Автор Тема: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.  (Прочитано 386 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
                                                                       Первая глава:" Поражение в победе."
Осень уже коснулась листвы, но еще не сорвала ее. День готовился к закату. На лицах прохожих проступала усталость.
Яркость их одежды отлично дополняла осеннюю картину. Именно поэтому они с недоумением оглядывались на женщину в темно-зеленом плаще, которая хотела прикрыть лицо, но лишь привлекла внимание. Она вела за руку маленького мальчика.
-   Держись поближе, Джаян.
В таких местах легко друг друга потерять.
-   Хорошо, мама.
Отойдя в сторону, она посчитала деньги и скривилась: на ночлег в таверне не хватит.
После некоторых сомнений она постучала в первую попавшуюся дверь. Открыла женщина – высокая худая блондинка с длинным крючковатым носом и злобными серыми глазами.
-   Чего надо?
-   Пустите переночевать?
Взгляд хозяйки упал на Джаяна.
Губы медленно растянулись в улыбке и она приторно-спокойно ответила:
-   Заходите. Меня зовут
Атручия.
-   Квейрил. А это мой сын Джаян.
Смело войдя в маленькую кухню,
Квей села. Атручия заняла место напротив:
-   Вы пришли издалека? Почему не остановились в таверне?
-   Мне...там не нравится, -
Квей опустила глаза.
-   Ясно, – небрежно бросила
Атручия. – У вас было много трудностей?
Не сдержавшись, Квейрил вздрогнула и нахмурилась. От страха сильно заколотилось сердце. Не хватало еще встретить настоящего знатока душ! А вдруг эта женщина поймет, кто она такая?
-   Счастливая женщина не станет путешествовать с ребенком, она будет жить с мужем и детьми, – пояснила Атручия свои подозрения. – Вы не похожи на простолюдинку.
-   Но я простолюдинка, – возразила Квейрил. – Есть две вещи, которые отличают меня от других – брак с бароном и магия.
-   Ах, вот оно что! – кивнула
Атручия. – Я дочь герцога и бывший бард, так что в характерах разбираюсь.
-   Думаю, у вас есть множество увлекательных историй, – Квей задумчиво посмотрела в окно. В небе уже загорелись звезды. – У вас здесь красиво. Я послушала бы об этом королевстве, если вам не трудно.
-   Не трудно, – добродушно усмехнулась женщина.
Королевство Сальтон не могло  похвастаться ни большими размерами, ни открытым выходом к океану, ни горами. Три больших города и десятки маленьких деревень – вот из чего состояла эта страна. Она располагалась между двух империй. Правила здесь вдовствующая королева Кельмира. Замужество с магом-полукровкой повлияло на нее и она дала равные права презираемым Смешанным. Ничего удивительного, что за свою новую родину они были готовы сражаться до последней капли крови. Чтобы всех контролировать, Кельмира заменила обычных стражников на паладинов. Важности прибавилось, тем более что они служили не столько за деньги, сколько за идею поддержания порядка и защиты справедливости. Благодаря защите угнетенных соседи-императоры оставили королеву в покое.
Этот рассказ заставил Квейрил задуматься. Выходит, добро можно делать ради выгоды? Чувства замерли, скованные настороженностью.
Будущее ждало ответа, которого она дать не могла.
Нужно начать новую жизнь, простить себе ошибки прошлого и извлечь из них уроки.
Квей придвинулась ближе:
-   Если я пойду завтра искать работу, Джаян поможет вам по хозяйству.
-   Он умеет читать и писать?
-   Да.
-   Тогда он мне подойдет, – кивнула Атручия. – На ближайшей площади есть доска объявлений. Работу нужно искать там.
После этих слов все начали есть. Обе женщины молчали, чувствуя неготовность говорить о душевных ранах прошлого. Уйдя в теперь уже свою комнату, Квейрил осмотрелась. Большой шкаф, стол и стул. И все.
-   Атручия!
Женщина появилась на пороге.
Поставив руки в бока, Квей сварливо уточнила:
-   Я должна спать на полу?
-   Я вообще-то не ждала гостей, – с чуть заметным раздражением напомнила
Атручия. – На балконе есть диван. Поможете перетащить – будете спать на нем. А Джаяну можно на лавке из кухни постелить.
Разделавшись со всеми делами,
Квейрил в ночной рубашке забралась под одеяло и задрожала от беззвучных рыданий. Теперь, когда они с Джаяном в безопасности, она наконец могла себе  позволить омыть слезами свои ошибки. Луна опасливо подглядывала в окно.
Итак, Мелодлин Тоирвель мертва, ее империя разрушена. Для селянки, пусть даже обладающей магическим даром – задача почти невыполнимая. Но вместо радости и гордости Квейрил испытывала отчаяние. С собой в могилу Мелодлин забрала любовника Квейрил.
Невысокий эльф со светлыми волосами и карими глазами, встреченный однажды в коридоре Академии волшебства, успел побывать для нее коварным врагом, страстным любовником, увлекающимся ученым… Он был тем единственным мужчиной, у которого хватило сообразительности победить ее. Такое не забывается. Захлебываясь слезами, Квейрил проклинала всех, кто, по ее мнению, провинился в разрушении ее успеха. Казалось, хоть сердце меньше болит от этого. А потом слезы иссякли и Квей уснула, обессиленная внезапным признанием: она плакала не о прошлом, а о будущем. О себе самой, которой так и не стала.
Проснувшись, Квей порылась в вещах и достала платье в белую и синюю полоску. Горечь заполнила душу: именно в этом платье она сражалась против армии Мелодлин. Колдунья прислушалась к себе: где-то в глубине души застрял ужас. Когда Карлен с перерубленным горлом рухнул рядом с разбившейся насмерть Мелодлин, эльфы продолжали сражаться уже не за империю, а за свои семьи. В том бою Квейрил истратила всю ману. Что самое унизительное – обезумев от страха, она была вынуждена убегать от солдат. Ей жизнь спас медведь, напавший на ее преследователей. Решение забрать с собой Джаяна оказалось порождено страхом. Он был тем единственным, любовь к кому поддерживала ее.
Нежелание потерять еще и его затмило собой все остальные чувства. Теперь, отыскав место, где хотела остаться, Квей испытывала спокойную радость.
Хватит сожалений о прошлом, нужно смотреть в будущее. Одев платье, она пошла в соседнюю комнату. Атручия уже вышла, поэтому Квейрил смогла как следует покрутиться перед зеркалом в полный рост. За время путешествия она сильно похудела. Фигура осталась соблазнительной, но… хорошо это или плохо? В двадцать два Квейрил Фелузан искала богатства, в двадцать четыре – славы. А теперь, когда уже двадцать девять лет? Остается просто жить.
Квей пробежала по лестнице и вышла на улицу. Ветер тут же начал развевать ее волосы и платье. Столичный город Альхар был построен на руинах эльфийского города Амузра.
Эльфов почти полностью уничтожила гнилая чума. Выжившие присягнули на верность пришедшим в эти края людям. Вместе они навели порядок: сожгли трупы и дома, где те лежали. Это случилось чуть больше двухсот лет назад, но эльфы с людьми почти не перемешались. Об этом свидетельствовал герб Сальтона: круг, наполовину белый, наполовину бирюзовый.
После истории с Мелодлин у Квейрил осталась стойкая неприязнь к эльфам. Вот и сейчас, разглядывая проходящих мимо богато разодетых и надменных эльфов, Квей подумала о том, что ей повезло поселиться со своим народом. Эти остроухие – что простонародье, что знать, отличались холодным умом, что прибавляло им изощренной жестокости. Выйдя на площадь, колдунья подошла к доске объявлений. Среди множества коротеньких записок внимание привлекло длинное письмо, написанное серебристыми чернилами. Еще в Академии Квей слышала, что такими чернила становятся при добавлении святой воды и обладают слабыми магическими свойствами. Значит, власть имущим требуется помощь. Интересно…
 “Уважаемые сальтонцы!
Вы все прекрасно знаете, что наше любимое королевство хранят боги, но от нас требуется соблюдать законы, милостиво оставленные самим посланником богов, Поэтом-Пророком Агластио Авильором. Всем, кто обладает знаниями и способностями в магии, просьба явиться в Форт правосудия для работы во благо общества.
С уважением капитан Форта Лефиций Руон.”
Это объявление вызвало в душе Квей волну темной силы.
Позабытое безрассудство вновь оживало, пробужденное давним презрением к этим “святошам”, как она их называла за глаза. Должно быть, судьба дала возможность все исправить. Теперь ветер уже казался не холодным, а освещающим.
Форт правосудия превзошел все ожидания: пятиэтажные башни, настолько большая тренировочная площадка, что на ней тренировались несколько десятков паладинов. Посреди этого блеска и звона стоял и смотрел лишь один – светловолосый, немолодой, похожий на добродушного медведя.
-   Лефиций Руон, я полагаю? – медленно и соблазнительно приблизившись, она решила не тратить время на любезности. – Меня зовут Квейрил, я колдунья.
-   Вы учились в Академии?
-   Не до конца! – призналась она.
-   Хм. Эдак любой придет и скажет: я волшебник, возьмите меня на работу! А потом из-за таких недоучек могут погибнуть паладины и сбежать преступники.
-   Я. Смогу. Вам. Помочь. – со злостью заверила Квейрил.
-   Докажите, – предложил
Лефиций и ушел, но через минуту вернулся и вручил ключ и свиток. – Вот вам первое задание: у нас в Торговом квартале подожгли склад. Приведите поджигателя живым и получите работу.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #1 : 12 Ноябрь 2017, 23:28:08 »
                                                                   Вторая глава:"Тайны Альхара."
Торговый ​ ​ квартал ​ ​ оказался ​ ​ грязным ​ ​ и ​ ​ суетливым. ​ ​ Для ​ ​ обычного ​ ​ простолюдина
здесь ​ ​ было ​ ​ привычное ​ ​ место, ​ ​ но ​ ​ для ​ ​ таких, ​ ​ как ​ ​ Квейрил ​ ​ - ​ ​ отвратительное.
Западная ​ ​ половина ​ ​ квартала ​ ​ представляла ​ ​ собой ​ ​ огромный ​ ​ базар, ​ ​ на ​ ​ котором, ​ ​ как
говорили, ​ ​ можно ​ ​ купить ​ ​ все.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ А ​ ​ в ​ ​ восточной ​ ​ располагались ​ ​ две ​ ​ таверны, ​ ​ бордель ​ ​ и ​ ​ склады.
Найти ​ ​ нужный ​ ​ оказалось ​ ​ легко:
двухэтажное ​ ​ здание, ​ ​ почти ​ ​ полностью ​ ​ обгоревшее ​ ​ и ​ ​ с
паладином ​ ​ у ​ ​ входа. ​ ​ Не ​ ​ дожидаясь,
когда ​ ​ он ​ ​ заговорит, ​ ​ Квей ​ ​ начала ​ ​ первой:
- Меня ​ ​ прислал ​ ​ Лефиций
Руон ​ ​ и ​ ​ ​ ​ вручил ​ ​ вот ​ ​ это.
Развернув ​ ​ свиток, ​ ​ паладин ​ ​ с
невозмутимым ​ ​ видом ​ ​ прочел ​ ​ и
отошел ​ ​ в ​ ​ сторону:
- Проходите.
​ ​ Оказавшись ​ ​ на ​ ​ складе, ​ ​ колдунья ​ ​ лишний ​ ​ раз ​ ​ убедилась, ​ ​ что ​ ​ с ​ ​ этим ​ ​ пожаром ​ ​ не ​ ​ все
ясно. ​ ​ Каменные ​ ​ стены ​ ​ не ​ ​ будут ​ ​ гореть, ​ ​ если ​ ​ им ​ ​ не ​ ​ помочь. ​ ​ У
алхимиков ​ ​ имелись ​ ​ способы ​ ​ добиться ​ ​ подобного, ​ ​ Квейрил ​ ​ знала ​ ​ некоторые. ​ ​ И
понимала, ​ ​ что, ​ ​ узнав ​ ​ всю ​ ​ правду, ​ ​ может ​ ​ привлечь ​ ​ новые ​ ​ неприятности. ​ ​ Но ​ ​ от
желания ​ ​ просто ​ ​ жить ​ ​ не ​ ​ осталось ​ ​ и ​ ​ следа, ​ ​ довольствоваться ​ ​ малым ​ ​ она ​ ​ больше
не ​ ​ хотела. ​ ​ Оглядываясь ​ ​ на ​ ​ прошлое, ​ ​ Квей ​ ​ понимала, ​ ​ что,
продавая ​ ​ снадобья ​ ​ в ​ ​ родной ​ ​ деревне, ​ ​ она ​ ​ ждала.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Деревянная ​ ​ лестница ​ ​ обгорела ​ ​ полностью, ​ ​ как ​ ​ и ​ ​ деревянный ​ ​ второй ​ ​ этаж
​ ​ Почему ​ ​ после ​ ​ пожара ​ ​ здесь ​ ​ продолжают ​ ​ хранить ​ ​ товары?
Подозрительно. ​ ​ В ​ ​ углу ​ ​ что-то ​ ​ блестело. ​ ​ Колдунья ​ ​ подошла ​ ​ ближе. ​ ​ Так ​ ​ и ​ ​ есть:
масло. ​ ​ К ​ ​ немалой ​ ​ досаде, ​ ​ уже ​ ​ высохшее.
Вынув ​ ​ нож ​ ​ из ​ ​ дорожного ​ ​ мешочка,
Квей ​ ​ принялась ​ ​ скрести ​ ​ камни. ​ ​ Ее ​ ​ мысли ​ ​ блуждали ​ ​ во ​ ​ времени.
Раньше ​ ​ она ​ ​ стала ​ ​ преступницей,
чтобы ​ ​ сражаться ​ ​ с ​ ​ врагами ​ ​ на ​ ​ равных. ​ ​ Теперь, ​ ​ дав ​ ​ необдуманное ​ ​ согласие, ​ ​ Квейрил
испытывала ​ ​ ужас. ​ ​ А ​ ​ что ​ ​ потом?
Стать ​ ​ на ​ ​ путь ​ ​ “исправления”,
уподобиться ​ ​ Лабели? ​ ​ При ​ ​ мысли ​ ​ о ​ ​ непокорной ​ ​ младшей ​ ​ сестре ​ ​ душа ​ ​ сжалась ​ ​ от
бессильной ​ ​ ярости. ​ ​ Лучше ​ ​ бы ​ ​ Лабель ​ ​ изнасиловали ​ ​ или ​ ​ убили, ​ ​ чем ​ ​ она ​ ​ предала.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Звук ​ ​ открывающейся ​ ​ двери ​ ​ вывел ​ ​ ее ​ ​ из ​ ​ раздумья. ​ ​ Страх
отозвался ​ ​ вкусом ​ ​ крови ​ ​ во ​ ​ рту.
Должно ​ ​ быть, ​ ​ она ​ ​ прикусила ​ ​ язык
и ​ ​ сама ​ ​ не ​ ​ заметила. ​ ​ Не ​ ​ поворачиваясь, ​ ​ Квей ​ ​ собрала
нацарапанное ​ ​ масло ​ ​ в ​ ​ платок,
завязала ​ ​ узлом ​ ​ и ​ ​ бросила ​ ​ в ​ ​ мешочек. ​ ​ Только ​ ​ после ​ ​ этого
позволила ​ ​ себе ​ ​ повернуться. ​ ​ Сжав ​ ​ пухлые ​ ​ губы, ​ ​ Квей ​ ​ леденящим ​ ​ взором
оглядывала ​ ​ пришедших ​ ​ - ​ ​ четыре ​ ​ человеческих ​ ​ мужчин ​ ​ и ​ ​ одна ​ ​ гномиха. ​ ​ Именно ​ ​ она
могла ​ ​ оказаться ​ ​ самой ​ ​ опасной ​ ​ из ​ ​ этой ​ ​ пятерки. ​ ​ Шоколадные ​ ​ волосы,
умные ​ ​ зеленые ​ ​ глаза… ​ ​ Надо ​ ​ ее ​ ​ запомнить. ​ ​ Напряжение ​ ​ росло,
Квейрил ​ ​ продолжала ​ ​ ждать ​ ​ с
жестокой ​ ​ ухмылкой. ​ ​ Вперед ​ ​ вышел ​ ​ мужчина ​ ​ в ​ ​ капюшоне, ​ ​ из-под ​ ​ которого ​ ​ виднелся
лишь ​ ​ небритый ​ ​ подбородок. ​ ​ Чуть ​ ​ хриплый ​ ​ голос ​ ​ прозвучал ​ ​ страшно:
- Не ​ ​ знаю, ​ ​ кто ​ ​ ты, ​ ​ но ​ ​ ты
совершила ​ ​ большую ​ ​ ошибку, ​ ​ что ​ ​ пришла ​ ​ сюда.
