Амадео немедленно ретировался. После вчерашних неумеренных доз спиртного слегка мутило, в голове стоял туман, в носу все еще слегка свербило, но дышать было легко. И на том спасибо.
Стянув одежду, Амадео отправил ее в корзину для белья, а сам с наслаждением погрузился в горячую ванну. Вода на какое-то время смыла все тревоги, и, растираясь полотенцем, Амадео улыбался, насвистывая какую-то песенку.
Однако стоило вернуться в комнату, как всю радость будто ветром сдуло. На кровати сидел Лукас и листал книгу, которую Амадео оставил на тумбочке.
Амадео безотчетно потянулся к шее, но вовремя спохватился. В ванной он хорошо рассмотрел ее, но синяков не обнаружил. Значит, можно было не опасаться, что отец что-то заметит. Он с деланно безразличным видом открыл стенной шкаф, даже не взглянув на брата.
- Где ты вчера был? – Лукас захлопнул книгу и бросил ее на покрывало.
- Гулял, – лаконично ответил Амадео, выбирая одежду.
- С кем? С твоим новым другом?
- Тебя не касается.
Он нарочито медленно перебирал рубашки в попытке успокоиться, хотя все внутри вопило, чтобы он хватал всю одежду, какую найдет, и быстрей мчался прочь. Но Амадео не поддался внутреннему порыву. В глубине души он все же не верил, что брат снова попытается его убить. В тот раз он был зол. Сейчас… Амадео осторожно оглянулся через плечо. Вроде бы спокоен.
Лукас поднялся, однако подходить ближе не стал. Вместо этого отошел к стеллажу с книгами и внимательно уставился на корешки.
- Значит, вы теперь с этим Санторо друзья, да? – ровный голос, ни намека на злость.
- Можно сказать и так, – в тон ему ответил Амадео. Он достал черную футболку и перекинул через плечо, переключившись на выбор джинсов.
- И вчера ты именно с ним завалился в «Азарино»?
С губ Амадео сорвалось громкое фырканье. Он повернулся к Лукасу.
- А почему ты так интересуешься, где я провел ночь? Я тебя никогда не спрашивал о том, где ты пропадаешь.
Тот провел пальцем по книге Сабатини. Затем вытащил ее и осмотрел со всех сторон, выискивая повреждения обложки. Не найдешь, мстительно подумал Амадео. К книгам он всегда относился бережней, чем к чему-либо.
- Потому что ты, в отличие от меня, редко так поступаешь. Но стоило появиться этому странному типу, как ты бросаешь все и бежишь к нему, – он одарил Амадео презрительным взглядом. – Попахивает предательством, разве нет?
- Не понимаю, о каком предательстве ты говоришь, – Амадео снова отвернулся к шкафу. – Ксавьер – новый компаньон отца, в его интересах помогать нам.
- А ты не думал, что у него может быть своя цель? – голос Лукаса раздался прямо за спиной, и Амадео от неожиданности вздрогнул. Футболка соскользнула с плеча. – Что он заключил это соглашение не потому, что уважает отца и хочет быть нашим партнером, а потому, что ему нужно несколько иное? Вдруг он решил расширить свою империю за счет нашей компании?
Амадео начало трясти, и он с трудом взял себя в руки. Нельзя показывать слабость перед Лукасом. Ни за что. Он словно дикий зверь – на мгновение ослабишь бдительность, и он тебя разорвет.
- Нет, Лукас, – стараясь, чтобы голос не дрожал, Амадео повернулся к нему. – Цель Ксавьера – взаимовыгодное сотрудничество с нашей компанией. И больше ничего. Если бы ты хоть раз прочел контракт, прежде чем требовать подписать его, ты бы это понял.
Тот сощурился, отступив на шаг.
- Контракт. Что ж, ладно. Но имей в виду – если он попытается втереться тебе в доверие…
- Во-первых, Ксавьер теперь наш партнер, – перебил Амадео, внезапно разозлившись. – Логично доверять друг другу, разве нет? Во-вторых, даже если он попытается всадить мне нож в спину, каким боком это тебя коснется, Лукас? Ты сам повел себя вчера не как старший брат, а как животное, которое не может обуздать свои инстинкты!
Тот растерялся от такого напора и смог лишь промямлить:
- Я… Я бы никогда не сделал ничего… Отцу не надо об этом знать…
- Не знаю, чем бы все закончилось, не появись Ксавьер. И знать не хочу, – Амадео отвернулся к шкафу. – Отцу я ничего не скажу, но если ты повторишь подобное еще раз, я за себя не отвечаю. А теперь выйди, пожалуйста, мне надо одеться.
Как только за Лукасом закрылась дверь, Амадео наклонился, чтобы поднять упавшую футболку. В глазах потемнело, и он едва успел выставить вперед руку, чтобы не ткнуться носом в ковер. Тряхнув головой, подождал, пока уплывающее сознание вернется на место, затем осторожно поднялся.
- Слишком перенервничал, – объяснил он пустой комнате. И начал одеваться.

- Держите, молодой человек, – Роза поставила перед ним кружку с дымящейся мутной жидкостью.
- Что это? – подозрительно принюхался Амадео.
- Не спрашивайте, а пейте, – отрезала женщина. – Похмелье как рукой снимет. Я знаю, что делаю.
- Спасибо, – благодарно улыбнулся он и сделал глоток.
Терпкая жидкость на мгновение обожгла горло, оставив лимонное послевкусие. Амадео пил маленькими глотками, обхватив кружку ладонями, как делал в детстве.
- Росита, как отец себя чувствует? – спросил он. – Я еще не был у него, и…
- Ах да, – спохватилась та. – Он просил вас зайти в кабинет, как только вы закончите приводить себя в порядок.
- Что ж ты раньше не сказала! – Амадео вскочил, едва не расплескав лекарство.
- Потому что вы не можете показаться ему в таком виде, – объявила домоправительница. – Сначала выпейте то, что я вам дала, и позавтракайте. Дела подождут.
Амадео снова опустился на стул. Спорить с Розой было бесполезно. Все обитатели дома знали об этом.
Быстро расправившись с завтраком, он поднялся на второй этаж. Постучав и дождавшись ответа, толкнул дверь и вошел.
Кристоф что-то обсуждал по телефону, иногда сверяясь с бумагами, лежащими перед ним на столе. Ничуть не повышая голоса, четко и размеренно объяснял кому-то, почему вынужден отказаться от сотрудничества и что именно его не устраивает в договоре. Амадео в очередной раз позавидовал способности отца отказывать так, что оппонент не чувствовал себя обиженным. В бизнесе, в котором крутилось семейство Солитарио, впрочем, как и в любом другом, это качество очень ценилось.
- Надеюсь, мы поняли друг друга мистер Джеймсон. Мне было очень приятно иметь дело с таким выдающимся человеком как вы. Всего доброго, – он положил трубку. – Доброе утро, малыш. Как спалось? Мне сказали, что ты сегодня ночевал в «Азарино».
Жгучий стыд заставил Амадео опустить голову, как нашкодившего школьника.
- Простите, отец, я даже не предупредил вас…
- Ничего страшного, мне позвонил Ксавьер. Сказал, что ты немного перебрал в баре, и он увез тебя в гостиницу, – в глазах Кристофа пряталась улыбка.
- Я должен был сказать вам, но…
- Не оправдывайся, – прервал Кристоф и тут же смягчил тон. – Тебя никто не осуждает. Лукас неделями дома не ночевал, и я не вижу в этом ничего удивительного. Вы оба молодые парни, это вполне естественно. И я не за тем тебя позвал, чтобы отчитывать. Садись.
Амадео опустился на стул и, отодвинув в сторону стопку документов, оперся локтем на стол. Голова снова начала понемногу наливаться тяжестью, шея тупо ныла. Похоже, лекарство Розы не подействовало.
- Возникли какие-то проблемы?
- Пока нет, но скоро, похоже, их не избежать, – Кристоф подал Амадео несколько скрепленных листов. – Как ты знаешь, мы строим новую гостиницу. Но неожиданно подрядная организация решила изменить условия. Дело в том, что их не устраивают сроки. По их мнению, мы даем слишком мало времени, хотя при заключении договора их все устраивало.
- Тогда почему не собраться и не обсудить это с ними?
- Потому что они не желают говорить, – Кристоф откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди. – Настаивают на том, что им была дана ложная информация.
- Но это невозможно, – Амадео нахмурился и пробежал глазами документ. – Здесь четко указаны сроки выполнения работ плюс время на закупку материала и…
- Они наверняка что-то недопоняли. Поэтому я прошу тебя поехать туда и разобраться. Справишься?
- Разумеется. Это же пустяковое дело. Даже если они подадут в суд, то ничего не выиграют. Документы подписаны, и все их недопонимания никакой роли не играют, – Амадео поднялся.
- Хорошо. Тогда отправляйся сейчас. Просрочек нам не надо. Когда вернешься, расскажешь обо всем.
- Да, отец, – Амадео взялся за ручку двери. Поехать в офис подрядной организации и популярно объяснить, в чем они неправы. Проще не бывает, хватит и часа.
- Малыш, – негромко окликнул Кристоф. – Амадео.
Отец очень редко звал его по имени, и от этого по коже Амадео пробежали мурашки. Он повернулся, стараясь придать лицу безмятежное выражение.
- Что такое?
- Ты не заболел?
Вот она, особенность близких людей – всегда видят тебя насквозь. Даже если молчишь, не делишься своими проблемами, чтобы не причинить боль, они все равно заметят. И этим ты делаешь еще больнее.
- Нет, отец, – невозмутимо ответил он. – С чего ты взял?
- Ты бледен. Этого я уже давно за тобой не замечал.
- Всего лишь небольшое похмелье, – улыбнулся он. – Но чудо-напиток Розы вернет меня к жизни.
Кристоф улыбнулся в ответ, но не отводил обеспокоенного взгляда, пока за Амадео не закрылась дверь.
« Последнее редактирование: 06 Октябрь 2015, 17:57:16 от Ryuzaki »
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #23 : 26 Сентябрь 2015, 18:14:46 »
Выйдя из офиса «Ормигон», Амадео на мгновение остановился на ступеньках и вдохнул свежий, послегрозовой воздух. В споре не оказалось ничего сложного, обычная ситуация, когда другая сторона пытается оперировать условиями форс-мажора. Но каждый раз безуспешно. Договор составлен предельно четко и ясно, никаких дополнительных условий, написанных между строк. Однако директор успокоился лишь после того, как Амадео напомнил ему о штрафе за просрочку.
- Пытались обдурить меня, ребята? – ветер швырнул волосы в лицо, и он отбросил их назад. – Ничего не вышло, уж простите.
Амадео сбежал вниз по ступенькам. Отец будет доволен чистой работой. Уж в чем-чем, а в переговорах и улаживании спорных ситуаций Амадео не было равных, что бы там ни плел Лукас относительно неопытности. Взявшись за ручку дверцы, он заметил боковым зрением стоящий рядом автомобиль.
Ксавьер стоял, прислонившись к крылу черного «мерседеса», курил и разглядывал его.
- Неплохо выглядишь после вчерашнего. Что это? Тайная магия принца?
- Магия волшебного антипохмельного коктейля, – мрачно ответил Амадео. – А что ты тут делаешь, Ксавьер?
- Посещал одного из своих партнеров, – он кивнул на соседнее здание с новенькой  вывеской «Анидан». – Уже собирался уезжать, но увидел тебя. Решил, вдруг ты снова захочешь напиться.
- Очень смешно, – Амадео дернул ручку дверцы, и тут в кармане зазвонил телефон. – Да? Да, отец, все хорошо, я объяснил им, в чем они неправы. Конечно, все в полном порядке, они даже не стали спорить. Сейчас домой, я же обещал вывезти тебя прогуляться… Что? А, деловая встреча… Хорошо, тогда приеду часа через два, – он пикнул кнопкой мобильника и сунул телефон в карман. – Что ж, у меня появилось свободное время. Но в бар не пойду, не уговоришь.
Ксавьер кивнул на вывеску, из-под сени которой вышел Амадео, и выпустил клуб дыма в том направлении.
- Что ты там делал? Эта строительная компания занималась ремонтом моего офиса. Более скандальных типов на всей планете не найдешь. На каждый пункт договора – тысяча возражений и споров.
- «Ормигон» занимается строительством гостиницы по заказу отца. Они и с нами пытались скандалить, пришлось их усмирить, – он откинул волосы за спину и тяжело вздохнул. – Ненавижу таких проблемных партнеров. Пытаться обмануть и нажиться на этом – самое последнее, что стоит делать, когда имеешь дело с Солитарио.
Ксавьер явно заинтересовался.
- Правда? И ты смог их приструнить? – он придирчиво оглядел Амадео. – Хотя неудивительно. Рядом с тобой невозможно злиться, твоя аура действует как огромная доза лучшего успокоительного.
Амадео поджал губы. Ксавьер прекрасно знает его слабое место, но продолжает давить туда, как на любимую мозоль. Что за жестокий, беспринципный тип.
- Спасибо за комплимент, но моя аура тут ни при чем. И если это все, что ты хотел, то мне нужно ехать, – он открыл дверцу машины.
- Слушай, Амадео, – Ксавьер бросил взгляд на наручные часы. – Могу я попросить тебя об услуге? В счет вчерашнего, – он усмехнулся, но тут же посерьезнел. – Я еду по делам. Раз у тебя появилась пара часов свободного времени, почему бы не составить мне компанию? Говоря проще, я хочу тебя кое с кем познакомить.
- Познакомить? – датчик в автомобиле пиликал, предупреждая, что дверь открыта. – И с кем именно?
- Увидишь. Поедем на моей машине, если ты, конечно, согласен.
Амадео задумался. Ксавьер явно собирался втянуть его во что-то. Вряд ли можно завоевать определенную репутацию законными способами, на этот счет Амадео иллюзий не строил. Интересно, чем промышляет Ксавьер помимо того, что торгует сигаретами и развивает чужой бизнес. И потом, всегда можно отказаться, если условия тебя не устраивают. Золотое правило переговоров.
Поэтому он запер свой автомобиль и скользнул в темный, душный салон «мерседеса».

