Автор Тема: Мернейт.  (Прочитано 2876 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Ryuzaki

  • Местный маньяк
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5189
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #20 : 07 Июль 2011, 20:55:29 »
я кстати тоже с фильма начинала смотреть) и меня потом (при просмотре аниме) очень порадовало, что несильно отошли от оригинала) поначалу, правда - потом различия все-таки будут, и значительные.

жду продолжения) почитала бы на прозе, но там, я так поняла, неотредактированный вариант.
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Оффлайн ЗимаАвтор темы

  • Модератор
  • Легенда
  • *
  • Сообщений: 3368
  • Репутация +105/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #21 : 07 Июль 2011, 20:56:31 »
почитала бы на прозе, но там, я так поняла, неотредактированный вариант.
Да, там вообще из-под клавиатуры.  ;D
***
Блондинки не боятся проблем, это проблемы боятся блондинок. Когда блондинки начинают решать проблемы, то проблемы появляются у проблем!
***
Включила дуру. Выключить не могу! День не могу. Второй не могу. А потом смотрю… жизнь-то налаживаться стала!
***

Оффлайн ЗимаАвтор темы

  • Модератор
  • Легенда
  • *
  • Сообщений: 3368
  • Репутация +105/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #22 : 07 Июль 2011, 21:40:21 »
Глава 7.

[spoiler]Я не знаю, сколько времени потребовалось для того, чтобы я снова смогла стать собой, просто лежала на траве, не чувствуя холода, и пыталась успокоиться. Думаю, что отключилась в какой-то момент, забылась кратким, не приносящим отдыха, сном. Очнулась голая, лежащая на земле, вся перепачканная и растерянная. Впервые со мной произошло такое превращение, и я не знала радоваться этому или пугаться. Во рту всё ещё оставалась солёный привкус крови, который заставил желудок судорожно сжаться в приступе тошноты. То, что когда-то служило мне одеждой, сейчас клоками разорванной ткани валялось вокруг того места, где обратилась.

Солнце уже довольно давно скрылось за горизонтом, и вечер принёс с собой прохладу. Оставшись без тёплой звериной шкуры, почувствовала, что замерзаю. Ощущения после превращения были просто ужасными: тело колотила мелкая дрожь, перед глазами всё расплывалось, в голове раскалёнными молоточками пульсировала боль. Не справившись с очередным приступом тошноты, согнулась пополам и меня вырвало. Сорвав лист с какого-то куста, вытерла рот и побрела в сторону дома. Шла, шатаясь, хватаясь за деревья, ноги заплетались, падала, снова поднималась и шла… Все силы уходили на то, чтобы переставлять ноги, на раздумья их просто не оставалось. Когда уходила на прогулку, казалось, ушла от дома совсем недалеко. Сейчас я подумала о том, смогу ли вообще добраться до кровати или усну прямо в лесу под открытым небом.

***

Проснулась от того, что солнце светило прямо в глаза сквозь незашторенное окно, и недовольно поморщилась. Сонный туман постепенно рассеялся перед глазами, и первое, что бросилось в глаза – перепачканное землёй постельное бельё. Дрёма тут же слетела. Я вскочила с кровати и кинулась к зеркалу: всклокоченные волосы, горящие огнём, безумные глаза, лицо заляпанное кровью и землёй… Увидев собственное отражение, пулей кинулась в ванную приводить себя в порядок. Если бы сейчас кто-то увидел меня, то я бы отправилась прямиком в полицейский участок. Несмотря на вчерашнее происшествие, чувствовала я себя на удивление хорошо, а, приняв душ, и вовсе ожила. Прошла на кухню и поставила чайник, чтобы выпить кофе. Я полюбила этот странный, но придающий сил, напиток, горьковатый вкус которого неизменно поднимал настроение и помогал размышлять.

Вчера голова совершенно не работала, не было ни сил, ни желания что-то обдумывать, сегодня же, за чашкой утреннего кофе, ничто не мешало предаваться размышлениям. То, что вчера произошло со мной – очень странно, но я не испугалась. Знала, что Богиня дарит избранным жрицам часть себя. В легенде говорилось, что человеческая часть Бастет – олицетворение домашнего очага, кошка благородная, свободная в жизни и любви. Но когда Богине грозила опасность, на свободу вырывалась её свирепая часть. Пашт – дикая, сильная и беспощадная львица, клыки и когти которой были способны убить даже Бога. Не каждая жрица могла рассчитывать на такой дар, и мне не известно, как Богиня определяла достойную. Но не было ещё такого, чтобы Бастет наградила даром служительницу без семьи, без детей. Обладательницами дара становились лишь те, кому было кого защищать: муж, дети и даже внуки. Я же не имела не то, что семьи, но даже и нормального дома. Кого мне было оберегать? Зачем Богиня наградила меня своим даром? Чтобы защищать никчёмную короткую жизнь? Бастет явно было известно больше, чем мне.

А вот появление демона сильно обеспокоило меня. До вчерашнего дня, я встречала только одного из них – моего мужа. Откуда взялся незнакомец? Откуда он знает, кто я такая? Почему хотел убить меня? Я понимала, что найти ответы на эти и другие вопросы, яркими вспышками мелькающие в голове, вряд ли получится. Я могла догадываться о мотивах Бастет, но о демонах знаний был самый минимум. Моя вера учила, что демоны – посредники между людьми и Богами, которые могут служить как добру, так и злу. Чьим же посланником был тот, который пришёл за мной вчера? Кому из Богов помешала моя короткая жизнь?

После долгих и практически бесполезных размышлений, решила остановиться на том, что дар обращения послан мне, как последней жрице Бастет в этом чужом и незнакомом мире. О, Богиня, как же изменился мир с тех пор, как я впервые появилась на свет! Всё стало абсолютно другим – чужим, непривычным, удивительным. Я вспоминала тишину и уют Храма. Как я, наполненная счастьем и покоем, отдавала всю себя служению великой матери. Сижу за столом, пью кофе, а из глаз сами собой капают слёзы. Вечное одиночество – вот моё проклятие. Оставаться чужой в любое время, в которое закинет судьба. Я могла бы завести семью, могла бы жить обычной жизнью, остаться в каком-то из сосудов, хоть с тем же Димой. Научилась бы любить его, родила бы детей и жила той жизнью, о которой мечтала ещё ребёнком, ведь для жриц нет ничего важнее семьи. Могла бы…но почему-то не делаю, обрекая себя на одиночество. Я не в силах заставить мужчину быть рядом, не желаю видеть в нём раба своего дара.

В тишине леса послышались шаги, я вздрогнула, настораживаясь. Сердце радостно забилось, предчувствуя встречу… Стук в дверь. Я мысленно простонала, обманутое сердце жалобно сжалось. Это не Он. Азазель  не стал бы стучать, просто вошёл бы в дом. Кому же я понадобилась? Дверь не заперта, и заставлять себя вставать из-за стола не придётся. Быстро схватила очки, лежащие под рукой – мой неизменный аксессуар, и скрыла глаза за тёмными стёклами.
- Войдите! Открыто! – громко сказала я, зная что через картонные стены дома гость без труда услышит приглашение.

Дверь скрипнула, снова шаги. В кухне появился Ричард – редактор газеты, в которой мне довелось работать. Приятный молодой мужчина лет тридцати – всё ещё холостой. Ричард был чем-то похож на Диму из моей прошлой жизни: такое же сдержанное выражение лица, та же аккуратная вежливость во всём. Он даже не подал вида, что удивился тому, как выглядит моё жилище.

Мой дом больше похож на каменный сарай - небольшое одноэтажное строение с обшарпанными снаружи стенами и хлипкой входной дверью с почти сломанным замком. Как только переехала сюда, думала сменить замок, но потом махнула рукой: мужа замки не остановят, а больше я никому не нужна. Внутри дом выглядел немного лучше: я слегка обновила ремонт, а мебель и до моего появления была простенькой, но добротной. Две небольшие комнаты – спальная и гостиная. Кухня, служившая одновременно столовой и крохотная ванная. В целом, дом напоминал маленькую квартиру в трущобах больших городов.

Телефона у меня не было ни домашнего, ни мобильного - отказалась от этого блага цивилизации, чтобы не оплачивать лишних счетов. Из-за этого приходилось раз в три дня приезжать в редакцию – узнавать есть ли задания для меня. На ноутбук пришлось разориться, чтобы выполнять работу, но в подключении интернета необходимости не было, поэтому я, можно сказать, была отрезана от жизни, находясь в собственном маленьком мирке.
- Привет, Мернейт, - поздоровался Ричард, приветливо улыбнувшись.
- Здравствуй, Ричард, - я вопросительно уставилась на него, ожидая, когда назовёт причину визита.
- Ты давно не появлялась в газете, - издалека начал босс. – Вот, пришёл проведать тебя.

Он сказал правду. В последнее время я целыми днями бродила в лесу или сидела у реки, погружённая в воспоминания. Меня очень беспокоило то, что в этот раз я прожила намного больше, чем всегда. За сотни перерождений у меня ни разу не было больше трёх лет с того момента, как воспоминания возвращались. В этот раз я пережила этот срок уже на четыре года, и это беспокоило меня.
- У меня всё в порядке, - с улыбкой ответила я. – Не появлялась потому, что была немного занята ремонтом.
Ричард помимо воли окинул помещение взглядом и, не удержавшись, скривился, явно не понимая, как можно жить здесь. Я продолжала улыбаться – всё равно, что он обо мне подумает.
- Видишь ли, в город приехал один из крупнейших меценатов США. Что привлекло его здесь – нам не известно. Мы отправляли к нему лучших журналистов, но он отказался разговаривать с ними. Потребовал списки сотрудников, а вчера позвонил в редакцию и попросил, чтобы прислали тебя. Говорит, что даст интервью только тебе, - Ричард озадаченно смотрел на меня.

Я и сама ничего не понимала. Во-первых, с чего какому-то меценату давать интервью внештатному журналисту? И, во-вторых, почему именно я? В нашей газете полно внештатников, у которых опыта в журналистике намного больше, чем у меня. Так почему я? Неумелый, никому не известный журналист, который пишет о проблемах в семье в маленькой рубрике в конце газеты.
- Почему я? – даже не пытаюсь скрыть удивление.
- Мы тоже…хм… поинтересовались. Но он не ответил. Просто хочет дать интервью именно тебе. Поэтому я здесь. Тебе нужно созвониться с ним и договориться о встрече. Газета не может упустить эту новость.

Мне совершенно не хотелось встречаться с каким-то богачом, задавать вопросы, выслушивать ответы. Сейчас все мысли крутились только вокруг тех событий, которые начали разбавлять скучное существование. Но если я откажусь, то потеряю работу – единственный источник денег.
- Хорошо, - вздохнув, словно взвалив на плечи тяжёлую ношу, сказала я. – Давай номер.
Ричард продиктовал номер.
- Если будет нужен телефон, ты можешь воспользоваться редакцией.

Ещё раз окинув взглядом моё неуютное жильё, Ричард попрощался и ушёл, оставив меня наедине с мыслями. Я не слышала звуков отъезжающей машины из-за того, что от того места, где заканчивалась дорога и до моего дома было приличное расстояние. Всё это казалось очень странным: обычный и привычный ритм кратковременных жизней нарушался вмешательством посторонних. Вначале Азазель, который не давал мне больше трёх лет, не появляется уже семь, потом внезапное нападение демона, и теперь какому-то меценату понадобилась неопытная мелкая журналистка. Что-то изменилось в мире, а я это пропустила? Богиня, что происходит?

Я посмотрела на часы: автобус до города будет через час. Есть время собраться и дойти до остановки. Поднялась из-за стола, вымыла чашку и пошла собираться. Заодно завезу испачканное постельное бельё в прачечную: отстирать пятна земли в собственной доисторической стиральной машине не представлялось возможным.

***

Город встретил тишиной и спокойствием. Малолюдные улочки, несколько небольших магазинов в центре, здание городской администрации, два кафе-бара и один ресторан, несколько хозяйственных служб… В общем почти деревня, в которой даже мэр города сидит за одним столом с садовником. Что в таком городишке понадобилось крупному меценату – загадка. В первую очередь завезла бельё в прачечную, забросила в машину, включила программу и пошла в редакцию газеты, которая находилась поблизости. Если разобраться, то здесь всё находилось поблизости. Я ухмыльнулась: отличное место для такой жизни, как у меня.

Редакция газеты выглядела полной противоположностью тому, что показывают в фильмах. Вместо суеты, поиска новостей и сенсаций – вялая и сонная тишина, изредка нарушаемая постукиванием клавиш. Пара штатных журналистов на рабочих местах  создавали видимость работы. Невысокий полноватый мужчина с редкими волосами и намечающейся лысиной набирал текст. Женщина - журналист и по совместительству секретарь редактора, задумчиво раскладывала пасьянс на мониторе. Когда я зашла в офис, лысыватый на мгновение отвёл взгляд от текста, быстро кивнул и вернулся к прерванному занятию. А секретарша радостно помахала, видимо, пасьянс надоел до чёртиков, и она рада была хоть какому-то развлечению.

- Привет, Мернейт, – звонкий голос женщины прорезал сонную тишину офиса. – Ричард уже ездил к тебе?
- Привет, Элен, - ответила на приветствие без особой радости, зная, что теперь она будет трещать без умолку, пока я не уйду. – Да, приезжал, поэтому я здесь. Нужен телефон.
- Ох, ты даже не представляешь, что творится в городе, - всплеснув руками, затараторила Элен. – К нам приехал сам Оливер Холл! –  воскликнула она и, видимо, для убедительности выпучила глаза. - Мэр, как на иголках – таких гостей у нас ещё не было. Люди перешёптываются, гадая каким ветром к нам занесло этого богача. А он отказался давать интервью! Представляешь?! Ходят слухи, что он собирается строить здесь какую-то научную лабораторию. Как думаешь, это правда? – я открыла рот, чтобы ответить, но, видимо, Элен в ответах не нуждалась. – А кто-то говорит, что он сюда приехал, чтобы спонсировать какое-то мероприятие, но никто не знает какое. Представляешь, что сейчас творится в городе? А мы не можем даже узнать ответов! Не знаешь, почему он выбрал тебя? Хотя какая разница? Главное, что ты сможешь, наконец, прояснить ситуацию и успокоить…
- Элен, - не выдержав, перебила я, - мне нужен телефон!

Эта способность Элен болтать без умолку действовала на нервы. Хотя, наверное, для журналиста это было хорошим качеством. Выбрав жертву, она мёртвой хваткой вцеплялась в неё и не отпускала до тех пор, пока не вытрясет всю подноготную. Жертва вначале терялась под бурным напором, потом злилась, а потом выкладывала Элен даже то, чего сама о себе не знала. Именно поэтому Ричард и держал её в газете.
- Ах, да, конечно, телефон, - Элен подвинула телефон на край стола ближе ко мне.

Я сняла трубку и набрала нужный номер, а она уставилась на меня и застыла, словно гончая, почуявшая след. Я мысленно простонала - как же хотелось снова вернуться в тишину и уединение лесного домика. Равномерные гудки в телефонной трубке прервались, и я услышала приятный мужской голос.
- Здравствуйте, мистер Холл, - поздоровалась я, придав голосу официальные интонации, а Элен, казалось, сейчас рухнет в обморок от любопытства. – Вас беспокоит Мернейт Адамс. Я – журналист местной газеты. Вы выбрали меня для интервью…
- Я понял, кто Вы, - невежливо перебил собеседник. – Вы можете прийти ко мне сегодня вечером. Буду ждать Вас в семь часов вечера. Прошу не опаздывать. Всего доброго.
Он отключился, а я озадаченно посмотрела на трубку.
- И как я должна узнать, где он остановился? – высказала я мысли вслух. – Самовлюблённый павлин.
- Мернейт, ты словно с луны свалилась! – воскликнула Элен. – Каждый житель города знает, где остановился мистер Холл. Он снял коттедж на окраине города.
Элен, глядя на меня с укоризной, назвала адрес.
- Спасибо, - пожав плечами, поблагодарила я. – Ты знаешь, что меня мало интересует жизнь города.
- Господи, Мернейт, но не до такой же степени! Тебе хоть есть что надеть на встречу? – она смотрела на меня, как на сумасшедшую.
- Найду что-нибудь. Спасибо за помощь. Завтра увидимся.
Я покинула офис, оставив Элен недоумевать от того, как можно так наплевательски относиться к порученному заданию. Тем более, что интервью предстояло брать у такого человека, как мистер Холл. Я была уверена, что если бы это задание доверили ей, то она потратила бы сутки на подготовку: продумывала вопросы, наряд причёску и вообще каждую мелочь.[/spoiler]
« Последнее редактирование: 26 Февраль 2012, 17:24:06 от Зима »
***
Блондинки не боятся проблем, это проблемы боятся блондинок. Когда блондинки начинают решать проблемы, то проблемы появляются у проблем!
***
Включила дуру. Выключить не могу! День не могу. Второй не могу. А потом смотрю… жизнь-то налаживаться стала!
***

Оффлайн ЗимаАвтор темы

  • Модератор
  • Легенда
  • *
  • Сообщений: 3368
  • Репутация +105/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #23 : 07 Июль 2011, 21:59:22 »
Девочки, извините, но на сегодня всё. Глаза устали читать, спала только три часа.  ;D

Завтра постараюсь побольше сделать.  :краснею:

Пойду тетрадку посмотрю. )))))
***
Блондинки не боятся проблем, это проблемы боятся блондинок. Когда блондинки начинают решать проблемы, то проблемы появляются у проблем!
***
Включила дуру. Выключить не могу! День не могу. Второй не могу. А потом смотрю… жизнь-то налаживаться стала!
***

Оффлайн Ryuzaki

  • Местный маньяк
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5189
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #24 : 07 Июль 2011, 22:46:20 »
"Не каждая жрица могла рассчитывать на такой дар, и мне не известно, как Богиня определяла достойную".