Он ​ ​ метнул ​ ​ нож, ​ ​ но ​ ​ Квей ​ ​ резко ​ ​ шагнула ​ ​ влево. ​ ​ Голубые ​ ​ звездочки ​ ​ разлетелись ​ ​ в
воздухе ​ ​ и ​ ​ колдунья ​ ​ стала ​ ​ невидимой.
Теперь ​ ​ ужас ​ ​ обуял ​ ​ уже ​ ​ бандитов. ​ ​ В ​ ​ двери ​ ​ громко ​ ​ щелкнул ​ ​ ключ, ​ ​ а ​ ​ потом… ​ ​ На ​ ​ них
подул ​ ​ ветер. ​ ​ Пыль ​ ​ начала ​ ​ лететь ​ ​ в ​ ​ глаза,
принуждая ​ ​ отступать. ​ ​ Стоявшая ​ ​ сбоку ​ ​ бочка ​ ​ рухнула.
Плод ​ ​ пчелиного ​ ​ труда ​ ​ полился ​ ​ жидким ​ ​ золотом ​ ​ на ​ ​ почерневшие ​ ​ камни. ​ ​ Еще ​ ​ одна
бочка ​ ​ прокатилась, ​ ​ вынуждая ​ ​ бандитов ​ ​ отступить.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Квейрил ​ ​ возникла ​ ​ из ​ ​ воздуха. ​ ​ Она ​ ​ сидела ​ ​ на ​ ​ куче ​ ​ ящиков ​ ​ возле ​ ​ выхода, ​ ​ словно
королева ​ ​ на ​ ​ троне. ​ ​ Бледное ​ ​ лицо ​ ​ выглядело
​ ​ ​ маской ​ ​ чуть ​ ​ заметного
презрения. ​ ​ Закинув ​ ​ ногу ​ ​ на ​ ​ ногу,
колдунья ​ ​ тихо ​ ​ спросила:
- Я ​ ​ так ​ ​ понимаю, ​ ​ это ​ ​ вы
​ ​ сожгли ​ ​ склад?
- Н-нет.
- Говорите ​ ​ правду! ​ ​ - ​ ​ ладонь
​ ​ Квей ​ ​ вспыхнула ​ ​ огнем. ​ ​ - ​ ​ Иначе ​ ​ я ​ ​ с ​ ​ легкостью ​ ​ закончу ​ ​ начатое ​ ​ вами ​ ​ дело!
- Это ​ ​ не ​ ​ мы ​ ​ правда!
- В ​ ​ таком ​ ​ случае, ​ ​ что ​ ​ вы ​ ​ здесь ​ ​ делаете?
- Нас ​ ​ прислал ​ ​ лорд ​ ​ Аруссано,
​ ​ хозяин ​ ​ склада. ​ ​ Он ​ ​ хочет ​ ​ узнать, ​ ​ кто ​ ​ устроил ​ ​ пожар!
Квей ​ ​ не ​ ​ сомневалась ​ ​ ни ​ ​ в ​ ​ силе ​ ​ своей ​ ​ магии, ​ ​ ни ​ ​ в ​ ​ силе ​ ​ их ​ ​ страха.
Лжи ​ ​ здесь ​ ​ не ​ ​ было ​ ​ места.
Озадаченно ​ ​ хмурясь, ​ ​ она ​ ​ уточнила:
- Почему ​ ​ он ​ ​ не ​ ​ обратился ​ ​ к
​ ​ паладинам?
- Мы ​ ​ ничего ​ ​ не ​ ​ знаем!
​ ​ Отпустите!
Чтобы ​ ​ подавить ​ ​ желание ​ ​ улыбнуться, ​ ​ Квей ​ ​ скривила
презрительную ​ ​ ухмылку. ​ ​ Они
наверняка ​ ​ убивали ​ ​ тех, ​ ​ кто ​ ​ точно ​ ​ так ​ ​ же ​ ​ молил ​ ​ о ​ ​ пощаде. ​ ​ Но ​ ​ она ​ ​ здесь ​ ​ не ​ ​ как
судья.
- Отдайте ​ ​ мне ​ ​ все, ​ ​ что ​ ​ у ​ ​ вас ​ ​ в ​ ​ карманах ​ ​ и ​ ​ можете
идти.
Дрожащими ​ ​ руками ​ ​ они ​ ​ достали ​ ​ и ​ ​ сложили ​ ​ все ​ ​ в ​ ​ аккуратные ​ ​ кучки. ​ ​ Деньги ​ ​ Квейрил
сразу ​ ​ взяла, ​ ​ но ​ ​ куда ​ ​ сильнее ​ ​ ее ​ ​ внимание ​ ​ привлекли ​ ​ две ​ ​ потрепанные ​ ​ книги ​ ​ и
подвеска. ​ ​ Выглядело ​ ​ сие ​ ​ украшение ​ ​ более ​ ​ чем ​ ​ достойно ​ ​ -
висящий ​ ​ на ​ ​ ленточке ​ ​ благородного ​ ​ темно-зеленого ​ ​ цвета ​ ​ топаз ​ ​ в ​ ​ обрамлении
серовато-золотистого ​ ​ металла.
Собрав ​ ​ все ​ ​ в ​ ​ свой ​ ​ мешочек, ​ ​ Квей ​ ​ вновь ​ ​ стала ​ ​ невидимой. ​ ​ Чтобы ​ ​ не ​ ​ наступить ​ ​ в
разлитый ​ ​ ею ​ ​ мед, ​ ​ она ​ ​ добралась ​ ​ до ​ ​ выхода ​ ​ по ​ ​ ящикам ​ ​ и ​ ​ мешкам
​ ​ Медовые ​ ​ следы ​ ​ в ​ ​ грязи ​ ​ неизбежно ​ ​ привлекают ​ ​ внимание, ​ ​ поэтому ​ ​ ей ​ ​ хотелось
стать ​ ​ охотницей, ​ ​ а ​ ​ не ​ ​ добычей. ​ ​ Пусть ​ ​ обувь ​ ​ пачкают ​ ​ другие, ​ ​ а ​ ​ она ​ ​ за ​ ​ ними
проследит. ​ ​ Пройдя ​ ​ за ​ ​ ними ​ ​ довольно ​ ​ долго, ​ ​ Квейрил ​ ​ почувствовала ​ ​ усталость.
Длительно ​ ​ действующее ​ ​ заклинание ​ ​ постоянно ​ ​ тянет ​ ​ из ​ ​ мага ​ ​ ману. ​ ​ Но ​ ​ сильный
маг ​ ​ способен ​ ​ оставить ​ ​ заклинания,
действующие ​ ​ и ​ ​ после ​ ​ смерти.
Квейрил ​ ​ такой ​ ​ силой ​ ​ не ​ ​ обладала.
После ​ ​ стольких ​ ​ испытаний ​ ​ она ​ ​ осталась ​ ​ в ​ ​ живых ​ ​ прежде ​ ​ всего ​ ​ потому, ​ ​ что
поставила ​ ​ жизнь ​ ​ выше ​ ​ всего ​ ​ остального. ​ ​ Вот ​ ​ и ​ ​ сейчас ​ ​ Квейрил ​ ​ решила ​ ​ отложить
погоню ​ ​ на ​ ​ потом.
Она ​ ​ могла ​ ​ потерять ​ ​ надежду ​ ​ на ​ ​ лучшую ​ ​ жизнь ​ ​ или ​ ​ же ​ ​ саму ​ ​ жизнь.
Рядом ​ ​ с ​ ​ хорошим ​ ​ часто ​ ​ идет ​ ​ плохое, ​ ​ но ​ ​ это ​ ​ не ​ ​ повод ​ ​ перечеркивать ​ ​ всю ​ ​ свою
жизнь.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Колдунья ​ ​ остановилась ​ ​ и ​ ​ прислушалась. ​ ​ Только ​ ​ что ​ ​ грело ​ ​ солнце ​ ​ и ​ ​ вдруг ​ ​ в ​ ​ кости
вошел ​ ​ мороз. ​ ​ Противный, ​ ​ тревожный,
он ​ ​ как ​ ​ будто ​ ​ предупреждал ​ ​ о ​ ​ чем-то. ​ ​ Она ​ ​ беспомощно ​ ​ оглянулась ​ ​ -
прохожие ​ ​ шли ​ ​ с ​ ​ равнодушными ​ ​ лицами, ​ ​ не ​ ​ обращая ​ ​ внимания ​ ​ на ​ ​ нее. ​ ​ Оставалось
самой
попытаться ​ ​ найти ​ ​ загадочное ​ ​ это. ​ ​ Квей ​ ​ мысленно ​ ​ собралась ​ ​ с ​ ​ силами ​ ​ и ​ ​ свернула ​ ​ с
дороги, ​ ​ чтобы ​ ​ пойти ​ ​ между ​ ​ невысокими ​ ​ деревянными ​ ​ домиками. ​ ​ Долго ​ ​ идти ​ ​ не
пришлось ​ ​ - ​ ​ перепуганные ​ ​ бедняки ​ ​ стояли ​ ​ на ​ ​ улице. ​ ​ Приглядевшись, ​ ​ она ​ ​ увидела
причину ​ ​ их ​ ​ испуга.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ В ​ ​ грязи ​ ​ лежал ​ ​ старик. ​ ​ На ​ ​ его ​ ​ почти ​ ​ лысой ​ ​ голове ​ ​ и ​ ​ морщинистой ​ ​ шее
отчетливо ​ ​ виднелись ​ ​ следы ​ ​ когтей. ​ ​ Квей ​ ​ начало ​ ​ тошнить ​ ​ и ​ ​ она ​ ​ догадывалась,
что ​ ​ дело ​ ​ не ​ ​ в ​ ​ трупе ​ ​ и ​ ​ не ​ ​ разлитой ​ ​ крови. ​ ​ “Магия ​ ​ чует ​ ​ магию!” ​ ​ - ​ ​ первейшее ​ ​ и
главнейшее ​ ​ отличие ​ ​ простого ​ ​ смертного ​ ​ от ​ ​ мага. ​ ​ Убийство ​ ​ не ​ ​ так ​ ​ ужаснуло
Квейрил, ​ ​ как ​ ​ опасность ​ ​ новых ​ ​ убийств.
Куда ​ ​ разумнее ​ ​ беспокоиться ​ ​ о ​ ​ предстоящем, ​ ​ нежели ​ ​ о ​ ​ свершившемся.
Сосредоточившись, ​ ​ колдунья ​ ​ вновь ​ ​ вызвала ​ ​ невидимость. ​ ​ Холод ​ ​ пробежал ​ ​ по ​ ​ спине
и ​ ​ разлился ​ ​ покоем. ​ ​ Это ​ ​ таило ​ ​ еще ​ ​ одну ​ ​ опасность: ​ ​ если ​ ​ рядом ​ ​ портал, ​ ​ ее ​ ​ может
затянуть. ​ ​ Но ​ ​ если ​ ​ ничего ​ ​ не ​ ​ делать ​ ​ - ​ ​ оттуда ​ ​ может ​ ​ выйти ​ ​ кто ​ ​ угодно.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Не ​ ​ тратя ​ ​ времени ​ ​ на ​ ​ сомнения, ​ ​ Квейрил ​ ​ проскользнула ​ ​ в ​ ​ домик ​ ​ и ​ ​ застыла. ​ ​ На
свете ​ ​ осталось ​ ​ не ​ ​ так ​ ​ уж ​ ​ много ​ ​ вещей,
способных ​ ​ привести ​ ​ в ​ ​ благоговейный ​ ​ трепет ​ ​ загрубевшее ​ ​ сердце ​ ​ этой ​ ​ женщины.
Но ​ ​ висящая ​ ​ в ​ ​ воздухе ​ ​ черная ​ ​ дыра ​ ​ явно ​ ​ была ​ ​ порождением ​ ​ магии ​ ​ и ​ ​ излучала ​ ​ холод.
Если ​ ​ вспомнить, ​ ​ что ​ ​ Джаумблах ​ ​ был ​ ​ горяч, ​ ​ что-то ​ ​ явно ​ ​ было ​ ​ искажено. ​ ​ Она ​ ​ сняла
невидимость, ​ ​ словно ​ ​ сбросила ​ ​ неудобную ​ ​ одежду ​ ​ и ​ ​ решительно ​ ​ пошла ​ ​ к ​ ​ порталу.
Квей ​ ​ не ​ ​ знала ​ ​ слов ​ ​ заклинания, ​ ​ которое ​ ​ могло ​ ​ закрыть ​ ​ его, ​ ​ но ​ ​ решила ​ ​ сделать
хоть ​ ​ что-нибудь.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Резко ​ ​ разведя ​ ​ в ​ ​ стороны ​ ​ руки ​ ​ и
поднявшись ​ ​ на ​ ​ цыпочки, ​ ​ Квейрил ​ ​ напряглась ​ ​ и ​ ​ затаила ​ ​ дыхание. ​ ​ Она ​ ​ ощутила
слабую ​ ​ волну ​ ​ тепла ​ ​ в ​ ​ груди, ​ ​ которая ​ ​ внезапно ​ ​ скрутилась ​ ​ в ​ ​ острую ​ ​ боль. ​ ​ От
слабости ​ ​ ноги ​ ​ подкосились ​ ​ и ​ ​ колдунья ​ ​ бессильно ​ ​ рухнула ​ ​ на ​ ​ деревянный ​ ​ пол.
Горячий ​ ​ Джаумблах ​ ​ бурлил ​ ​ в ​ ​ теле ​ ​ под ​ ​ кожей. ​ ​ Нет, ​ ​ она ​ ​ не ​ ​ хочет ​ ​ вот ​ ​ так ​ ​ умереть!
Глядя ​ ​ сквозь ​ ​ ресницы ​ ​ полусомкнутых ​ ​ век, ​ ​ Квейрил ​ ​ стала ​ ​ шептать ​ ​ заклинание
исцеления. ​ ​ Это ​ ​ было ​ ​ ее ​ ​ единственной ​ ​ надеждой ​ ​ выжить. ​ ​ Энергия ​ ​ рывком ​ ​ вошла ​ ​ в
ее ​ ​ тело. ​ ​ Голова ​ ​ начала ​ ​ кружиться, ​ ​ оставаться ​ ​ здесь ​ ​ без ​ ​ сознания ​ ​ было ​ ​ опасно. ​ ​ Со
стоном ​ ​ Квейрил ​ ​ перевернулась ​ ​ со ​ ​ спины ​ ​ на ​ ​ живот. ​ ​ Тело ​ ​ казалось ​ ​ удивительно
легким, ​ ​ но ​ ​ управлять ​ ​ им ​ ​ было ​ ​ нелегко, ​ ​ словно ​ ​ она ​ ​ пьяна. ​ ​ С ​ ​ трудом ​ ​ передвигаясь ​ ​ на
четвереньках, ​ ​ Квей ​ ​ ​ ​ доползла ​ ​ до ​ ​ соседней ​ ​ комнаты, ​ ​ забралась ​ ​ под ​ ​ кровать ​ ​ и
зажмурилась. ​ ​ Горячие ​ ​ слезы ​ ​ текли ​ ​ по ​ ​ щекам, ​ ​ но ​ ​ она ​ ​ упрямо ​ ​ шептала ​ ​ заклинание
замка. ​ ​ Оно ​ ​ было ​ ​ ненадежно, ​ ​ но ​ ​ хотя ​ ​ бы ​ ​ на ​ ​ время ​ ​ могло ​ ​ закрыть ​ ​ эту ​ ​ страшную
дыру. ​ ​ Даже ​ ​ на ​ ​ пороге ​ ​ предполагаемой ​ ​ смерти ​ ​ Квейрил ​ ​ не ​ ​ желала ​ ​ молиться. ​ ​ Давясь
слезами, ​ ​ она ​ ​ продолжала ​ ​ попытки ​ ​ мысленно ​ ​ ощутить ​ ​ Джаумблах ​ ​ и ​ ​ исправить ​ ​ его
движение. ​ ​ В ​ ​ голове ​ ​ что-то ​ ​ лопнуло, ​ ​ кровь ​ ​ из ​ ​ носа ​ ​ окрасила ​ ​ дощатый ​ ​ пол ​ ​ и
сознание ​ ​ погрузилось ​ ​ во ​ ​ тьму.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Квейрил ​ ​ осторожно ​ ​ открыла ​ ​ глаза. ​ ​ Ярко ​ ​ светило ​ ​ солнце.
Смахнув ​ ​ спутанные ​ ​ волосы, ​ ​ она
осмотрелась. ​ ​ Это ​ ​ была ​ ​ ее ​ ​ спальня, ​ ​ но ​ ​ как ​ ​ она ​ ​ здесь ​ ​ оказалась? ​ ​ Сейчас ​ ​ Квей
чувствовала ​ ​ себя ​ ​ выспавшейся ​ ​ и ​ ​ полной ​ ​ сил, ​ ​ от ​ ​ вчерашнего ​ ​ ужаса ​ ​ не ​ ​ осталось ​ ​ и
следа. ​ ​ Ее ​ ​ взгляд ​ ​ остановился ​ ​ на ​ ​ мешке.
