Автор Тема: Истории бармена Джо. Герой  (Прочитано 36 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5189
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Истории бармена Джо. Герой
« : 27 Июнь 2018, 23:29:06 »
Обычно я редко открываю бар раньше одиннадцати часов – сами понимаете, иногда приходится засиживаться за полночь с каким-нибудь словоохотливым клиентом, а выспаться-то охота. Но летом, когда жара такая, что асфальт плавится на глазах, могу открыться и пораньше: всегда находятся желающие освежиться, а прибыль – на первом месте.
Вот и сегодня, едва пробило десять, я повесил табличку «открыто» и зашел внутрь, в благословенную прохладу. Даже это небольшое усилие заставило меня вспотеть – от такой жары можно и спятить. Хвала кондиционерам и тому, кто их придумал!
Я налил себе ледяной минералки и включил телевизор. Фигуристая ведущая прогноза погоды сообщила, что сейчас снаружи двадцать пять градусов. В десять утра! Что же будет днем? Ни за что не вылезу на адское пекло, и не просите. Больше жары ненавижу только молчаливых клиентов.
Еще минут пятнадцать – и появятся первые посетители. В такое время дня все обычно на работе, но шатающихся по улицам праздных гуляк никто не отменял – не все хотят зарабатывать на жизнь честным путем, особенно в Старом квартале. Вот где преступности разгул! Мой бар не трогали, и хотя бы за это следует сказать «спасибо». Приятно осознавать, что и для последних отбросов осталось что-то святое.
Я переключил канал, и тут звякнул колокольчик над дверью. Четырежды.
Они появились по одному, как в каком-нибудь шпионском фильме. Первым зашел невысокий коренастый тип со светлыми, зачесанными назад волосами. Он приспустил темные очки с носа и оглядел бар с таким видом, будто искал под столиками спрятанные пулеметы. Убедившись, что все чисто, скомандовал:
- Тони! Проверить подсобки!
Когда в бар ворвался второй, я едва не спрятался под стойку.
Это был здоровенный амбал, тоже светловолосый, но лицо его было… безумным? Более подходящего слова я подобрать не могу, так что просто умножьте его на десять, и примерно поймете, о чем я. Рот был растянут в ухмылке от уха до уха, даже вполне нормальные с виду зубы казались острыми, как бритвы. Синие глаза полыхали жаждой убийства. Я не успел и слова сказать (да и не собирался, что уж там), как он метнулся сначала в подсобку, откуда можно было попасть в мою небольшую квартирку, а затем в туалет. Минуту спустя он вышел оттуда, застегивая ширинку. Ухмылка никуда не делась, но теперь она была более довольной. Да этому типу надо написать книгу «Как без лишнего стеснения попроситься в туалет в ближайшем баре»!
- Корнелиус! – продолжал тем временем командовать первый.
Третьим появился высокий, тонкий мужчина. Тоже блондин. Братья они все, что ли? В руках он держал записную книжку и карандаш и оглядывал все с таким видом, будто охотился на чрезвычайно интересные бактерии.
- Ваше имя? – спросил он, подходя к стойке. – Я имею в виду полное имя, разумеется. Что вас зовут Джо, мы уже выяснили.
- А на кой вам мое имя? – проворчал я, постоянно косясь на Тони, который теперь обнюхивал табурет.
- На случай, если с нашим боссом что-то случится, и вас придется привлечь как ответственного.
Ага, спасибо, едва не ляпнул я. Вот теперь точно не скажу. Что это за компания и где их босс, черт возьми? Кого могут охранять такие циркачи?
Колокольчик звякнул в четвертый раз, и в бар робко заглянул мальчик лет четырнадцати. Рыжие пряди падали на глаза, он смущенно посмотрел на меня и вцепился в руку первого, все еще торчавшего у дверей.
- Малыш Рори, – первый ласково взъерошил ему волосы. – Проходи, не бойся, дядя тебя не обидит.
Появление подростка отвлекло от меня пристальное внимание Корнелиуса. Забыв о расспросах, он ограничился тем, что заказал мальчишке газировку. Тони взгромоздился на табурет и теперь раскачивался взад-вперед, рискуя вызвать небольшое землетрясение при падении.
Я думал, что на этом все закончилось. Однако колокольчик звякнул в пятый раз.
Обозрев стоящее у входа нечто, я медленно потянулся под стойку и достал бутылку текилы.
Пол-лица закрывали огромные солнцезащитные очки, на губах сияла белозубая улыбка, после Тони казавшаяся вполне себе дружелюбной. Сверху громоздилось сомбреро, которое едва прошло в мою не очень-то и узкую дверь. Цветастое пончо скрывало фигуру, шорты спускались до колен. Вместо подходящих случаю мокасин на ногах были одеты тапочки с пингвинами.