"Неизвестно" пишется слитно)

"Было возможно догадываться о мотивах Бастет, но о демонах знаний был самый минимум".

Глаз зацепился. Наверное, было бы лучше "Я догадывалась о мотивах Бастет".

"До вчерашнего дня, я встречала только одного из них – моего мужа. Откуда взялся вчерашний?"

Повтор)

"Сижу за столом, пью кофе, а из глаз сами-собой капают слёзы".

Сами собой)

"Выбрав жертву, она мёртвой хваткой вцеплялась в неё и не отпускала до тех пор, пока не вытрясет всю подноготную".

Наверное, здесь все же лучше прошедшее время: "...пока не вытрясала всю подноготную".

"Тебе хоть есть что одеть на встречу? – она смотрела на меня, как на сумасшедшую".

Надеть одежду, одеть Надежду)
« Последнее редактирование: 07 Июль 2011, 22:46:37 от Ryuzaki »
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Оффлайн ЗимаАвтор темы

  • Модератор
  • Легенда
  • *
  • Сообщений: 3368
  • Репутация +105/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #25 : 07 Июль 2011, 23:05:56 »
Спасибо большое, Лен. )) Завтра поправлю обязательно. ))
***
Блондинки не боятся проблем, это проблемы боятся блондинок. Когда блондинки начинают решать проблемы, то проблемы появляются у проблем!
***
Включила дуру. Выключить не могу! День не могу. Второй не могу. А потом смотрю… жизнь-то налаживаться стала!
***

Оффлайн ЗимаАвтор темы

  • Модератор
  • Легенда
  • *
  • Сообщений: 3368
  • Репутация +105/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #26 : 08 Июль 2011, 11:29:10 »
Глава 8.

[spoiler]Коттедж мистера Холла ничем не выделялся на фоне десятка таких же новеньких домов. Этот небольшой район был достроен недавно и выглядел пустынным, безлюдным и необжитым. Коттеджи не успели обрести своих хозяев. Автобусных маршрутов до новостроек пока не было, и мне пришлось довольно долго топать по полутёмным улицам. Редкие фонари слабо освещали, поблёскивающую свежим асфальтом, влажную дорогу. Я подумала, что такое место просто идеально подходит для того, чтобы совершить убийство. Хочешь кричи, хочешь вырывайся – никто не услышит, не придёт на помощь в этой пустыне из безразличных, тёмных зданий, которые мёртвыми глазами-окнами смотрят на одинокую фигуру. Единственным звуком в этой плотной тишине было постукивание моих каблуков.

Я представила, как изменится этот район через несколько лет, когда дома, наконец, обретут жизнь. В пустые оболочки из каменных стен приедут люди, разделив с домами собственную жизнь. Неживые окна будут излучать свет, дома будут впитывать чувства и жизни хозяев, станут частью их самих. Мёртвые клетки станут зеркальным отражением  жизни своих владельцев. Возможно, какой-то из них обретёт настоящее счастье, приняв в себя счастливую семью, и вместе с ними будет радоваться началу каждого дня, ожидать праздников, с трепетом встречать рождение детей. Дом будет заботиться о каждом из членов семьи, давая надёжную защиту от неприятностей, и не будет пугать детей скрипами лестниц, не потревожит их сна, позволит родителям отдохнуть и побыть наедине, готовясь к новому дню. Через несколько лет этот район будет живым, только беда в том, что я этого уже не увижу.

Собственные мысли заставили невесело ухмыльнуться: я бы отдала все свои жизни ради одной. Той, в которой смогу жить, как обычный человек, иметь семью. К сожалению, это было не в моей власти. Наконец, я увидела коттедж, который снял мистер Холл - единственное здание, окна которого излучали свет. Поднявшись на крыльцо, позвонила в дверь, которая тут же открылась. Меня явно ждали. Охранник провёл в просторную гостиную и велел подождать, пока мистер Холл спустится. Я удобно устроилась на мягком диване и осмотрелась. Обычный мебелированный дом под сдачу, никак не отражающий личность хозяина. Таких полно и каждый ждёт владельцев, которые проживут в нём достаточно долго для того, чтобы стать частью их истории. Мистер Холл здесь всего пару дней и вряд ли задержится надолго в нашем унылом городке, не успев оставить часть своей жизни в подарок дому, который после отъезда временного жильца снова станет мёртвым, не способным рассказать ничего о хозяине.
- Добрый вечер, миссис Адамс, - прервал мои размышления негромкий мужской голос. – Вы пунктуальны, в отличие от многих жителей провинциальных городов.

Я обернулась на голос и, не удержавшись, удивлённо вскинула брови. Богач представлялся мне почти пожилым, состоятельным и степенным - по моим представлениям именно так и должен был выглядеть известный меценат. Но то, что увидела, никак не сочеталось с образом, который уже нарисовала в голове. Мистер Холл – мужчина лет тридцати пяти – сорока, среднего роста, с плотным мускулистым телосложением, светлыми волосами, серыми глазами и приятной улыбкой покорителя женских сердец. Джинсы, лёгкие спортивные туфли, футболка с длинным рукавом… Он был больше похож на актёра, нежели на состоятельного мецената. В его компании я почувствовала себя неловко: дешёвая одежда, отсутствие макияжа и причёски не придавало уверенности в себе.

- Добрый вечер, мистер Холл, - справившись с удивлением, ответила я. – Вы просили не опаздывать, и вот я здесь.
Он прошёл в гостиную и опустился в кресло, внимательно меня рассматривая. Казалось, что он изучает, пытается услышать мысли, чтобы узнать больше обо мне. Это было  очень странно. Чем я, никому неизвестная, провинциальная журналистка, могла заинтересовать такого человека, как мистер Холл?
- Выпьете что-нибудь, миссис Адамс? – продолжая буравить меня взглядом, спросил он.
- Нет, спасибо. Предпочитаю перейти сразу к интервью, если вы не против. Я не замужем, так что пока мисс, но было бы гораздо удобнее, если бы вы называли меня по-имени.
Я достала из кармана диктофон, а Холл невозмутимо наблюдал за мной.
- Мистер Холл, горожан очень интересуют причины вашего визита к нам в город. Что вас привело в наш провинциальный городок?
- Я присматриваю место для строительства новой научной лаборатории. И ваш город – одно из подходящих мест.
- Какими исследованиями будет заниматься ваша лаборатория?
- Этого я вам пока сказать не могу. Секретная информация. Если город будет выбран местом для постройки, то, возможно, я и смогу рассказать что-то большее, но пока нет.

Я чувствовала, что Холл отвечает односложно и как-то неохотно, словно заставляя себя придумывать ответы на вопросы. Это удивило, ведь он сам захотел дать интервью именно мне. Создавалось впечатление, что его совершенно не интересует наша беседа, и он только ждёт момента для того, чтобы проститься. Всё это показалось мне довольно странным, и я решила спросить об этом прямо в лоб.
- Мистер Холл, позвольте спросить, почему вы выбрали именно меня для интервью? В газете достаточно более опытных журналистов, и с ними, я думаю, вам общаться было бы легче.
Он пристально рассматривал меня, а я  чувствовала себя некомфортно под его взглядом. Казалось, он пытается заглянуть в душу, прочитать скрытые мысли и чувства. Пауза затянулась, и я уж было собралась вернуться к интервью, чтобы побыстрее всё закончить, когда Холл, наконец, нарушил тишину.
- Видите ли, Мернейт, - голос звучал излишне вкрадчиво и доверительно, - я и правда не просто так выбрал для беседы именно вас. Мне было дано поручение, из-за которого я появился в этом городе. Имя Азазель говорит вам о чём-нибудь?

Я вздрогнула и оглохла на мгновение, перестав слышать даже довольно громкое потрескивание огня в камине. Азазель… Звук его имени произнесённого совершенно незнакомым, неизвестным голосом… До этого момента я никогда не слышала, чтобы окружающие называли его этим именем, никто кроме меня не знал, кто он на самом деле. Никто, кроме меня, не называл его настоящим именем. Азазель… Постепенно слух возвращался ко мне, вместе с ним вернулась и способность мыслить. Шок, который поразил при звуках его имени, постепенно отпускал, и я заметила пристальное внимание Холла. Он изучал выражение моего лица, казалось, даже перестав дышать.

- А оно должно мне что-то говорить? – постаравшись придать голосу невозмутимость, спросила я, понимая насколько жалки мои попытки.  
Выражение лица ответило на вопрос Холла гораздо правдивее и искреннее, чем жалкий, дрожащий голос. Меценат с понимающей полуулыбкой смотрел на меня и молчал.
– Ну, хорошо, - сдалась я. – Глупо было даже пытаться. Откуда вы знаете о нём? И откуда вы знаете, что я с ним связана?
- Я приехал в этот город по его просьбе, - ответил Холл, всё также понимающе улыбаясь. Эта его приторная полуулыбка, резко контрастирующая с внимательным и изучающим выражением глаз, начинала раздражать. – Мы знакомы с Азазель уже довольно давно, - Холл сделал ударение на слове «давно», - и он просил меня присмотреть за вами по старой дружбе. У него сейчас…ммм…небольшие неприятности. Он нашёл вас, но появиться здесь пока не может.
Я совершенно перестала понимать, что происходит. Азазель появился не сам, а прислал какого-то друга. Что вообще происходит?!
- Я ничего не понимаю, - даже не пытаюсь скрыть раздражения. – Я не нуждаюсь в чьей-то защите, способна сама за себя постоять, и  ваше присутствие вовсе не обязательно. Думаю, вы не совсем понимаете какие у нас отношения…
- Нет, это вы не понимаете, - перебил Холл. – У вас вчера состоялась некая неприятная встреча, ведь так?
- Откуда вы знаете? – не сдержав удивления, выпалила я.
Сердце забилось чаще, когда вспомнила вчерашнюю встречу с демоном. Уже тогда происходящее показалось мне странным: до этого никто из демонов не порывался меня убить. Что же изменилось теперь?
- Я многое знаю. Так вот, та встреча была первой, но не последней в череде других. Боюсь, теперь вам не безопасно оставаться в одиночестве. Обстоятельства несколько изменились, и именно поэтому Азазель просил меня присмотреть за вами.

Я вглядывалась в глаза Холла, по-прежнему мало чего понимая. Единственное, что до меня дошло – всё изменилось. Что-то произошло, и теперь меня ищет не только тот, кого я жду. Но можно ли доверять этому странному, приторно-внимательному мужчине? Я на секунду прикрыла веки, чтобы освежить восприятие, и снова посмотрела на Холла. Сладкая улыбка никак не сочеталась с пристальным взглядом хищника на охоте. Нет, мистер Холл, вы переигрываете даже сильнее, чем плохой актёр! Где-то в подсознании зародилась тревога, постепенно перерастающая в одно единственное желание – бежать. Интуиция была умнее, инстинкты пытались подчинить разум, достучаться до сознания. Я с трудом сдержалась, чтобы не вскочить с дивана и не рвануть к двери. Сейчас я действительно не боялась смерти, инстинкты и интуиция старались зря, больше не побегу. Умру я сейчас или днём позже? Разве есть какая-то разница? Я могла бы сожалеть только об одном: о том, что не успела увидеть его, прикоснуться к чёрным жёстким волосам, заглянуть в горящие огнём глаза, прижаться и почувствовать такое желанное тело. Уходить из жизни, заглядывая в бездонные, успокаивающие боль, глаза, было бы предпочтительнее, но, в конце концов, сколько можно бегать?
- Мисстер Холл, вынуждена повторить, - стараясь говорить спокойно, не выказывая раздражения и страха, начала я. – Даже с учётом новых обстоятельств, о которых вы говорите, даже с учётом вчерашнего визита, о котором вам известно, я не нуждаюсь в опекунстве. Ни в вашем, ни в его, - я поднялась с дивана, собираясь завершить беседу мирно. Сердце колотилось, как безумное, предчувствуя опасность, и я была склонна ему доверять. – Благодарна вам за то, что уделили время, но мне уже пора.
- Вы понимаете, что подвергаете свою жизнь опасности? - Холл, немного помедлив, поднялся со своего места.
- Если вы действительно в курсе того, что происходит между вашим другом и мной, то, думаю, вам понятно, что ценить мою жизнь – бесполезное занятие, - ухмыльнувшись, ответила я и протянула руку для прощального рукопожатия.

Куда делась приторная вежливость?! Схватив за протянутую руку, Холл резко дёрнул. Я отлетела к стене, словно мелкий камушек, пущенный сильной рукой, и рухнула на пол, сильно ударившись о стену. Правый бок пульсировал сумасшедшей болью. Стоя на четвереньках, опустив голову, пыталась отдышаться, воздух же никак не хотел попадать в лёгкие, голова кружилась, накатывала тошнота. Подняв мутный взгляд, увидела расплывающиеся контуры фигуры Холла. Сделав пару шагов, он остановился рядом, и я почувствовала два капкана его ладоней на плечах. Эти напомнило объятия мужа, только гораздо более жёсткие, не боящиеся причинить вред. Холл одним движение вздёрнул меня с пола, и я увидела лицо… Точнее то, что раньше казалось лицом. Маска была сброшена. Передо мной стоял демон, возможно, даже более могущественный, чем Азазель. Светлые серые глаза потемнели и в зрачках тлели раскалённые угли, пристальный взгляд выжигал мне глаза, которые тут же начали слезиться, светлые волосы каким-то непостижимым образом отливали кроваво-красным. Вокруг него воздух задрожал и окрасился в огненные оттенки, будто закат, которого не было и в помине, освещал напряжённую фигуру Холла. Верхняя губа задралась, придавая улыбке подобие оскала, и он с ненавистью смотрел на меня, а я не понимала, чем вызван такой всплеск.

- Глупая девчонка, ты ничего не понимаешь, - мягкий и бархатный голос превратился в клокочущее рычание. – Я зря пытался притворяться, нужно было сразу быть собой. Тогда ты была бы более сговорчива, - он хрипло рассмеялся. – Думаешь, что не боишься меня?
- Жаль тебя разочаровывать, - пытаясь подавить тошноту, выдавила я, - но я и правда не боюсь. Видимо, Азазель не посвятил тебя во все подробности наших отношений.
- Это всё не важно, - Холл тряхнул меня за плечи так, что голова мотнулась на плечах. – Главное, что теперь ты у меня, и он придёт, чтобы забрать тебя.
Вот теперь я точно ничего не понимала. Два демона? Почему одному из них  нужна я, чтобы увидеть другого? Азазель прячется от своих? Что же такого могло произойти, что демону приходиться прятаться от собственных собратьев?
- С чего ты взял, что он придёт ко мне, раз избегает встреч с тобой? – мыслить было трудно, но я старалась держать себя в руках, не поддаваться панике, которая пыталась накрыть свинцовым одеялом.
- Ты нужна ему. Он придёт.
- Ты ошибаешься, - ухмыльнулась я. – Азазель умён и практичен. Он дождётся, когда я умру, и найдёт снова до того, как встречу тебя.
Холл злобно расхохотался.
- Я буду не против, если мы проверим твою теорию, - рявкнул он и снова швырнул меня через комнату.[/spoiler]
« Последнее редактирование: 26 Февраль 2012, 17:24:25 от Зима »
***
Блондинки не боятся проблем, это проблемы боятся блондинок. Когда блондинки начинают решать проблемы, то проблемы появляются у проблем!
***
Включила дуру. Выключить не могу! День не могу. Второй не могу. А потом смотрю… жизнь-то налаживаться стала!
***

Оффлайн Ryuzaki

  • Местный маньяк
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5189
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #27 : 08 Июль 2011, 11:50:53 »
"Я представила, как изменится этот район через несколько лет, когда дома, наконец, обретут жизнь. В пустые оболочки из каменных стен приедут люди, разделив с домами собственную жизнь. Неживые окна будут излучать свет, дома будут впитывать чувства и жизни хозяев, станут частью их самих".