Сразу же Амадео ударил ладонью по кнопке открытия окна. Наглухо тонированное стекло медленно поползло вниз.
- Что такое? – мгновенно отреагировал Ксавьер. – Слишком накурено?
- Нет, – пробормотал Амадео, высунув нос из окна. – Слишком темно и жарко.
Тот достал сигарету из пачки.
- Надо же. Только не говори, что у тебя еще и клаустрофобия. Я уже начинаю подозревать, что ты и в самом деле принц.
- Я… Я не знаю, с чего это началось, – Амадео не сводил взгляда с улицы. – Наверное, с маленького подвала, в котором я жил до того, как отец нашел меня. Однажды проснулся и обнаружил, что моя маленькая сестра умерла. Я был в таком ужасе, что мне начало казаться, будто стены сжимаются, грозя меня раздавить. Потолок хотел меня расплющить. Я еле мог ходить, однако сумел добраться до двери, и все прошло. И почему я тебе все это рассказываю?
Звук чиркнувшей зажигалки и запах табака.
- Понятия не имею. Может, потому, что я дважды спас тебя? – Ксавьер выпустил дым вверх, а Амадео резко перевел тему.
- Так куда мы едем?
- Хочу тебя познакомить кое с кем. Этот человек может быть очень полезен. В определенных ситуациях. Все остальное время ведет себя как взбалмошная девица, но не обманывайся этой внешней бесшабашностью.
- Вот как? – Амадео неопределенно хмыкнул. – Я уже в нетерпении.
Автомобиль умело лавировал в небольших заторах. В воздухе пахло недавно прошедшим дождем. Люди перебегали дорогу, спешили куда-то по залитым водой тротуарам. Дети, хохоча, с разбега прыгали в лужи, взметая миллионы брызг.
Некстати вспомнился тот день, когда он и Микки с Терезой попали под дождь. А ведь именно с этого все и началось…
- …будь настороже.
- Что? – Амадео повернулся к Ксавьеру. – Прости, я отвлекся.
- Амадео, если хочешь научиться вести дела, будь внимательней, – без тени раздражения ответил тот. – Я сказал, что тебе следует быть настороже и не вестись на провокации. А они будут, я это гарантирую.
- Хорошо, – Амадео все еще не понимал, о чем твердит Ксавьер, но предпочел согласиться.
Автомобиль затормозил у здания крупнейшего в городе телеканала «Новости и факты». Огромные, светящиеся в темное время суток буквы возвышались над городом подобно молчаливому наблюдателю, видящему все грехи. Непроницаемые окна производили впечатление полицейского, допрашивающего вас, но скрывающего свои истинные намерения за зеркальными очками.
Ксавьер вышел из машины и знаком приказал Амадео следовать за собой. Они вошли внутрь.
Амадео ожидал увидеть толпы людей, снующих туда-сюда, как это обычно бывает в офисах средств массовой информации. Он немало повидал подобного, разъезжая с отцом. Но здесь, в огромном вестибюле стояла такая тишина, что каждый шаг гулким эхом раздавался под потолком.
Даже не потрудившись остановиться у поста охраны, Ксавьер проследовал к лифту. Но не к общему, куда в этот момент садилась небольшая группа сотрудников, а располагающемуся чуть в стороне, который Амадео сначала принял за служебный вход.
В какой-то степени он оказался прав – лифт явно не служил местом общего пользования. Охрана Ксавьера осталась внизу, в кабине были только они вдвоем.
- Не пугайся, – произнес Ксавьер.
Пол внезапно ушел из под ног, а сквозь стены хлынул дневной свет. Амадео инстинктивно вцепился в поручень, прикрепленный вдоль стены, и почувствовал, как желудок подступил к горлу,
- Эффектно, не правда ли? – Ксавьер даже не шелохнулся. – Директор телеканала любит подобные трюки.
Амадео беспомощно вертелся, выискивая место, где взгляд не будет падать на пропасть, становившуюся все больше. С одной стороны – стремительно отдаляющаяся асфальтированная улица с микроскопическими людьми-муравьями, спешащими по своим делам, с другой – мраморный пол, мозаика на котором становилась все более отчетливой картиной. Руки и ноги холодели, сердце стучало быстрее, и, в конце концов, он зажмурился.
- Ты не против, если я постою немного так? – голос не дрожал, и на том спасибо.
- Понимаю, – хмыкнул спутник. – Самому в первый раз стало не по себе.
Наконец стеклянные двери раздвинулись, и Амадео поспешно шагнул на твердый, непрозрачный пол. Ксавьер вышел следом.
- Мы почти на месте. Помни, что я тебе говорил. Будь настороже.
Черная дверь с серебряной окантовкой сверкала ослепительной табличкой: «Генеральный директор телеканала «Новости и факты» Р. Кэмпбелл». Секретарь, молодой мужчина в строгом костюме схватился за трубку телефона, но Ксавьер, не дожидаясь, пока о его приходе сообщат, толкнул дверь и вошел. Амадео – за ним.
После мраморного пола белый ковер с коротким ворсом показался слишком мягким. Вдоль стен протянулись низкие стеллажи, сверкавшие хромированными полками. Одинаковые черные папки с белыми этикетками заполняли их сверху донизу. У огромного окна, занимающего всю стену, располагался стол черного дерева, на котором слева стоял тонкий монитор, а справа лежали аккуратно сложенные листок к листку документы.
В кресле за столом сидела женщина в строгом костюме и ослепительно белой блузке. Она держала у уха трубку радиотелефона и с недовольным видом выслушивала, что ей говорят. Затем холодно произнесла:
- Мне не нужны твои оправдания, Джейсон. Если не можешь выполнять свою работу – поищи другое место, – она грохнула трубку на базу и устремила взгляд на Ксавьера. – Привет, дорогой. Что-то ты рановато.
На вид ей было около тридцати. Светлые волосы, небрежно сколотые на затылке, яркие голубые глаза. Их выражение Амадео тотчас подметил – хитрость и даже некоторая жестокость, прячущиеся за напускной деловитостью. Изящно очерченные губы искривились в усмешке, когда она бросила на него беглый взгляд.
Ксавьер опустился в одно из двух кресел по другую сторону стола и жестом предложил Амадео занять второе.
- Моя информация готова?
- Зачем же сразу о делах, когда у меня такой очаровательный гость? – она отвечала Ксавьеру, но смотрела на Амадео, оценивая, ощупывая со всех сторон, прикидывая, какую выгоду с него можно получить. Неприятное ощущение, но раз Ксавьер решил, что необходимо познакомиться с этой дамой, Амадео потерпит. – Не хочешь представить мне своего спутника для начала?
- А ты сразу нацелила на него свои когти? – Ксавьер вытряс из пачки сигарету. – Не получится, Ребекка, он здесь не для этого.
- И зачем же?
- Простите, что не представился сразу, – произнес Амадео, слегка склонив голову. – Меня зовут Амадео Солитарио.
Если он надеялся, что известная фамилия произведет нужное впечатление, то ошибся. Губы снова изогнулись, она скрестила руки на груди.
- Неверно. Это не твоя фамилия. Ты безродный.
Глаза Амадео слегка сощурились, и Ксавьер покосился на него, слегка качнув головой. Держи себя в руках, вспомнил Амадео предостережение. Не поддавайся на провокации. Что ж, значит, вот как можно заслужить уважение этой женщины – не делать то, что она хочет.
- Похоже, у вас устаревшая информация, сеньорита, – он спокойно улыбнулся, хотя пальцы чуть сжались на подлокотниках. – Кажется, вы собирались отдать Ксавьеру какие-то данные?
- Не тебе указывать, что мне делать, мальчик, – похоже, она начала воспринимать его чуть серьезней. – Я вижу, он чего-то стоит, Ксавьер, раз ты привел его. Но чего от меня хочешь?
- Я же сказал о цели своего визита в самом начале, – тот поморщился и сунул в рот сигарету. – Когда ты наконец научишься слушать? Мне нужны данные по отправке груза из порта сегодня в одиннадцать вечера. И поживее, время дорого.
- Я могла отправить тебе всю информацию с курьером. Может, ты хочешь еще о чем-то попросить, раз явился лично?
Ксавьер вынул сигарету изо рта и рассмеялся, но глаза остались ледяными.
- Тебя? Попросить? Ребекка, день, когда я тебя о чем-то попрошу, войдет в историю, – он чиркнул зажигалкой. – Я уже изложил то, зачем пришел, ты не могла бы не делать из меня идиота? Груз отправляется сегодня. Если я не потороплюсь, велик шанс его лишиться. И тогда пострадаю не только я, но и твоя самоуверенность.
По привлекательному лицу пробежала тень. Ребекка поджала губы и снова взяла трубку радиотелефона.
- Марко. Данные по делу три пять два, в мой кабинет.
- Хорошая девочка, – Ксавьер затушил наполовину выкуренную сигарету в пепельнице на столе Ребекки и вытащил из кармана пиджака мобильник. – Прошу прощения, сейчас вернусь.
Как только Ксавьер скрылся за дверью, Ребекка поднялась.
- Надо же, – опершись о стол, она смерила Амадео оценивающим взглядом. Из декольте блузки выпал кулон и повис на тонкой золотой цепочке. – Похоже, Ксавьер чувствует за тебя ответственность, раз решил лично познакомить с нужными людьми. Как тебе удалось заполучить его доверие?
Амадео смотрел на нее снизу вверх, но ей внезапно почудилось, что все наоборот – столько снисходительности и спокойствия было во взгляде. Не зря говорили, что он похож на Кристофа, несмотря на то, что их не связывает кровь.
- О его мотивах мне ничего неизвестно, мисс Ребекка. А что касается вопроса о доверии… Почему бы вам не спросить его самого?
Внезапно она рассмеялась. Выпрямилась и отошла к окну.
- А ты смышленый. Но пока не привык к нашим правилам. Очаровательно.
- В ваших правилах я кое-что начинаю понимать, – все тот же невозмутимый голос. – Унизить человека, а потом похвалить. Дать собачке, которую пнули двумя минутами ранее, вкусную косточку, чтобы та мигом забыла про обиды и начала верно вам служить.
Ребекка пораженно замерла и мысленно порадовалась, что стоит спиной. Ей самой было трудно представить свое выражение лица в данный момент. Впервые ее раскусили так быстро, и ощущение было сродни тому, что она села в лужу. Большую, грязную лужу.
Придав лицу насмешливое выражение, Ребекка отвернулась от окна.
- Правильно. Все вы мои собачки.
- Столь высокое самомнение – это тоже одно из ваших правил?
Она опустилась в кресло и закинула ногу на ногу.
- Если понадобится, ты приползешь ко мне, как верный пес. Так же поступят многие, многие другие. Я всех вас держу на коротком поводке.
- Власть тоже бывает иллюзорна, не так ли? Равно как и ваш товар. Торговля информацией – дело прибыльное, но весьма опасное.
- Не учи меня, как надо вести дела!
Ребекка тут же одернула себя за вспышку ярости. Какой-то малец довел ее до белого каления? Когда такое было в последний раз? Ох, Ксавьер, Ксавьер…
- Ваши документы, госпожа, – русоволосый парень примерно одного возраста с Амадео положил перед хозяйкой тонкую папку.
- Хорошо, Марко, – она даже не взглянула на подчиненного, продолжая изучать Амадео.
Тот спокойно выдержал ее взгляд. Сначала Ребекка казалась знающим свое дело руководителем, бескомпромиссным, добивающимся своего, но теперь он видел, что и ее можно достать. Пугало только то, что это удалось с такой легкостью. Неужели она настолько самоуверенна, что совершенно потеряла осторожность? Если так, то ей стоит задуматься.
- Мои документы уже готовы? – Ксавьер сел рядом. – Или ты и дальше будешь тянуть время? Я не дурак, Ребекка, кто еще наложил лапу на мой заказ?
- А я тоже не дура, дорогой, – она перегнулась через стол, протягивая папку, принесенную Марко. – И только что перехватила информацию у другого заказчика.
« Последнее редактирование: 06 Январь 2016, 19:23:08 от Ryuzaki »
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Оффлайн Kamio

  • Творец
  • *
  • Сообщений: 6169
  • Репутация +189/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #24 : 04 Октябрь 2015, 16:54:19 »
Жду продолжения....  :blink:
Правила Форума (http://literat.su/index.php?topic=1185.0)
Помощь по форуму (http://literat.su/index.php?topic=3451.0)