Воспоминания ​ ​ будто ​ ​ огнем ​ ​ обожгли ​ ​ и ​ ​ она ​ ​ заглянула. ​ ​ Все, ​ ​ что ​ ​ она ​ ​ отобрала ​ ​ у
бандитов,
хранилось ​ ​ здесь. ​ ​ Сжав ​ ​ в ​ ​ кулаке ​ ​ таинственное ​ ​ украшение, ​ ​ Квейрил ​ ​ задумалась
​ ​ Все ​ ​ волшебники ​ ​ с ​ ​ рождения ​ ​ обладают ​ ​ способностями ​ ​ к ​ ​ определенным ​ ​ видам
магии.
Остальные ​ ​ заклинания ​ ​ тоже ​ ​ получались, ​ ​ но ​ ​ реже ​ ​ и ​ ​ слабее.
Некоторые ​ ​ артефакты ​ ​ могли ​ ​ исказить ​ ​ ауру, ​ ​ так ​ ​ что ​ ​ маг ​ ​ начинал ​ ​ слабеть ​ ​ в
одном ​ ​ и ​ ​ усиливался ​ ​ в ​ ​ другом. ​ ​ Переучиваться? ​ ​ На ​ ​ это ​ ​ нет ​ ​ времени ​ ​ и ​ ​ денег.
​ ​ ​ ​ ​ ​ Но ​ ​ это ​ ​ могло ​ ​ подождать, ​ ​ а ​ ​ вот ​ ​ портал ​ ​ - ​ ​ нет. ​ ​ Квейрил ​ ​ не ​ ​ знала,
закрыт ​ ​ он ​ ​ или ​ ​ нет, ​ ​ а ​ ​ потому ​ ​ решила ​ ​ устроить ​ ​ проверку.
Осматривая ​ ​ комнату ​ ​ в ​ ​ поиске ​ ​ чего-нибудь, ​ ​ что ​ ​ могло ​ ​ помочь,
Квей ​ ​ зацепилась ​ ​ взглядом ​ ​ за ​ ​ картину. ​ ​ Изображенный ​ ​ мужчина ​ ​ явно ​ ​ был ​ ​ варваром. ​ ​ В
его ​ ​ глазах ​ ​ застыло ​ ​ бесстрашие. ​ ​ Могучие ​ ​ руки ​ ​ напряглись, ​ ​ сжимая ​ ​ огромный ​ ​ топор.
Кем ​ ​ был ​ ​ этот ​ ​ человек ​ ​ - ​ ​ неважно, ​ ​ главное, ​ ​ что ​ ​ его ​ ​ портрет ​ ​ мог ​ ​ ей ​ ​ помочь.
Квейрил ​ ​ сняла ​ ​ его ​ ​ и ​ ​ достала ​ ​ магические ​ ​ чернила. ​ ​ Их ​ ​ холодный ​ ​ белый ​ ​ свет
выглядел ​ ​ враждебно.
​ ​ Он ​ ​ будто ​ ​ напоминал ​ ​ о ​ ​ власти,
данной ​ ​ глупым ​ ​ и ​ ​ жестоким.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Глупой ​ ​ Квейрил ​ ​ не ​ ​ была,
жестокость ​ ​ без ​ ​ особой ​ ​ надобности ​ ​ не ​ ​ использовала( ​ ​ по ​ ​ крайней ​ ​ мере, ​ ​ теперь).
Вырисовывая ​ ​ руны ​ ​ притяжения ​ ​ духов, ​ ​ она ​ ​ пребывала ​ ​ в ​ ​ блаженном ​ ​ покое. ​ ​ Все
наладится,
нужно ​ ​ быть ​ ​ осторожной ​ ​ и ​ ​ хитрой, ​ ​ никому ​ ​ не ​ ​ доверять.
Закончив ​ ​ писать, ​ ​ Квейрил ​ ​ огорченно ​ ​ вздохнула: ​ ​ магических ​ ​ чернил ​ ​ осталось ​ ​ лишь
чуть-чуть ​ ​ на ​ ​ донышке. ​ ​ Пора ​ ​ отправляться ​ ​ за ​ ​ ингредиентами.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Атручия ​ ​ с ​ ​ Джаяном ​ ​ сидели ​ ​ за ​ ​ столом ​ ​ с ​ ​ какими-то ​ ​ бумагами. ​ ​ Он ​ ​ с ​ ​ увлечением
писал ​ ​ под ​ ​ диктовку. ​ ​ Солнце ​ ​ ярко ​ ​ светило,
обещая ​ ​ прекрасный ​ ​ день. ​ ​ Внезапно ​ ​ зашла ​ ​ Квей. ​ ​ Повисла ​ ​ напряженная ​ ​ тишина. ​ ​ ​ ​ В
глазах ​ ​ друг ​ ​ друга ​ ​ обе ​ ​ прочли ​ ​ догадку ​ ​ и ​ ​ немую ​ ​ угрозу. ​ ​ Переведя ​ ​ взгляд ​ ​ на ​ ​ сына,
Квейрил ​ ​ ласково ​ ​ улыбнулась:
- Как ​ ​ ты, ​ ​ солнышко?
- Хорошо. ​ ​ Мам, ​ ​ а ​ ​ куда ​ ​ ты ​ ​ идешь?
​ ​ Улыбка ​ ​ сошла ​ ​ с ​ ​ лица ​ ​ Квей, ​ ​ она ​ ​ провела ​ ​ рукой ​ ​ по ​ ​ его ​ ​ волосам:
- У ​ ​ меня ​ ​ важное ​ ​ дело, ​ ​ но ​ ​ я
​ ​ постараюсь ​ ​ поскорее ​ ​ вернуться. ​ ​ Это ​ ​ казалось ​ ​ странным ​ ​ - ​ ​ доверить ​ ​ своего
единственного ​ ​ ребенка, ​ ​ но ​ ​ не ​ ​ прошлое. ​ ​ Квейрил
раздражало ​ ​ чувство, ​ ​ что ​ ​ ею ​ ​ играют. ​ ​ И ​ ​ ни ​ ​ капельки ​ ​ не ​ ​ смущало, ​ ​ что ​ ​ когда-то ​ ​ то
же ​ ​ самое ​ ​ делала ​ ​ она. ​ ​ Но ​ ​ выяснение ​ ​ правды ​ ​ пришлось ​ ​ отложить ​ ​ на ​ ​ потом.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Придя ​ ​ к ​ ​ сгоревшему ​ ​ складу,
Квейрил ​ ​ поняла, ​ ​ что ​ ​ выследить ​ ​ тех ​ ​ бандитов, ​ ​ которых ​ ​ она ​ ​ ограбила, ​ ​ не
получится. ​ ​ Похоже, ​ ​ они ​ ​ не ​ ​ наступили ​ ​ в ​ ​ мед. ​ ​ Или ​ ​ следы ​ ​ затоптали. ​ ​ В ​ ​ конце ​ ​ концов,
это ​ ​ не ​ ​ единственная ​ ​ зацепка.
​ ​ ​ ​ ​ ​ Перейдя ​ ​ из ​ ​ городской ​ ​ суеты ​ ​ в ​ ​ лесное ​ ​ спокойствие, ​ ​ Квей ​ ​ смогла ​ ​ подумать.
Похоже, ​ ​ она ​ ​ уже ​ ​ навлекла ​ ​ на ​ ​ себя ​ ​ неприятности.
Единственное, ​ ​ что ​ ​ можно ​ ​ сделать ​ ​ - ​ ​ влезть ​ ​ в ​ ​ них ​ ​ еще ​ ​ больше ​ ​ и ​ ​ уже ​ ​ потом
разбираться. ​ ​ Главное ​ ​ - ​ ​ не ​ ​ причинить ​ ​ боль ​ ​ Джаяну. ​ ​ При ​ ​ мысли ​ ​ о ​ ​ сыне ​ ​ сердце
Квейрил ​ ​ заволокло ​ ​ грустью. ​ ​ Милый ​ ​ мальчик, ​ ​ он ​ ​ все ​ ​ еще ​ ​ наивен. ​ ​ Развод ​ ​ родителей
не ​ ​ сохранился ​ ​ в ​ ​ его ​ ​ памяти, ​ ​ он ​ ​ был ​ ​ слишком ​ ​ мал. ​ ​ Хорошо, ​ ​ что ​ ​ у ​ ​ них ​ ​ хватило
душевных ​ ​ сил ​ ​ не ​ ​ настраивать ​ ​ друг ​ ​ против ​ ​ друга ​ ​ ребенка.
Единственное, ​ ​ о ​ ​ чем ​ ​ Квейрил ​ ​ сожалела ​ ​ - ​ ​ о ​ ​ незаконченной ​ ​ Академии. ​ ​ Сейчас ​ ​ знания
ей ​ ​ очень ​ ​ пригодились ​ ​ бы.
​ ​ Она ​ ​ убедилась ​ ​ в ​ ​ этом, ​ ​ когда ​ ​ во ​ ​ время ​ ​ сбора ​ ​ грибов ​ ​ и ​ ​ трав ​ ​ набрела ​ ​ на ​ ​ кладбище.
Никакой ​ ​ могильной ​ ​ ограды ​ ​ не ​ ​ имелось.
Поблизости ​ ​ этого ​ ​ сада ​ ​ скорби ​ ​ не ​ ​ было ​ ​ никаких ​ ​ жилищ. ​ ​ Снизу ​ ​ поднимался ​ ​ белый
холод. ​ ​ Все ​ ​ это ​ ​ выглядело ​ ​ в ​ ​ высшей ​ ​ степени ​ ​ подозрительно. ​ ​ Квейрил ​ ​ присела ​ ​ на
корточки ​ ​ и ​ ​ запустила ​ ​ пальцы ​ ​ в ​ ​ холодную ​ ​ землю: ​ ​ могильная ​ ​ земля ​ ​ - ​ ​ ценный
алхимический ​ ​ ингредиент. ​ ​ Квей ​ ​ посмотрела ​ ​ на ​ ​ свою ​ ​ ладонь. ​ ​ В ​ ​ эту ​ ​ землю
проливались ​ ​ слезы, ​ ​ мертвецы ​ ​ отдавали ​ ​ последнее… ​ ​ Такой ​ ​ конец ​ ​ любой ​ ​ плоти,
даже ​ ​ таких ​ ​ долгожителей, ​ ​ как ​ ​ эльфы, ​ ​ драконы, ​ ​ ангелы ​ ​ и ​ ​ демоны.
Спрятав ​ ​ землю, ​ ​ колдунья ​ ​ отошла ​ ​ на ​ ​ несколько ​ ​ шагов ​ ​ и ​ ​ тут ​ ​ ее ​ ​ слух ​ ​ потревожил
тихий ​ ​ шорох. ​ ​ Квейрил ​ ​ замерла. ​ ​ Что ​ ​ бы ​ ​ ни ​ ​ происходило ​ ​ сзади, ​ ​ страха ​ ​ она ​ ​ не
ощущала. ​ ​ Оставалось ​ ​ только ​ ​ оглянуться. ​ ​ Земля ​ ​ на ​ ​ могиле ​ ​ ворочалась ​ ​ и ​ ​ вскоре
вылез ​ ​ скелет.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Не ​ ​ раздумывая, ​ ​ Квейрил ​ ​ выставила ​ ​ вперед ​ ​ ладони. ​ ​ Поток ​ ​ огня ​ ​ накрыл ​ ​ хрупкие
кости ​ ​ и ​ ​ мертвец ​ ​ без ​ ​ боя ​ ​ упал, ​ ​ став ​ ​ кучкой ​ ​ почерневшего ​ ​ мусора.
Наградив ​ ​ его ​ ​ презрительным ​ ​ взором, ​ ​ Квейрил ​ ​ продолжала ​ ​ обследовать ​ ​ кладбище.
Внимание ​ ​ привлек ​ ​ склеп. ​ ​ Он ​ ​ был ​ ​ покрыт ​ ​ каплями, ​ ​ будто ​ ​ вспотел. ​ ​ На ​ ​ всякий ​ ​ случай
собрав ​ ​ несколько ​ ​ капель ​ ​ в ​ ​ пузырек, ​ ​ Квей ​ ​ пошла ​ ​ дальше.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Земля ​ ​ под ​ ​ ногами ​ ​ внезапно ​ ​ оборвалась ​ ​ и ​ ​ она ​ ​ с ​ ​ криком ​ ​ полетела ​ ​ вниз.
Схватившись ​ ​ за ​ ​ какой-то ​ ​ корень, ​ ​ Квейрил ​ ​ посмотрела ​ ​ вниз: ​ ​ похоже, ​ ​ падать
невысоко. ​ ​ Разжав ​ ​ руки, ​ ​ она ​ ​ устремилась ​ ​ в ​ ​ неизвестность.
Приземлившись, ​ ​ побежала ​ ​ в ​ ​ ту ​ ​ сторону, ​ ​ где ​ ​ видела ​ ​ свет. ​ ​ Если
здесь ​ ​ есть ​ ​ разумные ​ ​ существа, ​ ​ она ​ ​ заставит ​ ​ их ​ ​ рассказать, ​ ​ что ​ ​ происходит.
Злость ​ ​ горела,
воспламеняемая ​ ​ гордостью. ​ ​ Ну ​ ​ почему ​ ​ так? ​ ​ Ведь ​ ​ она ​ ​ всего ​ ​ лишь ​ ​ пришла ​ ​ собирать
грибы ​ ​ и ​ ​ травы!
Квейрил ​ ​ хмуро ​ ​ посмотрела ​ ​ на ​ ​ огромное ​ ​ дерево. ​ ​ Похоже, ​ ​ это ​ ​ обиталище ​ ​ местного
круга ​ ​ друидов, ​ ​ а ​ ​ это ​ ​ дерево ​ ​ - ​ ​ центр ​ ​ их ​ ​ силы. ​ ​ Деревья, ​ ​ камни, ​ ​ порой ​ ​ даже ​ ​ животные
становились ​ ​ центром ​ ​ друидской ​ ​ магии ​ ​ и ​ ​ зависели ​ ​ от ​ ​ нее. ​ ​ Они ​ ​ жили ​ ​ до ​ ​ тех ​ ​ пор,
пока
присутствие ​ ​ друидов ​ ​ подпитывало ​ ​ их. ​ ​ Другие ​ ​ маги ​ ​ могли ​ ​ разрушить ​ ​ эту ​ ​ связь ​ ​ и
внести ​ ​ хаос. ​ ​ Квейрил ​ ​ знала, ​ ​ как ​ ​ это ​ ​ сделать, ​ ​ вопрос ​ ​ в ​ ​ том,
нуждалась ​ ​ ли ​ ​ в ​ ​ этом.
​ ​ ​ ​ ​ ​ Положив ​ ​ ладонь ​ ​ на ​ ​ ствол, ​ ​ колдунья ​ ​ закрыла ​ ​ глаза. ​ ​ Воцарилась ​ ​ мертвая ​ ​ тишина,
лес ​ ​ будто ​ ​ ждал ​ ​ приговора.
Квейрил ​ ​ чувствовала, ​ ​ что ​ ​ в ​ ​ нее ​ ​ вливается ​ ​ нечто ​ ​ подергивающееся, ​ ​ она ​ ​ устремила
свое ​ ​ сознание ​ ​ навстречу.
Внутри ​ ​ дерева ​ ​ она ​ ​ увидела ​ ​ существо, ​ ​ сотканное ​ ​ из ​ ​ лилового ​ ​ тумана. ​ ​ В ​ ​ его ​ ​ глазах
она ​ ​ прочла ​ ​ испуг ​ ​ и ​ ​ невольно ​ ​ улыбнулась. ​ ​ Квейрил ​ ​ не ​ ​ намеревалась ​ ​ причинить ​ ​ ему
зло, ​ ​ у ​ ​ нее ​ ​ на ​ ​ уме ​ ​ было ​ ​ нечто ​ ​ поинтереснее ​ ​ , ​ ​ чем ​ ​ бессмысленное ​ ​ разрушение. ​ ​ Квей
двинулась ​ ​ ему ​ ​ навстречу:
- Почему ​ ​ ты ​ ​ не ​ ​ хочешь ​ ​ со ​ ​ мной ​ ​ сразиться?
​ ​ Дух ​ ​ отпрянул ​ ​ и ​ ​ что-то ​ ​ пробормотал. ​ ​ Его ​ ​ голос ​ ​ звучал ​ ​ одновременно ​ ​ как ​ ​ журчание
воды ​ ​ и ​ ​ шум ​ ​ ветра. ​ ​ Слов ​ ​ Квей ​ ​ не ​ ​ разобрала, ​ ​ очевидно, ​ ​ это ​ ​ был ​ ​ незнакомый ​ ​ язык. ​ ​ Его
руки ​ ​ засветились ​ ​ белым ​ ​ цветом.