Много домов)

"Неживые окна будут излучать свет..."

и в следующем абзаце:

"...коттедж, который снял мистер Холл - единственное здание, окна которого излучали свет"

Может, во втором случае заменить просто на "светились"?

"если бы вы называли меня по-имени"

"По имени" - раздельно.

"Сердце забилось чаще, когда вспомнила вчерашнюю встречу с демоном. Уже тогда происходящее показалось мне странным: до этого никто из демонов не порывался меня убить".

Наверное, лучше "никто из них", чтобы не было повтора.


Теперь-то я понимаю, почему тебе Амарант приглянулся больше, чем Данте) Есть между ним и Азазель конкретное сходство))
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Оффлайн ЗимаАвтор темы

  • Модератор
  • Легенда
  • *
  • Сообщений: 3368
  • Репутация +105/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #28 : 08 Июль 2011, 12:07:31 »
За замечания, спасибо - всё исправлю.
Теперь-то я понимаю, почему тебе Амарант приглянулся больше, чем Данте) Есть между ним и Азазель конкретное сходство))
Честно говоря, параллели между ними не проводила, но, наверное, мне больше интересны "плохие" персонажи, которые могут открыться с лучшей стороны. Не очень люблю чисто белое и чисто чёрное, серое - ближе.  ;D
***
Блондинки не боятся проблем, это проблемы боятся блондинок. Когда блондинки начинают решать проблемы, то проблемы появляются у проблем!
***
Включила дуру. Выключить не могу! День не могу. Второй не могу. А потом смотрю… жизнь-то налаживаться стала!
***

Оффлайн ЗимаАвтор темы

  • Модератор
  • Легенда
  • *
  • Сообщений: 3368
  • Репутация +105/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #29 : 08 Июль 2011, 12:08:25 »
Глава 9.

[spoiler]В этот раз повезло меньше. Врезавшись в кирпичный камин, я почувствовала, как меня обдало жаром, и услышала неприятный влажный хруст. Упав на пол, вначале ничего не почувствовала, такая боль не сразу достигает сознания, и я удивлённо пялилась на руку с неестественно вывернутым запястьем. Казалось, сердце отсчитывает секунды… Раз – расширенными глазами смотрю на искорёженную руку. Два – пытаюсь подняться с колен, опираясь на бесполезную, вывернутую ладонь. Три – левая рука будто чужая, будто её вовсе нет. Четыре – выдёргиваю металлическую кочергу, которая впилась в бедро. Пять – боль? Шесть – БОЛЬ!!!! Наконец, боль достигла разума, яркой вспышкой осветив сознание, ослепив, оглушив, лишив воли, снова свалив на пол. Холл не шутил и не угрожал: он действительно собирался проверить мою теорию. Даже сквозь непрерывную пелену боли я осознала, что в этот раз лёгкой смерти не будет. Не сдержавшись, закричала так, что заложило уши. Сколько ещё предстоит вытерпеть до того момента, как благодатная темнота поглотит сознание? Сколько я смогу выдержать? Я была готова умереть, способна вытерпеть предсмертные муки… То, что сейчас творилось с телом, было гораздо страшнее и невыносимее. Меня словно заживо раздирали по кускам раскалёнными щипцами. В голове крутилась только одна мысль: «Пусть всё это кончится! Скорее бы это кончилось!»

Ничего не понимая, не осознавая, что делаю, я ползла по чистому лакированному паркету к входной двери. Так зверь, получивший смертельные раны, до последнего удара сердца старается спасти свою жизнь, уползая от охотника. Холл одним движением оказался рядом, схватил за лодыжку и, протащив пару метров по полу, снова швырнул в стену. Я снова закричала, точнее правильнее будет сказать завыла, даже не подозревая, что человеческое горло способно издавать такие звуки. Боль не просто сводила с ума, она заставляла скулить и корчиться, забыв о том, что я человек. Удивительно, но я всё ещё была в сознании. Спасительная темнота не спешила заключить меня в свои объятия.
Как только вой, отражённый от неживых стен дома, затих, я услышала ещё один звук, настолько громкий, что на несколько мгновений он вернул способность соображать. Казалось, будто в доме, прямо посередине комнаты, решили устроить феерверк. Вначале взрыв, затем потрескивание, похожее на то, которое издают летящие искры. Испуганным и затуманенным взглядом я уставилась в сторону, откуда раздался грохот, и увидела мутные очертания ещё одной фигуры. Холл, стоявший рядом со мной, напрягся и, кажется, даже зарычал. Я практически не видела, кто появился в комнате, но твёрдо знала, что это он. Он пришёл, не оставил умирать с разочарованием от того, что не смогла увидеть его в последний раз, не бросил на растерзание Холлу. Он убьёт меня, и я буду благодарна за это. От его руки я готова принять смерть. Залитые кровью губы, помимо воли, растянулись в кривой судорожной улыбке.

- Азазель… - то ли прошептала, то ли подумала я.

Я видела, как дёрнулась размытая фигура мужа, отзываясь на названное имя, значит, я всё- таки смогла говорить. Но мы были не одни. В ответ на движение Холл, стоящий рядом, бросился  на него, и обе фигуры слились в одно мутное расплывчатое пятно. Спустя несколько секунд, Холл отлетел к стене, в  это же мгновение Азазель кинулся ко мне и схватил меня на руки. С момента появления моего демона, я сидела на полу, не двигаясь, стараясь не тревожить, и без того разрывающееся болью, тело. Совсем недавно такой желанный и необходимый обморок, сейчас пугал больше всего. Я боялась, что умру до того, как успею почувствовать его рядом, потеряю последнюю возможность ощутить сильные руки, увидеть бесстрастные чёрные глаза. Когда Азазель подхватил меня, в тело, казалось, разом вонзились миллионы тупых раскалённых игл, новая сильная вспышка боли заставила судорожно изогнуться. Тьма, которую я так звала несколько минут назад, наконец, отозвалась, укрывая сознание спасительной темнотой. Я успела ощутить прикосновение его рук перед смертью - это было вершиной блаженства. Боль ушла, рассеялась в плотном мраке, словно её никогда и не было.

***

Тоненький звон колокольчика прорезал сплошную черноту сознания ярким лучом. Ещё не открывая глаз, я уже начала соображать, вспомнила, что произошло, и удивилась, не почувствовав боли. Лежала, боясь пошевелиться, спугнуть ощущение лёгкости, прислушивалась к собственному телу, пыталась услышать пульсацию крови. Боли не было – мне не показалось, зато я услышала тихий шелест шагов и лёгкий звук дыхания… Азазель! Тело отреагировало быстрее, чем разум: я села на кровати и распахнула глаза, испуганно осматриваясь. Расплывчатая мужская фигура… не его фигура… Сквозь не плотно задёрнутые шторы пробивался дневной свет. Сколько же я была без сознания? Проморгавшись, наконец, увидела мужчину, который беспокойно шагал по комнате, которая напоминала обыкновенную спальню в чьём-то доме.

- Кто вы? – удивлённо спросила я, стараясь не смотреть в глаза.
Мужчина резко замер и обернулся, дёрнувшись, чтобы отскочить от меня подальше. Странная реакция для человека, который скорее всего знаком с Азазель.
- Господи! – выдохнул мужчина ошарашено, - вы очнулись!
Кажется, я окончательно перестала понимать, что происходит.
- Кто вы? И как я здесь оказалась? – постаралась я задать простые вопросы, чтобы хоть как-то прояснить положение.
- Вы не помните? – удивлённо вскинул брови мужчина. – Он принёс вас и попросил, чтобы я присмотрел за вами. Я думал, что вы уже не очнётесь…не в его правилах оставлять жизнь… - вырвалось у мужчины, и он тут же сморщился, словно сказал что-то тайное.
Хоть что-то начало проясняться. Похоже, мужчина знает кто такой Азазель, но не знает, кто такая я.
- Как вас зовут? – спросила я, внимательно наблюдая почти паническое состояние мужчины.
- Меня…я…Стивен…
- Успокойтесь Стивен, вы не открыли для меня Америки. Я прекрасно знаю, кто такой Азазель, и помню, откуда он забрал меня. Я буду вам очень благодарна, если вы расскажете, что произошло, пока я была без сознания.
- Вот, - он протянул тёмные очки, и я с облегчением вздохнула. – Он сказал, что вам это будет нужно.
- Спасибо большое, - поблагодарила я и взяла очки.
Надев очки, я, наконец, смогла увидеть его лицо и глаза. Стивен столбом стоял посреди комнаты и так растерянно на меня смотрел, что хотелось прижать его голову к груди и успокоить, как маленького мальчика, который ищет защиты.
- Стивен, прошу вас, успокойтесь и объясните мне всё. Уверяю вас, Азазель не будет против.
- И я должен поверить вашим словам? – чуть ли не со всхлипом спросил Стивен.
- Видите ли, Стивен, как вы правильно заметили, не в привычках Азазель оставлять жизнь. Однако, мне он её сохранил.
- Может, у него свои планы на вас… - голос мужчины звучал ещё более растерянно. – Кто вы? И почему он оставил вам жизнь?
- Имя Мернейт вам говорит о чём-нибудь? – вопросом на вопрос ответила я, внимательно наблюдая за реакцией Стивена.
Он отшатнулся при звуках моего имени, потом в одно мгновение оказался возле кровати и рухнул на колени, схватив за руку.
- О, Боже! Это вы?! Неужели это вы?! – безумными глазами таращась на меня, пролепетал он.
- Вижу, вы знаете, кто я, - я постаралась успокаивающе улыбнуться. – Да, Стивен. Я – Мернейт.
- Теперь мне всё ясно… почему он сразу не сказал…просто ушёл и всё…я бы сказал, что убью его, но это было бы совсем глупо, - нервно хохотнул Стивен.
- Теперь вы мне расскажете, что произошло? Как я оказалась здесь, в вашей компании?
Мужчина вроде дёрнулся, чтобы присесть на край кровати, но, будто опомнившись, отшатнулся и, пододвинув небольшой пуфик, присел.
- Извините, Мернейт, за недоверие. Азазель…он не объяснил мне, кто вы. Появился в доме среди ночи, ворвался в спальню и сказал, чтобы я за вами присматривал. Вы были без сознания, я думал…вы умираете. Как вы себя чувствуете?
- Вполне нормально, - всё ещё мало чего понимая, ответила я.
- В таком случае, предлагаю спуститься вниз и выпить кофе. Там и побеседуем. Обещаю, я расскажу всё, что знаю.

Я внимательно посмотрела на Стивена: испуг, растерянность и паника в его глазах сменились искренним любопытством. Думаю, что сейчас меня мучило схожее любопытство, и, самое главное, я не почувствовала в нём опасности, неискренности, какого-то подвоха. Интуиция пушистой кошкой свернулась где-то глубоко внутри и довольно мурлыкала. Сопоставив свои ощущения с желаниями, я кивнула. Ну, в самом деле, что случиться плохого если я выйду из комнаты и выпью с ним кофе? В конце концов, причинить вред он мог в любой момент, пока была без сознания. Я кивнула Стивену, он улыбнулся в ответ и вышел из спальни.

Встав с кровати, не почувствовала не то что боли, но даже лёгкой слабости. Казалось, что того, что произошло вчера вечером, лишь дурной сон, и, если бы не присутствие в чужом доме, я бы так и решила. Движения давались легко, без каких-либо неудобств, даже голова не болела. Только одежда, превратившаяся в заляпанные кровью рваные клочья, напоминала о вчерашних ранах. Взглянула на разорванный рукав рубашки. Левая рука – абсолютно здорова, но я же точно помнила, что вчера кисть была вывернута, и пребывала в твёрдой уверенности, что она сломана. Коснувшись ладонью бедра, почувствовала рваные края солидный дыры: именно в это место вчера впилась кочерга, которую выдернула…но раны не было. На том месте, где вчера была пульсирующая кровью и болью рана, сейчас остался небольшой красноватый шрам. Как такое возможно? Я подошла к зеркалу и на несколько мгновений остолбенела. Волосы, слипшиеся от крови, торчат в разные стороны, одежда клочьями свисает с тела, и в то же время на лице ни царапины, ни синяка. Осмотрела тело –  ни следа вчерашних побоев. У меня не было объяснения тому, как удалось оправиться за такой короткий промежуток времени, но была догадка… Скорее всего, это штучки мужа.

Окинув взглядом комнату, увидела чистую женскую одежду на спинке стула: джинсы и простенькая футболка с длинными рукавами, мысленно поблагодарила Стивена, взяла одежду и отправилась в ванную. Подставив тело под тёплые, расслабляющие струи душа, чувствовала, как грязь и кровь смываются вместе с переживаниями. Он пришёл за мной, забрал, вылечил, но не остался. Почему? Я не знаю, но всё равно благодарна. Возможно, Стивен прояснит ситуацию, но я уже знала, чувствовала, что у того, кто веками преследовал меня, сейчас неприятности. И что я буду делать, если окажусь права? Пущу всё на самотёк? Оставлю, как есть и будь, что будет? Так и не ответив самой себе на эти вопросы, решила подождать того момента, когда Стивен расскажет, что знает. Возможно, тогда будет легче принять решение.

Спускаясь по лестнице, услышала, как хозяин дома говорит по телефону, и замерла. Он разговаривал со своей любимой женщиной. Нет, я не прислушивалась…меня поразила интонация. Благословенна девушка, с которой так разговаривают. В каждой нотке, в каждом вздохе, в каждой фразе слышна безграничная, бесконечная, бескрайняя любовь. Не было глупого и слащавого сюсюканья в речи, но вместе с тем слова лились мягким облаком, тёплым дождём, успокаивали, ласкали и согревали. Возможно, она была просто любимой девушкой, возможно, женой – я не знала. По его голосу слышала только одно: он безумно её любит. На глаза навернулись слёзы. Как бы мне хотелось хотя бы один раз согреться теплом такой любви, почувствовать приятные капли этого ласкового дождя. Я не слышала, когда они закончили говорить, просто стояла, застыв столбом посередине лестницы, слёзы градом катились по щекам. Я снова вернулась в первую жизнь, где мы были вместе, где он был таким же, как Стивен со своей девушкой. Туда, где я в любой момент могла прижаться к нему, почувствовать его сильные руки у себя на плечах. В ту сказку, в ту ложь, которой была наша счастливая, но короткая жизнь вместе.[/spoiler]
« Последнее редактирование: 26 Февраль 2012, 17:24:37 от Зима »
***
Блондинки не боятся проблем, это проблемы боятся блондинок. Когда блондинки начинают решать проблемы, то проблемы появляются у проблем!
***
Включила дуру. Выключить не могу! День не могу. Второй не могу. А потом смотрю… жизнь-то налаживаться стала!
***

Оффлайн Ryuzaki

  • Местный маньяк
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5189
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #30 : 08 Июль 2011, 12:16:14 »
"Казалось, будто в доме, прямо посередине комнаты, решили устроить феерверк".

"Фейерверк" - правильное слово)

Вроде больше ничего не заметила)) Интересно, что же дальше?)
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Оффлайн ЗимаАвтор темы

  • Модератор
  • Легенда
  • *
  • Сообщений: 3368
  • Репутация +105/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #31 : 08 Июль 2011, 12:20:32 »
Интересно, что же дальше?)
Я редактирую медленнее, чем ты читаешь.  ;D ;D ;D
***
Блондинки не боятся проблем, это проблемы боятся блондинок. Когда блондинки начинают решать проблемы, то проблемы появляются у проблем!
***
Включила дуру. Выключить не могу! День не могу. Второй не могу. А потом смотрю… жизнь-то налаживаться стала!
***

Оффлайн ЗимаАвтор темы

  • Модератор
  • Легенда
  • *
  • Сообщений: 3368
  • Репутация +105/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #32 : 08 Июль 2011, 13:19:58 »
Глава 10.