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #25 : 04 Октябрь 2015, 19:01:28 »
а что такой смайл озадаченный?))
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #26 : 04 Октябрь 2015, 19:18:43 »
- Куда мы теперь? – Амадео захлопнул дверцу и ударил по кнопке открытия окна. – И почему ты предпочитаешь такие тесные машины?
- А почему ты предпочитаешь огромные джипы вроде твоего крокодила? – Ксавьер задымил сигаретой.
- Ты прекрасно знаешь причину, – проворчал Амадео. – Но не ответил на первый вопрос. Куда мы едем?
Ксавьер потянулся вперед и нажал кнопку стеклоподъемника между водителем и ими. Амадео слегка занервничал – пространство стало еще меньше. Ксавьер поднес мобильник к уху.
- Леон, отмени на сегодня поставку. Нет свободных машин, – отключив телефон, он повернулся к Амадео. – В мой офис. Я хочу, чтобы ты кое в чем мне помог.
Автомобиль остановился у офиса «Камальон», и Ксавьер жестом предложил Амадео следовать за собой. Из машины, ехавшей позади все время, вышли двое дюжих охранников и держались за ними на расстоянии нескольких шагов. Амадео такие предосторожности были в новинку – разумеется, у отца имелись недоброжелатели, однако до неусыпного контроля дело еще не доходило. Он задался вопросом, сколько покушений пережил Ксавьер. В том, что они случались, сомнений не оставалось.
Двери лифта раскрылись на четвертом этаже. Охрана осталась внизу. Возле кабинета застыл верный страж – Амадео видел его во время предыдущих визитов в «Камальон». Высокий, светловолосый, с пронизывающим оценивающим взглядом. И с кобурой, безошибочно угадывающейся под пиджаком.
- Добрый день, Серджио, – поздоровался он, входя вслед за Ксавьером в прохладный кабинет.
Ксавьер уселся в свое кресло, предложив Амадео занять место напротив, положил папку на стол и достал сигареты.
- Тебе, должно быть, известно, что легальная сторона бизнеса мало чего стоит, – заговорил он, чиркая зажигалкой. – Даже у твоего отца множество подпольных казино и игровых притонов под прикрытием благопристойной сети гостиниц. Ты в курсе, или тебя еще не посвящали в тонкости семейного бизнеса?
- Я в курсе, – кивнул Амадео.
- Раз уж мы теперь партнеры, открою карты. Я торгую наркотиками. Покупка у поставщиков в других странах, транспортировка, продажа через средние и мелкие точки здесь… Не смотри на меня так, это совершенно обычный бизнес, такой же, как любой другой. Но всего лишь незаконный, – Ксавьер затянулся и медленно выпустил дым вверх. – Я говорю об этом тебе только потому, что сейчас мы должны решить одну проблему, которая непосредственно связана с этой сферой моего бизнеса. Можешь считать это очередной проверкой.
Амадео указал на папку, которую отдала Ксавьеру Ребекка.
- Я так понимаю, все данные здесь, но ты мне их не покажешь.
- Правильно. Я лишь обрисую тебе ситуацию. Наркотрафик внутри страны осуществляется моими курьерами с помощью грузовиков транспортной компании «Сиеста».
- Она принадлежит Арчибальду Беннету?
- Совершенно верно. У меня с ним тоже контракт, разумеется, неофициальный. В таких делах осторожность никогда не бывает лишней. На заметку – для транспортировки табачной продукции я пользуюсь совершенно другой компанией – своей собственной, «Камальон».
- Это логично, – кивнул Амадео. – Ты обезопасил себя на случай, если твои машины решит кто-то проверить. Беннету это не грозит, у него множество связей в органах таможенного контроля. Так в чем проблема?
- За последнюю неделю грузовики Беннета проверяли уже трижды. Лишь по счастливой случайности водителей вовремя предупреждали, и ни один не попался с грузом. Но я не верю в удачу. Рано или поздно кто-нибудь проколется.
- Полиция?
- Хуже. Наркоконтроль. Эти ребята не работают просто так, от нечего делать, и не проверяют все грузовики подряд. Имеет место явная наводка.
- То есть, в твоей компании завелась крыса, – мгновенно смекнул Амадео.
Ксавьер удовлетворенно кивнул. Затем поднялся и прошел к мини-бару.
- Верно. Хочешь чего-нибудь выпить, прежде чем я продолжу?
Поскольку на лице Амадео отразилось явное отвращение, он понимающе усмехнулся и подал стакан с минеральной водой. Затем снова опустился в кресло. Пальцы застучали по клавиатуре.
- Да, крыса. Ее-то и предстоит найти. Ну как, попробуешь справиться с этой небольшой задачей?
- Ты проверял недавно нанятых работников?
- Разумеется. Ни один из них непричастен.
- А останавливали лишь машины «Сиесты» или все грузовики, движущиеся по определенному маршруту?
Ксавьер отвел взгляд от монитора.
- Какое это имеет значение?
- Если кто-то знал маршрут, но не мог указать конкретный транспорт, это одно. А вот если наводка имелась на конкретный грузовик – совершенно иное. Водитель знает, какую машину он ведет, и куда едет. Те же, кто составляет схемы трафика, даже интересоваться не должны, каким транспортом поедет груз, – Амадео отпил минералки. – Если, конечно, люди, отвечающие за одну область, совершенно не осведомлены, чем занимаются другие. Из соображений безопасности.
Ксавьер едва слышно поаплодировал, оторвавшись от клавиатуры.
- Совершенно верно. Если накроют кого-то одного, у него просто не хватит данных, чтобы сдать меня с потрохами. Однако одно гнилое звено способно разорвать всю цепь, именно поэтому нужно как можно скорее найти и избавиться от этого не в меру ретивого саботажника. Первый грузовик «Сиесты» предупредил водитель «Камальон», который двигался впереди, и его остановили. Естественно, кроме табака доблестные стражи наркоконтроля ничего не нашли. С двумя остальными было так же, только их предупреждал уже автомобиль сопровождения.
- Выходит, среди подозреваемых тот, кто не знает, как именно осуществляется транспортировка. Он лишь отдает распоряжение о погрузке и прокладывает маршрут, – Амадео указал на папку. – Все же не дашь прочесть?
- Нет. Хочу сопоставить твои умозаключения с данными Ребекки. У меня несколько человек занимаются этим, как вычислить среди них нужного?
- Очень просто, – Амадео поставил пустой стакан на стол. – Отправь несколько пустых грузовиков, за каждый из которых будет отвечать один сотрудник. Пусть они составят маршруты и назначат время. Запрети им пересекаться друг с другом и обмениваться информацией.
- Если один из грузовиков снова подвергнется обыску, то это прямо укажет на виновника, – Ксавьер задумчиво вертел в руке карандаш. – Недурно. Серджио! – позвал он.
Пока Ксавьер отдавал распоряжения, Амадео все же дотянулся до папки, лежащей на столе. Пролистав ее, ничего нового не увидел, Ребекка лишь подтверждала все, что он только что сказал, разве что в развернутом виде. Ксавьер снова проверял его и, по всей видимости, остался доволен результатом.
На последнем листе красной ручкой было дважды обведено: К. Беррингтон. Следом – подчеркнутое дважды «Ж. Коллинз». Амадео нахмурился. Если второе имя было ему незнакомо, то первое он явно где-то слышал.
- Решил пошпионить? – раздался за спиной голос Ксавьера, и Амадео с трудом подавил желание захлопнуть папку и отшвырнуть на дальний конец стола.
- Вовсе нет, – он закрыл папку и аккуратно положил ее на стопку других. – Всего лишь хотел проверить, совпадает ли моя точка зрения с материалами Ребекки.
- И как?
- Судя по всему, я увидел лишь верхушку айсберга.
Ксавьер некоторое время изучал его.
- Я распорядился выслать грузовики как можно скорее. Уже к вечеру мы будем знать, кто решил укусить руку, которая его кормит.
- Прошу прощения, – Амадео достал из кармана телефон. – Это отец. Мне пора ехать.
- Возвращайся, как освободишься, – Ксавьер едва заметно улыбнулся. – В конце концов, если план сработает, поимка крысы будет твоей заслугой.
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #27 : 04 Октябрь 2015, 19:19:32 »
- Что с тобой, малыш? – спросил Кристоф, когда они шагали по мощеным дорожкам парка, раскинувшегося напротив «Азар». В воздухе пахло прошедшим дождем, с пригреваемой лучами солнца мокрой земли, травы и булыжников испарялась пролитая небом вода.
- Со мной? – Амадео очнулся от мыслей, которые не оставляли его с того самого момента, как он вышел из здания «Камальон». – Со мной все в порядке.
- Плохо себя чувствуешь? В последнее время ты какой-то бледный. Наверное, я тебя совсем загонял.
- Вовсе нет, отец, – улыбнулся Амадео. – Мне нравится моя работа.
- Однако чтобы двигаться дальше, нужно больше сил и усердия, – Кристоф опустился на скамейку напротив фонтана. – Я не говорю, что ты не выкладываешься на полную, скорее, наоборот, и это требует слишком много сил. Ты физически не справляешься, Амадео.
Снова отец назвал его по имени. Обычно это означало, что он сильно встревожен. Амадео старался не встречаться с ним взглядом, однако чувствовал, что тот смотрит на него. Пусть сын не был ему родным, однако Кристоф всегда знал, когда требуется помощь.
Но Амадео не хотел волновать отца. И так слишком много проблем навалилось на «Азар» в последнее время. Растущее могущество «Вентины», потеря позиций в области азартных игр, с трудом полученное свидетельство о легализации деятельности, срыв Лукаса. Скопившееся напряжение запросто могло привести к еще одному инсульту, и, по словам врачей, Кристоф мог этого не пережить.
- Со мной все в порядке, я отлично себя чувствую, и…
- Малыш, я отлично вижу, когда ты мне врешь, – мягко заметил Кристоф. Затем взял Амадео за руку и усадил рядом с собой. – С тобой что-то не так. Я заметил еще утром, и похмелье тут ни при чем. Я позвоню Стефану.
- Не стоит, – быстро ответил Амадео. – Я просто слегка переутомился, вот и все. Тебе позвонил Ксавьер?
Он тут же прикусил язык, так как отец непонимающе нахмурился. Разумеется, Ксавьер ничего не говорил, он пообещал Амадео, что не станет информировать Кристофа.
- Я в порядке, – тихо закончил он. – Не стоит волноваться, мне лишь надо немного отдохнуть.
- Тогда забудь о делах на эту неделю, – решительно отрезал Кристоф. – Это приказ. Пусть всем займется Лукас, хватит ему прохлаждаться. А тебе следует хорошенько отдохнуть, – говоря все это, он не сводил взгляда  фонтана. – Кажется, я видел лоток с мороженым у входа в парк. Малыш, будь добр, прогуляйся до него.
- Конечно, – Амадео поднялся, стараясь не обращать внимания на безотчетный страх, охвативший его при упоминании имени брата. Он не мог победить это чувство, как ни старался. – Вам взять шоколадное?
- Как всегда, – кивнул Кристоф.
По пути Амадео искал аргументы, которые могли бы убедить Кристофа не запрещать ему работать. Но все они казались недостаточно убедительными для отца, беспокоящегося за сына. Лукаса он отстранил по совершенно иной причине, и это немного успокаивало. Но неделя! Что ему делать целую неделю? Бездельничать?
- Лукас все еще обижен на меня из-за того, что я перехватил контракт с Ксавьером, – невесело улыбнулся Амадео, подавая Кристофу шоколадный рожок, завернутый в салфетку.
- Это бизнес, – просто ответил Кристоф. – Тем более, вы оба работаете на одну компанию, и глупо обижаться на то, что кто-то заключил полезный контракт до тебя.
- Верно, – Амадео наклонился вперед, опершись локтями на колени. Впереди фонтан вздымал сверкающие на солнце струи воды, которые с ослепительным блеском разлетались на тысячи крошечных осколков. – Тогда сегодня вечером, после ужина, я вам не понадоблюсь?
- А у тебя уже есть планы? – Кристоф, казалось, ничуть не удивился.
- Ксавьер попросил приехать. Мы сегодня столкнулись с ним у офиса «Ормигон». Он познакомил меня с Ребеккой Кэмпбелл.
В глазах Кристофа сверкнула смешинка.
- О, великолепная Ребекка. Беспринципная, жестокая, грубая, но вместе с тем отличный профессионал.
- Так вы ее знаете? – удивился Амадео. – Неужели работали с ней?
- Приходилось пару раз обращаться за информацией, – Кристоф улыбался, поглощая мороженое. – Цену она заламывает будь здоров, но дело свое знает. Думаю, Ксавьер не напрасно решил познакомить тебя с ней, этот человек никогда ничего не делает просто так.
Мимо пробежала стайка ребятишек. Один тянул за собой воздушного змея, а остальные громко спорили, кто будет вести следующим. Кристоф проводил их мечтательным взглядом.
- Вспоминаю времена, когда вы с Лукасом были такими же. Постоянно ссорились, дрались, но, по-видимому, это обычное дело.
- Скорей всего, – неуверенно ответил Амадео. – Мы же все-таки братья, ничего удивительного, что мы иногда спорим.
- Что произошло? – спросил Кристоф. – Вы и раньше не очень ладили, однако со вчерашнего дня между вами будто десять кошек пробежало.
- Просто обычная ссора, отец, вот и все, – Амадео махнул рукой, вспугнув воробья, присевшего было отдохнуть на спинку скамьи. – Не волнуйтесь из-за этого, помиримся, – и чтобы сменить тему, решился спросить. – Вам знакома фамилия Беррингтон?
- Разумеется, – кивнул тот. – Я удивлен, что ты ее не знаешь. Его имя гремело на всю страну несколько лет назад в связи со скандалом.
- И что же он сделал?
- Попал в тюрьму по обвинению в растлении малолетних и бесчеловечных экспериментах над детьми. Также всплыли факты, подтверждающие его связи с наркокартелями. По сути, он является покровителем многих наркоторговцев в этой стране. А почему ты спрашиваешь?
- Ну… – Амадео вертел в пальцах телефон. – У Ксавьера небольшие проблемы, и, похоже, что к ним причастен Беррингтон.
- Если так, – Кристоф выбросил салфетку от мороженого в стоящую рядом урну, – то это уже крупные проблемы. Без согласия Беррингтона ни один наркобизнес не выживет в этой стране. И если уж он решил потопить «Камальон», то сделает это. Вопрос лишь в том, когда.
От этих слов внутри у Амадео все похолодело. Каким образом Ксавьер умудрился перейти дорогу такому человеку как Беррингтон? Если это действительно так, если данные Ребекки подтвердятся, то проверка груза – не просто акция недоброжелателей. Это массированная атака непосредственно на главу «Камальон», и дальше будет только хуже.
- Выходит, Ксавьер рассказал тебе о теневой стороне своего бизнеса, – утвердительно сказал Кристоф. Дождавшись кивка, спросил: – Тебя это не покоробило?
- А почему должно? – Амадео откинул волосы с лица. – В конце концов, каждый зарабатывает как может. Наши казино тоже на полулегальном положении, так что не мне его осуждать.
- Это верно. Рад, что ты это понимаешь. Об одном тебя прошу – будь осторожней. Ксавьер Санторо – опытный бизнесмен, сможет выкрутиться из многих сложных ситуаций. Чего пока не скажешь о тебе, – Кристоф положил ладонь на плечо сына. – Ты способный мальчик, однако многие тонкости узнаешь только в процессе работы. По правде говоря, я не прочь отдать тебя на обучение Ксавьеру. Он всего за пять лет умудрился достигнуть таких высот, которые акулам бизнеса даже не снились. Уникальный человек.
- Если вы считаете, что это необходимо.
- Необходимо, – Кристоф замолчал ненадолго, о чем-то задумавшись. – В будущем тебе предстоит управлять компанией, а удержать ее на плаву куда сложнее, чем создать. Раньше я считал, что все трудности позади, когда «Азар» начала набирать обороты. Но теперь вижу, что во многом ошибался. И, как ни странно, именно Ксавьер Санторо раскрыл мне глаза, – он хохотнул. – Яйцо курицу учит, надо же!
Амадео решил, что неверно понял слова отца. Им с Лукасом предстоит управлять компанией. Ответственность разделится на двоих, следовательно, и брату следует поучиться. Но Ксавьер скорее убьет Лукаса, чем возьмет в ученики. Амадео не сдержал усмешки, успев, однако, отвернуться.
Телефон, который он вертел в руке, ожил. На дисплее высветился незнакомый номер.
- Солитарио.
- Крыса поймана, – возвестил Ксавьер. – К семи часам подъезжай в порт. Западная сторона, пятый склад.
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Оффлайн Kamio