- А-а-а, ​ ​ элементаль ​ ​ воздуха,
​ ​ поняла ​ ​ Квейрил.
Будучи ​ ​ талантливой ​ ​ стихийницей, ​ ​ она ​ ​ имела ​ ​ все ​ ​ основания ​ ​ не ​ ​ бояться ​ ​ его. ​ ​ Увидев,
что ​ ​ эта ​ ​ загадочная ​ ​ тень ​ ​ собирается ​ ​ колдовать(здесь ​ ​ Квейрил ​ ​ выглядела ​ ​ как
тень),
элементаль ​ ​ атаковал ​ ​ ударом ​ ​ молнии. ​ ​ Спасительная ​ ​ злость ​ ​ наполнила ​ ​ душу,
Квейрил ​ ​ вызвала ​ ​ кислотный ​ ​ туман. ​ ​ Стон ​ ​ мучительной ​ ​ боли ​ ​ усладил ​ ​ ее ​ ​ гнев, ​ ​ но
этого ​ ​ было ​ ​ мало. ​ ​ Он
бросился ​ ​ бежать. ​ ​ Квей ​ ​ двинулась ​ ​ за ​ ​ ним, ​ ​ на ​ ​ ходу ​ ​ шепча ​ ​ заклинание ​ ​ вплетения. ​ ​ Ее
дух ​ ​ проходил ​ ​ между ​ ​ магической ​ ​ паутиной ​ ​ Джаумблаха ​ ​ и ​ ​ привычной ​ ​ реальностью.
Чувствительность ​ ​ усиливалась,
потому ​ ​ что ​ ​ она ​ ​ рассеивала ​ ​ свою ​ ​ сущность, ​ ​ чтобы ​ ​ укрепиться ​ ​ здесь.
Распластавшись ​ ​ сиянием,
Квейрил ​ ​ опутала ​ ​ элементаля ​ ​ корнями. ​ ​ Она ​ ​ прочувствовала ​ ​ пар ​ ​ и ​ ​ ветер, ​ ​ думая ​ ​ при
этом:”
Заклинание ​ ​ земли ​ ​ - ​ ​ вот ​ ​ то, ​ ​ что ​ ​ нужно, ​ ​ чтобы ​ ​ сковать ​ ​ воздух ​ ​ и ​ ​ воду. ​ ​ А ​ ​ если ​ ​ не
поможет… ​ ​ что ​ ​ же, ​ ​ есть ​ ​ ещё ​ ​ огонь.” ​ ​ Квейрил ​ ​ прошла ​ ​ сквозь ​ ​ кору ​ ​ и ​ ​ очутилась ​ ​ в
собственном ​ ​ теле.
​ ​ ​ ​ Дерево ​ ​ преобразилось: ​ ​ по ​ ​ коре ​ ​ пошли ​ ​ трещины, ​ ​ листья ​ ​ начали ​ ​ осыпаться.
Похоже, ​ ​ что-то ​ ​ всё-таки ​ ​ нарушено. ​ ​ Квей ​ ​ посмотрела ​ ​ вверх, ​ ​ на ​ ​ проглядывающие
лучи.
Только ​ ​ сейчас ​ ​ она ​ ​ обратила ​ ​ внимание, ​ ​ что ​ ​ рот ​ ​ полон ​ ​ чего-то ​ ​ и ​ ​ сглотнула. ​ ​ Слезы.
Откуда?
Может, ​ ​ это ​ ​ дух ​ ​ пытался ​ ​ разжалобить ​ ​ ее?
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ На ​ ​ вершине ​ ​ зачирикала ​ ​ птичка. ​ ​ Ей ​ ​ ответила ​ ​ другая, ​ ​ сидя ​ ​ в ​ ​ гнезде. ​ ​ Их ​ ​ пение
ненадолго ​ ​ нарушило ​ ​ полную ​ ​ тревожного ​ ​ предчувствия ​ ​ тишину. ​ ​ Отсюда ​ ​ Квейрил
хорошо ​ ​ видела ​ ​ сидевшую ​ ​ в ​ ​ гнезде ​ ​ мать ​ ​ - ​ ​ желтая ​ ​ грудка, ​ ​ серая ​ ​ головка. ​ ​ Именно ​ ​ в
этот ​ ​ момент ​ ​ Квейрил ​ ​ Фелузан ​ ​ начала ​ ​ понимать ​ ​ друидов. ​ ​ Квей ​ ​ положила ​ ​ руку ​ ​ на
трещину. ​ ​ Начатый ​ ​ ритуал ​ ​ требовал ​ ​ завершения ​ ​ - ​ ​ иначе ​ ​ дух ​ ​ умрет, ​ ​ а
друиды ​ ​ найдут ​ ​ и ​ ​ убьют ​ ​ ее. ​ ​ При ​ ​ мысли ​ ​ о ​ ​ том, ​ ​ что ​ ​ ей ​ ​ придется ​ ​ оказаться ​ ​ вечной
пленницей ​ ​ вместо ​ ​ духа, ​ ​ колдунья ​ ​ скривилась. ​ ​ Все-таки ​ ​ смерть ​ ​ лучше ​ ​ вечной
тюрьмы.
​ ​ ​ ​ ​ ​ Квей ​ ​ отрезала ​ ​ прядь ​ ​ волос ​ ​ и ​ ​ сорвала ​ ​ два ​ ​ цветка ​ ​ - ​ ​ синий ​ ​ и ​ ​ белый. ​ ​ “Жизнь ​ ​ к ​ ​ жизни,
прошлое ​ ​ к ​ ​ будущему, ​ ​ мое ​ ​ к ​ ​ вашему” ​ ​ -
прошептала ​ ​ колдунья ​ ​ и ​ ​ отломила ​ ​ веточку. ​ ​ Квейрил ​ ​ догадывалась, ​ ​ что ​ ​ за ​ ​ ней
следят. ​ ​ Было ​ ​ бы ​ ​ забавно ​ ​ сейчас ​ ​ резко ​ ​ повернуться ​ ​ и ​ ​ взглянуть ​ ​ им ​ ​ в ​ ​ глаза, ​ ​ но ​ ​ это
вряд ​ ​ ли ​ ​ получится ​ ​ - ​ ​ они ​ ​ наверняка ​ ​ умеют ​ ​ прятаться. ​ ​ Она ​ ​ посмотрела ​ ​ на ​ ​ дерево,
на
котором ​ ​ уже ​ ​ показалась ​ ​ смола. ​ ​ Туго ​ ​ обвязав ​ ​ цветы ​ ​ своими ​ ​ волосами, ​ ​ она ​ ​ воткнула
их ​ ​ в ​ ​ место, ​ ​ где ​ ​ отломила ​ ​ веточку ​ ​ и ​ ​ пошла ​ ​ прочь. ​ ​ Ею ​ ​ овладело ​ ​ чувство, ​ ​ словно ​ ​ она
окончательно ​ ​ распрощалась ​ ​ со ​ ​ своим ​ ​ прошлым. ​ ​ Возможно, ​ ​ ​ ​ в
ближайшем ​ ​ будущем ​ ​ придется ​ ​ делать ​ ​ сложный ​ ​ выбор.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #2 : 12 Ноябрь 2017, 23:28:28 »
 ​ Квей ​ ​ не ​ ​ успела ​ ​ додумать ​ ​ эту ​ ​ мысль: ​ ​ ломая ​ ​ деревья, ​ ​ к ​ ​ ней ​ ​ шел ​ ​ медведь. ​ ​ Квейрил
бросилась ​ ​ бежать. ​ ​ Странно, ​ ​ что ​ ​ друиды ​ ​ не ​ ​ попытались ​ ​ прогнать ​ ​ ее ​ ​ раньше.
И ​ ​ вот ​ ​ наконец ​ ​ Альхар.
​ ​ ​ ​ ​ ​ Подувший ​ ​ ветер ​ ​ донес ​ ​ до ​ ​ Квейрил ​ ​ капли ​ ​ начавшегося ​ ​ дождя. ​ ​ Небо ​ ​ потемнело,
разноцветные ​ ​ листья ​ ​ застелили ​ ​ дорогу. ​ ​ Квей ​ ​ прошла ​ ​ в ​ ​ библиотеку. ​ ​ Здесь ​ ​ нашлось
немало ​ ​ книг ​ ​ по ​ ​ магии, ​ ​ но ​ ​ ее ​ ​ интересовала ​ ​ история. ​ ​ Многие ​ ​ здания ​ ​ отстоили, ​ ​ а ​ ​ вот
подземелья ​ ​ закрыли ​ ​ - ​ ​ гнилая ​ ​ чума ​ ​ пришла ​ ​ оттуда. ​ ​ “Ладно, ​ ​ раз ​ ​ это ​ ​ опасно, ​ ​ лучше ​ ​ об этом ​ ​ пока ​ ​ забыть”, ​ ​ - ​ ​ подумала ​ ​ колдунья ​ ​ и закрыла ​ ​ книгу. ​ ​ Только ​ ​ сейчас ​ ​ она ​ ​ обратила ​ ​ внимание ​ ​ на ​ ​ то, ​ ​ что ​ ​ из ​ ​ книги ​ ​ торчит какой-то ​ ​ листок. ​ ​ Оглядевшись, ​ ​ Квей
вытащила ​ ​ его ​ ​ и ​ ​ развернула. Задумчиво ​ ​ уставилась ​ ​ на ​ ​ изображение ​ ​ демона ​ ​ в ​ ​ полный ​ ​ рост, ​ ​ нарисованное ​ ​ к ​ ​ тому
же ​ ​ красной ​ ​ краской. ​ ​ Слова ​ ​ внизу ​ ​ были ​ ​ написаны ​ ​ на ​ ​ незнакомом ​ ​ языке. ​ ​ И ​ ​ на ​ ​ самом краешке ​ ​ кусочек ​ ​ круга. ​ ​ Спрятав ​ ​ бумажку ​ ​ в ​ ​ карман, ​ ​ Квейрил ​ ​ взяла ​ ​ наугад ​ ​ толстую книгу ​ ​ с ​ ​ малоприметной ​ ​ серой ​ ​ обложкой. ​ ​ Впав ​ ​ в ​ ​ оцепенение, ​ ​ она ​ ​ бездумно ​ ​ смотрела на ​ ​ страницы. ​ ​ Неужели ​ ​ это ​ ​ она ​ ​ - ​ ​ та, ​ ​ которая ​ ​ блистала ​ ​ красотой ​ ​ и ​ ​ упивалась наслаждением? ​ ​ Когда ​ ​ любовь ​ ​ разбилась, ​ ​ движущей ​ ​ силой ​ ​ стала ​ ​ ненависть. ​ ​ А
теперь… ​ ​ внутри ​ ​ не ​ ​ осталось ​ ​ никаких ​ ​ чувств, ​ ​ только ​ ​ пустота. ​ ​ Идя ​ ​ под ​ ​ ночным
дождем, ​ ​ Квей ​ ​ горестно ​ ​ размышляла ​ ​ о ​ ​ том, ​ ​ что ​ ​ ничего ​ ​ не ​ ​ добилась, ​ ​ кроме ​ ​ новых
неприятностей. ​ ​ Если ​ ​ бы ​ ​ речь ​ ​ шла ​ ​ только ​ ​ о ​ ​ ее ​ ​ жизни, ​ ​ тогда ​ ​ она ​ ​ могла ​ ​ бы
позволить ​ ​ совсем ​ ​ другие ​ ​ способы ​ ​ ведения ​ ​ игры. Квейрил ​ ​ вошла ​ ​ в ​ ​ дом, ​ ​ сняла ​ ​ мокрый ​ ​ плащ ​ ​ и ​ ​ повесила ​ ​ на ​ ​ стул.
Не ​ ​ обращая ​ ​ внимания ​ ​ на ​ ​ воду, стекавшую ​ ​ с ​ ​ волос, ​ ​ колдунья ​ ​ остановилась ​ ​ у ​ ​ окна. ​ ​ Темноту ​ ​ освещала ​ ​ молния, ​ ​ а Квей ​ ​ думала ​ ​ о ​ ​ возможностях ​ ​ и ​ ​ несправедливости. ​ ​ Она ​ ​ потеряла ​ ​ все ​ ​ из-за любопытства. ​ ​ Запретный ​ ​ артефакт ​ ​ получил ​ ​ новую ​ ​ жизнь ​ ​ и ​ ​ потерял ​ ​ в ​ ​ бою, ​ ​ но ​ ​ так и ​ ​ остался ​ ​ болезненным ​ ​ воспоминанием. Нужно ​ ​ что-то ​ ​ придумать, ​ ​ чтобы ​ ​ не ​ ​ повторить ​ ​ старых ​ ​ ошибок.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Поднявшись, ​ ​ Квей ​ ​ зашла ​ ​ в ​ ​ их ​ ​ с ​ ​ Джаяном ​ ​ спальню. ​ ​ От ​ ​ картины ​ ​ веяло ​чуть
заметным ​ ​ теплым ​ ​ ветром. ​ ​ Страх ​ ​ вплетался ​ ​ в ​ ​ решительность, ​ ​ осколки ненависти ​ ​царапали ​ ​ душу. ​ ​ Квей ​ ​ сняла ​ ​ картину ​ ​ и ​ ​ отпрянула ​ ​ в ​ ​ ужасе ​ ​ - ​ ​ из ​ ​ стены выделялся ​ ​ прямоугольник ​ ​ света.
Сердце ​ ​ заколотилось ​ ​ как ​ ​ сумасшедшее, ​ ​ во ​ ​ рту ​ ​ пересохло. ​ ​ Ну ​ ​ вот, ​ ​ похоже, ​ ​ ей
удалось ​ ​ привлечь ​ ​ внимание ​ ​ гостя ​ ​ из ​ ​ другого ​ ​ мира. ​ ​ Квейрил ​ ​ заняла ​ ​ место ​ ​ у ​ ​ кровати
- ​ ​ готовая ​ ​ к ​ ​ атаке ​ ​ без ​ ​ промедления ​ ​ и ​ ​ жалости. ​ ​ Пальцы ​ ​ правой ​ ​ руки ​ ​ зашевелились
над ​ ​ головой ​ ​ спящего ​ ​ Джаяна, ​ ​ погружая ​ ​ его ​ ​ в ​ ​ еще ​ ​ более ​ ​ глубокий ​ ​ сон.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Прямоугольник ​ ​ начал ​ ​ двигаться, ​ ​ по ​ ​ нему ​ ​ пробегали ​ ​ волны. ​ ​ Вскоре ​ ​ их ​ ​ сменили
лучи, ​ ​ а ​ ​ в ​ ​ комнате ​ ​ стало ​ ​ жарко.​ От ​ ​ напряжения ​ ​ Квей ​ ​ начала ​ ​ дрожать. ​ ​ Долго ​ ​ еще ​ ​ ждать? ​ ​ И ​ ​ вот ​ ​ наконец ​ ​ появилась она. ​ ​ Длинные ​ ​ светлые ​ ​ волосы, ​ ​ голубые ​ ​ глаза, ​ ​тонкие ​ ​ губы… ​ ​ И ​ ​ огонь. ​ ​ Он ​ ​ пылал ​ ​ в ​ ​ ее волосах, ​ ​ на ​ ​ широком ​ ​ голубом ​ ​ платье. ​ ​ Горел ​ ​ и ​ ​ не ​ ​ мог ​ ​ ни ​ ​ потухнуть, ​ ​ ни ​ ​ сжечь, потому ​ ​ что ​ ​ женщина ​ ​ была ​ ​ призраком. ​ ​ Она ​ ​ не ​ ​ выглядела ​ ​ старой, ​ ​ но ​ ​ в ​ ​ глазах плескалась ​ ​ мудрость. ​ ​ Собравшись ​ ​ с ​ ​ мыслями, ​ ​ Квей ​ ​ молча ​ ​ смотрела ​ ​ на ​ ​ незнакомку. Все ​ ​ чувства ​ ​ словно ​ ​ стали ​ ​ ледяной ​ ​ остроконечной ​ ​ скалой.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Призрак ​ ​ провел ​ ​ рукой ​ ​ по ​ ​ голове, ​ ​ отчего ​ ​ Квейрил ​ ​ обдало ​ ​ горячим ​ ​ воздухом ​ ​ и
нарушил ​ ​ тишину:
- Это ​ ​ ты ​ ​ призвала ​ ​ меня?
- А ​ ​ это ​ ​ вы ​ ​ убили ​ ​ того ​ ​ старика, ​ ​ вырвавшись ​ ​ из ​ ​ иного ​ ​ мира? ​ ​ - ​ ​ парировала колдунья.