[spoiler]- Мернейт, ты идёшь? – раздался громкий окрик Стивена из кухни.
Я вздрогнула, возвращаясь в реальность, стёрла ладонями слёзы и прошла в кухню. Стивен уже сидел за столом с кружкой кофе и нетерпеливо барабанил пальцами по столешнице. Я присела напротив и внимательно на него посмотрела.
- Нервничаешь?
- Немного, - Стивен ухмыльнулся. – Ты же знаешь. С ним всегда всё не просто. А сейчас он ещё и… - он осёкся и отвёл взгляд.
- Ещё и меня притащил, - договорила я за него и улыбнулась. – Стивен, клянусь, я не доставлю тебе неприятностей. Как только ты мне расскажешь, что происходит, я сразу же уйду.
Стивен пристально посмотрел на меня, и я пожалела, что сейчас он не может увидеть искренность в моих глазах из-за тёмных стёкол. Я не желала ему зла, как не желала никому из тех, с кем сталкивала судьба. Глубоко вздохнув, он будто решился.
- Я не знаю с чего начать, - заговорил, продолжая отбивать барабанную дробь по столу.
- Начни с того, как ты познакомился с Азазель, - предложила я.

- Знаешь, я никогда не верил в Бога, в демонов и прочую мистику, думал, что это сказки. Удивительно, как часто мы ошибаемся в своих предположениях, - ухмыльнулся он. - Даже представить себе не мог, что придётся столкнуться с кем-то вроде него, - Стивен замолчал на мгновение, а затем продолжил. – Шесть лет назад я познакомился с девушкой – Амандой, и безумно влюбился. Она тоже полюбила меня, я это чувствовал, но наши отношения топтались на месте. Я предложил ей переехать ко мне, и она вроде согласилась. Весь год, что прожили вместе, я был на седьмом небе от счастья. И, как бы банально это ни звучало, я любил её больше всех на свете…и продолжаю любить. Я понял, что жить без неё уже не смогу и сделал предложение. Даже представить себе не мог такого, но она отказалась, сказав, что ещё рано. Ещё год я постоянно возвращался к нашему разговору, но она отказывала, не называя причины, только становилась всё задумчивее. В один из дней сказала, что уходит, что так будет лучше для нас обоих, а мне казалось, что в этот момент жизнь закончилась.

Стивен посмотрел на меня, и я увидела в глазах боль даже от простого воспоминания о том, что тогда произошло, и подумала о том, насколько сильно он в действительности любил Аманду, что, спустя несколько лет, переживая всё в воспоминаниях, он страдает также, как в тот момент.

- Ты представляешь, что такое по-настоящему любить? – продолжил Стивен, но не дожидаясь ответа махнул рукой. – Вряд ли ты представляешь. Ты бегаешь от него веками, тебе некогда любить. – Я горько ухмыльнулась его словам, но Стивен этого не видел. Он смотрел застывшим взглядом в пространство, голос звучал отстранённо, словно не осознавал, что говорит. – Я тогда не мог понять, что произошло, почему она ушла, ведь знал, что наша любовь взаимна. Меня хватило на несколько дней бесполезных метаний, когда понял, что если не поговорю с ней, то просто сойду с ума. Я отправился к ней, чтобы поговорить. Аманда не ожидала моего появления. Когда я увидел её почти в таком же состоянии, как я сам, то понял, что она ушла не потому, что разлюбила. Её глаза были наполнены болью и красны от слёз, в них горел сумасшедший огонь. Она бросилась мне на шею, как только открыла дверь. Я остался на ночь, а на утро она рассказала, почему ушла. Аманда была больна, когда мы встретились, ей оставалось жить три года. Неоперабельная злокачественная опухоль на сердце. Поэтому она не хотела выходить за меня замуж, не желала давать надежд на совместное будущее, решила вернуть мне свободу, в которой я не нуждался. Знала бы ты сколько врачей мы объездили после того разговора, но никто ничем не мог помочь.

Я видела, как опустились его плечи, будто на них лёг тяжкий груз.

 – Казалось, всё потеряно, и нам отведены какие-то жалкие месяцы счастья. Я старался не думать, что будет, когда Аманды не станет. Для меня без неё не было будущего. И вот, когда была потеряна последняя надежда и опустились руки, в нашей жизни появился он. – Голос Стивена окреп, словно он снова получил надежду, потерянную когда-то давно. – Я возвращался с работы, когда услышал крики из переулка, свернул посмотреть, потому что звали на помощь. То, что я увидел в тот момент, до сих пор вспоминаю с ужасом. В переулке стоял охваченный огнём человек. Это был не обычный огонь, который поглощает всё, за что сумел зацепиться… Языки пламени лизали босые ноги мужчины, который кричал от боли, но не поднимались выше, а прямо напротив стоял Он и абсолютно спокойно наблюдал за тем, что происходит. Меня охватил ужас, не с первого раза удалось достать телефон из кармана. Руки тряслись так, что трубка чуть не выпала на асфальт. Видимо, я всё-таки шумел, потому что в то мгновение, когда попытался набрать номер службы спасения, тот, кто спокойно наблюдал, повернулся ко мне. В его глазах полыхал огонь. Страх парализовал, приморозил к земле, мобильник с мерзким звуком стукнулся об землю. Нужно было бежать, но я не мог пошевелиться. Страшный человек протянул руку в мою сторону, и я почувствовал, как что-то невидимое притягивает меня. Пытался упираться, но бесполезно. Эта невидимая сила притягивала меня, как огромный магнит маленькую скрепку. – Стивен вздрогнул, воспоминания были слишком яркими. – От ужаса я не мог даже кричать. Казалось, что тугой обруч сдавил горло и в него с трудом попадает даже воздух. Когда стальные пальцы сомкнулись на шее, я понял, что это конец. В голове в тот момент было только одно: как Аманда сможет справиться с тем, что потеряет меня, кто теперь будет ей помогать, искать врачей, поддерживать. Моя любимая останется совсем одна, и я ничего с этим не смогу поделать. Огненные глаза прожигали взглядом буквально насквозь, глаза слезились от жара. Какое-то время человек, молча, смотрел, словно заглядывая в душу, затем произошло то, чего я меньше всего ожидал. Он отпустил меня. «Любишь её?» - спросил он, всё ещё сжигая взглядом, но я не мог ответить, голос отказал. Мужчина, видимо, что-то прочитал в моих глазах, выражение его лица не изменилось, но взгляд потух. Он повернулся к тому, который мучился в огне, небрежно повёл рукой, и пламя исчезло, ещё одно неуловимое движение и тот, кто секунду назад истошно кричал, замертво упал на землю. Безжизненное тело тут же охватили яркие языки. Всего несколько мгновений – от трупа не осталось и следа. Только на асфальте появились ожоги, контуром напоминающие человеческую фигуру. Мне казалось, что я сплю и вижу кошмар. Лицо убийцы оставалось по-прежнему спокойным. Он повернулся ко мне и произнёс:
- Хочешь, чтобы она жила?
Я смог кивнуть в ответ.
- Отведи меня к ней.

Не знаю почему, но я поверил в то, что он сможет помочь Аманде, если захочет. В этих чёрных, полыхающих огнём глазах, я увидел что-то, что заставило меня довериться ему, несмотря на только что увиденное убийство. Возможно, это было помешательство, - Стивен снова ухмыльнулся и посмотрел на меня. – Было безумием вести его домой, но я это сделал, зацепился за призрачную надежду, поверил тому, кто на моих глазах сжёг человека до тла. Да, наверное, я в тот момент был не в своём уме. Но, поверь мне, я ни разу ещё не пожалел о принятом решении.

Я слушала Стивена внимательно, не перебивая. Сейчас он переживал всё, что происходило тогда, заново и так живо, словно это происходило вчера. Было жаль смотреть на то, какие переживания вызывает у него рассказ, но я не могла иначе. Так был шанс узнать об Азазель хоть что-то, ведь я почти ничего о том, как он живёт между моими перерождениями. С какой-то стороны Стивен был прав, говоря, что постоянно убегая, не остаётся времени на любовь. Скорее на то, чтобы узнать того, кого любишь, что вернее в моём случае. Ведь прошли века с тех пор, как я знала мужа. Где он живёт, как живёт, с кем общается, чем занимается в этом мире? Стивен – моя возможность узнать хоть что-то о том, кого до сих пор люблю, и я её не упущу.

- Я привёл его домой. Аманда была на кухне, готовила ужин к моему возвращению. Она с улыбкой обернулась на шаги и растерянно застыла, увидев, что я не один, и уже потом рассказывала, что когда взглянула в глаза гостя, показалось, что утонула в них, захлебнулась и погружалась всё глубже. Я видел, как начинает оседать безвольное тело любимой, и кинулся, чтобы подхватить, не дать упасть. Схватив её, услышал слабое, но ровное сердцебиение, дыхания стало лёгким и бесшумным. Показалось, что меня окатило кипящей волной. Гнев вспыхнул с такой силой, что я забыл, кто стоит передо мной. Я привёл его к ней, моей любимой, а сейчас она без сознания! И я не знал, что он сделал с ней, выйдет она из этого состояния или нет. Хотелось только одного: увидеть, как на безразличном лице появляется маска страдания, тело истекает кровью. Аккуратно опустив Аманду на пол, я схватил нож и посмотрел на гостя.

- Что ты сделал с ней? - на удивление, мой голос звучал чисто и твёрдо. – Почему она упала? Ты убил её?
Гость перевёл взгляд с девушки на меня. Его лицо и голос по-прежнему оставались бесстрастными.
- Теперь она не больна.
Тихий и спокойный голос гостя прозвучал в тишине, распоров пустоту надвое, вонзившись в сердце.
 - Завтра она придёт в себя. Болезни больше нет.
Он развернулся, чтобы уйти, а я выронил нож, кинулся за ним и схватил за руку. Незнакомец остановился и обернулся, глядя на меня чёрными, уже не пылающими глазами. Теперь я видел перед собой не опасное существо, а обыкновенного человека.
- Постой, - попросил я. – Останься, умоляю.

В  тот момент я действительно умолял, ведь боялся, что гость уйдёт и всё окажется сном, обманкой, подкинутой воображением. Думаю, не слова заставили его остаться в тот вечер. Не знаю, о чём он думал, но выполнил просьбу. Я уложил Аманду в спальню, а когда спускался по лестнице, увидел, что незнакомец сидит в гостиной на диване и не слышит шагов. Он не заметил даже когда я подошёл совсем близко. Плечи опущены, бессмысленный взгляд устремлён в пространство, будто смотрит  на кого-то невидимого. Тёмные омуты глаз, совсем недавно полыхающие огнём, сейчас были наполнены глубокой болью. Он был похож на человека, который смотрит какой-то тяжёлый фильм, переживает вместе с героями трагедию. Я остановился рядом, боясь нарушить сосредоточенность. Через несколько мгновений гость вздрогнул, будто от сна очнулся.

- Нашёл. Но не приду, не жди, - хриплый голос дрожал, отражая боль, которую я увидел в глазах.

Фраза была сказана вникуда, словно произнесена рефлекторно. Я понятия не имел к кому он обращается, но вот незнакомец вернулся окончательно, и я предложил ему поужинать и выпить. На следующий день Аманда пришла в себя, и молчаливый гость покинул дом.  Я рассказал Аманде обо всём, что произошло, умолчав только об убийстве. Она ходила провериться к врачу - болезнь ушла. Я не знал имени случайного знакомого, не знал, кто он такой, и  не мог найти, чтобы отблагодарить. Я понимал одно: кем бы ни был тот человек, убивший в переулке, для меня он навсегда станет членом семьи, спасшим жизнь не только моей жене, но и мне самому, – Стивен посмотрел твёрдо и с вызовом посмотрел на меня. – Если это значит, что я плохой человек, значит так оно и есть. Важнее всего для меня была жизнь Аманды. И если б было нужно, я бы заключил сделку хоть с самим дьяволом, лишь бы спасти ей жизнь.

- Ты не плохой, Стивен. Ты – человек, - я понимала его. Кто знает, как бы я поступила на его месте. Приняла бы помощь убийцы? Не выдала бы его? Позволила бы спасти жизнь любимому человеку, несмотря на то, что незнакомец совершил? Или отвергла бы надежду, смотрела, как мой близкий умирает, а потом всю жизнь казнила себя за упущенную возможность? Что-то мне подсказывало, что я бы поступила точно так же, как и он. И мне было бы совершенно не важно, скольких убил тот, кто предложил помощь. Нет, не ради себя мы совершаем страшные и порой непростительные вещи. Мы совершаем их ради тех, кого любим.
- Долгое время после этой встречи я ничего не знал о нём. Незнакомец пропал и не появлялся. Поначалу, нам сложно было поверить в то, что болезнь ушла. Мы с Амандой жили настороженно и нервно, в любой момент ожидая возвращения недуга. Благодарные за совершённое чудо, боялись, что оно окажется жалкой иллюзией, призванной лишь мучить, растягивая агонию. Но, со временем, привыкли не бояться, жить, как все.
 
Я вздрогнула при этих словах. Сколько раз сама мечтала жить, как все? Для них сбылась мечта. Сбудется ли для меня когда-нибудь?

- Через два года в доме посреди ночи раздался грохот. Аманда осталась в спальне, а я пошёл вниз посмотреть, что разбудило нас. В обломках того, что раньше было нашим диваном, лежал он: мужчина с огненным взглядом. Я замер на нижней ступеньке лестницы: сердце колотилось где-то в горле, ладони мгновенно вспотели. Я испугался того, что вот сейчас он потребует расплаты за помощь, и  какова  она будет  – не известно. Несколько мгновений стоял, глупо таращась на распростёртое в обломках дивана тело. Потом, наконец, до меня начало доходить, что что-то не так. Даже в темноте было видно, что мужчина лежал и не двигался. Заставив себя сдвинуться с места, включил свет. Тот, кто заставил меня дрожать, был весь изранен и, казалось, даже не дышал. Я рефлекторно бросился к нему, схватил за руку, надеясь услышать пульс, склонился, прислушиваясь к дыханию. Как только пальцы коснулись запястья, незнакомец ожил, глаза открылись, в них полыхал огонь. Стальные тиски сжали мне горло, прерывая поток воздуха, звериное рычание сорвалось с губ гостя. Несколько мгновений он с ненавистью смотрел на меня, продолжая сжимать горло. Я решил, что сейчас умру: лёгкие горели огнём, хотелось глотнуть воздуха, но железный обруч не позволял. Видимо услышав шум, Аманда спустилась вниз и позвала меня по имени. Мужчина перевёл взгляд на неё и, когда посмотрел снова на меня, в глазах больше не было ненависти, огонь потух, тиски разжались, и я судорожно глотал живительные потоки, которые обдирая горло, охлаждали полыхающие лёгкие. Пока приходил в себя, пытаясь справиться с головокружением, мужчина прохрипел:

- Не надо больниц. Дай мне пару дней.
 Тело незнакомца обмякло, глаза потухли и закрылись. Он снова будто перестал дышать. Я не мог отказать ему в помощи, и мы перетащили его в гостевую комнату. Аманда, как могла, обработала раны, пока я убирал в гостиной. Два дня он пролежал без сознания, и мы начали переживать, что раны намного серьёзнее, чем он считал. На третий день мы завтракали и спорили о том, стоит нарушить его просьбу, обратившись к врачу или нет. Аманда уговаривала меня позвонить в больницу, а я сопротивлялся.

- Уже третий день, Стивен, а он всё ещё без сознания. Мы должны обратиться к врачу, - голос любимой звучал нервно прерываясь.
- Он просил. Милая, я не могу. Он помог нам, и мы должны помочь.
- Ты же видел, в каком состоянии он был. Разве он мог здраво мыслить?
- Мог или нет, но это была его просьба, и я собираюсь её выполнить.
- Чёрт, Стивен, а если он умрёт? Что мы тогда будем делать?
- Я не умру, - резкий хриплый голос заставил нас обоих вздрогнуть. – Спасибо, что выполнили мою просьбу.
В дверном проёме, привалившись к косяку, полусогнувшись, стоял наш ночной гость. Было видно, что ему даже говорить было трудно, уж не говоря о том, чтобы стоять.
- Извините, что доставил вам хлопоты. Я ухожу.
Мужчина с трудом выпрямился: на лице на мгновение мелькнула гримаса боли. Меня словно пружиной подкинуло на стуле.
- И куда ты пойдёшь? – схватив его за руку, спросил я. – Туда, где тебя добьют?
Он обернулся и, молча, посмотрел на меня, в глазах уже не было огня. Он будто изучал меня, а я уже буквально слышал его ответ.
- Да брось, если бы тебе было куда идти, ты не завалился бы ко мне в гостиную посреди ночи, – ответил я на невысказанную фразу. – Останься, пока не оправишься. Ты помог Аманде, я не могу отпустить тебя.
Мужчина криво ухмыльнулся на мои слова. И правда, последняя моя фраза звучала глупо. Как я мог не отпустить его?
- Спасибо, - несмотря на ухмылку, ответил гость, и я понял, что он останется.
Глубоко вздохнув, незнакомец повернулся, упёрся спиной в косяк двери и тяжело сполз по нему на пол, опустив голову на руки, и застыл. Я видел, что ему очень больно, и боль никак не связана с физической.
- Моё имя ты знаешь, - тихо сказал я. – Как зовут тебя?
Мужчина поднял голову, пристально на меня посмотрел, и я снова увидел язычки пламени в глазах.
- Моё имя – Азазель.[/spoiler]
« Последнее редактирование: 26 Февраль 2012, 17:24:55 от Зима »
***
Блондинки не боятся проблем, это проблемы боятся блондинок. Когда блондинки начинают решать проблемы, то проблемы появляются у проблем!
***
Включила дуру. Выключить не могу! День не могу. Второй не могу. А потом смотрю… жизнь-то налаживаться стала!
***

Оффлайн ЗимаАвтор темы

  • Модератор
  • Легенда
  • *
  • Сообщений: 3368
  • Репутация +105/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #33 : 08 Июль 2011, 13:47:43 »
Глава  11.