  • Творец
  • *
  • Сообщений: 6169
  • Репутация +189/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #28 : 04 Октябрь 2015, 19:52:07 »
Дальше..   :blink:
Правила Форума (http://literat.su/index.php?topic=1185.0)
Помощь по форуму (http://literat.su/index.php?topic=3451.0)

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #29 : 04 Октябрь 2015, 20:07:50 »
 ;D ща все будет
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #30 : 04 Октябрь 2015, 20:07:59 »
Без пяти семь Амадео подошел к порту. Машину он благоразумно оставил на стоянке неподалеку – незачем светиться лишний раз. Амадео еще мало знал о Ксавьере Санторо и его методах ведения дел, однако само место встречи говорило о многом.
Склады располагались один за другим. Огромные стальные кубы с запертыми на навесные замки створками. Цветовая гамма не отличалась разнообразием: коричневые перемежались с зелеными. По левую руку лениво плескалось море. Край солнечного диска едва коснулся воды, раскатывая золотую дорожку по едва колышущейся поверхности. Жирные чайки сидели то тут, то там, ожидая, пока кто-нибудь соизволит их покормить. Чуть дальше, у пирса, застыл корабль, казавшийся гигантом на фоне притулившихся рядом катерков.
Белая цифра «5» четко выделялась на зеленых воротах. Сбоку виднелась дверь, открытая нараспашку, несмотря на то, что рядом не стояло ни одной машины. На мгновение мелькнула мысль, что Ксавьер просто подшутил над ним, устроил очередную проверку, однако в следующее мгновение из дверного проема выглянул Серджио и знаком предложил зайти внутрь.
После яркого солнца полумрак показался настоящей темнотой. Амадео на мгновение закрыл глаза, пытаясь подавить приступ клаустрофобии. Снаружи склад казался достаточно просторным, так почему он должен быть меньше внутри?
- Добрый вечер, – раздался из темноты голос Ксавьера. – Хорошо, что ты приехал. Надеюсь, я тебя не отвлек от важных дел.
Над головой зажглась тусклая лампочка. Темноту она не разогнала, а лишь еще больше сгустила ее. У Амадео зачесались глаза от неверного света, который к тому же прыгал туда-сюда. Лицо Ксавьера то освещалось, то уходило в тень.
- Отец отстранил меня на неделю, – в голосе явственно прозвучало разочарование. – Так что я свободен.
- Он правильно поступил. Тебе следует отдохнуть, – Ксавьер отвернулся. – Включите остальной свет.
По периметру зажглось еще несколько таких же еле светящих лампочек. Пусть каждая в отдельности и не могла разогнать мрак, однако вместе они позволяли довольно сносно рассмотреть склад. В углу громоздились коробки с логотипом «Камальон», занимая примерно треть всего пространства. Бетонный пол, стальные стены, ни одного окна – отсюда невозможно сбежать. И человек, привязанный к стулу в углу, это прекрасно понимал.
Амадео машинально шагнул к нему, но Ксавьер перегородил дорогу. На лице застыло обычное равнодушное выражение, ни единой эмоции не отразилось в холодных стальных глазах.
- Не советую приближаться к нему, Амадео, – произнес он, доставая пачку сигарет. Красный огонек нацелился на жертву.
- Что ты собираешься с ним сделать, Ксавьер?
- Попробуй догадаться. Этот человек передавал информацию полиции, и не просто полиции, а Наркоконтролю, он предал меня. Как, по-твоему, мне следует с ним поступить?
Амадео смотрел на загнанного в угол мужчину. Светлые волосы слиплись от пота и сосульками падали на лоб. Глаза шныряли, как у зверька, чуявшего близкую смерть. Края окровавленных ноздрей нервно подрагивали, рот был тщательно заклеен скотчем. Он озирался, пытаясь вжаться спинкой стула в стену склада в надежде, что та превратится в бумагу, и ему удастся бежать. Но молчаливые охранники, готовые в любую секунду поднять пистолеты, дула которых пока смотрели в пол, не дали бы ему даже малейшего шанса.
- Разве нет иного выхода? – голос прозвучал хрипло – в горле вдруг пересохло.
- И какого же? Сдать его в полицию? Ты слишком наивен, если думаешь, что, прикоснувшись к грязи, можно оставить руки чистыми. Я таких иллюзий давно не питаю. Этот человек понесет наказание в соответствии со своим преступлением.
Серджио шагнул вперед и резким движением сорвал скотч со рта мужчины. Тот вскрикнул, затем губы его затряслись.
- Господин Санторо, я…
Вопреки ожиданию, тоненький, дрожащий от страха голосок прозвучал достаточно громко. Нотки истерики рвались наружу, но пока ему удавалось сдерживаться. Похоже, он надеялся, что все закончится благополучно, однако Амадео так не считал. Ксавьер уже вынес приговор и теперь просто наслаждался последними трепыханиями умирающего.
- Ты что-то хочешь сказать? – клуб табачного дыма устремился к потолку.
- У меня были неприят…
- Неприятности у тебя сейчас, Карлайл. Если нажил проблемы с полицией, мог бы обратиться ко мне, так что эта причина не прокатит. Дальше.
- Меня заставили! – завизжал мужчина, брызжа слюной. – Меня заставили, господин Санторо, они…
- Никто не тянул тебя за язык, когда ты выбалтывал федералам все о моем бизнесе, – отрезал Ксавьер, отправляя сигарету на пол. Каблук безжалостно раздавил окурок. – Не надо петь о том, что тебя заставили, Карлайл. Мне все известно. Ты пришел к ним сам.
Мужчина замолчал. Рот приоткрылся, тоненькая ниточка слюны свисала с нижней губы.
- Ты пришел к ним в надежде получить вознаграждение, но в результате тебе не дали бы и паршивой сотни, – продолжал убивать его Ксавьер. – Пожали руку и отпустили на все четыре стороны, а тебе всю оставшуюся жизнь пришлось бы оглядываться, чтобы не получить пулю в затылок. Я избавлю тебя от этой участи, – зловещая усмешка исказила лицо. – Благодари меня за доброту.
Амадео переводил настороженный взгляд с Ксавьера на пленника. Он знал, что наркобизнес жесток, однако ему все равно стало не по себе. И больше всего пугал не вид связанного по рукам и ногам скулящего предателя, а абсолютное равнодушие Ксавьера. Карлайл работал на него уже достаточно долгое время, был одним из доверенных лиц, что, однако, не помешало Ксавьеру с легкостью избавиться от него.
- Да чтоб ты сдох!! – вдруг завопил Карлайл, заставив Амадео вздрогнуть. – Ты сдохнешь, сгниешь в тюрьме, а может, тебе повезет, и тебя пришьют в первую же ночь!
Отстранив одного из охранников, Ксавьер подошел ближе. Амадео остался на месте.
- На кого ты работаешь, Карлайл? – тихо спросил Ксавьер, наклонившись к пленнику. – Я хорошо тебя знаю, ты не стал бы делать этого без своей выгоды. На кого работаешь, сколько тебе пообещали?
Тот молчал, пуская кровавые пузыри из разбитого носа.
- Отлично, – Ксавьер выпрямился. – Серджио, научи его, как следует разговаривать с начальством.
Верный страж шагнул вперед, поднимая пистолет. Дуло уперлось в колено Карлайла, и тот мелко затрясся. Капли крови из носа падали на брюки, мгновенно впитываясь в темную ткань. Амадео отвел глаза, ожидая выстрела. И заметил еще одного молчаливого телохранителя, который должен был охранять выход. Похоже, новичок, потому что происходящее производило на него неизгладимое впечатление. По лицу катились крупные капли пота, губы дрожали. Он смотрел не на пленника, который вот-вот должен был лишиться коленной чашечки, а на босса. И медленно, без резких движений заводил руку за спину.
За мгновение до выстрела Амадео рванулся вперед, опрокидывая Ксавьера на пол.
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #31 : 04 Октябрь 2015, 20:12:49 »
- Амадео! – прорывался сквозь плотную завесу чей-то голос. – Амадео, ты меня слышишь?
Он вздрогнул, и сознание вернулось. Над ним склонился Ксавьер, вглядываясь в его лицо.
- Очнулся, – удовлетворенно констатировал он. – Ну и напугал ты меня, однако.
Амадео сел, что оказалось лишним – в голове снова все поплыло.
- А ну лежи, – скомандовал Ксавьер, толкнув его обратно на пол. Под головой оказался свернутый пиджак. – Не умеешь группироваться при прыжке – не прыгай вовсе.
- Я умею, – возразил Амадео. – Просто…
Он ясно помнил момент, когда до него дошло, в чем дело. Охранник у выхода вытащил пистолет, когда Серджио собирался выстрелить в ногу Карлайла. Амадео бросился вперед и сбил Ксавьера с ног, но потом…
Потом он ничего не помнил. Будто на память накинули темное одеяло.
- Просто не успел сгруппироваться, – он нахмурился. – Я что, потерял сознание?
Ксавьер кивнул.
- Да. Когда ты рухнул на меня, я в первый момент подумал, что тебя подстрелили. Не смей так больше пугать.
Вопреки попыткам Ксавьера удержать его, Амадео осторожно сел и огляделся. Охранник сидел у стены, оглушенный. На запястьях красовались наручники, на лбу темнел кровоподтек. Серджио задумчиво рассматривал вмятину на бронежилете.
- А где…
- Мертв, – Ксавьер сразу понял, о ком он спрашивает. – Пуля, которая должна была убить меня, разнесла ему череп. Следующая попала в Серджио, но с ним все в порядке. Рик успел выстрелить только дважды, потом его скрутили.
- Рик? – Амадео повернул голову, и перед глазами снова помутнело.
- Да, так зовут моего бывшего охранника. Впрочем, тебе не следует запоминать имя.
Амадео хотел было спросить, почему, но вовремя прикусил язык. Рику оставалось жить максимум два часа, пока Ксавьер не выбьет из него нужные сведения. Его стараниями Карлайл так и не заговорил.
Обе створки ворот были широко распахнуты, оранжевый свет заката освещал склад, и Амадео наконец увидел за расступившейся охраной красное пятно на стене. Под ним бесформенной грудой лежало тело Карлайла, укрытое брезентом. По крайней мере, Ксавьера избавили от грязной работы.
- Господин Санторо, – охранник протянул ему плоскую черную коробочку. – Это было в кармане у Рика.
- Диктофон, – констатировал тот. – Проверьте еще, у него может быть и видеокамера.
Амадео покосился на сидящего у стены неудавшегося убийцу. Вот, значит, каков бизнес Ксавьера. Никому нельзя доверять, всех нужно подвергать проверке. Даже самые приближенные люди могут сбросить тебя в пропасть, откуда не выбраться. Наркотики куда опасней других видов нелегального заработка, и мало кому удается удержаться на вершине.
Невзирая на протесты Ксавьера, Амадео все же поднялся на ноги. Его слегка пошатывало, но в целом он чувствовал себя вполне сносно. Но он чувствовал запах крови. Тут им, казалось, все пропиталось. Сколько же человек погибло здесь, на этом складе, который был куплен с единственной целью – избавляться от предателей? Амадео зажмурился, запрещая себе об этом думать. Наркобизнес жесток. Это все, что надо знать. Остальное его не касается. Мысль о том, что это он подсказал Ксавьеру, как вычислить предателя, Амадео гнал подальше.
- Зачем ты меня вызвал? Показать это?
- Страх – высшая форма уважения. Чтобы тебя уважали, в первую очередь добейся, чтобы боялись. Ты слишком мягко обращаешься с теми, кто не выполняет свою работу, – Ксавьер не удостоил труп даже взгляда. – Не очень хорошее качество для будущего руководителя.
- Мне следует поступать, как ты? Связывать людей, вывозить на склад, а потом стрелять им в голову? Я – не ты, Ксавьер, я никогда…
- Это, – Ксавьер указал на труп, – исключительный случай. Этот человек меня предал. А с предателями надо расправляться без всякой жалости. Когда-нибудь ты это поймешь.
Амадео едва выдавил из себя кивок и пошагал к дверям склада. Остановился на пороге, вдыхая морской воздух. Его слегка мутило, автомобиль, который Серджио подогнал к воротам склада, двоился.
- Я знаю, что ты бы никогда так не поступил, Амадео, – рука Ксавьера легла на плечо. – Но нельзя быть правильным в борьбе за власть. Тебе не хватает духу даже как следует наказать виновника. Максимум ты ограничиваешься увольнением, не заботясь о том, что человек может обратиться к твоим конкурентам и выдать многие тайны.
- Уволенные подписывают документ, – голос звучал хрипло, и Амадео откашлялся, – о неразглашении…
- И какой процент из них ему следует? С рядовыми сотрудниками вроде охраны и горничных проблем не возникнет. А если это окажется кто-то из верхушки? Тот, кому доступны тайны «Азар»? Неужели ты считаешь, что они не найдут более выгодным продать ваши тайны?
- Я говорил тебе при первой… то есть второй встрече. Ты спросил меня, почему в компании так мало сотрудников, – Амадео прикрыл глаза и сглотнул. В горле что-то щелкнуло. – Меньше вероятность предательства. В руководстве работают доверенные люди. Они никогда не предадут «Азар» и моего отца.
- Так ли? – голос партнера звучал ровно, однако по спине Амадео пробежал мороз. Он содрогнулся.
Однако Ксавьер воспринял это совершенно иначе и, хмурясь, распахнул дверцу автомобиля.
- Сел. Быстро. Как прикажешь смотреть в глаза твоему отцу после сегодняшнего происшествия?
- Я нормально себя чувствую, – возразил Амадео, однако послушно опустился на сиденье. – Нет нужды носиться со мной, как маленьким ребенком, Ксавьер. И потом, я сам сюда пришел, никто меня не тянул.
- Но ты не бил себя по голове, чтобы вырубиться. Тайлер, бери Рика и увези на базу. Я потом с ним разберусь.
Здоровый парень с квадратной челюстью подхватил все еще бесчувственного коллегу, как котенка. Как только они уехали, Ксавьер выжидательно уставился на Амадео.
- Ты расскажешь мне все о своей аристократической породе, принц, – твердо сказал он. – Ничего не упуская. Считай, что ты на приеме у врача.
- Прости, но я и правда не понимаю, почему тебя так интересует мое здоровье! – тот собрал волосы в хвост, стянув с запястья резинку. – Я всего лишь сын твоего компаньона, зачем тебе это?
- Твой отец не вечен, – при этих словах Амадео почувствовал неприятный холодок. – Извини, я просто смотрю фактам в лицо. Ты и сам об этом прекрасно знаешь. После него ты унаследуешь компанию «Азар», и тогда за здоровьем следить будет некогда. Достаточно веская причина?
- С чего ты взял, что я стану главой? – удивился Амадео. – Лукас…
- Лукас не способен управлять ей. Кристоф здравомыслящий человек и прекрасно видит, кто из вас чего стоит. Это он попросил меня, чтобы я показал тебе оборотную сторону моего бизнеса. По его мнению, ты должен знать, на что идешь, заключая со мной контракт. Такое выгодное партнерство я упускать не собираюсь. Поэтому вот тебе мой совет – хватит изображать из себя мученика. Я тебя очень внимательно слушаю.
Прямота этого человека сшибала с ног. И хуже всего то, что он был прав. Во всем.