- Не ​ ​ знаю, ​ ​ о ​ ​ ком ​ ​ ты ​ ​ говоришь, ​ ​ смертная, ​ ​ - спокойно ​ ​ ответила ​ ​ женщина. ​ ​ - ​ ​ Меня ​ ​ звали ​ ​ Явильда.
- Квейрил, ​ ​ - ​ ​ довольно ​ ​ нелюбезно ​ ​ представилась ​ ​ Квей. ​ ​ - ​ ​ Если ​ ​ вы ​ ​ пришли ​ ​ не через ​ ​ портал ​ ​ - ​ ​ придется ​ ​ объяснить.
- В ​ ​ Тефенгрунском ​ ​ лесу ​ ​ есть ​ ​ не ​ ​ только ​ ​ друиды, ​ ​ - сдавленно ​ ​ произнесла ​ ​ женщина,
опустив ​ ​ глаза. ​ ​ - ​ ​ Нас ​ ​ называют чернокнижниками, ​ ​ ведьмами ​ ​ и
ведьмаками, ​ ​ демоновым ​ ​ отродьем… ​ ​ - ​ ​ Явильда ​ ​ подняла ​ ​ глаза ​ ​ и ​ ​ продолжила ​ ​ уже
другим ​ ​ тоном ​ ​ - ​ ​ более ​ ​ тихим ​ ​ и беспокойным: ​ ​ А ​ ​ мы ​ ​ называем ​ ​ себя ​ ​ Келимо. ​ ​ Разветвленные… ​ ​ У ​ ​ нас ​ ​ есть ​ ​ волшебники всех ​ ​ видов,
мы ​ ​ живем ​ ​ в ​ ​ подземных ​ ​ жилищах, ​ ​ но ​ ​ мы ​ ​ не ​ ​ друиды. ​ ​ Более ​ ​ того, ​ ​ мы ​ ​ их ​ ​ враги, ​ ​ потому что ​ ​ разногласия ​ ​ людей ​ ​ и ​ ​ эльфов отражаются ​ ​ и ​ ​ на ​ ​ нас. ​ ​ Меня ​ ​ предали… ​ ​ моя ​ ​ собственная ​ ​ дочь ​ ​ с ​ ​ женихом. ​ ​ ​ ​ Я ​ ​ знала, что ​ ​ он ​ ​ подлец. ​ ​ Моя ​ ​ Илекрия, ​ ​ единственное, ​ ​ что ​ ​ осталось ​ ​ от ​ ​ покойного ​ ​ мужа, интересовала ​ ​ его ​ ​ только ​ ​ как ​ ​ наследница ​ ​ главы ​ ​ Келимо. ​ ​ - ​ ​ Явильда ​ ​ печально улыбнулась. ​ ​ - ​ ​ У ​ ​ нас ​ ​ нет ​ ​ денег, ​ ​ но ​ ​ есть ​ ​ власть ​ ​ и ​ ​ привилегии. ​ ​ Став ​ ​ моим ​ ​ зятем, Вильхан ​ ​ с ​ ​ легкостью ​ ​ бы ​ ​ отодвинул ​ ​ Илекрию.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Брови ​ ​ Квей ​ ​ удивленно ​ ​ поднялись ​ ​ вверх, ​ ​ она ​ ​ не ​ ​ смогла ​ ​ сдержать ​ ​ насмешку:
- Как ​ ​ я ​ ​ понимаю, ​ ​ это ​ ​ знали ​ ​ только ​ ​ вы, ​ ​ больше ​ ​ никто ​ ​ не ​ ​ догадался? ​ ​ А ​ ​ откуда
мне ​ ​ знать, ​ ​ что ​ ​ вы ​ ​ не ​ ​ выдаете ​ ​ желаемое ​ ​ за ​ ​ действительное?
- Это ​ ​ знала ​ ​ не ​ ​ только ​ ​ я, ​ ​ -
​ ​ Явильда ​ ​ начала ​ ​ раздражаться. ​ ​ -
Кроме ​ ​ моей ​ ​ дочери, ​ ​ у ​ ​ него ​ ​ была ​ ​ еще ​ ​ одна ​ ​ любовница. ​ ​ Подруга ​ ​ Илекрии, ​ ​ упаси ​ ​ боги от ​ ​ таких ​ ​ подруг! ​ ​ Она ​ ​ с ​ ​ этим ​ ​ шакалом ​ ​ Вильханом ​ ​ оказались ​ ​ хитрее, ​ ​ чем ​ ​ я ​ ​ ожидала. Меня ​ ​ оклеветали ​ ​ и подставили. ​ ​ Доказать ​ ​ свою ​ ​ невиновность ​ ​ я ​ ​ не ​ ​ смогла ​ ​ и разоблачить ​ ​ врага ​ ​ смогла ​ ​ бы, ​ ​ если…
- Месть, ​ ​ - ​ ​ перебила
​ ​ Квейрил.
- Что? ​ ​ Да, ​ ​ я ​ ​ хочу ​ ​ мести, ​ ​ -
​ ​ подтвердила ​ ​ ведьма. ​ ​ - ​ ​ Так ​ ​ уж ​ ​ вышло, ​ ​ что ​ ​ я ​ ​ не ​ ​ успела ​ ​ себя ​ ​ защитить ​ ​ и ​ ​ оказалась на ​ ​ костре. ​ ​ Я ​ ​ … ​ ​ готова ​ ​ заплатить.
- Чем? ​ ​ - ​ ​ улыбнулась ​ ​ Квей.
- Знаниями. ​ ​ Я ​ ​ могу ​ ​ научить ​ ​ тебя ​ ​ нашим ​ ​ чарам. ​ ​ Или рассказать, ​ ​ где ​ ​ ты ​ ​ сможешь ​ ​ найти ​ ​ сокровища.
- Вы ​ ​ лжете! ​ ​ Если ​ ​ бы ​ ​ вы ​ ​ знали, ​ ​ где ​ ​ лежат ​ ​ сокровища, ​ ​ уже ​ ​ давно ​ ​ забрали ​ ​ бы себе!
- А ​ ​ их ​ ​ уже ​ ​ забрали. ​ ​ Мои подчиненные ​ ​ Келимо.
​ ​ ​ ​ Квейрил ​ ​ нахмурилась ​ ​ и ​ ​ поджала ​ ​ губы:
- Вы ​ ​ предлагаете ​ ​ мне ​ ​ верить ​ ​ вам ​ ​ на ​ ​ слово?
- Слово ​ ​ быстро ​ ​ затихает ​ ​ и превращается ​ ​ в ​ ​ ничто. ​ ​ - ​ ​ Явильда ​ ​ отвернулась. ​ ​ - ​ ​ Я ​ ​ приходила ​ ​ к ​ ​ порталу ​ ​ и ​ ​ нашла там ​ ​ кровь. ​ ​ Твою. ​ ​ Квейрил, ​ ​ твоих ​ ​ сил ​ ​ хватит, ​ ​ чтобы ​ ​ занять ​ ​ мое ​ ​ место.
Страх ​ ​ привкусом ​ ​ желчи ​ ​ прокатился ​ ​ по ​ ​ горлу. ​ ​ Все-таки ​ ​ зачем ​ ​ она ​ ​ это ​ ​ делает?
Квейрил ​ ​ не ​ ​ знала, ​ ​ соглашаться ​ ​ или ​ ​ нет. Внезапно ​ ​ ей ​ ​ в ​ ​ голову ​ ​ пришла ​ ​ идея. ​ ​ Достав ​ ​ подвеску, отобранную ​ ​ у ​ ​ бандитов, ​ ​ Квей ​ ​ показала ​ ​ ее:
- Узнаешь ​ ​ эту ​ ​ вещицу?
​ ​ Вместо ​ ​ ответа ​ ​ Явильда
призрачной ​ ​ рукой ​ ​ коснулась ​ ​ подвески. ​ ​ Камень ​ ​ засветился ​ ​ трещинами, ​ ​ от ​ ​ него пошел ​ ​ холод. ​ ​ Ведьма ​ ​ чуть ​ ​ заметно кивнула:
- Это ​ ​ наш ​ ​ родовой ​ ​ артефакт, ​ ​ один ​ ​ из ​ ​ шести.
​ ​ Вместе ​ ​ они ​ ​ образуют ​ ​ особую ​ ​ силу. ​ ​ О ​ ​ том, ​ ​ как ​ ​ ею ​ ​ пользоваться, ​ ​ я ​ ​ расскажу, ​ ​когда
ты ​ ​ найдешь ​ ​ все ​ ​ шесть.
- Я ​ ​ так ​ ​ понимаю, ​ ​ для ​ ​ этого ​ ​ я ​ ​ должна ​ ​ убить ​ ​ вашу ​ ​ дочь? ​ ​ - ​ ​ прищурилась Квейрил.
- Эти ​ ​ артефакты ​ ​ были утрачены ​ ​ еще ​ ​ до ​ ​ моего ​ ​ рождения. ​ ​ Осталась ​ ​ только ​ ​ Корона ​ ​ зрения, ​ ​ но ​ ​ этого ​ ​ мало.
- Даже ​ ​ если ​ ​ я ​ ​ стану ​ ​ сильнее, это ​ ​ вовсе ​ ​ не ​ ​ обязательно ​ ​ сделает ​ ​ мою ​ ​ жизнь ​ ​ лучше!
- Но ​ ​ по ​ ​ крайней ​ ​ мере, ​ ​ это ​ ​ ее ​ ​ сохранит, ​ ​ - ​ ​ снисходительно ​ ​ улыбнулась ​ ​ Явильда.
- ​ ​ Я не ​ ​ хотела ​ ​ говорить ​ ​ тебе ​ ​ вот ​ ​ так, ​ ​ но, ​ ​ видимо, ​ ​ придется: ​ ​ в ​ ​ тот ​ ​ день ​ ​ ты ​ ​ впустила Джаумблах ​ ​ в ​ ​ свою ​ ​ душу. ​ ​ Твоя ​ ​ мана ​ ​ не ​ ​ иссякнет, ​ ​ но… ​ ​ Паутина ​ ​ Межмировья
уничтожает ​ ​ тела, ​ ​ тебе ​ ​ грозит ​ ​ умереть ​ ​ молодой ​ ​ и ​ ​ в ​ ​ страшных ​ ​ мучениях.
​ ​ ​ ​ ​ ​ Воспоминания ​ ​ вызвали ​ ​ у ​ ​ Квейрил ​ ​ растерянность: ​ ​ они ​ ​ с Карленом ​ ​ приходят ​ ​ в ​ ​ себя. ​ ​ Острая, ​ ​ режущая ​ ​ боль ​ ​ в ​ ​ ногах ​ ​ от ​ ​ колен ​ ​ до ​ ​ щиколоток, слабость, ​ ​ сковывающая ​ ​ тело ​ ​ так ​ ​ сильно, ​ ​ что ​ ​ она ​ ​ не ​ ​ могла ​ ​ идти. ​ ​ И ​ ​ вдобавок ​ ​ ко всему ​ ​ - ​ ​ ни ​ ​ слова ​ ​ благодарности ​ ​ от ​ ​ спасенного ​ ​ любовника. ​ ​ Нет, ​ ​ она ​ ​ больше ​ ​ не позволит ​ ​ себе ​ ​ быть ​ ​ слабой!
- Что ​ ​ я ​ ​ должна ​ ​ делать? ​ ​ У ​ ​ тебя ​ ​ есть ​ ​ план?
- Не ​ ​ так ​ ​ быстро, ​ ​ подруга! ​ ​ -
​ ​ призрак ​ ​ отвернулся ​ ​ к ​ ​ окну. ​ ​ - ​ ​ Тебе ​ ​ нужно ​ ​ полагаться ​ ​ не ​ ​ только ​ ​ на ​ ​ мои ​ ​ советы, ​ ​ но прежде ​ ​ всего ​ ​ на ​ ​ себя ​ ​ саму.
Квейрил ​ ​ открыла ​ ​ рот, ​ ​ чтобы ​ ​ съязвить, ​ ​ но ​ ​ призрачный ​ ​ огонь
переместился. ​ ​ Любопытство ​ ​ взяло ​ ​ верх ​ ​ над ​ ​ остальными ​ ​ чувствами ​ ​ и ​ ​ она ​ ​ подошла
ближе:
- Как… ​ ​ как ​ ​ ты ​ ​ это ​ ​ делаешь?
- Силой ​ ​ мысли. ​ ​ Ведь ​ ​ у ​ ​ призраков ​ ​ нет ​ ​ смертного ​ ​ тела. ​ ​ Кости ​ ​ и ​ ​ плоть ​ ​ слишком
негибки, ​ ​ их ​ ​ можно ​ ​ изменить ​ ​ магией, ​ ​ но ​ ​ по ​ ​ сравнению ​ ​ с ​ ​ тем, ​ ​ как ​ ​ может
изменить ​ ​ облик
​ ​ бесплотный ​ ​ дух. ​ ​ - ​ ​ Она ​ ​ вновь
повернулась. ​ ​ - ​ ​ Что ​ ​ ты ​ ​ видишь?
- Корону, ​ ​ амулет, ​ ​ два ​ ​ кольца, ​ ​ пояс… ​ ​ - ​ ​ послушно
​ ​ перечислила ​ ​ Квейрил.
- … ​ ​ и ​ ​ посох, ​ ​ - ​ ​ огонь ​ ​ сложился ​ ​ в ​ ​ призрачных
​ ​ руках. ​ ​ - ​ ​ Я ​ ​ чувствую, ​ ​ что ​ ​ эти ​ ​ артефакты ​ ​ целы, ​ ​ но ​ ​ не ​ ​ знаю, ​ ​ как ​ ​ до ​ ​ них ​ ​ добраться.
- Но ​ ​ у ​ ​ тебя ​ ​ же ​ ​ наверняка
​ ​ должно ​ ​ что-то ​ ​ быть, ​ ​ - ​ ​ Квейрил
явно ​ ​ не ​ ​ желала ​ ​ сдаваться. ​ ​ - ​ ​ Загадки, ​ ​ предсказания… ​ ​ Вы, ​ ​ призраки, ​ ​ очень ​ ​ любите
испытывать ​ ​ терпение ​ ​ смертных ​ ​ пустословием.
- Смерть… ​ ​ многому ​ ​ учит ​ ​ и
​ ​ главным ​ ​ образом ​ ​ тому, ​ ​ что
нельзя ​ ​ слепо ​ ​ доверять ​ ​ сокровенное ​ ​ тому, ​ ​ кто ​ ​ не ​ ​ доказал ​ ​ мудрости ​ ​ и ​ ​ разума.
- Ясно. ​ ​ Итак, ​ ​ с ​ ​ чего ​ ​ мне ​ ​ начать?
- Сначала ​ ​ помоги ​ ​ мне, ​ ​ -
​ ​ попросила ​ ​ Явильда. ​ ​ - ​ ​ Сосредоточься, ​ ​ думай ​ ​ о
Джаумблахе…
Квей ​ ​ представила ​ ​ себе
вечноподвижную ​ ​ энергию, ​ ​ по ​ ​ которой ​ ​ движется ​ ​ маленькая ​ ​ светящаяся ​ ​ точка.
Теплый ​ ​ ветер ​ ​ обдал ​ ​ ее ​ ​ и ​ ​ призрак ​ ​ вновь
заговорил:
- Дорога ​ ​ залита ​ ​ кровью ​ ​ и
​ ​ усыпана ​ ​ златом. ​ ​ Начало ​ ​ от
нарушенной ​ ​ клятвы ​ ​ берет,
сжигая ​ ​ сомнения ​ ​ ревностью.
Дерево ​ ​ уже ​ ​ указало ​ ​ верный ​ ​ путь.
Полупрозрачной ​ ​ рукой ​ ​ Явильда
коснулась ​ ​ руки ​ ​ Квейрил ​ ​ и ​ ​ растворилась ​ ​ в ​ ​ лунном ​ ​ свете. ​ ​ А
Квей ​ ​ изумленно ​ ​ смотрела ​ ​ на ​ ​ горящую ​ ​ синюю ​ ​ точку ​ ​ на ​ ​ ладони
правой ​ ​ руки. ​ ​ Она ​ ​ не ​ ​ чесалась, ​ ​ не
болела ​ ​ и ​ ​ вообще ​ ​ выглядела ​ ​ так,
будто ​ ​ здесь ​ ​ и ​ ​ должна ​ ​ быть. ​ ​ Теперь ​ ​ Квейрил ​ ​ было ​ ​ не ​ ​ до ​ ​ сна.
“ ​ ​ Злато ​ ​ и ​ ​ кровь ​ ​ - ​ ​ это ​ ​ может ​ ​ быть ​ ​ убийство ​ ​ ради ​ ​ ограбления, ​ ​ - ​ ​ думала ​ ​ она. ​ ​ - ​ ​ Нужно
узнать, ​ ​ откуда ​ ​ у ​ ​ тех ​ ​ бандитов ​ ​ подвеска.”