- Hola de Mexico! – провозгласил он. – Tienes tequila?
Ну конечно есть, бутылка ж на стойке, едва не взорвался я. Но меня заинтересовала эта пестрая компания, хотя Тони теперь задумчиво грыз карту бара.
- Отлично, – мексиканец снял очки и сомбреро, водрузил их на стойку и протянул руку. – Мигель Гарсиа.
Мигель оказался симпатичным парнем лет двадцати пяти. Однако по поведению вряд ли ему можно было дать больше малыша Рори, который булькал газировкой через соломинку.
- Джо, – представился я, впрочем, совершенно излишне.
- Отлично. Мне то же самое, что у него, – он загадочно покосился на Рори.
Я едва не поперхнулся. Он же текилы просил! Или я не так расслышал? Однако просьбу выполнил. Клиент всегда прав.
Мигель опрокинул в себя стакан газировки и пихнул севшего рядом с ним номера один в бок.
- Расслабься, Шон, что ты такой напряженный?
- Заехать в данный квартал – не самая удачная затея, сеньор, – отрапортовал он. – Согласно статистике… Как там дальше, Корнелиус?
Тот важно поправил очки карандашом.
- Согласно статистике число убийств, грабежей и нанесения тяжких телесных…
- Ой, какие вы зануды, – отмахнулся Мигель. – Я вообще в гости приехал, могли бы не увязываться за мной, если не нравится.
- Чтобы вы снова потерялись, сеньор? – возразил Шон. – Тони, не трогай!
Я едва успел спасти бутылку дорогого виски из жадных лап отморозка Тони. И дело не в том, что он и вправду был дорогим. Трезвым-то этот Тони меня адски пугал, и я знать не хотел, каков он в состоянии опьянения.
- Да подумаешь, потерялся разок! – фыркнул Мигель. – Надо же было вам рассказать все папе…
- Дон Игнасио дал четкие указания: не выпускать вас из поля зрения, – парировал Шон.
- В детстве часто терялись? – предположил я.
- Не, – махнул рукой Мигель. – Это было на прошлой неделе. Я забрел в незнакомый район в Мехико, но Тони меня нашел.
- Разрушив при этом несколько хижин в трущобах, – прокомментировал Корнелиус. – Общий ущерб составил пятьсот пятьдесят шесть песо.
Произведя в уме быстрый подсчет, я поразился ничтожности цифр. Да я с одного клиента больше зарабатываю!
- А в детстве я тоже терялся, да, – вдруг задумался Мигель. – Но мои орлы этот случай даже не помнят, потому что еще не работали на меня. Я, собственно, потому и приехал.
- Чтобы потеряться? – на автомате спросил я и сам поразился глупости своего вопроса. Ну и аура у этого типа, всякая дурь в голову лезет!
- Ага, – ухмыльнулся Мигель. – И чтобы меня снова нашли.
- Простите, я вас не понимаю! – взмолился я. – Расскажите уже, что вы тут забыли, или я сам попрошу Тони убить меня!
Мигель словно того и ждал. Попросив еще газировки, он начал рассказ.

- Пап! Там олени! А тут Санта, а тут столько огней, смотри, какие гирлянды! – в состоянии полнейшего счастья десятилетний Мигель носился от лавки к лавке, тараща глаза на украшенные к Рождеству витрины. – БАБУЛЯ! – вдруг крикнул он на всю улицу.
Кое-кто из покупателей уронил только что запакованные подарки, у стоящей поблизости машины сработала сигнализация.
- Я тут, мой сладкий, – статная пожилая женщина взяла его за руку. Рыжие крашеные волосы были уложены в модную прическу, в пальцах она держала мундштук, в котором дымилась сигарета. Из-под распахнутого манто сверкало блестками красное вечернее платье. – Пока твой папа отлучился пописать, можешь просить все. Что хочешь? – она стряхнула пепел на асфальт и поднесла мундштук к ярко накрашенным губам.
Гертруда Гарсиа только-только вышла из тюрьмы за примерное поведение. На самом деле она организовала бесперебойную подачу кокаина в застенки, подкупив охрану вплоть до начальства, которое получало до того хорошие проценты, что не хотело выпускать ее, когда пришло время. Ее освобождение вызвало множество недовольных воплей, поэтому она предпочла отправиться в длительный вояж, прихватив с собой сына и внука.
- Смотри, какой вертолет! – Мигель восторженно прилип к стеклу. – Давай купим?