С этого дня Ксавьер всерьез взялся за Амадео. Поначалу заставил лечь в больницу на обследование, быстро подавив вспыхнувшее сопротивление угрозой разорвать деловые отношения, поэтому Амадео ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Ксавьер «забыл» уведомить об этом Кристофа, за что Амадео был ему благодарен – волновать отца лишний раз не хотелось.
Обмороки, появившиеся в последнее время, были вызваны проблемой с сосудами, усугубившейся растущим количеством стрессовых ситуаций. Когда у Кристофа случился инсульт, у Амадео появилось больше обязанностей, на него возложили дополнительную ответственность, и организм, и так ослабленный, не справлялся с нагрузкой. Вдобавок Лукас подливал масла в огонь регулярными выходками. Врач посоветовал больше отдыхать и отойти от дел на какое-то время, однако Амадео и слышать об этом не захотел. Поэтому, как только истекла неделя, которую дал для отдыха Кристоф, Ксавьер потребовал предоставить ему Амадео в распоряжение на некоторое время.
- Хочу научить его премудростям торговли, – объяснил он свое решение. – Выделю одну из линий, пусть учится на ней. Систему управления казино и гостиницей он знает досконально, пора осваивать новые горизонты.
Кристоф с радостью согласился. Когда человек, за короткое время сумевший развить свой бизнес до нереальных высот, предлагает обучить твоего сына, отвечать отказом не следует. Кристоф уже давно задумывался о расширении сферы влияния, и это могло стать неплохим подспорьем.
Так Амадео получил в пользование одну из линий торговли табачной продукцией. Ксавьер объяснил, что к чему, и предоставил полную свободу действий. Поначалу возникали проблемы, но Амадео научился либо разрешать спорные ситуации, либо обходить их, не причиняя ущерба. Он действовал осторожно, как сапер, обезвреживающий мину, и иногда это не шло на пользу. В конце концов, Ксавьер посоветовал быть смелее, не боясь понести убытки. Без риска любой бизнес невозможен, будь то игорная сфера или торговля.
Несколько раз Амадео порывался помогать и отцу, однако Ксавьер не позволял.
- Опять ты взваливаешь на себя слишком многое, – говорил он. – Хотя, если хочешь и дальше падать в обмороки, как влюбленная девица, то мешать не стану, валяй. Только учти, что тогда Кристоф обо всем узнает, и ты вообще отойдешь от дел.
Да, Ксавьер был жесток, требователен и беспощаден. Все его люди, от охраны до менеджеров, ходили по струнке и четко следовали инструкциям. В бизнесе нельзя без порядка, повторял он, если кто-то нарушает правило, даже самое пустячное, то утрачивает доверие. Есть ситуации, когда это необходимо, но это, скорее, исключения. Любая мелочь может привести к краху, поэтому лучше не допускать такого вообще.
И Амадео справлялся. Ему было интересно учиться, он схватывал на лету все премудрости управления и контроля. По вечерам они с Ксавьером частенько захаживали в бар или ресторан, не прекращая обсуждать дела. Амадео жадно ловил новую информацию, задавал вопросы, кое-что записывал, а иногда предлагал свои варианты. Ксавьер одобрительно кивал – все же он не ошибся с учеником.
Их сотрудничество со временем переросло в дружбу, хоть Амадео и казалось, что Ксавьер не откроется до конца. Например, он никогда не говорил о своем прошлом. Однажды Амадео задал ему вопрос о семье, но в ответ получил лишь молчание и ледяной взгляд. Он попытался узнать что-нибудь от Ребекки, к которой регулярно наведывался по поручениям Ксавьера, но та посоветовала не лезть. Больше Амадео к этой теме не возвращался. Раз друг не хочет говорить, значит, тому есть причина.
В начале декабря Ксавьер позвал его к себе и похвалил за хорошую работу. Линия, вверенная Амадео, процветала, доходы, пусть и ненамного, но превышали доходы от других линий, что еще раз убедило Ксавьера в том, что он не ошибся в выборе. Парень, несмотря на свою красоту, не полагался лишь на нее, а упорно трудился, чтобы доказать способность работать и без ее помощи. Он действительно оказался способным учеником, о чем Ксавьер незамедлительно доложил Кристофу. Тот был очень горд за сына.
Однако Лукас тоже присутствовал при разговоре. Мужчина изо всех сил держался, однако Ксавьер заметил, какой злобой вспыхивали его глаза, и решил, что при первом удобном случае предупредит Амадео. Никогда не знаешь, с какой стороны нанесут удар, а Лукас находился на грани. Он несколько раз выходил в коридор, и оттуда доносилась нецензурная брань в адрес жены. Кристоф лишь раздраженно морщился, но не делал сыну замечаний. Вместо этого извинился перед Ксавьером, объяснив несдержанность Лукаса едва не случившимся разводом. Ксавьер же в ответ вежливо заметил, что никакие личные переживания не должны влиять на работу, и Кристоф согласился.
- Однако, он мой сын, Ксавьер, а родители, как известно, переживают за детей, – улыбнулся он в стремлении смягчить неприятную тему. – Именно поэтому я отстранил его тогда от работы – ему нужно было время, чтобы прийти в себя. Но сейчас Лукас вполне справляется со своими обязанностями.
Ксавьер не стал спорить, однако мысленно сделал пометку: не доверять Лукасу ни при каких обстоятельствах и предупредить об этом Амадео. Паренек слишком отходчивый – то досадное происшествие в столовой перед заключением контракта он предпочел забыть, как страшный сон. Вполне естественная реакция, но Лукас – не безобидный той-терьер, который способен лишь облаять. Он – злобный, крепкий питбуль, который, однажды вцепившись в жертву, уже не отпустит ее. Амадео прекрасно читал людей, однако в отношении родственников его чувства резко притуплялись. Боялся ли он Лукаса? Ксавьер пока не мог найти ответ на этот вопрос.
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Оффлайн Kamio

  • Творец
  • *
  • Сообщений: 6169
  • Репутация +189/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #32 : 04 Октябрь 2015, 20:16:23 »
Дальше..  :blink:
Можно кусок побольше...
Правила Форума (http://literat.su/index.php?topic=1185.0)
Помощь по форуму (http://literat.su/index.php?topic=3451.0)