Быстро, ​ ​ не ​ ​ давая ​ ​ себе ​ ​ передумать, ​ ​ колдунья ​ ​ вышла ​ ​ и ​ ​ пошла ​ ​ по ​ ​ заснеженной
дороге. ​ ​ Руки ​ ​ без ​ ​ перчаток ​ ​ тут ​ ​ же
покраснели, ​ ​ нос ​ ​ тоже, ​ ​ но ​ ​ ее ​ ​ это ​ ​ мало ​ ​ волновало. ​ ​ “Здесь ​ ​ нет ​ ​ ничего ​ ​ моего, ​ ​ -
размышляла
Квейрил. ​ ​ - ​ ​ Я ​ ​ должна ​ ​ закрепиться
здесь, ​ ​ ради ​ ​ Джаяна. ​ ​ Ведь ​ ​ это
хорошая ​ ​ страна, ​ ​ здесь ​ ​ есть ​ ​ место ​ ​ для ​ ​ всех.” ​ ​ Она ​ ​ сама ​ ​ свернула ​ ​ в ​ ​ темный
переулок.
Послышалась ​ ​ какая-то ​ ​ возня,
негромкий ​ ​ вскрик ​ ​ - ​ ​ и ​ ​ хмурая ​ ​ колдунья ​ ​ вновь ​ ​ вышла ​ ​ на ​ ​ свет.
Синяя ​ ​ точка ​ ​ на ​ ​ руке ​ ​ не ​ ​ просто
светилась, ​ ​ от ​ ​ нее ​ ​ исходило ​ ​ сияние, ​ ​ рассыпающееся ​ ​ по ​ ​ земле
синим ​ ​ туманом, ​ ​ который
стремительно ​ ​ рассеивался. ​ ​ Квей
стиснула ​ ​ кулак ​ ​ - ​ ​ синий ​ ​ туман
перестал ​ ​ выходить, ​ ​ но ​ ​ рука ​ ​ стала ​ ​ горячей. ​ ​ Это ​ ​ тревожило ​ ​ и
раздражало ​ ​ Квей, ​ ​ но ​ ​ она ​ ​ продолжала ​ ​ свой ​ ​ путь. ​ ​ Что, ​ ​ если ​ ​ она ​ ​ уже ​ ​ перестает ​ ​ быть
человеком? ​ ​ Невзирая ​ ​ на ​ ​ стремление ​ ​ стать ​ ​ сильнее ​ ​ и ​ ​ богаче, ​ ​ Квейрил ​ ​ Фелузан ​ ​ не
желала ​ ​ полностью ​ ​ отказываться ​ ​ от ​ ​ радостей ​ ​ смертных.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Остановившись ​ ​ у ​ ​ кладбищенской ​ ​ ограды, ​ ​ Квей
подумала, ​ ​ что, ​ ​ если ​ ​ она ​ ​ будет ​ ​ благоразумнее, ​ ​ не ​ ​ ляжет ​ ​ с ​ ​ этими ​ ​ могилами ​ ​ еще
долго. ​ ​ Этот ​ ​ сад ​ ​ смерти, ​ ​ окрашенный ​ ​ в
черно-белый ​ ​ цвет, ​ ​ может ​ ​ помочь
не ​ ​ угаснуть ​ ​ ярким ​ ​ краскам ​ ​ в ​ ​ ее ​ ​ жизни. ​ ​ Квейрил ​ ​ развернула ​ ​ ладонь ​ ​ с ​ ​ точкой ​ ​ и
зашептала ​ ​ слова ​ ​ некромантического ​ ​ заклинания. ​ ​ Подул ​ ​ ветер,
зашевелилась ​ ​ земля. ​ ​ Вскоре ​ ​ из ​ ​ могил ​ ​ повылазили ​ ​ скелеты ​ ​ и ​ ​ зомби, ​ ​ и ​ ​ начали
перелазить ​ ​ через ​ ​ забор. ​ ​ Дождавшись, ​ ​ когда ​ ​ они ​ ​ все ​ ​ перелезут, ​ ​ колдунья ​ ​ пошла ​ ​ по
улице. ​ ​ По ​ ​ мысленному ​ ​ приказу ​ ​ своей ​ ​ госпожи ​ ​ ожившие ​ ​ мертвецы
разбрелись ​ ​ по ​ ​ переулкам. ​ ​ Многие
грабители ​ ​ в ​ ​ эту ​ ​ ночь ​ ​ сами ​ ​ стали
добычей. ​ ​ С ​ ​ пламенем ​ ​ злорадства ​ ​ в ​ ​ черных ​ ​ глазах ​ ​ и ​ ​ самодовольной
улыбкой ​ ​ Квей ​ ​ снимала ​ ​ и ​ ​ вынимала ​ ​ все ​ ​ ценное. ​ ​ На ​ ​ одном ​ ​ из ​ ​ трупов ​ ​ она ​ ​ нашла ​ ​ карту,
судя
по ​ ​ всему, ​ ​ Альхара. ​ ​ За ​ ​ восточной ​ ​ стеной ​ ​ был ​ ​ нарисован ​ ​ крестик. ​ ​ В
любом ​ ​ случае, ​ ​ разбираться ​ ​ с ​ ​ этим ​ ​ не ​ ​ осталось ​ ​ сил. ​ ​ Кто ​ ​ бы ​ ​ там ​ ​ ни ​ ​ находился, ​ ​ его
там ​ ​ ждал
сюрприз.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Утром ​ ​ Квейрил ​ ​ выскочила ​ ​ из ​ ​ дома, ​ ​ не ​ ​ сказав ​ ​ ни ​ ​ слова. ​ ​ Этот ​ ​ день ​ ​ начинался ​ ​ куда
более ​ ​ жизнерадостно, ​ ​ чем ​ ​ предыдущие.
Солнце ​ ​ грело ​ ​ так, ​ ​ что ​ ​ стало ​ ​ жарко. ​ ​ Вчерашний ​ ​ день ​ ​ приобретал ​ ​ очертания
кошмарного ​ ​ сна. ​ ​ Вся ​ ​ эта ​ ​ по-весеннему ​ ​ теплая ​ ​ картина ​ ​ внушала ​ ​ веру ​ ​ в ​ ​ победу ​ ​ и
невольно
вызывала ​ ​ мечтательную ​ ​ улыбку.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Посему, ​ ​ лишь ​ ​ оказавшись ​ ​ в
окружении ​ ​ лесной ​ ​ тишины, ​ ​ Квейрил ​ ​ вновь ​ ​ начала ​ ​ испытывать ​ ​ тревогу. ​ ​ Здесь ​ ​ ее
могут ​ ​ убить ​ ​ и ​ ​ спрятать ​ ​ труп.
Впрочем, ​ ​ она ​ ​ уже ​ ​ столько ​ ​ раз
избегала ​ ​ гибели, ​ ​ что ​ ​ почти
уверовала ​ ​ в ​ ​ собственную ​ ​ неуязвимость. ​ ​ Почти ​ ​ - ​ ​ потому, ​ ​ что ​ ​ память ​ ​ о ​ ​ поражении
никуда ​ ​ не ​ ​ делась.
Прислонившись ​ ​ спиной ​ ​ к ​ ​ дереву,
она ​ ​ ждала. ​ ​ Тень ​ ​ надежно ​ ​ сокрылаохотницу, ​ ​ сидящую ​ ​ в ​ ​ засаде. ​ ​ Все
страхи ​ ​ благополучно ​ ​ растворились ​ ​ в ​ ​ уверенности. ​ ​ Квей ​ ​ увидела ​ ​ их ​ ​ издали ​ ​ -
высокий ​ ​ седовласый ​ ​ маг, ​ ​ два ​ ​ охранника ​ ​ по ​ ​ бокам ​ ​ и ​ ​ четыре ​ ​ сзади. ​ ​ Как ​ ​ и
следовало ​ ​ ожидать, ​ ​ увидев ​ ​ хладный ​ ​ труп, ​ ​ они ​ ​ растерялись.
- Наконец-то, ​ ​ - ​ ​ спокойно
​ ​ произнесла ​ ​ Квей, ​ ​ не ​ ​ выходя ​ ​ из
укрытия.
- Кто ​ ​ здесь?!
- Если ​ ​ вы ​ ​ что-то ​ ​ сделаете
​ ​ неправильно ​ ​ - ​ ​ вам ​ ​ смерть.
- Кто ​ ​ вы, ​ ​ чтобы ​ ​ угрожать ​ ​ мне?! ​ ​ - ​ ​ посох ​ ​ мага
​ ​ угрожающе ​ ​ засветился.
- Я ​ ​ тень, ​ ​ ищущая ​ ​ правды, ​ ​ -
​ ​ Квейрил ​ ​ вздохнула. ​ ​ - ​ ​ Давайте
просто ​ ​ поговорим. ​ ​ Ведь ​ ​ если ​ ​ вы ​ ​ не ​ ​ ответите, ​ ​ только ​ ​ подтвердите ​ ​ мои
подозрения. ​ ​ Вам ​ ​ это ​ ​ нужно?
Повисла ​ ​ мертвая ​ ​ тишина. ​ ​ Затем
маг ​ ​ смягчился:
- Мы… ​ ​ пришли ​ ​ из ​ ​ городской ​ ​ стражи.
- Вы ​ ​ хотели ​ ​ покойного
​ ​ арестовать ​ ​ или ​ ​ допросить?
- Для ​ ​ начала ​ ​ - ​ ​ допросить.
- И ​ ​ что ​ ​ теперь? ​ ​ - ​ ​ вслух
​ ​ спросила ​ ​ она, ​ ​ уже ​ ​ догадываясь, ​ ​ что ​ ​ ничего ​ ​ хорошего.
- Теперь… ​ ​ - ​ ​ он ​ ​ призадумался, ​ ​ затем
​ ​ хихикнул: ​ ​ Ну, ​ ​ духа ​ ​ мы ​ ​ пытать ​ ​ не
будем ​ ​ верно? ​ ​ Давайте-ка ​ ​ я ​ ​ вам ​ ​ лучше ​ ​ загадаю ​ ​ загадку. ​ ​ -
Волшебник ​ ​ начал ​ ​ отходить ​ ​ влево, ​ ​ тихо ​ ​ бормоча: ​ ​ Солнце, ​ ​ гриб ​ ​ и ​ ​ лук, ​ ​ покажись ​ ​ же
мне, ​ ​ мой
друг!
Они ​ ​ встретились ​ ​ взглядами. ​ ​ На ​ ​ мгновение ​ ​ Квей ​ ​ замерла, ​ ​ а ​ ​ потом ​ ​ бросилась
бежать. ​ ​ Один ​ ​ стражник ​ ​ тут ​ ​ же ​ ​ догнал ​ ​ ее ​ ​ и
схватил ​ ​ за ​ ​ руку, ​ ​ прядь ​ ​ волос ​ ​ упала ​ ​ на ​ ​ глаз. ​ ​ Они ​ ​ заглянули ​ ​ друг ​ ​ другу ​ ​ в ​ ​ глаза ​ ​ - ​ ​ она
сквозь ​ ​ волосы, ​ ​ он ​ ​ сквозь ​ ​ забрало. ​ ​ Квейрил ​ ​ успела ​ ​ подумать, ​ ​ что ​ ​ у ​ ​ него ​ ​ красивые
синие ​ ​ глаза. ​ ​ А ​ ​ потом
попыталась ​ ​ вырваться ​ ​ с ​ ​ помощью ​ ​ огненного ​ ​ заклинания,
которое ​ ​ маг ​ ​ тут ​ ​ же ​ ​ пресек ​ ​ льдом.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Колдунья ​ ​ посмотрела ​ ​ на ​ ​ нежную ​ ​ белую ​ ​ руку. ​ ​ Ледяные ​ ​ осколки ​ ​ оставили ​ ​ порезы,
достаточно ​ ​ глубокие, ​ ​ чтобы
показалась ​ ​ кровь. ​ ​ Видимо,
придется ​ ​ решать ​ ​ это ​ ​ по-другому.
- Жаль. ​ ​ Я ​ ​ хотела ​ ​ узнать, ​ ​ кто ​ ​ сжег ​ ​ склад, ​ ​ - ​ ​ она
​ ​ перевела ​ ​ взгляд ​ ​ на ​ ​ мага, ​ ​ - ​ ​ а ​ ​ теперь ​ ​ эта ​ ​ возможность ​ ​ упущена.
- Хотите ​ ​ помочь ​ ​ своим?
- У ​ ​ меня ​ ​ нет ​ ​ своих ​ ​ и ​ ​ чужих, ​ ​ - ​ ​ Квейрил ​ ​ решила ​ ​ защитить ​ ​ себя ​ ​ правдой. ​ ​ -
​ ​ ​ ​ Лефиций ​ ​ Руон ​ ​ обещал ​ ​ дать ​ ​ мне
должность, ​ ​ если ​ ​ я ​ ​ найду ​ ​ виновного.
На ​ ​ лице ​ ​ мага ​ ​ проступило
брезгливо-удивленное ​ ​ выражение:
- С ​ ​ чего ​ ​ мне ​ ​ вам ​ ​ верить?
- Мне ​ ​ вы ​ ​ можете ​ ​ не ​ ​ верить,
​ ​ а ​ ​ вот ​ ​ Лефицию…
- За ​ ​ мной! ​ ​ - ​ ​ приказал ​ ​ маг.
​ ​ Квейрил ​ ​ заковали ​ ​ в ​ ​ цепи. ​ ​ Злость
царапала ​ ​ ее ​ ​ душу, ​ ​ но ​ ​ она
промолчала. ​ ​ Город ​ ​ уже ​ ​ просыпался. ​ ​ Проходя ​ ​ по ​ ​ улицам,
колдунья ​ ​ гордо ​ ​ подняла ​ ​ голову,
чтобы ​ ​ не ​ ​ глядеть ​ ​ на ​ ​ провожающих ​ ​ ее ​ ​ взглядами. ​ ​ В ​ ​ этот ​ ​ момент ​ ​ она ​ ​ была ​ ​ самой
собой ​ ​ - ​ ​ гордой, ​ ​ самовлюбленной
Квейрил ​ ​ Фелузан, ​ ​ не ​ ​ знающей
горечи ​ ​ ошибок ​ ​ и ​ ​ чувства ​ ​ вины.
Лефиций ​ ​ стоял ​ ​ точно ​ ​ так ​ ​ же, ​ ​ как ​ ​ в ​ ​ их ​ ​ первую ​ ​ встречу. ​ ​ Больше ​ ​ всего ​ ​ Квей ​ ​ боялась,
что ​ ​ он ​ ​ не ​ ​ узнает ​ ​ ее, ​ ​ однако ​ ​ он ​ ​ преобразился ​ ​ от ​ ​ изумления. ​ ​ Глядя ​ ​ на ​ ​ него ​ ​ снизу,
Квейрил ​ ​ криво ​ ​ улыбнулась:
- Полагаю, ​ ​ вы ​ ​ тоже ​ ​ не ​ ​ ожидали ​ ​ встретить ​ ​ меня ​ ​ так ​ ​ скоро.
- Я ​ ​ вообще ​ ​ не ​ ​ ожидал ​ ​ встретить ​ ​ вам ​ ​ еще ​ ​ раз, ​ ​ -
​ ​ спокойно ​ ​ ответил ​ ​ капитан ​ ​ и
перевел ​ ​ взгляд ​ ​ на ​ ​ мага: ​ ​ Мастер
Эмурд, ​ ​ чем ​ ​ провинилась ​ ​ эта ​ ​ женщина?
- Она ​ ​ убийца, ​ ​ - ​ ​ лениво ​ ​ ответил ​ ​ Эмурд. ​ ​ - ​ ​ Мы ​ ​ нашли ​ ​ ее ​ ​ возле ​ ​ трупа
​ ​ преступника, ​ ​ которого ​ ​ должны ​ ​ были ​ ​ допросить.
- В ​ ​ таком ​ ​ случае ​ ​ я ​ ​ сам ​ ​ ее
​ ​ допрошу, ​ ​ - ​ ​ Лефиций ​ ​ повел
Квейрил ​ ​ в ​ ​ форт.
Досада ​ ​ разжигала ​ ​ Квей. ​ ​ Ну ​ ​ почему ​ ​ она ​ ​ такая ​ ​ неудачница? ​ ​ Все, ​ ​ к ​ ​ чему ​ ​ прикасается,
мигом
рассыпается. ​ ​ Квейрил ​ ​ знала, ​ ​ что ​ ​ не ​ ​ боится ​ ​ и ​ ​ сразу ​ ​ показала ​ ​ это,
заглянув ​ ​ в ​ ​ его ​ ​ глаза. ​ ​ Холодная
безжалостность ​ ​ в ​ ​ бездонных
черных ​ ​ глазах ​ ​ не ​ ​ испугали
не ​ ​ испугали ​ ​ повидавшего ​ ​ многое
паладина. ​ ​ Добродушно ​ ​ улыбаясь,
Лефиций ​ ​ запер ​ ​ дверь ​ ​ и ​ ​ налил ​ ​ вина.