[spoiler]Стивен на какое-то время задумался, словно вспоминал то время, когда Азазель остался у него дома. В глазах не было сожаления, не было жалости или страха, наоборот, казалось, он вспоминает то время с грустной радостью. Он был рад тому, что когда-то судьба свела его с Азазель, что тогда он пришёл в его дом за помощью, как к другу.
- Тогда Азазель провёл у нас где-то неделю: залечивал раны и отдыхал. Разговаривал он мало, но на некоторые вопросы отвечал. Когда я спросил его, кто он такой, Азазель только, молча, улыбнулся. Когда я поинтересовался, почему он спас жизнь Аманде, нахмурился и долго молчал, и я уж подумал, что ответа так и не дождусь, когда гость, наконец, ответил. «Ты любишь её. Это единственное, ради чего ты живёшь, - он поморщился, словно у него заболел зуб. - Ты бы умер, чтобы спасти её. Это чувство…оно, как кислота, разъедающая душу, если для него есть препятствие. Я убрал препятствие, чтобы ваши души обрели мир и покой.» Я смотрел на Азазель и видел, что его что-то гложет, причиняет боль. Сразу же вспомнил свои чувства, когда знал, что нам с Амандой отведено мало времени. «Кто она?» - вопрос вырвался сам собой, и я не очень надеялся, что получу ответ. Азазель посмотрел на меня, криво ухмыльнулся и ответил: «Её имя – Мернейт.»

Стивен посмотрел на меня, а я будто онемела. Даже под пыткой не смогла бы сейчас ответить, что чувствую. Я была похожа на мешок, набитый ватой: вроде внутри что-то есть, но оно совершенно пустое, безжизненное.
 
– Вот откуда я знаю твоё имя, Мернейт. Сейчас Аманда беременна и  поехала погостить к маме, поэтому я один. Когда вчера Азазель ворвался в мой дом и принёс тебя, я не знал, что будет. Он мне ничего толком не объяснил. Сказал, что нет времени, что ты проснёшься, и тебе будут нужны тёмные очки. Я не успел спросить, что мне делать, когда ты очнёшься. Он просто исчез также внезапно, как и появился. У него неприятности, Мернейт. Уже давно. Видимо, он пытается с ними справиться.

Стивен ожидал  хоть какой-то реакции на свой рассказ, а я словно замёрзла, заледенела изнутри. Что это было? Я слепая? Или Азазель вновь солгал, как лгал на протяжении сотен лет? Казалось, что из всего рассказа я услышала только конец, где было названо моё имя. Услышала и окаменела, не в силах что-то сказать и почувствовать. Как можно такое понять и принять? Многие годы я была уверена, что являюсь искуплением для мужа. Бесконечное количество раз убегала, зная, что он не сможет дать мне того, в чём заключался смысл моей жизни. Я слышала, как Стивен говорил по телефону с Амандой, собственными ушами слышала, насколько любит её. И тут он, будто невзначай, сравнивает чувства Азазель со своими?! Я могла бы представить себе, что чувствовал Стивен, когда думал, что Аманда умирает, ведь то же самое я чувствовала, когда узнала, что из себя представляет муж, и что я значу для него. Это было подобно концу, подобно смерти всего живого на планете, это был мой персональный конец света, когда не суждено выжить ничему из того, во что верила и кого любила. Сейчас было просто необходимо увидеть Азазель, в очередной раз посмотреть ему в глаза и увидеть подтверждение своих мыслей. Понять, что ему удалось обмануть Стивена, что всё, что сказано, было ложью от начала и до конца. Но его не было рядом…

Что происходит? Он знает, где я, но при этом до сих пор не пришёл? Почему я всё ещё жива, хоть он и знает где меня искать? Почему не остался, когда принёс меня в этот дом? Кажется, способность размышлять начала возвращаться. Я постаралась отодвинуть на задний план мысли о том, лгал Азазель или нет. Если буду думать об этом, то окончательно свихнусь и расклеюсь, а делать этого сейчас нельзя. Стивен сказал, что у мужа неприятности, и я склонна поверить в это, в противном случае, я бы уже была мертва. Осталось определить есть ли мне до этого какое-то дело или нет? Казалось бы, чего проще: найти новый дом и спокойно ждать, когда, наконец, он появиться, чтобы я снова могла уйти? Но нет, я знала, что не смогу этого сделать. Меня тянуло к нему, притягивало, словно мы были связаны невидимым канатом через века, через времена и страны. Я знала, что теперь, зная, что происходит, просто не смогу сидеть дома и ждать. Богиня, я окончательно помешалась?!

Стивен видел, что я размышляю и молчал, не желая мешать. Как случилось так, что он знал о моём муже больше, чем я сама?
- Стивен я благодарна тебе за рассказ. Он был очень полезен. Я должна найти Азазель, нам необходимо встретиться. Ты не знаешь, где бы я могла его найти?
- Он предвидел это, - вздохнув и опустив глаза, сказал Стивен, - и просил передать сообщение. Он сказал, чтобы ты его не искала, жила своей жизнью и не ждала его появления. Не знаю, что это значит, но он сказал, что отпускает тебя.
Тело начал бить озноб, застучали зубы, руки тряслись так, что я с трудом поставила чашку на стол. Он отпускает меня? Больше не придёт? Вот она, свобода! Не об этом ли мечтала? Не этого ли желала до судорог?
- Он держал тебя пленницей? – голос Стивена врезался в моё растрёпанное сознание белой стрелой яркого света.
- Нет, - промямлила я в ответ.
- Тогда почему он сказал, что отпускает тебя?
- Это…это долгая…история, - слова давались с трудом, зубы стучали, мешая говорить. – Я…я не… - я постаралась глубоко вдохнуть и выпалила: - Я не хочу, чтобы он меня отпускал.
Фраза произвела магический эффект: тело перестало трястись, зубы прекратили отбивать чечётку, разум прояснился, мысли потекли ровным и спокойным потоком.
- Я не хочу, чтобы он меня отпускал, - повторила я уже твёрже и поняла, что это чистая правда. Вот она – моя мечта на блюдце с голубой каёмкой. Вот она – моя свобода. Вот он – мой шанс жить обычной жизнью. Всё это теперь у меня есть, но я, вдруг, осознала, что мои мечты были совсем не об этом. Да, я хотела всего этого, но сейчас, без него всё это оказалось ненужным, нестоящим даже попытки. Мечтала о свободе, но свободы не хотела. Я желала быть зависимой от него. Грезила о семейной жизни, о детях, но не с кем-то, а именно с ним. Хотела жить нормальной жизнью, но без него она мне не нужна.
- Стивен, я должна найти его, - я смотрела на него сквозь тёмные очки, надеясь, что смогу передать голосом то, что могли бы сказать глаза. – Ты не знаешь, с чего я бы могла начать? Где он мог бы появиться?
- Извини, но я ничем не могу тебе помочь, -  в голосе Стивена звучало искреннее сочувствие. – Азазель не сильно откровенничал со мной. Я даже точно не знаю, кто он такой, только догадываюсь. Искал по имени информацию в интернете, а уж на сколько она правдива… - он пожал плечами и не договорил.

Да, мне явно придётся справляться с этим самой. Но куда идти? Я не знаю, где Азазель может появиться. Или знаю? Он всегда появляется, если кто-то касается меня против воли. Я могла бы… Нет, не могла. Спровоцировать человека, зная, что это чревато гибелью? Один раз я смогла упросить Азазель оставить жизнь, но кто даст гарантию, что это получиться ещё раз? Нет, так поступить я не могла: привести невинного человека на верную смерть. Но что же тогда делать? Где искать? Он же всегда сам находил меня… Стоп. В этот раз он пришёл и забрал меня, когда грозила опасность, когда меня чуть не убил один из демонов, которые знают, где я живу. Вряд ли, конечно, решат, что я настолько глупа, что вернусь домой, но у меня нет другой точки отсчёта. Больше не с чего начать и остаётся полагаться на шанс, что демоны всё-таки следят за моим домом и снова схватят меня. Я поёжилась от мысли, что мне предстоит пережить, если снова попаду к ним в руки, но была готова пройти и через более серьёзные испытания, если это единственная возможность увидеть его и понять, наконец, что происходит.

Приняв решение, я, вдруг, поняла, что не знаю, где нахожусь. Азазель мог отнести куда угодно.
- Стивен, в какой стране мы находимся? – не подумав, спросила я.
Стивен оторопело уставился на меня.
- Что ты имеешь ввиду? – через несколько мгновений поинтересовался он.
- Страна. В какой стране мы находимся?
- Если я ничего не путаю, то Америка, - Стивен смотрел на меня с подозрением, как на умалишённую. – Штат Аризона. С тобой всё в порядке?
- Да, - я с облегчением вздохнула. – Дело в том, что я живу в Аптосе, Калифорния, и собираюсь отправиться домой. Сумка с документами затерялась где-то в доме Холла, и если бы мы находились в другой стране, то выехать без документов было бы затруднительно. А так мне придётся пересечь только одну границу штата и я уже дома. Думаю, что смогу добраться автостопом.
- Добираться автостопом – не лучшая идея, - покачал головой Стивен. – Ты можешь взять мою машину. Вернёшь, когда сможешь. – Я собиралась возразить, но он заметил это и быстро проговорил: - Возражения не принимаются. Я слишком многим обязан Азазель. Так я смогу хотя бы чем-то его отблагодарить.
- Спасибо большое, Стивен. Я верну машину сразу, как только смогу.
- Когда ты хочешь поехать?
- Думаю, завтра утром. Дорога займёт около суток и лучше ехать отдохнувшей. Желания где-то останавливаться у меня нет. Хочу быстрее попасть домой.
- Ты уверена, что это не опасно? Возвращаться туда, откуда он тебя забрал в таком…состоянии, - с сомнением в голосе спросил Стивен.
- Не уверена, - улыбнувшись, ответила я. – Но другого выхода нет. Это единственный шанс встретиться с ним, и я не упущу его.

Стивен внимательно посмотрел на меня, а затем согласно кивнул. Решение принято: я возвращаюсь домой. Возвращаюсь для того, чтобы встретить Азазель или свою смерть. По дороге у меня будет время подготовиться к любому исходу. Неужели я снова увижу его? Смогу обнять, почувствовать себя слабой в его сильных руках? Заглянуть в безразличные, горящие огнём глаза? Я улыбнулась собственным мыслям.[/spoiler]
« Последнее редактирование: 26 Февраль 2012, 17:25:08 от Зима »
***
Блондинки не боятся проблем, это проблемы боятся блондинок. Когда блондинки начинают решать проблемы, то проблемы появляются у проблем!
***
Включила дуру. Выключить не могу! День не могу. Второй не могу. А потом смотрю… жизнь-то налаживаться стала!
***

Оффлайн ЗимаАвтор темы

  • Модератор
  • Легенда
  • *
  • Сообщений: 3368
  • Репутация +105/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #34 : 08 Июль 2011, 14:05:04 »
Глава 12.

[spoiler]Знакомые улицы мелькали за окном старенького Форда, который пришлось одолжить у Стивена. Каждый поворот и фонарь были знакомы, но вопреки этому, город казался чужим. Я жила здесь уже несколько лет, но так и не смогла назвать это место своим. Настоящим домом, в который возвращаешься с трепетом и радостно узнаёшь каждый закуток. Я въехала в Аптос с противоположной стороны от новостроек. Зная, что рано или поздно придётся наведаться туда, сейчас старалась держаться от этого района подальше – пока не время. Вначале нужно попасть домой и узнать ждут ли меня там. Проскочив через городок, свернула на лесную дорогу, которая вела к моему жилищу. Ехала медленно, всматриваясь в окружающий дорожку лес, будто надеясь что-то увидеть в вечерней темноте. Куда уж там: сплошная стена высоких деревьев и кустарников сливалась в одно большое чёрное пятно.
Дорога кончилась. Я заглушила машину и опустила голову на руль, собираясь с духом. Как бы ни храбрилась, страх был сильнее, пробивался даже сквозь плотный заслон из воли. Сердце колотилось о рёбра так сильно, что, казалось, сломает прочную клетку и вырвется наружу. Стараясь не сильно шуметь, выбралась в вечерние сумерки и аккуратно прикрыла дверь машины. Ключи мерзко звякнули, нарушая тишину, когда я решила убрать их в карман. Чуть ли не крадучись, пошла в сторону дома, прислушиваясь к каждому шороху. Лес жил своей жизнью, говорил на своём языке, и ничто не нарушало его царственного спокойствия.

Меня никто не встретил, и, со страной смесью разочарования и облегчения, я толкнула хлипкую дверь, нашарила на стене выключатель и зажгла свет. Дом встретил могильной тишиной. Никто не посещал развалюху в моё отсутствие, а если и посещал, то следов не оставил. Тяжкий вздох вырвался сам-собой: шальная надежда на то, что всё пройдёт гораздо быстрее, зазря растеребила душу. Глупо было, но что ж сделаешь. Вдруг, фортуна решила бы показать ровные белые зубы в лучезарной улыбке, и, открыв дверь, я бы встретилась взглядом с тем, кого собиралась искать?

Закрыв входную дверь на задвижку, прошла в ванную и подставила тело под тёплые струи душа, смывая разочарование и дорожную усталость. Слёз не было. Казалось, они закончились в тот момент, когда поняла, что Богиня не зря именно мне приготовила такую судьбу. Она мудра и знала, что рано или поздно я смогу принять то, что отвергала долгие годы: без него я не смогу жить. Решив искать его, я приняла этот факт. Получив, наконец, свободу и в этот же момент отвергнув, поняла, что приму его каким бы он ни был. Как Стивен принял его помощь, а затем без капли сожаления остался ему другом. Буду лезть туда, где не светит ничего, кроме гибели, лишь бы в последний момент жизни утонуть в чёрных горящих глазах.

***

Солнечный свет настойчиво бил в лицо, заставляя проснуться. Вчера, упав без сил на кровать, я мгновенно уснула, забыв задёрнуть шторы. И теперь солнечные лучи играли в догонялки на стенах моего домика. Открыв глаза, какое-то время бессознательно таращилась на лучик света, который задержался на потолке, мерцая и переливаясь. Никто не пришёл сегодня ночью, и я не знала с чего начать день. Как-то быстро и внезапно унылое существование до момента смерти превратилось в активный поиск. В короткой жизни появилась цель, нужно было принимать какие-то решения, стремиться к чему-то. Такое положение вещей было странно и удивительно…и мне нравилось. Впервые за века я чувствовала себя живой. Стряхнув мутную полудрёму, встала с кровати, сходила в ванную и, чуть ли не пританцовывая, отправилась на кухню варить кофе. Вышла на крыльцо с чашкой в руках, плюхнулась на старый, полуразвалившийся стул, сняла очки, положив на колени, и подставила лицо под игривые солнечные лучи, которые изысканным кружевом пробивались сквозь лесную зелень. Весь мир вокруг меня, казалось, стал изумрудно-зелёным. Даже размышления не могли испортить радостного настроения, навеянного солнечным утром и переменами. К добру ли эти перемены? Время покажет. А сейчас я буду наслаждаться тем, что есть к чему стремиться.

Итак, с чего же начать? Слабая надежда на то, что здесь меня будут встречать, разбились на мелкие осколки. Значит, остаётся лишь одна возможность: вернуться в дом Холла. Конечно, после того, что произошло несколько дней назад, вряд ли он остался. Но чем черт не шутит? Вдруг, мне, наконец, повезёт? Я вслух рассмеялась, нарушая тишину, и тут же зажала рот рукой. Похоже, я окончательно спятила. Только ненормальный может считать везением встречу с демоном. Ну что ж, так тому и быть.
Внезапно, поток безумных мыслей прервал негромкий хруст. Будто кто-то неловко наступил на ветку, заставив надломиться. От неожиданности вздрогнула, и тут же насторожилась. Похоже, я всё-таки ошиблась, полагая, что за домом не следят. Поставила чашку с недопитым кофе на пол, взяла очки и поднялась со стула.
- Кто здесь? – громко спросила, осматривая кромку леса.