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #33 : 04 Октябрь 2015, 20:17:34 »
ну я вроде кинула, ты уже прочитала что ли  :o фига ты метеор)))
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #34 : 04 Октябрь 2015, 20:22:21 »
5
Семейные узы
Едва Санторо покинул дом, Лукас полетел к комнате Амадео собираясь преподать урок мелкому засранцу. За что он заслужил такие похвалы, да еще от такой важной шишки? Чем он лучше? Да доверь Санторо торговую линию ему, Лукасу, она стала бы куда успешней и прибыльней! Однако богатенький ублюдок даже взглядом его не наградил. Зато Амадео удостоился дифирамбов, будто ангел небесный!
От резкого удара ногой дверь распахнулась и ударилась о стену. Мелкий идиот, оторвав глаза от очередной книги, удивленно уставился на него.
- Все из-за тебя! – срывающимся голосом заорал брат, в ярости топая ногой. – Из-за тебя Виктория постоянно порывается уйти, из-за тебя!
Так вот в чем дело. Амадео страдальчески закатил глаза. Наверняка снова позвонила жена и наговорила гадостей. Лукас поддался – его так легко вывести из себя, и Виктории это прекрасно известно. Бракоразводный процесс приостановили благодаря Сезару, но все же эта змея продолжала допекать мужа.
- Неужели ты забыл первую заповедь покера, Лукас? Не женись на плохом раскладе.
- Она была очень даже хорошим раскладом, но ты… Ты крутил перед ней хвостом! Вот и добился того, что она послала меня на все четыре стороны! Скажешь, это не твоя вина?!
- Если ты выбрал себе в жены девушку легкого поведения, я в этом не виноват. Я наоборот отговаривал тебя от женитьбы, но ты меня не послушал. У тебя даже не хватило ума заключить адекватный брачный контракт. Я предлагал помощь, но ты отказался
- Еще бы я слушал всяких… – Лукас фыркнул.
- Вот и не возмущайся, – Амадео склонился над книгой, которую читал, когда брат ворвался в комнату и начал скандалить.
- Как ты смеешь… – Лукас задохнулся. – Как ты смеешь меня игнорировать?
- А что я должен сказать? – Амадео захлопнул книгу, перевернулся на бок и подпер голову рукой. – Все бабы стервы, ты найдешь другую, это ты хочешь от меня услышать?
- Ты все время забираешь у меня то, что мне дорого! – Лукас грохнул кулаком по столу. – Забрал у меня отца! Забрал жену! А теперь хочешь отобрать и компанию! Ну нет, этого я тебе, крысеныш, не позволю! – он вышел из комнаты, оглушительно хлопнув дверью.
Амадео удивился. Что нашло на брата? Он понимал, что тот зол из-за Виктории, но с чего он решил, что Амадео собирается завладеть компанией?
- Отец, – он заглянул в кабинет. – Можно с тобой поговорить?
- Конечно, малыш, – тот закрыл ноутбук. – Что случилось?
- Почему… – Амадео закрыл дверь и сел напротив Кристофа. – Почему Лукас так меня ненавидит? Я стараюсь быть хорошим братом, но…
Кристоф вздохнул. В глубине души он боялся этого разговора, так как не знал ответа на вопрос сына, однако Амадео до сегодняшнего дня никогда не заговаривал об этом. Что ж, и у этого ангела терпение не безгранично.
- Малыш, не обращай внимания на его нападки. Это просто ревность. Лукас до сих пор не понимает, почему я принял тебя в нашу семью, и вряд ли когда-то поймет.
- Честно говоря, – Амадео смущенно улыбнулся, – я сам до сих пор до конца не понимаю, зачем вы так поступили.
- Лукас понимает еще меньше, – хохотнул Кристоф, но тут же сдвинул брови. – Надеюсь, ты не принимаешь всерьез то, что он говорит?
- Нет. Вовсе нет. Но…
- Амадео, – Кристоф подошел и взял его руки в свои. – Ты очень умный молодой человек. Очень способный. И, – он выдержал паузу, – я подумываю о том, чтобы передать управление «Азар» тебе.
Амадео раскрыл рот.
- Ч-что… Простите?..
- Ты прекрасно меня слышал. Я считаю, что ты достоин того, чтобы возглавить компанию после меня.
- Но… – Амадео высвободил одну руку из пальцев Кристофа и потер лоб. – Но как же… Я не понимаю, почему вы выбрали меня! Лукас старше и опытней, он хороший руководитель!
- Ты ошибаешься, малыш, – Кристоф отпустил его и вернулся за стол. – Лукас менее ответственный, да и его методы управления меня не устраивают. Ты знаешь, что он любит добиваться своего давлением, угрозами. Для меня это неприемлемо. Я хочу, чтобы наши партнеры не боялись нас, а уважали.
Страх – высшая форма уважения, вспомнил Амадео слова Ксавьера. Однако, пусть этот способ и является самым простым, он не всегда работает. Зачастую своего можно добиться без применения силы, и в бизнесе к такому следует прибегать лишь в самом крайнем случае. Лукас по обыкновению пошел по самому простому пути, а теперь возмущался, почему наглый младший брат собирается отобрать у него компанию. Но Амадео никак не ожидал подобного от отца. Кристоф прекрасно знал о непростых отношениях братьев и все же рискнул сделать такой отчаянный шаг.
- Все же я бы на вашем месте подумал, отец, – неуверенно улыбнулся он. – Я менее опытен в подобных делах и не уверен, что смогу управлять компанией…
- Есть еще время научиться, малыш. Ты уже показал себя как ответственный и целеустремленный человек. Ксавьер не устает нахваливать тебя, а от такого строгого начальника, как он, этого тяжело добиться. Уверен, ты станешь достойным преемником.
Амадео покинул кабинет отца в смятении. Он никак не ожидал, что Кристоф предложит занять его место. И теперь ему было страшно.
Но не за себя. Он боялся за Кристофа. И вечером, встретившись с Ксавьером в небольшом ресторанчике рядом с офисом «Камальон», высказал свои опасения. Тот согласился, однако напомнил, что Кристоф – не маленький мальчик и в состоянии за себя постоять.
- Твой отец не лыком шит, знает, что к чему. Не следует о нем волноваться. Лучше побеспокойся о себе. Когда в последний раз был у врача?
- В прошлом месяце. Но все же я не понимаю, Ксавьер, – Амадео взял у официантки меню. – Почему отец так поступил? Я не готов возглавить такую мощную организацию как «Азар», у меня недостаточно опыта, я только-только начал самостоятельно заключать контракты!
- Видимо, он решил заранее предупредить, чтобы ты готовился. Предстоит очень много работы, и ты вряд ли откажешься, я прав? – дождавшись неуверенного кивка, Ксавьер продолжил. – Я был в курсе его планов, поэтому и доверил тебе управление одной из своих торговых линий. Кристоф посчитал, что это необходимый опыт.
- Что?! – Амадео подскочил, едва не опрокинув перечницу. – Ты знал, что он собирается отдать компанию мне и ничего не сказал?
- По просьбе твоего отца. В чем я с ним согласен на сто процентов, так это в том, что Лукас не способен занять его место.
- Лукас только-только оправился от скандала, и…
- Кто виноват, что его брак с богатой наследницей не удался? Это его подкосило, не спорю. Еще и ты забираешь компанию, – Ксавьер сунул в рот сигарету. – Есть повод упасть духом.
- Я виноват в том, что его жена начала подбивать ко мне клинья?
- Ты давал повод.
- Я не давал повод!
- Нет, ты дал. Вся твоя внешность – один сплошной повод, привыкни уже, – он закурил. – Красота – очень мощное оружие. И источник неприятностей. Помни об этом и будь осторожней.
Амадео зло фыркнул и привычным движением откинул волосы назад.
- Ну конечно. Лучше бы ее вообще не было, этой ослепительной внешности! Сплошные неприятности от нее…
Ксавьер медленно, с наслаждением затянулся.
- Твоя красота – сильное подспорье твоим аргументам. Но, с другой стороны, она расслабляет. Не дает развиваться способностям в полной мере. Учись пользоваться ей правильно, и ты достигнешь многого.
- И в чем же преимущество? Даже ты сначала обратил внимание на нее, а уже потом на мои качества!
- Не психуй и выслушай меня. Да, ты привлекаешь внимание, с этим не поспоришь, – Ксавьер выразительно покосился на официантку, которая ждала, когда можно будет принять заказ. Та сияла, не сводя восторженного взгляда с Амадео. – Но я уже говорил тебе, что нужно, чтобы его удержать. Твой отец не зря доверяет именно тебе, и ты должен оправдывать его доверие.
- Я знаю, – хмуро ответил Амадео. – Но не думаю, что готов к такой ответственности.
- Это уже мои проблемы, как тебя подготовить. Тебе об этом беспокоиться не следует, а то еще сляжешь с нервным срывом, принц.
Обычно Амадео возмущался такому обращению, но сейчас лишь рассеянно кивнул. Лукас будет очень зол, когда услышит эту новость. И Амадео знать не хотел, что он может сделать.

Ночью он проснулся в холодном поту. В ускользающих обрывках сна еще угадывались призрачные черты искаженного злобой лица Лукаса, трясущего безвольного Кристофа, обхватив ладонями его шею. В ушах эхом отдавались слова: за что ты так поступил со мной? Что я тебе сделал?
Амадео сел на кровати и закрыл лицо руками. Кошмары не снились очень давно, именно поэтому сон так ярко отпечатался в мозгу и никак не желал прятаться обратно в подсознание.
Лукас зол на Кристофа из-за того, что отец решил распорядиться компанией иначе. Зол на Амадео. И никому неизвестно, что он может выкинуть.
Однако пугающее видение отступало, и мало-помалу к Амадео вернулось здравомыслие. Как бы ни злился Лукас, вряд ли он опустится до подобного. Все же к отцу он питал уважение, хоть зачастую не показывал этого, предпочитая швыряться провокационными фразами, и только.
В горле пересохло. Амадео натянул штаны и спустился вниз, на кухню. Дом застыл в безмолвии, ни единого звука не доносилось ни из комнат, ни с улицы, хотя территорию особняка круглосуточно патрулировали охранники.
Охранники. Амадео замер, опасаясь сделать еще хоть шаг. Дом молчал, улица – тоже, хотя гравий у входа всегда ужасно громко шуршал. Куда подевалась вся охрана?
Он осторожно шагнул к окну, ступая мимо скрипящих паркетин, и чуть отодвинул штору. Подъездную дорожку заливал свет фонарей, воткнутых вдоль нее, все остальное поглощала тьма. И ни единого движения не угадывалось в ней, будто вся территория попросту вымерла.
Стремительная полоса тьмы пересекла луч света и скрылась в чернильной тени. Амадео, вздрогнув, выпустил штору, однако тут же дернул ее снова.
Еще одна тень. Еще. И еще. Четверо неизвестных, но, черт побери, какие же они быстрые! Не издавали ни единого звука, но он чувствовал, что шаг за шагом они приближаются к двери. Надо разбудить охрану, предупредить отца, но… Ноги не двигались. Все тело сковало парализующим ужасом, когда на подъездную дорожку выплеснулось что-то алое. Оно залило гравий, обняло подножия фонарей и поползло дальше, к крыльцу. Отсюда ступеней было не видно, но Амадео знал, что оно вот-вот скользнет в щель под дверью, затопит ковролин в прихожей, пропитает его насквозь, а затем двинется дальше. К нему. Захлестнет багровым потоком, зальется в рот, глаза, уши, нос, не оставит ни малейшей свободы, и он захлебнется мерзким красным пузырящимся варевом…
- Молодой господин!
Амадео, вздрогнув, открыл глаза. Сердце бешено колотилось от резкого пробуждения, дыхание прерывисто вырывалось из горла. Он уснул за кухонным столом. Роза обеспокоенно смотрела на него, сжимая в руке стакан с водой.
- Как я… – по горлу будто пробежала кошка, и он поморщился.
- Вы пришли сюда выпить воды, – снисходительно объяснила Роза. – Когда я отвернулась, вы умудрились снова заснуть.
- Правда? – теперь он вспоминал. Амадео проснулся среди ночи от кошмара. Роза, которая спала очень чутко, услышала, как хлопнула дверь, и поспешила проверить, что за барабашка решил побродить по дому. Видимо, сон взял свое, едва он опустился на стул, и Амадео задремал, ткнувшись лбом в столешницу.
- Держите, – Роза протянула воду. – Выглядите так, будто не спали неделю.
- Чувствую себя точно так же, – он несколькими большими глотками опустошил стакан. – Спасибо, Роза.
Стало немного легче. Оба сна отступали, растворяясь в подсознании, чтобы вернуться позже. Дыхание выровнялось, учащенное сердцебиение успокаивалось, в голове наконец начало проясняться. Амадео потер глаза, прогоняя остатки сна.
- Росита, скажи, – негромко спросил он. – А Лукас… Каким он был до того, как я появился в этом доме?
- Хотите знать, стал ли он таким маленьким гадом лишь благодаря вам?
Амадео не удержался от улыбки. Роза, как всегда, смотрела в самую суть.
- Можно я не буду произносить это вслух, Роза, он меня и так недолюбливает. И если тут есть какое-нибудь подслушивающее устройство…
Шутка рассмешила ее. По крайней мере, уголки тонких губ чуть приподнялись.
- Молодой господин, я работаю в этом доме уже больше тридцати лет. Единственное подслушивающее устройство тут я.
Настал черед Амадео смеяться, однако смех вышел напряженным. Роза же достала из шкафчика одну из многочисленных коробочек с травами и насыпала пару чайных ложек в заварочный чайник.
- Господин Лукас с самого детства показывал неординарный характер. Я бы не назвала его жестоким мальчиком, у многих детей есть такой период, когда они отрывают крылья мухам или сжигают муравьев с помощью лупы, это скорее детское любопытство. Однако он всегда вел себя как хозяин. Отчасти это объяснялось тем, что Кристоф позволял ему многое, как-никак Лукас – все, что осталось у него после смерти жены, – Роза пожала плечами. – Ничего удивительного в том, что он вырос таким избалованным. Когда Кристоф понял это, перевоспитывать сорванца уже было поздно.
Амадео внимательно слушал. Раньше он не слышал о том, каким Лукас был в детстве, как ничего не знал о его матери. Кристоф никогда не говорил о своей жене, а Амадео не спрашивал, считая расспросы неуместными.
- Лукас привык, что за ним ходят, как за королевичем, – Роза налила в кружку охристого цвета отвар и поставила перед Амадео. – При малейшем желании выполнялся любой каприз, он всегда получал то, что хотел, никто не отказывал ему ни в каких милостях. Кристоф сам признавал, что допустил ошибку, окружив мальчика чрезмерной заботой, позволяя делать все, что вздумается. Поэтому когда появились вы, Лукас прямо на дыбы встал. Но не вините в этом себя, молодой господин, – едва заметная улыбка появилась на тонких губах. – Для господина Кристофа вы очень много значите. Не стоит обвинять его в том, что дал вам новую жизнь.
Амадео потрясенно уставился на нее. Горячий отвар обжигал ладони сквозь стекло, но он этого не замечал.
- Обвинять Кристофа? Роза, о чем ты говоришь? Я никогда не думал ни о чем подобном! Он подобрал меня на улице, ввел в свою семью, не постеснявшись моего происхождения, я всю оставшуюся жизнь буду ему благодарен за это!
- Я знаю, молодой господин. Поэтому и говорю – не вините никого в том, что ваш брат не питает к вам особо теплых чувств, – она кивнула на его руки. – У вас кожа покраснела, не заставляйте меня лечить еще и ожоги.
Амадео отдернул ладони и подул на них, совсем как детстве. И тут уже Роза не удержалась от настоящей улыбки.
- Пейте и ложитесь спать, молодой господин, – мягко произнесла она. – Гарантирую, что спать вы будете крепко.
Роза не соврала. Едва голова коснулась подушки, Амадео крепко уснул. На этот раз ему ничего не снилось.
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #35 : 04 Октябрь 2015, 20:22:37 »
Утром следующего дня Амадео спустился на кухню. Роза уже была там, хлопотала, занимаясь завтраком и не забывая переругиваться с телевизором, по которому показывали новости. Амадео поздоровался и налил себе кофе. Сел за стол и раскрыл газету, по привычке даже не взглянув на первую полосу. Пробежав глазами интересующую его информацию, с благодарностью принял от Розы тарелку с завтраком.
- Отец еще не вставал? – спросил он с набитым ртом.
- Встал, но от завтрака, по обыкновению, отказался, – она всплеснула руками. – Ну что за беда, он слушает только вас!
- Нет, Росита, если бы он и меня не слушал, это была бы беда, – со смехом ответил Амадео. – Допью кофе и отнесу ему завтрак, не переживай…
Взгляд скользнул по экрану, и Амадео в недоумении застыл. Молодой человек с темными, тщательно зализанными волосами говорил что-то в микрофон репортера, беспрестанно поправляя воротник рубашки. Амадео не понимал, что же его зацепило, пока не услышал то и дело слетавшее с губ говорившего имя.
- …кто бы мог подумать, что Ксавьер, мой собственный брат пойдет на такую низость. Да, он сейчас носит другую фамилию, и вы ее прекрасно знаете. Санторо.
Амадео вскочил, опрокинув чашку с кофе. Роза возмущенно вскрикнула, а он, схватив пульт, увеличил звук.
- Да, я со всей ответственностью заявляю, что мой брат – самое низкое и подлое существо, которое только можно встретить. Я не держу на него зла за все, что он совершал по отношению ко мне, но не могу простить того, как он поступил с моими родителями. Оставил их, когда они больше всего нуждались в помощи, основал собственную империю, но поделился ли с ними? Нет! Они живут в нищете, а он разъезжает на дорогих автомобилях, обедает в лучших ресторанах…
- Молодой господин, это же… – начала Роза.
- Тише, – шикнул на нее Амадео, чего раньше себе никогда не позволял.
- Думаете, все богатство он нажил честным путем? Как бы не так. Этот низкий человек не способен на честность. Он абсолютно бесчеловечен, он – робот, который ничего не чувствует, даже по отношению к людям, которые его родили и воспитали! Я хотел бы снова увидеться с ним, чтобы посмотреть в глаза и задать один-единственный вопрос: разве это правильно?
Амадео слушал, и внутри закипала ярость. Как смеет этот человек врать на весь город? Кто этот странный тип? Зачем он это делает? Хочет нажиться на славе Ксавьера?
На экране появилась телеведущая.
- Итак, все наши представления об одном из самых могущественных людей города оказались ошибочными. Но так ли это на самом деле? В следующем выпуске вас ждет эксклюзивное интервью с родителями Ксавьера Санторо, то есть, простите, Ксавьера Перейры.
- Молодой господин! – воскликнула Роза, но Амадео уже выбежал из кухни.