- Это ​ ​ снимет ​ ​ напряжение, ​ ​ -
​ ​ он ​ ​ достал ​ ​ маленький ​ ​ ключик ​ ​ и
разомкнул ​ ​ цепи. ​ ​ Сел ​ ​ напротив ​ ​ и
подождал, ​ ​ пока ​ ​ она ​ ​ выпьет, ​ ​ и
продолжил: ​ ​ А ​ ​ теперь ​ ​ расскажи ​ ​ мне, ​ ​ что ​ ​ произошло.
- Я ​ ​ пришла ​ ​ на ​ ​ сожженный
​ ​ склад, ​ ​ чтобы ​ ​ узнать, ​ ​ кто ​ ​ его
сжег. ​ ​ Там ​ ​ меня ​ ​ встретили
бандиты. ​ ​ Мне ​ ​ удалось ​ ​ напугать
их ​ ​ достаточно, ​ ​ чтобы ​ ​ узнать ​ ​ имя. ​ ​ ​ ​ Лорд ​ ​ Аруссано.
- И? ​ ​ Хотите ​ ​ сказать, ​ ​ он ​ ​ к
​ ​ этому ​ ​ причастен? ​ ​ - ​ ​ не ​ ​ поверил
Лефиций. ​ ​ - ​ ​ Сжег ​ ​ собственный ​ ​ склад ​ ​ вместе ​ ​ с ​ ​ чужими ​ ​ товарами? ​ ​ Зачем?
- Я ​ ​ не ​ ​ говорила, ​ ​ что ​ ​ это ​ ​ он
​ ​ сжег, ​ ​ - ​ ​ враждебно ​ ​ прищурилась ​ ​ колдунья. ​ ​ - ​ ​ Почему ​ ​ вы ​ ​ решили, ​ ​ что…
Паладин ​ ​ не ​ ​ дал ​ ​ ей ​ ​ договорить:
- Потому ​ ​ что ​ ​ знаю, ​ ​ что
​ ​ вмешиваться ​ ​ в ​ ​ дела ​ ​ знати ​ ​ опасно.
- Знаю, ​ ​ - ​ ​ она ​ ​ накрыла
​ ​ ладонью ​ ​ его ​ ​ руку. ​ ​ - ​ ​ И ​ ​ хочу ​ ​ вас
предупредить, ​ ​ что ​ ​ я ​ ​ не ​ ​ боюсь.
- В ​ ​ таком ​ ​ случае ​ ​ я ​ ​ не ​ ​ могу ​ ​ взять ​ ​ вас ​ ​ в ​ ​ обычные
​ ​ стражницы, ​ ​ вы ​ ​ только ​ ​ причините ​ ​ неприятности, ​ ​ -
Лефиций ​ ​ со ​ ​ вздохом ​ ​ встал. ​ ​ - ​ ​ Ждите ​ ​ меня, ​ ​ я ​ ​ скоро ​ ​ вернусь.
Квей ​ ​ безразлично ​ ​ посмотрела ​ ​ в
окно. ​ ​ Крупные ​ ​ холодные ​ ​ капли
начали ​ ​ бить ​ ​ по ​ ​ лужам. ​ ​ Она ​ ​ никогда ​ ​ не ​ ​ открывала ​ ​ состояние ​ ​ души ​ ​ даже ​ ​ самым
близким ​ ​ людям,
не ​ ​ говоря ​ ​ уже ​ ​ об ​ ​ остальных.
Необходимость ​ ​ нести ​ ​ ответственность ​ ​ и ​ ​ полагаться ​ ​ только ​ ​ на ​ ​ себя ​ ​ не
позволяли ​ ​ отвлекаться ​ ​ на ​ ​ сомнения. ​ ​ И ​ ​ на
советы ​ ​ тоже ​ ​ - ​ ​ на ​ ​ чужое ​ ​ мнение ​ ​ Квейрил ​ ​ чаще ​ ​ всего ​ ​ было ​ ​ наплевать.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Но ​ ​ сейчас, ​ ​ отступив ​ ​ ненадолго ​ ​ от ​ ​ лидерства ​ ​ и
самолюбования, ​ ​ Квейрил ​ ​ чувствовала ​ ​ себя ​ ​ одинокой. ​ ​ Она ​ ​ твердо ​ ​ решила ​ ​ ни ​ ​ за ​ ​ что
не ​ ​ признаваться ​ ​ в ​ ​ убийстве ​ ​ бандитов ​ ​ с ​ ​ помощью ​ ​ зомби. ​ ​ Вряд ​ ​ ли ​ ​ это ​ ​ одобрят.
Дверь ​ ​ открылась, ​ ​ но ​ ​ Квей ​ ​ продолжала ​ ​ смотреть ​ ​ в ​ ​ окно. ​ ​ Лефиций ​ ​ молча
подошел, ​ ​ стянул ​ ​ перчатку ​ ​ и
что-то ​ ​ прошептал. ​ ​ Его ​ ​ пальцы
засветились. ​ ​ Острая ​ ​ боль ​ ​ пронзила ​ ​ Квейрил ​ ​ от ​ ​ затылка ​ ​ до
кончиков ​ ​ пальцев, ​ ​ она ​ ​ дернулась:
- Что ​ ​ вы ​ ​ делаете?!
- Проверяю, ​ ​ - ​ ​ лениво
​ ​ отозвался ​ ​ паладин. ​ ​ - ​ ​ Просто
проверяю. ​ ​ Не ​ ​ волнуйтесь, ​ ​ я ​ ​ уже ​ ​ узнал ​ ​ все, ​ ​ что ​ ​ хотел.
Злость ​ ​ от ​ ​ собственного ​ ​ бессилия ​ ​ начала ​ ​ искрить ​ ​ внутри, ​ ​ но ​ ​ Квей ​ ​ лишь ​ ​ стиснула
кулаки ​ ​ и ​ ​ села ​ ​ напротив. ​ ​ Она ​ ​ молча
испепеляла ​ ​ Лефиция ​ ​ взглядом,
ожидая, ​ ​ когда ​ ​ он ​ ​ заговорит.
- Обсудили ​ ​ мы ​ ​ ваше ​ ​ будущее, ​ ​ госпожа ​ ​ волшебница, ​ ​ - ​ ​ он ​ ​ соединил
​ ​ руки ​ ​ кончиками ​ ​ пальцев. ​ ​ - ​ ​ Мастер ​ ​ Эмурд ​ ​ говорит, ​ ​ что ​ ​ согласен ​ ​ дать ​ ​ вам ​ ​ проявить
себя.
- А ​ ​ что ​ ​ говорите ​ ​ вы? ​ ​ -
​ ​ перебила ​ ​ его ​ ​ Квейрил.
Лефиций ​ ​ печально ​ ​ улыбнулся:
- Если ​ ​ вы ​ ​ действительно ​ ​ так ​ ​ бесстрашны, ​ ​ можете
​ ​ продолжить ​ ​ погоню ​ ​ за ​ ​ загадочным ​ ​ преступником. ​ ​ Но
только ​ ​ если ​ ​ не ​ ​ навлечете
неприятности ​ ​ на ​ ​ других.
По ​ ​ спине ​ ​ Квей ​ ​ пробежал ​ ​ холод, ​ ​ она ​ ​ будто ​ ​ увидела ​ ​ картину ​ ​ сквозь ​ ​ стену. ​ ​ И ​ ​ то, ​ ​ что
она ​ ​ увидела, ​ ​ ей ​ ​ не ​ ​ понравилось. ​ ​ Похоже, ​ ​ никто ​ ​ не ​ ​ собирался ​ ​ брать ​ ​ ее ​ ​ в ​ ​ стражу? ​ ​ ​ ​ А
отсылать ​ ​ на ​ ​ сгоревший ​ ​ склад ​ ​ тогда ​ ​ зачем?
От ​ ​ злости ​ ​ Квей ​ ​ бросило ​ ​ в ​ ​ жар.
Язык ​ ​ медленно ​ ​ прошелся ​ ​ по
передним ​ ​ зубам ​ ​ и ​ ​ пухлые ​ ​ губы
приоткрылись.
- То ​ ​ есть ​ ​ вы… ​ ​ просто
​ ​ отпустите ​ ​ меня?
- Не ​ ​ так ​ ​ быстро! ​ ​ - ​ ​ укоризненно ​ ​ ответил
Лефиций. ​ ​ - ​ ​ Дайте ​ ​ руку.
Мысленно ​ ​ приготовившись ​ ​ к ​ ​ боли, ​ ​ Квейрил ​ ​ положила ​ ​ руку ​ ​ ладонью ​ ​ вверх. ​ ​ Он
достал ​ ​ из ​ ​ шкафа ​ ​ маленький ​ ​ ключик ​ ​ и ​ ​ какую-то ​ ​ цепочку ​ ​ с ​ ​ камнем. ​ ​ Камень ​ ​ был
странным ​ ​ - ​ ​ темно-фиолетовым,
со ​ ​ светло-серыми ​ ​ прожилками.
Он ​ ​ стал ​ ​ одевать ​ ​ ей ​ ​ этот ​ ​ камень ​ ​ на ​ ​ средний ​ ​ палец ​ ​ и ​ ​ он
оказался ​ ​ ужасно ​ ​ холодным. ​ ​ Не
выдержав, ​ ​ Квей ​ ​ вырвала ​ ​ руку ​ ​ и
прошипела:
- Что ​ ​ вы ​ ​ делаете?!
- Вы ​ ​ не ​ ​ выйдете ​ ​ отсюда
​ ​ без ​ ​ этого, ​ ​ ясно? ​ ​ - ​ ​ Лефиций
грубо ​ ​ схватил ​ ​ колдунью ​ ​ за ​ ​ руку ​ ​ и
принялся ​ ​ опутывать ​ ​ средний ​ ​ палец ​ ​ цепочкой, ​ ​ словно ​ ​ кольцом.
Худшие ​ ​ подозрения ​ ​ подтвердились ​ ​ - ​ ​ за ​ ​ ней ​ ​ хотят ​ ​ следить. ​ ​ Сомнения ​ ​ вошли ​ ​ в ​ ​ душу
вслед ​ ​ за ​ ​ желанием ​ ​ использовать ​ ​ паладинов. ​ ​ Ожидать, ​ ​ что ​ ​ они
кинутся ​ ​ на ​ ​ ее ​ ​ защиту, ​ ​ было ​ ​ бы ​ ​ по ​ ​ меньшей ​ ​ мере ​ ​ наивностью, ​ ​ но
наверняка ​ ​ это ​ ​ можно ​ ​ обратить ​ ​ себе ​ ​ на ​ ​ пользу. ​ ​ Опустив ​ ​ голову,
Квейрил ​ ​ проследовала ​ ​ за ​ ​ Лефицием. ​ ​ Мастер ​ ​ Эмурд
улыбнулся ​ ​ одними ​ ​ уголками ​ ​ губ,
немигающим ​ ​ взором ​ ​ глядя ​ ​ на ​ ​ ту, ​ ​ которую ​ ​ сам ​ ​ привел ​ ​ сюда. ​ ​ Широко ​ ​ улыбаясь,
Лефиций ​ ​ произнес:
- Позвольте ​ ​ представить
​ ​ вашу ​ ​ новую ​ ​ помощницу, ​ ​ Квейрил.
​ ​ ​ ​ ​ ​ Маг ​ ​ поднял ​ ​ брови, ​ ​ отчего ​ ​ выражение ​ ​ ​ ​ его ​ ​ лица ​ ​ приобрело ​ ​ насмешливый ​ ​ оттенок.
Квей ​ ​ не ​ ​ сдержалась ​ ​ и ​ ​ подняла ​ ​ глаза.
Враждебность ​ ​ угасла ​ ​ под
снисходительностью, ​ ​ остались ​ ​ только ​ ​ искры ​ ​ недоверия. ​ ​ Ни ​ ​ слова ​ ​ ни ​ ​ говоря,
колдунья
надменной ​ ​ походкой ​ ​ прошествовала ​ ​ в ​ ​ лабораторию.
Несколько ​ ​ магов, ​ ​ молодых ​ ​ и ​ ​ не ​ ​ очень, ​ ​ работали ​ ​ за ​ ​ множеством
алхимических ​ ​ столов. ​ ​ Солнце
жизнерадостно ​ ​ поблескивало ​ ​ на ​ ​ ложках ​ ​ и ​ ​ бутылках. ​ ​ Квейрил ​ ​ стало ​ ​ неуютно.
Все-таки ​ ​ что ​ ​ она ​ ​ здесь ​ ​ делает? ​ ​ Ответы ​ ​ и ​ ​ так ​ ​ были, ​ ​ вряд ​ ​ ли ​ ​ они ​ ​ помогут
чувствам. ​ ​ Эх, ​ ​ как ​ ​ же ​ ​ часто ​ ​ Квей ​ ​ шла ​ ​ на ​ ​ поводу ​ ​ своих ​ ​ чувств!
Пожалуй, ​ ​ пора ​ ​ с ​ ​ этим ​ ​ кончать,
иначе ​ ​ можно ​ ​ ослабнуть.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Квейрил ​ ​ подвели ​ ​ к ​ ​ одному ​ ​ из
столов. ​ ​ За ​ ​ ним ​ ​ трудился
маг ​ ​ с ​ ​ коротко ​ ​ подстриженными
волосами. ​ ​ Что ​ ​ не ​ ​ помешало
разглядеть ​ ​ их ​ ​ рыжий ​ ​ цвет. ​ ​ Мастер ​ ​ Эмурд ​ ​ ​ ​ нарочито ​ ​ громко
кашлянул, ​ ​ привлекая ​ ​ к ​ ​ себе ​ ​ внимание. ​ ​ Маг ​ ​ повернулся. ​ ​ Его ​ ​ чуть ​ ​ прищуренные
зеленые ​ ​ глаза ​ ​ таили ​ ​ в ​ ​ себе ​ ​ холодное ​ ​ озеро ​ ​ ума. ​ ​ В ​ ​ мыслях ​ ​ промелькнул ​ ​ Карлен.
- Лайнар, ​ ​ это ​ ​ Квейрил, ​ ​ ваша
​ ​ помощница.
Если ​ ​ Лайнар ​ ​ и ​ ​ удивился, ​ ​ то ​ ​ не
подал ​ ​ виду. ​ ​ Плотоядно ​ ​ улыбнувшись, ​ ​ он ​ ​ ответил:
- Благодарю, ​ ​ мастер ​ ​ Эмурд.
​ ​ Не ​ ​ беспокойтесь, ​ ​ все ​ ​ будет ​ ​ хорошо.
- Я ​ ​ не ​ ​ беспокоюсь, ​ ​ - ​ ​ заверил ​ ​ маг ​ ​ и ​ ​ пошел ​ ​ прочь.
​ ​ “ ​ ​ Что ​ ​ за ​ ​ неприятная ​ ​ личность! ​ ​ “
подумала ​ ​ Квей, ​ ​ глядя ​ ​ ему ​ ​ вслед.
Ее ​ ​ спины ​ ​ коснулась ​ ​ рука, ​ ​ она
повернулась ​ ​ и ​ ​ хмуро ​ ​ посмотрела ​ ​ на ​ ​ Лайнара. ​ ​ Все, ​ ​ что ​ ​ от ​ ​ нее ​ ​ требуется ​ ​ -
доказать ​ ​ свою ​ ​ невиновность. ​ ​ На ​ ​ это ​ ​ нужно ​ ​ время. ​ ​ Не ​ ​ желая ​ ​ разговаривать,
Квейрил ​ ​ предложила:
- Давайте ​ ​ работать.
​ ​ Нацепив ​ ​ маску ​ ​ строгости, ​ ​ она
принялась ​ ​ помогать ​ ​ и ​ ​ учиться.
Здесь ​ ​ было ​ ​ много ​ ​ незнакомых
растений, ​ ​ их ​ ​ изучение ​ ​ явно ​ ​ не ​ ​ было ​ ​ лишним. ​ ​ Во ​ ​ время ​ ​ работы ​ ​ Квей ​ ​ поглядывала ​ ​ на
своего ​ ​ нового ​ ​ знакомого. ​ ​ Он ​ ​ выглядел ​ ​ моложе ​ ​ нее. ​ ​ Это ​ ​ не ​ ​ внушает ​ ​ уважения.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Постепенно ​ ​ ее ​ ​ душевное ​ ​ состояние ​ ​ вошло ​ ​ в ​ ​ безмятежность. ​ ​ За ​ ​ все ​ ​ приходится
платить ​ ​ и ​ ​ ее ​ ​ время ​ ​ настало. ​ ​ Начавшаяся ​ ​ полоса ​ ​ неудач ​ ​ подтверждала ​ ​ это. ​ ​ С
досадой ​ ​ Квейрил ​ ​ признала, ​ ​ что ​ ​ о ​ ​ блеске ​ ​ нечего ​ ​ мечтать. ​ ​ Он
достается ​ ​ по ​ ​ праву ​ ​ рождения, ​ ​ все ​ ​ остальное ​ ​ - ​ ​ воровство
« Последнее редактирование: 01 Декабрь 2017, 16:41:02 от Лифария »

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #3 : 24 Декабрь 2017, 23:55:48 »
                 “Квейрил ​ ​ Фелузан. ​ ​ Без
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​                                                         ​ Тысячеликого."