Если это кто-то из демонов, то мне наверняка не ответят, но я обязана была убедиться, что это не человек, заглянувший проведать меня. Ответом послужила тишина, но я ощутила изменение в воздухе, который будто наполнился электричеством: можно было почувствовать напряжение и услышать потрескивание. Ну что ж, я их ждала. Тело рефлекторно пригнулось, будто приготовившись к старту - странная реакция на опасность, которой не ожидала. Я была готова защищаться, хотя совсем недавно думала лишь о том, чтобы покорно выдержать всё, что со мной могут сделать. Инстинкты снова брали верх, и я отдалась им в руки. Мысли рассеялись, оставляя после себя бескрайнюю пустоту, с губ сорвалось рычание. В этот момент откуда-то сверху раздался громкий треск. Я резко вздёрнула голову. Оттолкнувшись от толстой ветки многолетнего дерева с такой силой, что она сломалась, распластавшись в прыжке, ко мне летел демон. Не успев сообразить, что делаю, упала на четвереньки. Демон с грохотом врезался в стену дома, заставив хрупкое строение содрогнуться от мощного удара. Не растерявшись, приземлился на землю, на ладони тут же заплясал огненный шар.  Хищно пригнувшись и оскалившись, он замер напротив меня, словно чего-то ожидая. В это же мгновение я услышала потрескивание огня, которое раздавалось уже сзади. Похоже, мой гость здесь не один. Я не успела обернуться, чтобы проверить догадку. Услышала громкое шипение и рефлекторно отскочила в сторону. На то место, где стояла секунду назад, прилетел сгусток пламени, оставив солидный ожог на досках крыльца. Отскочив, выпрямилась и прижалась к стене спиной, чтобы видеть обоих нападающих… Со стороны леса на меня смотрела ещё пара горящих огнём глаз. Я ошиблась. Демонов было не двое, а трое.

Я почувствовала, как странная пустота наполняет тело. Большой воздушный шар возник в районе сердца и постепенно разрастался, подбираясь к горлу. Мысли заметались, потревоженным пчелиным роем. Казалось, что из чувств остались только слух и зрение. Из горла вырвалось нечеловеческое рычание, тело опустилось на четвереньки и прижалось к земле, готовясь к прыжку. Пашт посетила свою жрицу. Кошачьи глаза внимательно следили за каждым движением пары демонов, которые медленно приближались со стороны леса, когда боковым зрением уловили новое движение. Пружинисто оттолкнувшись от земли на сильных лапах, я прыгнула вперёд к одному из демонов, шедших со стороны леса. Солёный вкус крови наполнил клыкастую пасть, не вызвав отвращения. Успев впиться в горло одному из них, я знала, что не услежу за двумя другими. Видимо, произошедшее с их собратом не так давно, научило осторожности. В то мгновение, когда бросилась на одного, в меня устремились два огненных шара. Один попал в плечо, второй царапнул по бедру, оставив горелый след на шкуре. Боль помрачила сознание, громкий львиный рык оглушительной волной прокатился по лесу, запах палёной шерсти и плоти проникал в ноздри, вызывая тошноту. Оставив мёртвого демона, бросилась на второго, который стоял совсем рядом и не успел отскочить. Промазала, впившись в плечо. Нечеловеческий крик сорвался с его губ, вторя львиному рыку. В этот же момент почувствовала, как в бок впивается очередной огненный сгусток. Так и не добравшись до шеи, отскочила в сторону.

Правый бок пульсировал болью, сознание норовило спрятаться в пустоту. Бессильно опустилась на землю, прижимаясь обожжённым местом к земле, стараясь хоть как-то угомонить раскалённую пульсацию. Получив передышку, внимательно наблюдала за двумя демонами, которые крадучись приближались, держа наготове огненные шары. Я понимала, что с ними двумя мне уже не справиться. Даже Пашт в своём могуществе не безгранична. Сосредоточив внимание на том, кого уже успела ранить, я приготовилась к прыжку, зная, что этот прыжок будет последним. Второй демон успеет если не убить, так вывести меня из игры. Думаю, что нужна им живой, иначе уже давно была бы мертва.
 
Грохот, похожий на взрыв, заставил всех нас вздрогнуть. Немного позади пары демонов появился третий… Я забыла, что собиралась прыгнуть и выпрямилась на четырёх лапах, пожирая взглядом того, кого ждала и кого собиралась искать. За спинами нападающих появился Азазель. Обернувшись, парочка  увидела его и, забыв обо мне, резко развернулась, запустив огненные шары прямо в мужа… Точнее в то место, где он стоял секунду назад. Азазель появился между нами, снова оказавшись у демонов позади. Два огненных сгустка слетели с его ладоней так быстро, что они не успели даже среагировать. Я почувствовала усилившийся запах горелого мяса. Раскрытые ладони мужа по-прежнему были направлены в сторону корчившихся фигур, и языки пламени подчинялись молчаливому приказу. Огонь, как живой, облизывал тела, вопящих демонов, голодными языками облизывал одежду, подбираясь к лицам. В какой-то момент, обезумев от боли, один кинулся на своего мучителя, но Азазель словно ожидал этого. Отведя руку в сторону, толкнул воздух перед собой. Горящего словно порывом ветра подхватило, оторвало от земли и отбросило к кромке леса. Азазель не отводил взгляда до тех пор, пока на когда-то зелёной траве не остались лишь жалкие подобия тел, затем махнул руками, словно стряхивая капли воды, и огонь исчез. Ещё несколько секунд и обожжённые останки охватило пламенем, которое уже не выжигало травы. Обугленные кости исчезли в этом огне, будто их никогда и не было. Только две выжженные проплешины на лесной траве напоминали о случившемся. Да ещё запах горелого мяса, который, казалось, будет преследовать меня всю жизнь.

Как только тела исчезли, Азазель повернулся ко мне. Лицо мужа оставалось таким же невозмутимым, как и всегда, словно не было этой короткой и жестокой расправы. Сделала шаг к нему и осознала, что я всё ещё Пашт. Когда я смогу обратиться? На этот вопрос ответа не было. Боль, о которой на время забыла, когда появился он, сейчас давала о себе знать с новой силой. Я опустилась на землю, положив голову на лапы и внимательно следила за мужем. Больше всего боялась, что вот сейчас он развернётся и уйдёт, снова оставит, сказав, что я свободна. Но, к сожалению, львица не может говорить. Всё, что оставалось – смотреть на Азазель снизу вверх и надеяться, что он не уйдёт, а он уверенно, не боясь, подошёл и опустился на корточки передо мной. Казалось, что вот ещё чуть-чуть и протянет руку, чтобы погладить мягкие уши дикой кошки, а та в ответ довольно заурчит. Но он руки не протянул.

- Я смогу облегчить боль, только когда ты обратишься, - услышала я такой знакомый, такой желанный хриплый голос, но ничего не смогла ответить. – Тебе надо вернуться в дом. Если случайный прохожий увидит в этом лесу львицу – охоты не избежать.
Я могла бы сказать, что здесь слишком уединённо для случайных прохожих, но всё ещё оставалась бессловным животным. Послушно поднялась на лапы и, хромая, стараясь беречь больной бок, сделала пару шагов и обернулась, ожидая, когда он последует за мной. Азазель стоял, не двигаясь.
- Мне нужно уходить, - сказал он, и я почувствовала, как сердце сжалось, предчувствуя боль. – Я не могу остаться. Это опасно для тебя.
Ну уж нет! В этот раз я не позволю ему уйти! Вернулась к мужу и, взяв острыми клыками за рукав рубашки, легко потянула за собой.
- Мернейт, ты не понимаешь, - поддавшись мне, сделав шаг, снова заговорил он. – Меня ищут. И если поймают возле тебя, то ты им будешь уже не нужна. Они убьют тебя.
Я недовольно заурчала и потянула сильнее. Мне показалось или он вздохнул?
- Ну, хорошо, - в голосе мужа я впервые услышала усталость. – Я останусь ненадолго. Можешь отпустить.

Я не послушалась. Так и тянула за рукав, пока мы не оказались в доме. Азазель сел на диван и устало откинулся на спинку. Я легла прямо ему на ноги. Глаза закрывались, тело стало словно ватным. Теперь, даже если усну, не сможет уйти, не разбудив. Положив голову на лапы, закрыла глаза и почувствовала, как сильная рука мужа гладит уши. Мы снова вместе. Пусть на короткий миг, но он снова рядом. Я слышала, как его дыхание выровнялось, рука шевелилась всё реже и неохотнее. Помимо воли задышала с ним в такт и уснула.[/spoiler]
« Последнее редактирование: 26 Февраль 2012, 17:25:20 от Зима »
***
Блондинки не боятся проблем, это проблемы боятся блондинок. Когда блондинки начинают решать проблемы, то проблемы появляются у проблем!
***
Включила дуру. Выключить не могу! День не могу. Второй не могу. А потом смотрю… жизнь-то налаживаться стала!
***

Оффлайн ЗимаАвтор темы

  • Модератор
  • Легенда
  • *
  • Сообщений: 3368
  • Репутация +105/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #35 : 08 Июль 2011, 14:15:51 »
Глава 13.

[spoiler]Ощущение чего-то мягкого, шелковистого и приятного напомнило о далёком прошлом. Сквозь сон я улыбнулась, радуясь такому нежному и давно забытому прикосновению, открыла глаза и увидела, что лежу на диване, накрытая мягким меховым одеялом. Как же давно это было, казалось, что и не было вовсе. Вот также, с наслаждением запуская пальцы в мягкое покрывало, сделанное из шкуры, в холодные ночи засыпала подле мужа. Кода-то давно, многие жизни назад. Просыпаться не хотелось. Я пыталась удержать это мгновение счастья, но вслед за воспоминанием о том времени пришли и другие, которые заставили резко вскочить с уютного ложа. Вчера я уснула на полу, оставаясь в образе львицы, улёгшись к ногам Азазель, зная, что он не сможет уйти, не разбудив меня. А сейчас лежу на диване?

Осмотревшись, комнату не узнала.  Ну, и куда меня занесло на этот раз? Дорогое, искусно выделанное покрывало из натурального меха, скомканным валялось на диване, на котором с лёгкостью разместились бы человек пять. Камин с уютно потрескивающим огнём, тяжёлые, плотные шторы намертво скрывали окна, стеклянный журнальный стол с зеркальной поверхностью переливался оранжевым и всеми оттенками красного, отражая горящие поленья. По всей видимости, Азазель перенёс куда-то, пока я спала крепким сном уставшего животного. Ещё раз быстро окинула взглядом комнату: муж отсутствовал. Неужели он всё-таки оставил меня?! Ведь…знала, что он понял, чего я хотела, о чём просила, когда была в образе львицы! И, несмотря на это, его сейчас не было рядом. И куда же он меня перенёс в этот раз?

Собственно, оказалось, что мне всё равно. Даже не собиралась искать ответ на этот вопрос. Где бы ни оказалась, его нет рядом. Несмотря на тепло, исходящее от жаркого очага, почувствовала, как кожа покрылась зябкими мурашками, и поняла, что стою абсолютно голая. Всё правильно: во время превращений в львицу, одежда не испаряется, а попросту разрывается на мелкие клочья, неспособная вместить тело дикого животного. Тем более такого огромного. Я мало знала о львах, но догадывалась, что нормальные львицы не могут быть ростом с подростка. Схватила одеяло и укуталась, снова ощутив нежное прикосновение меха, которое в этот раз не вызвало ничего, кроме горечи – такой знакомой и неотъемлимой части встреч с мужем. Опустилась на диван и невидящим взглядом уставилась на огонь.
 
Погрузившись в пустоту, которая затягивала разум и душу, даже не услышала, как кто-то вошёл в комнату.
- Я принёс одежду, - знакомый хриплый голос заставил не просто вздрогнуть.
От неожиданности подскочила на диване так, будто в эту секунду на нём выросли длинные иглы, уронила одеяло и безумными глазами уставилась на мужчину, голос которого вывел из прострации. Это был он. Он не ушёл! Остался! Он здесь, совсем рядом! Поддавшись порыву, бросилась мужу на шею. Он, видимо, не ожидая такой реакции, застыл камнем. Было плевать, что моё поведение выглядит безумием. Плевать, что веками я убегала от него, а сейчас кинулась на шею, будто получила долгожданный подарок. Поддавшись эмоциям, делала то, что хотелось в эту секунду. Если то, что, наконец, смогла сдаться на милость чувств значило, что я сошла с ума… Плевать! Да, я безумна, но зато чувствую его рядом. Чувствую тепло его тела каждой клеточкой своего, ощущаю горячее дыхание на лбу, вижу его душу рядом со своей. Хотелось слиться с ним в этот момент, стать единым целым, восстановившимся сосудом, который был разбит многие века. И вот, наконец, нашлась мастерица, которая сумела склеить, собрать вместе два крупных осколка. Вернуть хрупкому творению  жизнь. И имя этой великой мастерицы – любовь! Всемогущая, мудрая Богиня! Знала ли ты, что так будет? Или и для тебя это было сюрпризом? Приготовила ли ты мне такую судьбу? Или я, нарушив планы, подвела тебя? Впервые мне было всё равно. Приготовила ли Бастет для Азазель испытание на долгие века, или пришло время, наконец, завершить его и одарить демона прощением? Сейчас я делала то, чего так хотелось уже многие жизни, и чего боялась. Любила, не оглядываясь, не опасаясь, забыв о гордости, не думая о последствиях.
- Почему ты не ушёл? – прижимаясь к нему всем телом, спросила я.
- Ты просила остаться, - хриплый голос не выражал эмоций, но я была безумно счастлива слышать его в этот момент.

Он не ушёл, потому что я просила. Что это значит? Даже если и ничего…Что с того? Я буду менее счастлива? Ответ был однозначен: нет. Я ни на секунду не обманывала себя, не надеялась даже на слабое проявление чувств с его стороны, и, несмотря на это, отвергла свободу, преподнесённую не так давно. И сейчас стояла, прижавшись к нему, дрожа от счастья, что он выполнил невысказанную просьбу и остался. Казалось, могу простоять так многие века, пока оба не превратимся в камень. Азазель, поняв, что не собираюсь его отпускать, свободной от одежды рукой взял за подбородок, заглянув в глаза, огнём прожёг насквозь. От нестерпимого жара пелена слёз затуманила взгляд. Секунда – неприятные ощущения пропали, его взгляд остыл. Мужу не нужно было спрашивать, что со мной.
- Не уйду, не бойся. Оденься, а то замёрзнешь.

Я понимала, что дольше цепляться за него было бы совсем глупо, и  знала, врать, что не боюсь, тоже бесполезно. Заглянув в глаза, Азазель мог увидеть гораздо больше, чем было желание показать. Прожигая, смотрел вглубь, заглядывал прямо в душу, и невозможно что-то скрыть от этого, горящего огнём, взора. Это было неподвластно человеку. С трудом заставив себя отлепиться от мужа, забрала одежду и, стараясь не терять его из вида, оделась. Азазель сел на диван и, молча, смотрел на огонь, а я устроилась рядом, стараясь касаться его. Мне была необходима уверенность, что это всё не сон, что он сейчас сидит рядом, а я с беспокойным счастьем наблюдаю, как он смотрит на огонь. Сломалась ли я? Потеряла ли волю? Поддалась ли его чарам? Даже если и так. Мне было всё равно.

- Расскажешь? – спросила я, пытаясь заглянуть ему в лицо, чувствуя себя не горделивой жрицей, а робкой девчонкой.
- Что тебе рассказать? – бесстрастным вопросом ответил он, даже не взглянув в мою сторону.
- Что происходит? Почему ты не приходишь? Почему тебя ищут демоны? И откуда им вообще известно обо мне? – выпалила я на одном дыхании.
Несколько мгновений Азазель молчал, затем, наконец, оторвал взгляд от огня и посмотрел на меня.
- Прежде, чем я отвечу на все твои вопросы, я хочу получить ответ на свой.
- Спрашивай, - я пожала плечами. – Я думала, ты увидел всё, что хотел.
- Мне необходимо, чтобы ты подтвердила то, что я увидел. Ошибки быть не должно.
- Спрашивай, - повторила я, выжидающе на него посмотрев.
- Ты хорошо подумала, прежде чем принять решение и остаться со мной? Уверена, что тебе не нужна свобода?
- Мне надоело думать, - вздохнув, ответила я. – Послушай, только получив свободу, я поняла, что не могу без тебя. После разговора со Стивеном многое изменилось. Я думала многие века. Пора начать жить сердцем, а не мыслями. У меня были годы на то, чтобы решиться на это. Так что да, я уверена в своём решении.