Мотор взревел, и джип, выбрызгивая из-под колес струи гравия и ошметки недавно выпавшего снега, выехал с подъездной дорожки. Руки дрожали, и Амадео сжал руль сильнее, чтобы удержать автомобиль на скользкой дороге. Машинально потянулся к радио и включил.
Бодрый голос диктора вещал об ухудшении погодных условий, даже высказал предположение о возможном штормовом предупреждении. Амадео переключил станцию.
- …последние новости. Сегодня стало известно, что известный предприниматель Ксавьер Санторо…
Амадео в раздражении ударил по кнопке. К черту все эти слухи. Пока он не получит объяснений лично от друга, ничего и никого слушать не будет.
Ксавьер никогда не рассказывал о своей семье и пресекал любые попытки что-то выяснить. Даже Ребекка отказывалась давать информацию, но, возможно, она просто ничего не знала. Откуда взялся новоявленный брат, который к тому же бросался ужасными обвинениями?
Амадео знал Ксавьера не так давно, но не мог поверить, что он способен на такое. Строгость и беспощадность по отношению к подчиненным регулярно оправдывала себя, бессмысленной жестокостью он никогда не отличался. Наоборот, всегда действовал рационально, без лишних движений.
Пальцы, стискивающие руль, слегка расслабились. Наверняка это просто недоразумение либо попытка вытрясти деньги. Но, как бы там ни было, Амадео заставит друга рассказать все, что произошло. И на этот раз уйти от ответа ему не удастся.

Ксавьер выключил телевизор и мрачно уставился в газету, разложенную перед ним на столе. Кричащий заголовок резал глаза, огромные черные обвинительные буквы отпечатывались на сетчатке.
«КСАВЬЕР САНТОРО: беспощадный мучитель».
Раздраженно фыркнув, он скомкал газету и швырнул в мусорное ведро. Мало было проблем, так еще объявился какой-то самозванец. Ничего удивительного, если в ближайшее время выплывут и родители, потрясая кулаками и требуя долю от дохода.
- Черта с два, – он потянулся за сигаретной пачкой.
Дверь распахнулась, и Ксавьер поднял голову.
- Доброе утро, Амадео.
- Ксавьер, что происходит? – тот подошел и оперся на стол, наклонившись вперед. Капли с мокрых волос падали на полированную поверхность. – Я видел по телевизору твоего брата…
- Это не мой брат. Не стоит обращать внимания на такие мелочи, – спокойно ответил он. – У нас полно работы, сегодня должна быть крупная поставка на твоей ли…
- Мелочи? – перебил Амадео. – Он обвинил тебя в том, что ты бросил своих родителей, что…
- Неважно, – отрезал Ксавьер. – Полнейшая чушь, которая не стоит даже упоминания. Не верь всему, что говорят по телевизору, Амадео. У бара есть бумажные полотенца, вытри волосы. На улице сильный снег?
- Но если это самозванец, как он мог узнать обо всем, если не…
- От моей семьи? – Ксавьер презрительно фыркнул. – Да они душу продадут за пачку банковских бумажек, не то, что собственного сына.
Амадео пораженно выпрямился. Поведение Ксавьера обескураживало.
- Как ты можешь так говорить? Они же твои родители…
- Они мне никто. Стали никем, когда мне едва исполнилось четырнадцать. Впрочем… – Ксавьер задумался. – Намного раньше. Года этак на четыре.
- Я ничего не понимаю, – Амадео потер лоб. – Не понимаю, о чем ты говоришь. Ты и в самом деле бросил семью? Почему?
Ксавьер не удержался от вздоха. Этот парень был таким любопытным.
- Зачем тебе это знать? Не хватает своих проблем?
- Значит, это все же проблема, – Амадео скрестил руки на груди и уселся в кресло. – Я никуда не уйду, пока не расскажешь обо всем.
Ксавьер мрачно смотрел на него. Вполне в характере Амадео – зациклиться на чем-то и не отступать, пока не получит ответы. Или контракт для своего отца, невзирая на первичный отказ. Ксавьер еще никому не рассказывал о своем прошлом, опасаясь предательства, но Амадео заслуживал особого отношения.
- То есть, ты не оставляешь мне выбора, – он достал из пачки сигарету. – Что ж, ты будешь первым, кто услышит эту историю, Амадео. И, надеюсь, единственным. Потому что я доверяю только тебе.
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #36 : 04 Октябрь 2015, 20:49:11 »
Фредерик втолкнул его в кладовку. Швабра, прислоненная к стене, покачнулась и больно ударила Ксавьера по лбу.
- Сиди здесь и не высовывайся, – зашептал брат. – Он видел только меня. Как только сможешь выйти, позвони в полицию еще раз, на всякий случай, все ясно? – он оглянулся через плечо, вздрогнув от шума внизу. – Что бы ни услышал, не выходи, понял?
Дверь захлопнулась. Опомнившись, Ксавьер налег со всей силы, но она не поддавалась – брат изо всех сил подпирал ее спиной.
- Фред! – он ударил по двери кулаком. – Как так?! Я ведь старший, мне уже десять, а тебе всего семь! Это я должен тебя защищать, Фред! – он стучал и стучал в дверь, но брат будто не слышал. – Открой и зайди сюда, а я побегу к соседям и позвоню папе, я быстро бе…
- Да, дом восемь! – выкрикнул вдруг Фредерик, заглушая увещевания Ксавьера. – И побыстрее, пожалуйста, он вот-вот…
- Ты с кем там разговариваешь, пацан?
Ксавьер отскочил, словно его ударило током. Сквозь щель он видел, как ноги брата оторвались от пола. Трубка разрядившегося радиотелефона с глухим стуком упала на ковер.
- Я… говорил по теле… фону… – Фред взбрыкнул ногами. – А ну отпусти меня, здоровенный кабан! Скоро тут будет полиция, ты никуда не уйдешь!
Ксавьер протянул руку к двери, но тут же отдернул. Зажал рот, боясь, что звук дыхания выдаст его, и в ужасе таращился через крошечную щель. Фредерик казался таким маленьким по сравнению с проникшим в дом грабителем, но смотрел без страха.
- Мы еще посмотрим, кто не уйдет, – мужчина достал нож и щелчком раскрыл его. – Говори сейчас же, где в вашем чертовом доме деньги?
- Вот еще, – Фредерик отнюдь не выглядел испуганным, хотя сердце бешено колотилось, а голос предательски дрожал. – Чтобы какой-то безработный мужик приказывал мне, что делать? И нет тут никаких денег, папа держит все сбережения в банке. А тебе туда попасть слабо! Жалкий неудачник!
За окном послышался вой сирен, приближаясь с каждой секундой. Мужчина отвлекся на мгновение, и Фредерик изо всех сил пнул его по колену. Тот взвыл, но не выпустил мальчика.
- Ах ты, щенок!! И в самом деле вызвал полицию?!
- Да… – прохрипел Фредерик. – Я же сказал… Тебе долго не протянуть…
- Это тебе долго не протянуть, мелочь.
Ксавьер прижал руки ко рту, чтобы не закричать, когда лезвие глубоко вошло в живот брата. Бросив мальчика на пол, грабитель сбежал вниз, грохоча массивными ботинками по ступенькам.
Только когда шаги бандита стихли внизу, Ксавьер наконец осмелился толкнуть дверь. Руки дрожали, тело не слушалось, но он все же заставил себя сделать несколько шагов. На последнем ноги подкосились, и он опустился на колени.
- Фред… – он потряс брата за плечо. – Очнись, сейчас п-придут мама с па… папой….
Тот не шевелился. Ледяной холод сковал пальцы Ксавьера, в горле пересохло. Страх затянул внутренности в тугой узел.
- Фред, ну хватит… Н-не пугай меня…. – он схватил брата за рубашку и сильно встряхнул. – Фред! Фред!! Прекрати…
Горячие слезы обожгли щеки и закапали на мертвое тело брата.

Амадео потрясенно молчал, не зная, что сказать. Брата Ксавьера убили на его глазах, но кто же тогда тот человек, который только что вещал о том, что вновь хочет увидеться со своим братом и не держит на него зла за причиненную боль? Какие мерзкие слова, какая чудовищная ложь!
- После случившегося родители совершенно потеряли ко мне интерес, – Ксавьер смотрел перед собой, не замечая ничего. Сигарета, зажатая в пальцах, дымилась, тон голоса был настолько будничным, что казалось, он рассказывает о снежной погоде за окном. – Будто меня никогда не существовало. Будто у них был всего один сын.
- Но родители, – робко попытался возразить Амадео, – любят своих детей одинаково.
- Ошибаешься. По-настоящему они любили только Фреда. И едва не заставили меня возненавидеть его за это.