- Да бабушка тебе такой настоящий приобретет! – фыркнула та. – Только попроси!
- Правда?! – глаза Мигеля восторженно загорелись.
- Неправда! – Игнасио, отдуваясь, пробирался сквозь толпу. – Мама, зачем ты обещаешь ребенку всякий хлам?
- По-твоему, военный вертолет – это хлам? Сразу видно, что в наркобизнесе ты ни черта не смыслишь, Игнасио!
- Ему десять! Какой, к чертям, наркобизнес?!
- Я думаю о его будущем! В отличие от тебя!
Мигель совершенно не слушал их ругани – такое случалось всякий раз, как бабуля Руди и папа оказывались на расстоянии десяти метров друг от друга. Он, как завороженный, топал все дальше и дальше, привлеченный яркими огнями, и сам не заметил, как оказался в каком-то переулке.
Все огни разом исчезли, вокруг высились только неприветливые стены домов. Снег тут совсем перемешался с дорожной грязью, в отличие от главной улицы, где он лежал красивыми белыми кучками. И здесь было заметно холоднее.
- Блин, – протянул Мигель. – Неужели заблудился?
Он завертелся на месте, пытаясь отыскать выход из злополучного переулка, но становилось все темнее, и он ничего не смог разглядеть. Заметив просвет между домами, он пошел туда в надежде хоть где-то выйти из этого лабиринта.
Как назло он не слышал ничего – шум главной улицы сюда не доносился, хотя там повсюду играли рождественские песни и не прекращался гомон покупателей и туристов. Вокруг стояла мертвая тишина, и Мигель ускорил шаг. Он выберется, главное – не паниковать. Где-то должны быть люди.
Позади послышался скрежет, будто кто-то волок за собой что-то металлическое. Мигель обернулся.
За ним топали два парня, обоим на вид было лет по шестнадцать-семнадцать. Один держал в руке проржавевшую трубу, которая и издавала противный звук.
Он загоготал и пихнул товарища в бок. Что ответил другой, Мигель не понял – кроме родного испанского он никакого другого языка не знал. Но сообразил, что эти парни помогать ему вовсе не собираются, поэтому развернулся и бросился прочь.
Яростный вопль догнал его, но Мигель и не думал останавливаться. Мимо просвистела труба, чудом не задев его, позади слышался топот тяжелых ботинок. Мигель несся, как угорелый, не разбирая дороги, в голове билась только одна мысль – сбежать! Скрыться любой ценой, не дать этим парням поймать его!
Завернув за угол, он со всего маху врезался в груду картонных коробок. Те полетели в грязь, человек, несший их, пошатнулся и сам едва не упал. Мигель же плюхнулся в серую жижу, но тут же вскочил на ноги. Топот позади стих – преследователи, посмеиваясь, подходили ближе. Трубу один из них умудрился по пути подобрать и теперь угрожающе помахивал ей из стороны в сторону.
Мигель съежился от страха и юркнул за спину парня, в которого врезался, молясь, чтобы тот не отдал его этим отморозкам. Кто знает, может, тут орудует одна банда? Тот же покосился на мальчишку и молча достал из-за пояса пистолет.
Сверкая пятками, преследователи ретировались, напоследок плюнув в разные стороны. Парень же снова сунул оружие за ремень и начал молча собирать коробки. Мигель, выйдя из ступора, подскочил, как ужаленный, и ринулся помогать.
- Простите! – лопотал он. – Простите! Я не хотел, давайте я вам помогу!
Коробки оказались довольно тяжелыми, и под их весом он снова рухнул на грязный асфальт. Парень вздохнул и почесал затылок.
- Я лучше сам. Турист?
Мигель раскрыл рот.
- А вы говорите по-испански?! Как круто! Я хотел бы выучить итальянский, а еще немецкий, французский, японский, и китайский, но они такие сложные… – от неловкого движения коробка грохнулась в лужу. – Блин… У вас там ничего хрупкого нет? А то я, наверное, все разбил, простите…
- Ничего там не разобьется, – ответил парень. Он аккуратно составил коробки в багажник машины, припаркованной тут же в переулке. – Где твои родители? В этом районе легко заблудиться.
Мигель огляделся. Ситуация не изменилась – вокруг по-прежнему высились неприветливые серые дома, а небо становилось все чернее.
- Да я и заблудился. Рассматривал витрины, они такие классные! Все в огнях и елках! А потом свернул не туда, и все, темень кромешная, ничего не видно.
Парень пожал плечами и указал на автомобиль.
- Ну тогда поехали. Будем искать твою родню.