Я говорила чистую правду. Озвучивала то, что чувствовала и в чём была уверена на данный момент. Хватит гонок, хватит поисков и погонь, хватит урывками проведённых ночей и бесконечных смертей. Я устала. Все эти годы я убегала от самой себя, пришло время остановиться.
- Ну что ж, я рад твоему выбору.
Мне показалось или в его голосе появилась интонация? Сожаление кажется?
- Тогда почему я слышу сожаление в голосе? – сразу же спросила я.
- Потому что теперь не самое лучшее время для принятия такого решения. Ещё двадцать лет назад я отдал бы всё за то, чтобы ты захотела сделать такой выбор. Тогда, но не сейчас.
- Почему? Что изменилось?
- Видишь ли, твоё желание в данный момент не сможет осуществиться, - всегда бесстрастное лицо мужа исказила горькая усмешка. – По иронии судьбы именно сейчас быть вместе для нас равносильно смерти.[/spoiler]
« Последнее редактирование: 26 Февраль 2012, 17:25:33 от Зима »
***
Блондинки не боятся проблем, это проблемы боятся блондинок. Когда блондинки начинают решать проблемы, то проблемы появляются у проблем!
***
Включила дуру. Выключить не могу! День не могу. Второй не могу. А потом смотрю… жизнь-то налаживаться стала!
***

Оффлайн ЗимаАвтор темы

  • Модератор
  • Легенда
  • *
  • Сообщений: 3368
  • Репутация +105/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #36 : 08 Июль 2011, 14:42:15 »
Глава 14.


[spoiler]Такое заявление буквально вогнало меня в ступор, а он продолжал, как ни в чём не бывало.
- Думаю, не стоит вдаваться в подробности моей жизни. Услышать этот рассказ будет не очень приятно для тебя.
Я поёжилась от мысли о том, что именно он мог рассказать: искушения, убийства, войны, жестокость. Он был прав – я не хотела этого слышать. Достаточно было того, что я итак знала, кто такой мой муж. Подробности были явно излишними, поэтому я только кивнула, соглашаясь.

- Расскажу лишь о том, как оказался здесь, на земле. Когда-то давно среди Богов я был почитаемым демоном – добрым посланником между ними и людьми, но всё же больше времени проводил среди людей, наблюдая жизни, направляя заблудших, помогая нуждающимся. Мои деяния укрепляя веру, и одна из Богинь проявила благосклонность. Бастет выбрала меня в мужья, а я возомнил себя равным ей. Был горд тем, что могущественная Богиня теперь принадлежит мне. Хоть это и считалось милостью, но в моём сердце не было любви. Оно было холодно, как утренняя роса, хоть и приходилось изображать страсть и любовь. Видимо, достаточно убедительно играл, раз даже сама Бастет не почувствовала подвоха.
Азазель криво ухмыльнулся и холодно посмотрел на меня, а я вздрогнула, вспомнив, как сама когда-то поверила в его забаву. Теперь это казалось совсем неудивительным, раз хитрому демону удалось провести даже Богиню.

- С того момента, как я ощутил превосходство над остальными демонами, с того момента, как почувствовал безграничную власть и могущество, человеческие чувства покинули меня. Со временем, исчезли даже те слабые отголоски, о которых помнил. И для меня всё было прекрасно: благодаря Богине, я обрёл небывалое могущество и влияние. Но самодовольство переполняло меня и, наконец, выплеснулось через край. Я увидел земную женщину небывалой красоты, не смог устоять перед желанием и соблазнил её. Скрыть измену от Бастет не удалось. Когда она узнала об этом и спросила, кого из них я люблю больше, моим ответом было: «Никого.»  Я был уверен в собственном могуществе и ничуть не боялся гнева Богини. Она казалась мне обыкновенной женщиной, которая поплачет в своём горе и успокоится. За свою надменность и самоуверенность и поплатился, недооценив её власть. Гнев Богини пронёсся ураганом, вырывая всё живое на своём пути, снёс меня, смял и искалечил, – Азазель недовольно передёрнул плечами, прогоняя слишком яркие воспоминания, а  я впервые увидела в его глазах страх. – Меня изгнали на землю, лишив возможности посещать мир Богов. Я выжил, с трудом оправился от ран, но не чувствовал себя виноватым. Проклиная Богов за жестокость, начал мстить, подрывая веру людей. Мстил многие века, не оглядываясь назад, не желая прощения. Жажда мести поглотила  и заставила забыть, что когда-то был другим.

Я слушала, а перед глазами буквально вставали картинки из прошлого, о котором рассказывал Азазель. Так легко, так просто творить зло, когда сердце остаётся холодным, я понимала это. Он даже не задумывался о поступках, просто совершал и всё.

- Шли века, а жизнь не менялась. Незадолго до встречи с тобой я понял, что смертная скука, в которую превратилось существование, меня доконает, если ничего не изменить. Мне надоел этот угрюмый и бесцветный мир, я захотел вернуться туда, где яркие краски разбавляют чистоту и лёгкость высокого неба. В обитель Богов такую желанную и запретную. Бастет была первой, кто отозвалась на просьбы об искуплении, - Азазель снова усмехнулся, но уже с горечью. – С моей стороны было глупо полагать, что второй раз удастся её провести. Я клялся, что раскаялся, на самом деле, ничуть не сожалея о сделанном, и торжествовал победу, когда Богиня смилостивилась. Пообещала искупление и возвращение домой, если смогу прожить смертную жизнь с одной из её жриц. Условие было таким: если она захочет уйти, я не должен останавливать. Жрица должна по собственной воле выбрать меня, родить детей и умереть собственной смертью. До тех пор, пока этого не произойдёт, у неё будет столько жизней, сколько потребуется. Всё это показалось лёгкой игрой, развлечением, которое скрасит несколько лет ожидания до момента, когда настанет время праздновать возвращение. Я ликовал: что для меня, соблазнившего Богиню, стоило убедить какую-то смертную женщину… Зачем мне много её жизней? Взять жрицу  из храма Бастет не составит труда. Они идут с тем, кто выберет, и становятся верными и преданными жёнами. Эти женщины лишены выбора, но до беспамятства любят того, кто выбрал их. Я думал, что снова обманул Бастет. Чёрт, как же я был самонадеян! – Азазель громко усмехнулся и посмотрел на меня. – Как думаешь, она специально выбрала тебя? Знала, что так будет? Что мне придётся гоняться за тобой веками?

- Я сама часто задаю себе этот же вопрос, - впервые, у нас был такой откровенный разговор, и я не знала, как на него реагировать. - И у меня нет на него ответа.

- В общем-то, её замысел уже не так и важен. Важно то, к чему это привело, - Азазель стиснул зубы и кулаки, словно пытаясь удержать стон боли, рвущийся наружу. Несколько мгновений у него ушло на то, чтобы справиться с собой: руки расслабились, с лица пропала маска боли. Он продолжил:  – Как-то незаметно для самого себя, начал чувствовать. Каждый раз, причиняя кому-то боль, чувствовал её, как свою. Всегда холодное сердце, стало отзываться на страдания людей намного сильнее, чем это было раньше. Я больше не мог делать то, что за века стало привычным. Перестал появляться в кругу таких же, как и я. Видишь ли, когда мы вместе, то чувствуем друг-друга. Если бы продолжил крутиться среди своих, рано или поздно они бы почувствовали, что я изменился. Поэтому старался держаться от остальных, как можно дальше. Вернуться к ним – самоубийство. Они заметили длительное отсутствие и начали искать. Не знаю как, но им удалось выяснить причины, по которым я больше не с ними. Демоны узнали о твоём существовании и о том, что я изменился из-за тебя, и решили, что убрав причину перемен, вернут и меня. Поэтому тебя искали. Поэтому я не появлялся, хотя и нашёл тебя уже давно - знал, где ты, ещё до того, как к тебе вернулась память. С  того времени, как начал чувствовать, меня будто притягивало к тебе, и больше не требовались нудные и упорные поиски. Я просто чувствовал свет твоей души, знал, где и когда ты родилась. Я хотел… больше всего на свете желал увидеть тебя. Вырвать хотя бы ночь, но знал, что мой визит проследят, и ты будешь в опасности. Они чувствуют, когда я перемещаюсь, и могут отследить. Поэтому так опасно сейчас нам находиться вместе. Я не хочу, чтобы они убили тебя.

Чёрные глаза мужа пристально изучали меня, а я боялась даже слово сказать. Страх, что неверно его поняла, что позволю снова обмануть себя, заставлял мысли кружиться снежной метелью, не формируясь в связанную речь. Азазель было не обязательно объяснять, что происходит со мной - итак всё видел. А я могла только молча погружаться в чёрные пламенеющие омуты, ища там очередную ложную надежду.

- Ты поняла всё верно, - ответил он на невысказанные вопросы. – Ты вернула способность чувствовать, Мернейт, согрела холодное сердце. Ты – первая женщина, которую я сумел полюбить. Ты разбудила во мне то, что уснуло, когда стал мужем для Богини, которую не любил. Всё просто Мернейт – я люблю тебя.
Я рефлекторно замотала головой, отказываясь верить его словам, вскочила с дивана и отступила от него. Какая-то часть меня готова была ликовать, но рассудок побеждал, настаивая на том, что всё обман, мерзкая игра. Азазель не двигался и внимательно наблюдал за мной.
- Зачем ты так? – вырвалось у меня помимо воли. – Я пришла к тебе не потому, что хочу слушать ложь. Я знаю, что ожидать от тебя взаимности – переливать из пустого в порожнее. Ты знаешь, что я готова принять всё, как есть. К чему тогда эта сказка, которая причинит новую боль? – мне и правда было больно от того, что он продолжает изображать из себя что-то, чем не является. Он не способен любить, так зачем снова раздирать края раны, которая почти затянулась?
Азазель резко поднялся с дивана, в мгновение оказался рядом. Одной рукой обнял за талию, дрогой взял за подбородок, заставив посмотреть в глаза. Агатовые омуты по-прежнему полыхали огнём, но уже не обжигали. Взгляд согревал ласково и заботливо.
- Мне нет смысла врать, Мернейт, - хриплый голос Азазель изменился. Он больше не был бесстрастным и безразличным, наоборот пытался убедить, объяснить, показать. Звучал мягко, обволакивая пышным облаком. – Я всё видел, когда заглядывал к тебе в душу. Видел, что ты смирилась, поэтому нет смысла обманывать. И я снова повторю – я люблю тебя, Мернейт.
Как же хочется поверить этому мягкому голосу, тёплым и внимательным глазам… Поверить, окунуться и утонуть, забывая обо всём. Он знал, что будет нелегко убедить в правдивости, что мог бы и не говорить этих слов, я итак желала остаться с ним. Знал, но всё равно сказал. Зачем?
- Просто я хотел, чтобы ты знала, - снова ответил Азазель моим мыслям. – Я хотел, чтобы ты услышала это от меня, пусть даже и не поверив ни слову. Я заслужил твоё недоверие, знаю. Но исправлять ошибки – времени нет.
На несколько секунд взгляд Азазель стал рассеянным, словно он к чему-то прислушивался, забыв о том, где находится. Затем чёрные глаза снова сфокусировались на мне.
- Нам больше нельзя оставаться здесь, - быстро проговорил Азазель. – Нас выследили и скоро будут здесь.
- Кто? – от внезапной смены темы разговора, я не сразу поняла, о ком он говорит.
- Демоны, - ответил Азазель. – Я говорил, что за мной следят и находиться вместе опасно для тебя. Закрой глаза.
- Зачем? – удивлённо спросила я, не понимая, что он хочет сделать.
- Закрой глаза, быстро! – рявкнул муж, и веки, повинуясь его властному голосу сами-собой захлопнулись.

Я почувствовала, как он обнял меня. Несколько мгновений царила тишина, затем послышалось слабое гудение, которое постепенно нарастало. Руки, обнимающие меня, стали сжиматься всё сильнее и сильнее, причиняя боль, норовя сломать рёбра. Гул разросся настолько, что грозил оглушить навеки. Я закричала, и постаралась стряхнуть с себя обручи, которые сжимали лёгкие, но не нащупала  ничего, что могло бы так давить. В это же мгновение гул резко оборвался, будто кто-то выключил звук, обручи упали, позволяя вдохнуть. Я испуганно открыла глаза, наполнила лёгкие воздухом и почувствовала, как подгибаются ноги. Голова нещадно кружилась, превращая окружающий мир в одно большое расплывчатое пятно.

Азазель подхватил меня и аккуратно опустил на что-то жёсткое, прохладное и влажное  – было похоже, что сижу прямо на земле. Пошарив вокруг руками, я почувствовала траву. Голова всё ещё кружилась, чёткость зрения возвращаться не спешила, желудок сжимался в приступе тошноты.
- Ещё немного и всё пройдёт, - услышала тихий голос мужа, словно через толстый слой ваты, который застыл перед глазами тёмным пятном.
- Что это было? – промямлила я, стараясь подавить тошноту.
- Мы переместились, - голос Азазель звучал немного ближе и чётче. – Они были рядом, другого выхода не было, извини. Я знал, что перемещение на тебя так повлияет, но не успел лишить тебя сознания.
- Мы в лесу? – слепо поворачиваясь, старалась рассмотреть хотя бы слабые контуры окружающего мира, но, несмотря на слепоту, различить запах города и природы, я ещё могла - пахло свежестью, влагой и травой.
- Да. Я не знал, куда мы можем пойти. До этого были в моём доме. Теперь они знают, где я живу. Туда возвращаться нельзя. К Стивену тоже – ему не нужны мои неприятности, Аманда беременна. Когда-то очень давно я охотился в этом лесу с…одним человеком. Здесь неподалёку есть небольшой дом.
Ощущение верха и низа постепенно вернулись ко мне. Мир перестал отплясывать кадриль и остановился передохнуть. Я увидела озабоченное лицо мужа прямо напротив.
- Значит, снова убегаем? Только теперь вместе? – сдержать разочарование не получилось.
Азазель скривился. Казалось, ему больно сознавать то, что так или иначе, но нам всё равно суждено бегать. Было очень странно наблюдать мелькающие эмоции на всегда бесстрастном лице мужа.
- Я не хотел и не хочу втягивать тебя во всё это…
- Я сама ввязалась, знаю, - перебила я. – Так что теперь будем делать?

Азазель пристально смотрел на меня, размышляя о чём-то. В его взгляде застыла грусть. Неужели он сказал правду и всё это не умело построенная игра? Неужели демон, который потерял способность чувствовать, сумел полюбить? Азазель, будто решив что-то, поднялся с земли.

- Сегодня переночуем здесь, а завтра отправимся искать новый дом. Я постараюсь запутать преследователей так, чтобы они не нашли нас. По крайней мере у нас будет хотя бы некоторое время на то, чтобы жить спокойно. Идём, - он протянул руку, помогая подняться, и мы побрели через ночной лес.
Несмотря на темноту, Азазель шёл быстро и уверенно, поддерживая меня, когда спотыкалась, зацепившись за очередную кочку или корень. Он знал, куда идти, и я покорно брела за ним, не задавая вопросов. Получив возможность поразмышлять о том, что услышала от него. Я до сих пор не могла поверить в правдивость слов, и он знал об этом. На губах мужа играла грустная улыбка.
- Прости, - буркнула я, понимая, что он знает, о чём я думаю. – Я не могу остановить поток мыслей.
- Всё нормально, - Азазель пожал плечами. – Я и не надеялся, что ты сразу поверишь. – Мы пришли.
Азазель указал куда-то вперёд, и я только сейчас заметила, что деревья остались позади, а мы стоим на поляне. Впереди чёрным пятном на ночном небе возвышался маленький деревянный домик, чем-то неуловимо напоминающий мой дом, только ещё более старый и разрушенный. Мы зашли в это подобие человеческого жилища, и Азазель деловито заглянул за старую покосившуюся тумбу. Когда он повернулся ко мне, у него в руках была свеча и зажигалка.
- Когда-то давно я был здесь, - пояснил он, зажёг свечу и поставил на тумбу. – Мне нужно уйти ненадолго, - я собралась протестовать. – Нет, Мернейт, тебя я не возьму. Человеку нельзя так часто перемещаться. Ты можешь погибнуть, - резко сказал он.
- Ты вернёшься? – я была напугана не одиночеством, а тем, что могу больше никогда не увидеть его. Хоть и старалась говорить спокойно, голос дрожал, отражая страх.
Азазель увидел, что со мной творится, подошёл и обнял, прижав к себе.
- Я вернусь, не бойся, - тихо сказал он, и я поверила.