Ксавьер сидел за столом и уныло ковырялся в еде. Вилка гоняла опостылевшую тушеную капусту туда-сюда, пережаренные ребрышки сдвинуты к краю тарелки.
- Долго мы еще будем есть это, мам? – протянул он, бросая вилку.
- Это любимое блюдо Фредерика, – бесцветным голосом ответила она, садясь напротив. – Будь добр съесть.
- Но я ненавижу капусту! – Ксавьер раздраженно скрестил руки на груди. – И ты всегда это знала, мама. В морозильнике есть рыба, почему бы не приготовить ее для разнообразия?
- Будешь препираться – останешься без ужина вообще, – все тот же безразличный тон.
Ксавьер вздохнул и снова уткнулся в тарелку. После смерти Фредерика родители словно забыли о его существовании. Он мог творить что угодно, хоть на голове стоять, но им на все было наплевать. Фредерик Перейра, мальчик семи лет, едва выписавшийся из больницы после тяжело перенесенной болезни – и погибает такой ужасной смертью. Да, это потрясло весь городок, но минуло уже четыре года. И не проходило ни единой недели, когда на ужин не было бы этой тошнотворной капусты с ребрышками.
Мать повернулась к мужу, и голос слегка оживился.
- Постарайся больше не задерживаться на работе, мне тяжело содержать этот огромный дом одной.
- Я работаю, чтобы обеспечить тебя же! – отец швырнул газету на стол. – Ты могла бы не предъявлять мне претензий?
Ксавьер вздрогнул, привычно пропустив мимо ушей свое отсутствие в этом диалоге.
- Мам, пап… – несмело начал он. – Хватит, вы постоянно ссоритесь. Мои одноклассники ходят семьями на пикник, а на выходных будет хорошая погода, может, мы могли бы тоже?.. Побросать фрисби или мяч… – голос становился все тише, пока не перешел в шепот.
На кухне воцарилась такая тишина, что обычно незаметное тиканье настенных часов казалось оглушающим. Ксавьер уткнулся взглядом в стол, стараясь не дышать и молясь, чтобы буря прошла стороной.
Мать с такой силой ударила ладонями по столешнице, что вся посуда подпрыгнула. Вилка соскользнула с края тарелки и зазвенела о плитку пола.
- В эти выходные годовщина смерти Фредерика! – взвизгнула она. – Как ты можешь веселиться, зная, что твой брат мертв?!
И тут в голове Ксавьера что-то щелкнуло. Этот цирк предстал перед ним во всей красе, и это так рассмешило, что он расхохотался в голос, откинувшись на спинку стула.
Мать шокированно уставилась на него, вероятно, думая, что он сошел с ума. Отец зашарил руками по столу, нащупывая свалившиеся с носа очки.
- Он мертв уже четыре года, мама! – воскликнул Ксавьер, отсмеявшись. – За это время вы оба могли бы заметить, что у вас есть еще один сын! Не заставляйте меня ненавидеть моего брата только за то, что меня похоронили вместе с ним!
- Как ты разговариваешь с матерью?! – заорал отец, водружая найденные очки на нос. Мать же вскочила и отвернулась к раковине, закрывая синим фартуком лицо. – Живо в свою комнату и не высовывайся оттуда!
- Не пойду я ни в какую комнату! Зачем мне комната, куда никто не заходит даже прибраться, потому что там когда-то спал Фред? Вы что, храните эту годовую пыль, чтобы не потерять о нем память?! – Ксавьер встал из-за стола, едва не наступив на вилку. – Сделайте себе нового ребенка, назовите Фредериком и живите счастливо без всяких ненужных вам Ксавьеров!
Схватив куртку, он выбежал на улицу. Никто его не остановил. В то время как Амадео обрел дом, Ксавьер его навсегда потерял.

- Домой я не вернулся. И своих родителей больше никогда не видел. – Ксавьер затушил в пепельнице очередную сигарету. – Сомневаюсь, что они меня искали, да это и неважно. Я привык считать, что их никогда не существовало. Так началась моя вторая жизнь, о которой ты уже знаешь. Как-то я читал один рассказ, где человек избавляется от своей тени, потому что она неподобающей формы. Так и я. Словно избавился от ненужной тени, чтобы обрести другую. Но, похоже, первая тень меня нагнала, – он бросил взгляд на выключенный телевизор.
- Но это не твой брат. Значит, ничего выжать из тебя ему не удастся.
- Ты прав. Но он всего лишь актер. Режиссера этого спектакля еще предстоит найти. У меня много недоброжелателей, но единицы из них способны так изощренно отомстить.
Амадео наклонился вперед и выхватил из пальцев Ксавьера новую сигарету.
- Хватит. Ты слишком много куришь. Я понимаю, что тебе тяжело вспоминать эту историю, но загонять себя в гроб тоже смысла не имеет.
В глазах Ксавьера мелькнуло удивление, затем он грустно улыбнулся.
- Ведешь себя в точности как мой брат. Знаешь, вы с ним похожи. Оба добрые парни, только если доходит до дела, то упертые, как скала. Оба слабы здоровьем… Перед тем, как его убили, Фредерик только-только выписался из больницы, куда слег с воспалением легких. Храбрости ему было не занимать. Как и тебе, – он перегнулся через стол и положил ладонь на макушку Амадео. – Поэтому прошу: не лезь в это дело. Я не могу потерять и тебя.
Домой Амадео возвращался в полной задумчивости. Водитель несколько раз переспросил, не желает ли он заехать пообедать, но Амадео лишь рассеянно отмахивался.
- Хотя… Останови, пожалуйста, у газетного киоска.
Он купил свежую газету и, усевшись на заднее сиденье, погрузился в чтение. Заявление лже-Фредерика было на первой полосе, и Амадео стискивал зубы, чтобы не разорвать ни в чем не повинную бумагу на мелкие клочки.
Ужасная ложь, отвратительные слова, грязь, которой «брат» поливал Ксавьера – это никак не укладывалось в голове. Сколько же ему заплатили за этот спектакль? И почему родители молчат? Почему не опровергнут этот кошмар, им же самим наверняка не слишком приятно, что память их любимого сына омрачают таким отвратительным образом…
Амадео перевернул страницу и изумленно застыл. Фотография семейной пары в годах, одинаковое скорбно-негодующее выражение на лицах – и подпись: «Ханна и Эдвин Перейра обвиняют старшего сына в покушении на убийство».
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Оффлайн Kamio

  • Творец
  • *
  • Сообщений: 6169
  • Репутация +189/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #37 : 04 Октябрь 2015, 21:27:20 »
 :good: здорово!  Очень захватывающе! Смею просить добавки, Мисс!  :my_lord:
Правила Форума (http://literat.su/index.php?topic=1185.0)
Помощь по форуму (http://literat.su/index.php?topic=3451.0)

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #38 : 05 Октябрь 2015, 05:13:19 »
спасибо, Ками! ты кстати первая отзывы пишешь на это произведение)) на других сайтах молчат)) щас кину, кину
« Последнее редактирование: 06 Октябрь 2015, 17:56:25 от Ryuzaki »
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Онлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5221
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Ничего личного
« Ответ #39 : 05 Октябрь 2015, 05:13:51 »
Амадео ходил туда-сюда по кабинету Ксавьера, заложив руки за спину. Во вчерашней газете сообщалось, что супруги Перейра наконец отыскали старшего сына, который пропал много лет назад, и теперь требуют, чтобы он ответил за свои преступления. Согласно их показаниям, в детстве Ксавьер сильно ревновал к Фредерику и несколько раз пытался убить его.
Амадео пришел в ужас. Как могут родители говорить такое о собственном сыне? На следующее утро он поспешил к Ксавьеру, чтобы убедить его официально опровергнуть эти обвинения, однако тот оставался невозмутим. Спокойно решал дела, подписывал документы и делал вид, будто ничего не происходит. Однако Амадео видел, как порой он стреляет взглядом за окно, на улицу, на которой, четырьмя этажами ниже, то и дело появлялись репортеры.
- Долго ты будешь делать вид, что тебя это не касается? – Амадео щелкнул пультом телевизора, и лицо лже-Фредерика исчезло с экрана. – Тебя сознательно травят, Ксавьер, неужели ты не желаешь этого замечать?
- Амадео, я уже сказал, со мной все в порядке. Волноваться не стоит. Это лишь мелкие неприятности, никто не посадит меня в тюрьму на основании лишь их слов… – его прервал писк интеркома. – Да, Серджио, в чем дело?
- К вам посетители, господин Ксавьер.
- Я никого не принимаю.
- Они говорят, что их вы непременно примете, – молчание. – Сказали, что они ваши родители.
Ксавьер стиснул зубы. Амадео потянулся к интеркому.
- Может, не стоит…
- Впусти их, Серджио, – Ксавьер откинулся на спинку кресла. – Не знаю, чего они добиваются, но если им нужны деньги, пусть получают и проваливают.
Амадео хотел возразить, но не успел. В кабинет стремительно влетела сухощавая дама лет шестидесяти. Губы презрительно поджаты, редкие волосы стянуты в пучок на затылке. Маленькие крысиные глазки стреляют по углам, выискивая добычу. За ней, явно смущаясь, вошел высокий поджарый мужчина с торчащими ежиком седыми волосами. Он нервно теребил отворот теплой зимней куртки и оглядывался вокруг с таким видом, будто зашел в змеиное логово.
- Зачем мы сюда пришли, Ханна, – ворчал он. – Думаешь, мы чего-то добьемся от этого неблагодарного…
- И вам здравствуйте, – презрительно сощурился Ксавьер, – Каким ветром вас сюда занесло?
Мать уставилась на него цепким взглядом. Амадео стало не по себе – так смотрят на курицу, примериваясь, как бы половчее отрубить ей голову.
- Ты только послушай, как он нас приветствует, Эдвин! – взвизгнула она, и Амадео подавил желание зажать уши. – Мы его вырастили, а он…
- Не надо сейчас этих спектаклей,  – резко оборвал Ксавьер. – Говорите, что вам надо, и убирайтесь отсюда.
Его тон на мгновение вогнал Ханну в ступор. Она покраснела от злости, тонкие пальцы сжались, губы затряслись. Амадео с отвращением подумал, что эта женщина похожа на ведьму, которая обнаружила, что ребенок, которого она собиралась съесть, обманул ее и сбежал.
- Да ты хоть знаешь, как мы сейчас живем?! В полнейшей нищете! Иногда даже есть нечего, а он тут жирует, торгуя своими сигаретками!
- Что-то я не заметил, чтобы вы нищенствовали, – Ксавьер окинул их взглядом. – Одежда на вас недешевая.
- Нет, ты полюбуйся, каков знаток! – вознегодовал на этот раз отец. – Что творит! Бросил нас, а теперь и на порог пускать не хочет!
- Бросил? – Ксавьер расхохотался. – Кто бы говорил! Вы попросту забыли меня, когда умер Фред!
- Не смей упоминать Фредерика, ты! – завизжала мать. – Ты пытался убить его, и нам пришлось его прятать, чтобы ты не попытался снова!
Ксавьер раскрыл рот.
- Что? Ты хоть думаешь, что говоришь? Я пытался убить Фреда? Что за бред ты несешь?
- Да! – крикнул отец. – Все было именно так, и теперь все узнают о том, какой ты хороший!
Ксавьер сжал зубы. Желваки на скулах играли, кулаки сжимались так, что ногти впивались в ладони. Ханна торжествующе задрала нос.
- Ничего не хочешь сказать? Оправдаться? Или, наоборот, признать свою вину? Давай, сознайся, что ты всегда желал ему смерти!
Амадео задохнулся от негодования и выступил вперед, чтобы осадить зарвавшуюся нахалку, но Ксавьер опередил его, шагнув к сейфу. Распахнул его и достал оттуда пачку банкнот.
- Этого хватит? – он швырнул деньги на стол. – Хватит, чтобы вы оставили меня в покое?
Глаза Ханны жадно блеснули. Она протянула руку, но Амадео схватил ее за  запястье.
- Вы ни цента от него не получите. А ты, – он повернулся к Ксавьеру, – прекрати. Это не поможет.
Ханна дернула руку в попытке освободиться.
- Да ты… Что себе позволяешь? Кто ты вообще такой?!
- Финансовый директор. Еще раз повторяю – вы не получите ни монеты. Уходите.
Эдвин положил ладони на плечи жены, сверля Амадео презрительным взглядом.
- Пойдем. Похоже, от этого ублюдка уважения нам не добиться, как и от его помощника. Я-то надеялся, он будет благоразумен.
- Прежде чем предъявлять какие-то претензии вашему сыну, последите за собой, – Амадео выпустил руку Ханны. – А теперь покиньте, пожалуйста, кабинет.
Немного помявшись для вида (Ханна не сводила взгляда с толстой пачки денег, все так же лежавшей на столе в окружении бумаг), они в сопровождении Серджио ушли.
Амадео повернулся к Ксавьеру.
- О чем ты думаешь, черт побери? Дашь денег – они явятся снова! Считаешь, от них так легко отделаться?
- Ты прав, ты прав, – Ксавьер запустил пальцы в волосы и усмехнулся уголком рта. – Они сведут меня с ума. Что еще за разговоры о том, что я пытался убить Фреда?
Еще никогда Амадео не видел Ксавьера настолько потерянным. Он-то считал, что этого человека невозможно вывести из себя. Какой бы острой ни была ситуация, он сохранял хладнокровие и всегда принимал верные решения. Но эти люди смогли пошатнуть его уверенность. Похоже, впервые в жизни Ксавьер не знал, что делать.
Амадео подошел к другу и положил руку ему на плечо.
- Им не удастся довести тебя до сумасшествия. Кто-то нанял их, это же очевидно. Найдем заказчика – и они исчезнут из твоей жизни раз и навсегда.
Ксавьер выпрямился. Из глаз исчезло затравленное выражение, будто и не появлялось вовсе.
- Ты прав, – повторил он. – Тогда не стоит терять времени. Езжай домой, а я займусь этой проблемой.
« Последнее редактирование: 06 Октябрь 2015, 17:57:47 от Ryuzaki »
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".