- Вообще мне папа запретил садиться в машину к незнакомым людям, – Мигель ковырял асфальт носком ботинка. – А бабушка научила кусаться так, чтобы перегрызать сухожилия. Не боитесь?
Парень усмехнулся и сунул в рот сигарету.
- Да сдался ты мне. Садись давай. Вывезу тебя на главную улицу, а то вдруг похуже меня кто попадется.
Мигель еще мгновение помедлил, затем забрался внутрь.
- Ух ты! – восхищенно выдохнул он. – Крутая тачка! А кем вы работаете?
- Помощник одной бизнес-леди, а по совместительству курьер, – парень сел за руль и протянул Мигелю хот-дог, выуженный из бумажной сумки. – Поешь. Я понимаю, как сложно туристам в этом городе. Все недружелюбно и очень дорого.
Мигель поблагодарил и вгрызся в сосиску.
- Значит, ты тут с отцом и бабушкой? – продолжал расспросы парень, без конца крутя руль – улочки тут были извилистыми, ничего удивительного, что Мигель так легко заблудился. – Как они выглядят?
- Папа в красной куртке и белой шапке, а бабуля Руди выглядит, как Джессика Рэббит. Вы знаете Джессику Рэббит? Вот это моя бабуля, только в старости.
- Исчерпывающее описание, – хмыкнул парень. – Так, до главной улицы мы добрались. Теперь осталось найти двух мечущихся в панике людей. Кажется, я вижу что-то рыжее… Это они?
Гертруда рассекала толпу, выставив вперед грудь, Игнасио еле поспевал за ней, обшаривая туристов взглядом.
- Если бы не ты, мой внучек не потерялся бы, Игнасио! Ты отвлекал меня пустыми разговорами, а малыш всего лишь хотел вертолет!
- Да неважно, кто виноват! – орал в ответ Игнасио, задыхаясь от бега. – Надо его найти! Мигель! Миге-е-е-ель!!
- Да, это они! – Мигель открыл дверь. – Погодите, а как вас зовут? Чтобы я запомнил, кто мне помог. Потом стану большим и великим и обязательно вас отблагодарю!
Парень рассмеялся и, достав из нагрудного кармана бумажник, вручил мальчику визитку.
- Звони на этот номер, если что-то случится. Уличные телефоны стоят недорого. Шуруй.
- Спасибо! – Мигель выпрыгнул из машины и угодил прямо в объятия Игнасио.
- Мигель! Солнышко, куда ты убежал?! Ты даже представить не можешь, как ты меня напугал!
- Тебя он напугал, ага, – Гертруда выдула дым, вытащила бычок из мундштука и вставила новую сигарету. – Это меня чуть с инфарктом не увезли! Тогда бы точно пришлось покупать вертолет, чтобы доставить гроб на родину.
Мигель захихикал.
- Ну и смешные у тебя шутки, бабуль! Все в порядке, пап, я нашелся! Мне помогли, – он оглянулся, но увидел только габаритные огни, которые тут же исчезли в потоке других автомобилей.

Я вытер слезы умиления. Еще бы, не каждый день встретишь честного человека с пистолетом, который отвезет ребенка к родителям, а не в подвал. Меня, конечно, поразила доверчивость Мигеля: сесть в машину к незнакомцу… Но проверять, действительно ли бабуля научила его перекусывать сухожилия, мне не захотелось. Не сможет он – сможет Тони, который плотоядно пялился на мою футболку с гамбургером.
- И что, вы нашли потом этого человека? – спросил я просто потому, что не знал, что сказать.
- Конечно, – Мигель потребовал еще газировки, и я послушно налил. – Я сюда приехал к нему в гости.
Я едва не пролил напиток.
- Правда? Он что же, живет тут?
- Угу, – Мигель залпом опустошил стакан и полез за бумажником. – Я до сих пор храню его визитку. Вот, посмотрите.
На простом белом прямоугольнике были напечатаны имя с фамилией и номер телефона. Внизу корявым детским почерком было приписано: «Герой». Больше ничего.
Фамилия показалась мне смутно знакомой. Помнится, я хвастался, что никогда не забываю рассказанных мне историй. Так и сейчас, одна из них всплыла в памяти, как поплавок.
- Вот это да! – воскликнул я. – Но сейчас у него другая фамилия, вы знаете?
- Ага, – Мигель загадочно улыбнулся и забрал визитку. – Тесен мир, правда?
Он и его телохранители ушли. Я же улыбался им вслед, как последний дурак, а в голове вертелось имя человека, который пугал меня до чертиков, и которого я неожиданно узнал с новой стороны.
Ксавьер Перейра.
Ксавьер Санторо.
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".