Не знаю почему, но когда он вот так держал меня в объятиях, я была готова поверить каждому слову. Мгновение – я осталась одна. Уселась на дощатый пол, и трухлявое дерево тут же отозвалось многоголосьем, далеко разлетевшимся в тишине ночного леса. «Богиня, что же теперь с нами будет?» - настойчиво крутилось в голове. Хотелось заглянуть вперёд, подсмотреть уготованное Богами... Вперёд…Как давно я была лишена будущего, зная только то, что должна умереть, как только встречу его. А теперь, когда готова отдать всё за жизнь вместе, это стало невозможным. Это ли наше испытание? А может проклятие?

Громкий хлопок прорезал тишину. Я не ожидала такого скорого возвращения Азазель. Он принёс пару больших плотных одеял и расстелил их на полу. Застыл напротив, словно чего-то ожидая. Мгновение смотрела ему в глаза. Я знала, что сейчас произойдёт, и очень долго этого ждала. Это была та ночь, которую мы, как два мелких воришки, умудрялись украсть у судьбы. И помнила, чем обычно заканчивалась эта ночь. Когда уже десятки раз окончание известно, начинаешь гадать, а не закономерность ли это? Сама ли выбирала этот путь, или кто-то умело направлял руку, сжимающую нож? И не случится ли так, что и в этот раз этот кто-то решит так, как было многие века? Поэтому продолжала сидеть на полу, поджав колени, и не спешила подниматься. Просто смотрела в глаза, которые тысячи раз до этого видела такими холодными и безразличными и которые сейчас, вдруг, стали тёплыми и внимательными. Азазель принял решение за обоих, как всегда наплевав на сомнения. Протянул мне руку, помогая подняться, прижал к себе.

Маленький и полуразвалившийся дом на опушке леса навсегда останется в памяти, как самое уютное, тёплое и полное чувств место, в котором впервые за века я любила свободно, без мыслей, без сожалений. Будто знала, что эта ночь – последнее, что осталось у этого мира. А завтра наступит конец.[/spoiler]
« Последнее редактирование: 26 Февраль 2012, 17:25:48 от Зима »
***
Блондинки не боятся проблем, это проблемы боятся блондинок. Когда блондинки начинают решать проблемы, то проблемы появляются у проблем!
***
Включила дуру. Выключить не могу! День не могу. Второй не могу. А потом смотрю… жизнь-то налаживаться стала!
***

Оффлайн ЗимаАвтор темы

  • Модератор
  • Легенда
  • *
  • Сообщений: 3368
  • Репутация +105/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #37 : 08 Июль 2011, 15:56:22 »
Глава 15.

[spoiler]Тихое притопывание разбудило меня ранним утром. Приоткрыв сонные глаза, увидела маленького ежа, который торопился по своим делам, гулко топая по прогнившему дереву. Солнце только вставало из-за горизонта, освещая мир робкими лучами, дрожащими и неуверенными со сна. Я улыбнулась, вспомнив сегодняшнюю ночь – единственную в своём роде, ведь больше не нужно было заставлять себя бежать. Захотелось вновь прижаться к мужу, ощутить тепло его тела, окунуться в нежность и требовательность ласк, прогоняя сонливость. Я повернулась на другой бок…внутри всё заледенело, остатки дрёмы слетели, сдуваемые ужасом и самой настоящей паникой. Его не было рядом, лишь белый листок бумаги, аккуратно сложенный и прижатый массивным старинным перстнем с ониксом – тем самым, который я подарила ему после свадьбы, сказав, что камень напоминает его глаза. Нет, пожалуйста, нет!
 
В тот момент я напоминала робота, который начинает выполнять необходимые функции. Села, протянула руку, которая даже не дрожала, развернула листок.

Мернейт, я не могу остаться, извини. Я не хочу такой судьбы для тебя. Ты больше не должна убегать, сегодня всё кончится так, как и должно было уже давно. Демоны заждались, я не позволю им забрать и твою жизнь. Возьми этот перстень и пусть он напоминает тебе обо мне. Ты сделал мне величайший подарок – научила любить. Ты выполнила обещание Богини, вернув мне душу. Это моё искупление. Я знаю, что тебе будет тяжело, но ты справишься и забудешь: человеческая память коротка. Мы больше не встретимся. Моё посмертие – предстать пред Хозяином, твоё – встретиться с Богами. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты была свободной и подарила любовь тому, кто этого действительно достоин. Прощай, любимая.

И почему кажется, что из меня выдернули душу? Встала, оделась и побрела, сама не зная куда…шла, незряче спотыкаясь, заглядывая в небытие и рассматривая там собственную могилу. Мира больше нет, жизни больше нет есть только бесконечная, бездонная безнадёжность. Я не смогла удержать его, не смогла помочь защититься. Он не позволил.

***

Я лежал и смотрел на тёмно-русые пряди, которые в беспорядке рассыпались по одеялу, на изящную фигуру, длинные, дрожащие ресницы…Жаль, что не смогу увидеть напоследок этих необыкновенных зелёных глаз, в которых искрилось счастье в эту длинную ночь. Мернейт во сне отвернулась, и я подумал, что так даже лучше. Лёгко коснулся губами бархатной кожи на плече, вдыхая её аромат, который останется со мной уже навеки. Нужно было идти, чувствовал, что братья уже близко. Братья…когда-то эта свора голодных собак стала семьёй для меня. Надо уходить, но как же не хотелось! С трудом заставил себя подняться с пола и натянул одежду. Глаза сами-собой вернулись к хрупкой фигуре жены, стараясь запечатлеть облик в мельчайших деталях. Нужно оставить записку, чтобы она больше не ждала, не нужно ложных надежд. Мосты сожжены, новых встреч не будет. В кармане ручка и листок, заранее взятые в том же доме, где позаимствовал одеяла. Но что написать? Любые слова кажутся банальными, мысли не желают формироваться в текст… Взгляд упал на перстень, который когда-то давно Мернейт заказывала для меня. Почему до сих пор ношу его? Нет ответа, да и нужен ли он. Нужно вернуть ей кольцо. Зачем? Просто потому, что это будет правильно.

Что-то написал. Что? Вряд ли вспомню когда-то, зато буду помнить её: каждое движение, нежность рук, бархатистость кожи, счастливые глаза, густые сияющие волосы, великолепный запах её тела. Аккуратно сложил и положил на пол сложенный лист, придавив перстнем – теперь не улетит, сдутый лёгким порывом ветра. Надежды быть не должно. Оставить недосказанность – жестоко даже для меня. Она не заслужила этого.

Я знаю, как уговорить скрипучие доски не шуметь, и беззвучно выхожу из домика. В голове пустота, от которой необходимо избавиться, но совершенно нет сил. Да и возможно ли это? Раньше где-то внутри была Она, а теперь? Нет, я видел боль у неё в глазах, она устала бегать. Пусть отдыхает, пусть живёт за нас обоих. Лёгкое гудение воздуха – братья рядом и их много.

Этот лес я выбрал только потому, что он огромен и простирается на многие мили. Здесь легко найти с десяток полян, с которых она не услышит ни звука. Привычное перемещение – вот оно, облюбованное место. Небольшой пятачок земли свободный от деревьев – идеальное место смерти. Я усмехнулся собственным мыслям. Разве так важно, где меня не станет? Мернейт – вот кто по-настоящему важен. Она сразу не поймёт, но потом смирится и заживёт нормальной человеческой жизнью, о которой мечтала. Пытка временем, наконец, будет закончена, и она сможет покинуть этот мир в кругу любящей семьи. Лишь для меня навсегда останется той единственной, не просто женой, но женщиной, которую люблю.
О, да меня, похоже, переоценивают. В ночной тишине далеко разносился шорох шагов пары десятков ног. Человек бы не услышал, но я-то не человек. Ещё под прикрытием леса меня окружили и только после этого одновременно, повинуясь команде главного, шагнули на поляну. Десять демонов – да, Холл явно переоценивает мои возможности. Одна из фигур выбилась из общего круга и направилась ко мне.

- Здравствуй, брат, - насмешливый голос Холла прорезал могильную тишину леса.
- Ну, здравствуй, брат, - отозвался я. – Хотя, уже и не брат?
- Ты сам так решил, но Хозяин даёт время передумать. Подумай, Азазель. Другой возможности сохранить жизнь не будет. Ты убьёшь её и сможешь спокойно жить дальше. Что она тебе? Найдёшь новую игрушку.
- Ты ослеп, или ничего не чуешь? – злость начала заволакивать взгляд. – Я уже не такой, как вы.
- Если ты уберёшь её, всё вернётся на свои места, - насмешливо продолжал Холл. – Ты станешь таким, каким и должен быть, Азазель.
Внезапно меня словно выбило из реальности: я почувствовал её боль и отчаяние. Над кромками деревьев едва брезжил рассвет, не думал, что проснётся так рано. Боль пройдёт, и останутся только воспоминания. Помимо воли, я улыбнулся.
- Всё давно решено, Холл, - уверенно сказал я. – Я не вернусь и готов предстать перед Хозяином.
- Жаль… - начал Холл, но мне ещё было, что сказать, и я перебил.
- Ты мучил её, терзал, чтобы найти меня. Не нужно было.

Злость и ненависть, больше ничем не сдерживаемые, перетекли в ладони, формируясь в живой, трепещущий огонь. Это заняло долю секунды. Никто не успел среагировать, когда два огненных шара полетели в Холла, который тут же вспыхнул и безумно закричал. Питая огонь собственной ненавистью, направлял его, позволяя пламени обнять фигуру ненавистного демона. В это же мгновение несколько огненных шаров впились в тело, мгновенно спалив одежду, добрались до кожи. В бескрайнем океане боли, передо мной стояло её лицо: глаза цвета изумрудов, угольно-чёрные ресницы, счастливая улыбка на пухлых губах… Я чувствовал её в себе, чувствовал её боль сильнее, чем свою собственную, зная, что это конец.

***
Сколько я брела по лесу, бесцельно переставляя ноги, не чувствуя и не понимая – не известно. Сумасшедшая боль привела в чувство. Я упала на траву, корчась в предсмертных судорогах, чувствуя, как тело сжигают живьём, краем сознания успев понять, что всё это принадлежит не мне. Перед глазами стояло его лицо: чёрные агатовые глаза, в которых полыхает огонь, тёмные волосы, отливающие кроваво-красным, тонкие, плотно сжатые, губы… и самое главное – влюблённый взгляд, так не вяжущийся с суровым обликом. Я понимала, что умираю вместе с ним, ведь моя длительная жизнь напрямую зависела от него.

Внезапно, сквозь боль прорвался голос такой мягкий и ласковый, что боль отступила, уступая место покою. Впервые со мной говорила сама Бастет.
- Не бойся, Мернейт. Ты всё делала правильно, и он заслужил обещанное искупление, пожертвовав собой ради любимой. У вас всё только начинается. Не стоит бояться.
Я поверила этому величественному и в то же время доброму голосу. Так могла бы говорить Мать, породившая всё сущее в этом мире. С благодарной улыбкой я провалилась в темноту, зная, что теперь точно всё будет хорошо.[/spoiler]



Эпилог.

[spoiler]Стерильные светлые стены, неприятный запах лекарств смешивается с запахом от кварцевых ламп, бодро снующий между палатами, медперсонал, а две молодые женщины сидят в коридоре, баюкают младенцев, дружески болтая, и, кажется, совершенно не чувствуют угнетающей больничной обстановки. Для них не существует ничего, кроме небольших свёртков, которые они аккуратно, будто бесценное произведение искусства,  держат в руках.
 
- Не зря нас все считают чуть ли не сёстрами, - тихонько смеясь, говорит одна. – Даже рожать вместе отправились.
- Это точно, только вот прогадали немного с детьми, - отвечает другая. – У тебя - мальчик, у меня – девочка. Разнобойчик вышел.
- Нет, ты только посмотри какие у твоей малышки зелёные глаза! Разве у детей бывают такие яркие глазки?! Она – просто красавица, невеста для моего черноглазого крепыша. Уже решила, как назовёшь?
- Да. Я назову её Мернейт. А ты придумала имя сыну?
- У сынули глазки с чертинкой, - лукаво хихикнула подружка. – Маленький демонёнок да и только. Пусть будет Демиен – это имя очень подходит к его глазам.

***

Я сидела на лавочке возле колледжа и ждала, когда Демиен появится на выходе из корпуса. Внезапно, горячие ладони зажали глаза, ослепляя, но я, не испугавшись, рассмеялась.
- Давно за тобой наблюдаю, - раздался весёлый голос. – Не надоело ждать?
- А сам как думаешь? – спросила я, убирая его руки от глаз. – Я ждала столько лет, что пора бы и перестать.
- Ты больше никогда не будешь так долго ждать, - он обнял меня и поцеловал, в чёрных агатовых глазах полыхнул огонь. – Теперь мы вместе до конца.

Мы помнили всё, каждую мелочь наших предыдущих жизней, каждую деталь прошлого и знали, что пришло наше время. Мы получили священный дар – смертную жизнь. Богиня вручила нам награду, и мы с поклоном приняли её. Взявшись за руки, уже привычно направились к стоянке, чтобы вернуться по домам, но знали, что рано или поздно у нас будет собственный дом, принадлежащий только нам, который впитает часть нас самих, и сохранит её на долгие годы. Бастет права: у нас всё только начиналось.[/spoiler]
« Последнее редактирование: 26 Февраль 2012, 17:27:03 от Зима »
***
Блондинки не боятся проблем, это проблемы боятся блондинок. Когда блондинки начинают решать проблемы, то проблемы появляются у проблем!
***
Включила дуру. Выключить не могу! День не могу. Второй не могу. А потом смотрю… жизнь-то налаживаться стала!
***

Оффлайн Ryuzaki

  • Местный маньяк
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5189
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #38 : 08 Июль 2011, 16:24:01 »
Уфффф... Итак, по 10 главе...

"Я остался на ночь, а на утро она рассказала, почему ушла".

"Наутро" пишется слитно)

"Какое-то время человек, молча, смотрел, словно заглядывая в душу, затем произошло то, чего я меньше всего ожидал".

По-моему, запятых тут не нужно.

"...поверил тому, кто на моих глазах сжёг человека до тла"

"Дотла" слитно)

"Я слушала Стивена внимательно, не перебивая. Сейчас он переживал всё, что происходило тогда, заново и так живо, словно это происходило вчера. Было жаль смотреть на то, какие переживания вызывает у него рассказ..."

Наверное, вместо "жаль" лучше что-то вроде "больно"...

"Так был шанс узнать об Азазель хоть что-то, ведь я почти ничего о том, как он живёт между моими перерождениями".

Пропущено слово: "Ведь я почти ничего не знала о том..."

"С какой-то стороны Стивен был прав, говоря, что постоянно убегая, не остаётся времени на любовь. Скорее на то, чтобы узнать того, кого любишь, что вернее в моём случае".

три раза перечитала фразу, прежде чем поняла) последнее предложение казалось неполным, из-за этого и утрачивался смысл. Можно объединить предложения, перефразировать, может, как-то так:
"С какой-то стороны Стивен был прав, говоря, что на любовь не остаётся времени, если мы постоянно вынуждены убегать от нее. Мне же хватило тех быстротечных лет, только чтобы лучше узнать того, кого люблю".

А то там и неполное предложение, и несогласование (убегая, не остается времени. у кого не остается? деепричастие должно относиться к сказуемому. Никогда не умела объяснять правила, так что как смогла))) как-то слишком сумбурно и тяжеловато для восприятия.

"слабое, но ровное сердцебиение, дыхания стало лёгким и бесшумным".

Дыхание) очепятка) и... бесшумное дыхание? жутковато)
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".

Оффлайн ЗимаАвтор темы

  • Модератор
  • Легенда
  • *
  • Сообщений: 3368
  • Репутация +105/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Мернейт.
« Ответ #39 : 08 Июль 2011, 16:29:08 »
и... бесшумное дыхание? жутковато)
Именно бесшумное.
"С какой-то стороны Стивен был прав, говоря, что постоянно убегая, не остаётся времени на любовь. Скорее на то, чтобы узнать того, кого любишь, что вернее в моём случае".
Пример того, как редактированием можно испортить фразу.  ;D Долго думала, что сделать, удаляла - правила...в итоге тока хуже. Переделаю, спасибо.  ;D

И за остальные замечания спасибо.  ;D
***
Блондинки не боятся проблем, это проблемы боятся блондинок. Когда блондинки начинают решать проблемы, то проблемы появляются у проблем!
***
Включила дуру. Выключить не могу! День не могу. Второй не могу. А потом смотрю… жизнь-то налаживаться стала!
***