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​                                                   ​ ​ Третья ​ ​ глава:
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​                                      ​ “  На ​ ​ грани порядка ​ ​ и ​ ​ хаоса.  “
Высокие ​ ​ сугробы ​ ​ ограждали ​ ​ дороги ​ ​ и ​ ​ украшали ​ ​ крыши. ​ ​ Маленькие ​ ​ тонкие ​ ​ сосульки рядами ​ ​ свисали ​ ​ с ​ ​ крыш. ​ ​ Солнце окрасило ​ ​ снег ​ ​ в ​ ​ радужные ​ ​ искры. Смеясь ​ ​ над ​ ​ какой-то ​ ​ шуткой, ​ ​ Квей ​ ​ шагала ​ ​ рядом ​ ​ с ​ ​ Лайнаром.
- А ​ ​ еще ​ ​ нас ​ ​ научили ледяному ​ ​ заклинанию, ​ ​ сейчас ​ ​ покажу, ​ ​ - ​ ​ она ​ ​ отломила ​ ​ сосульку и ​ ​ прошептала ​ ​ заклинание.
Сосулька ​ ​ лопнула ​ ​ прямо ​ ​ в ​ ​ руках и ​ ​ Квейрил ​ ​ схватилась ​ ​ за ​ ​ нос:
- Дьявол!!!
Лайнар ​ ​ стал ​ ​ смеяться ​ ​ и ​ ​ смеялся ​ ​ до ​ ​ тех ​ ​ пор, ​ ​ ​ ​ пока ​ ​ рассерженная ​ ​ колдунья ​ ​ не стянула ​ ​ второй ​ ​ рукой ​ ​ с ​ ​ него ​ ​ капюшон. ​ ​ Как ​ ​ бы извиняясь, ​ ​ он ​ ​ протянул ​ ​ ей ​ ​ руку. ​ ​ Эта ​ ​ мелочь ​ ​ с ​ ​ сосулькой ​ ​ не испортила ​ ​ предпраздичного настроения. ​ ​ Они ​ ​ продолжили ​ ​ свой путь.
- Кажется, ​ ​ исполнилось ​ ​ два  месяца, ​ ​ как ​ ​ мы ​ ​ работаем ​ ​ вместе, ​ ​ - ​ ​ заметила ​ ​ Квейрил.
- И? ​ ​ ​ ​ Для ​ ​ вас ​ ​ это ​ ​ имеет ​ ​ какое-то ​ ​ значение?
- Не ​ ​ то, ​ ​ чтобы, ​ ​ просто… ​ ​ - ​ ​ она ​ ​ смущенно ​ ​ умолкла. ​ ​ - ​ ​ Все ​ ​ это ​ ​ так ​ ​ странно. ​ ​ В ​ ​ последнее ​ ​ время ​ ​ все ​ ​ слишком хорошо ​ ​ складывается. ​ ​ Такое ​ ​ чувство, будто ​ ​ я ​ ​ попала ​ ​ в ​ ​ сказку.
- И ​ ​ что ​ ​ вам ​ ​ не ​ ​ нравится? ​ ​ - снисходительно ​ ​ улыбнулся ​ ​ Лайнар.
​ ​ ​ ​ Квейрил ​ ​ больно ​ ​ прикусила ​ ​ кончик языка. ​ ​ Быть ​ ​ по-настоящему ​ ​ хладнокровной ​ ​ у ​ ​ нее ​ ​ не ​ ​ получалось. ​ ​ Равно ​ ​ как ​ ​ и делиться чувствами. ​ ​ Раскаяния ​ ​ за ​ ​ прошлое Квей ​ ​ не ​ ​ испытывала. ​ ​ Да ​ ​ и ​ ​ с ​ ​ чего ​ ​ бы? ​ ​ Она ​ ​ не ​ ​ видела ​ ​ ничего ​ ​ ужасного ​ ​ в ​ ​ том, ​ ​ чтобы добиться понравившегося ​ ​ любыми ​ ​ способами.
​ ​ Смахнув ​ ​ со ​ ​ лба ​ ​ волосы, ​ ​ Квейрил ​ ​ ответила:
- Если ​ ​ все ​ ​ идет слишком ​ ​ хорошо, ​ ​ лучше ​ ​ не ​ ​ радоваться, ​ ​ а ​ ​ то ​ ​ удача ​ ​ тут ​ ​ же отвернется.
- Может, ​ ​ и ​ ​ так, ​ ​ - ​ ​ согласился ​ ​ он.
​ ​ Они ​ ​ продолжили ​ ​ путь ​ ​ в ​ ​ полном молчании. ​ ​ Ветер ​ ​ подул, ​ ​ бросая в ​ ​ лица ​ ​ снежную ​ ​ пыль. ​ ​ Квей ​ ​ натянула ​ ​ капюшон ​ ​ и ​ ​ опустила голову. ​ ​ Где-то ​ ​ рядом ​ ​ заржал ​ ​ конь. ​ ​ Лайнар ​ ​ обернулся ​ ​ и ​ ​ увидел ​ ​ его. ​ ​ Он ​ ​ мчался ​ ​ с другого ​ ​ конца ​ ​ улицы.
Огромный, ​ ​ черный, ​ ​ с ​ ​ красными ​ ​ глазами. ​ ​ На ​ ​ нем ​ ​ восседал ​ ​ некто ​ ​ в ​ ​ темно-сером плаще. ​ ​ Лайнар заметил ​ ​ посох ​ ​ и ​ ​ золотую ​ ​ маску. Казалось, ​ ​ за ​ ​ ними ​ ​ гонится ​ ​ сама ​ ​ смерть. ​ ​ Убегать ​ ​ было ​ ​ поздно. Лайнар ​ ​ потянул ​ ​ Квейрил ​ ​ за ​ ​ руку ​ ​ и ​ ​ они ​ ​ вместе ​ ​ упали ​ ​ в ​ ​ сугроб. ​ ​ Черный ​ ​ конь ​ ​ в ​ ​ прыжке перепрыгнул ​ ​ через ​ ​ их ​ ​ ​ ​ головы. ​ ​ От испуга ​ ​ Квейрил ​ ​ лежала ​ ​ ни ​ ​ жива ​ ​ ни ​ ​ мертва. ​ ​ Лайнар ​ ​ лежал ​ ​ грудью ​ ​ на ​ ​ ее ​ ​ коленях, ​ ​ его горячее ​ ​ дыхание ​ ​ согревало ​ ​ ей ​ ​ лицо.
​ ​ ​ ​ ​ ​ Он ​ ​ с ​ ​ первого ​ ​ взгляда ​ ​ обратил ​ ​ внимание ​ ​ на ​ ​ ее ​ ​ необычность, ​ ​ но такой ​ ​ красивой, ​ ​ как ​ ​ сейчас,
​ ​ она ​ ​ тогда ​ ​ ему ​ ​ не ​ ​ показалась. ​ ​ Прямо ​ ​ перед ​ ​ ним ​ ​ находились ​ ​ пухлые ​ ​ розовые ​ ​ губы ​ ​ и
выразительные ​ ​ черные ​ ​ глаза ​ ​ в ​ ​ обрамлении ​ ​ не ​ ​ очень ​ ​ длинных, ​ ​ но ​ ​ красиво ​ ​ загнутых ресниц.
​ ​ Придя ​ ​ в ​ ​ себя, ​ ​ Квей ​ ​ оттолкнула Лайнара. ​ ​ Он ​ ​ поднялся, ​ ​ не ​ ​ в ​ ​ силах​ ​ остановиться, ​ ​ попятился ​ ​ и схватился ​ ​ за ​ ​ ветку. ​ ​ С ​ ​ дерева просыпался ​ ​ снег, ​ ​ осыпав ​ ​ его ​ ​ с ​ ​ ног ​ ​ до ​ ​ головы. ​ ​ Квейрил ​ ​ не ​ ​ выдержала ​ ​ и расхохоталась ​ ​ - звонко, ​ ​ по-девичьи. ​ ​ Лайнар ​ ​ тоже ​ ​ стал ​ ​ смеяться.. ​ ​ Они успокоились ​ ​ лишь ​ ​ тогда, ​ ​ когда ​ ​ от ​ ​ смеха ​ ​ разболелись ​ ​ животы.
Наконец ​ ​ он ​ ​ протянул ​ ​ ей ​ ​ руку. Отряхнув ​ ​ снег, ​ ​ Лайнар ​ ​ отважился ​ ​ поинтересоваться:
- А ​ ​ как ​ ​ вы ​ ​ собираетесь ​ ​ провести ​ ​ новогодний ​ ​ вечер?
- Наверное, ​ ​ вместе ​ ​ с ​ ​ сыном, ​ ​ Боль ​ ​ и ​ ​ разочарование ​ ​ прорвались ​ ​ в ​ ​ сознание. ​ ​ Ну ​ ​ какой ​ ​ же ​ ​ он ​ ​ дурак! ​ ​ Конечно, ​ ​ у ​ ​ такой ​ ​ красивой ​ ​ и ​ ​ умной ​ ​ женщины ​ ​ есть ​ ​ муж, ​ ​ как ​ ​ же иначе!
- И ​ ​ его ​ ​ отцом? ​ ​ - ​ ​ холодно уточнил ​ ​ маг.
- Его ​ ​ давно ​ ​ нет ​ ​ в ​ ​ живых, ​ ​ - ​ поморщилась ​ ​ Квей.
Лайнар ​ ​ испытал ​ ​ облегчение, ​ ​ но ​ ​ не ​ ​ до ​ ​ конца ​ ​ - ​ ​ смутное ​ ​ беспокойство ​ ​ осталось. ​ ​ Все
это породило ​ ​ множество ​ ​ вопросов. Зачем ​ ​ ему ​ ​ вообще ​ ​ интересоваться ​ ​ жизнью Квейрил?! ​ ​ В ​ ​ конце ​ ​ концов, ​ ​ кто ​ ​ она ​ ​ такая?! ​ ​ Вдова, ​ ​ мать, волшебница, ​ ​ хотя… ​ ​ Надо признать, ​ ​ волшебница ​ ​ из ​ ​ нее
получилась ​ ​ сильная, ​ ​ но ​ ​ на ​ ​ обучение ​ ​ нужно ​ ​ найти ​ ​ время.
- Мастер ​ ​ Эмурд ​ ​ спрашивал ​ ​ о ​ ​ вас, ​ ​ - ​ ​ начал ​ ​ Лайнар ​ ​ издалека.
- Неужели? ​ ​ - ​ ​ Квей ​ ​ глянула ​ ​ на ​ ​ него ​ ​ искоса, прищурившись ​ ​ и ​ ​ подняв ​ ​ правую ​ ​ бровь. ​ ​ - ​ ​ Пожалуй, ​ ​ мне ​ ​ нужно ​ ​ с ​ ​ ним ​ ​ поговорить. ​ ​ Я ​ ​ не люблю, ​ ​ когда ​ ​ меня ​ ​ обсуждают.
Ее ​ ​ голос ​ ​ был ​ ​ пугающе-спокоен.
Маг ​ ​ смутился:
- Я… ​ ​ имел ​ ​ в ​ ​ виду, ​ ​ что ​ ​ мы ​ ​ не​ ​ уделяем ​ ​ достаточно ​ ​ внимания вашему ​ ​ обучению.
Квейрил ​ ​ натянула ​ ​ капюшон ​ ​ пониже, ​ ​ чтобы ​ ​ скрыть ​ ​ улыбку.
Этот ​ ​ мальчишка ​ ​ плохо ​ ​ знает, ​ ​ с ​ ​ кем ​ ​ имеет ​ ​ дело. ​ ​ И ​ ​ мастер ​ ​ Эмурд ​ ​ тоже.
В ​ ​ последнее ​ ​ время ​ ​ в ​ ​ жизни Квейрил ​ ​ царила ​ ​ подозрительная ​ ​ тишина. ​ ​ О ​ ​ ней ​ ​ как ​ ​ будто ​ ​ все ​ ​ забыли: ​ ​ и ​ ​ Явильда ,и бандиты, ​ ​ и друиды. ​ ​ И ​ ​ если ​ ​ отсутствие ​ ​ друидов ​ ​ можно ​ ​ было ​ ​ объяснить приходом ​ ​ зимы, ​ ​ то ​ ​ почему ​ ​ ее ​ ​ перестали ​ ​ преступники? ​ ​ Нельзя ​ ​ оставлять ​ ​ такое без ​ ​ внимания, ​ ​ но ​ ​ вот ​ ​ что ​ ​ делать ​ ​ - ​ ​ совершенно ​ ​ непонятно. ​ ​ И ​ ​ посвящать ​ ​ в ​ ​ свои тайны ​ ​ Квейрил ​ ​ никого ​ ​ не ​ ​ собиралась.
- Даже ​ ​ если ​ ​ так, ​ ​ то ​ ​ все ​ ​ это обсуждать ​ ​ за ​ ​ моей ​ ​ спиной ​ ​ я ​ ​ не позволю, ​ ​ - ​ ​ угрожающе ​ ​ предупредила ​ ​ колдунья. ​ ​ - ​ ​ И ​ ​ мастеру ​ ​ Эмурду ​ ​ тоже… ​ ​ преподам урок ​ ​ вежливости.
И ​ ​ она ​ ​ ускорила ​ ​ шаг. ​ ​ Лайнар побледнел:
- Я… ​ ​ солгал.
​ ​ Квейрил ​ ​ оглянулась ​ ​ и ​ ​ улыбнулась:
- Я ​ ​ догадалась, ​ ​ спасибо. ​ ​ Если ​ ​ не ​ ​ умеете ​ ​ обманывать, ​ ​ лучше ​ ​ не ​ ​ пытайтесь. ​ ​ В чем ​ ​ дело? ​ ​ Вы… ​ ​ хотите ​ ​ проводить ​ ​ со ​ мной ​ ​ больше ​ ​ времени?
​ ​ Морозный ​ ​ ветер ​ ​ прошелся ​ ​ по ​ ​ их ​ ​ лицам, ​ ​ бросил ​ ​ в ​ ​ них ​ ​ несколько ​ ​ снежинок. ​ ​ Солнце ушло, ​ ​ будто
устыдилось ​ ​ происходящего.
Лайнар ​ ​ покраснел ​ ​ - ​ ​ высказанное ​ ​ ею ​ ​ он ​ ​ скрывал ​ ​ даже ​ ​ от ​ ​ самого ​ ​ себя.
- Вы… ​ ​ очень ​ ​ интересны мне… ​ ​ как ​ ​ магесса, ​ ​ как ​ ​ чужачка, ​ ​ знающая ​ ​ очень ​ ​ много, ​ ​ - ​ ​ он приблизился ​ ​ к ​ ​ ней ​ ​ и ​ ​ взял ​ ​ за ​ ​ руку. ​ ​ -
Позволите ​ ​ ли ​ ​ вы ​ ​ мне ​ ​ стать ​ ​ вашим ​ ​ другом?
Квей ​ ​ посмотрела ​ ​ ему ​ ​ в ​ ​ глаза. Разочарование ​ ​ капелькой ​ ​ желчи прокатилось ​ ​ по ​ ​ душе. ​ ​ Ну ​ ​ что ​ ​ за ​ ​ жизнь? ​ ​ Когда-то ​ ​ мужчины ​ ​ заглядывались ​ ​ на ​ ​ нее, замужнюю женщину. ​ ​ Те, ​ ​ что ​ ​ посмелее, ​ ​ даже ​ ​ ухаживали. ​ ​ Возможно, ​ ​ полагали, ​ ​ что ​ ​ она ​ ​ вышла замуж ​ ​ по ​ ​ расчету ​ ​ и ​ ​ ​ ​ не ​ ​ прочь ​ ​ завести ​ ​ любовника.
Противоположности ​ ​ притягиваются ​ ​ - ​ ​ только ​ ​ этим Квейрил ​ ​ могла ​ ​ бы ​ ​ объяснить ​ ​ свою ​ ​ любовь ​ ​ к ​ ​ давно ​ ​ женатому мужчине. ​ ​ Подстроив ​ ​ гибель ​ ​ соперницы ​ ​ и ​ ​ забеременев, ​ ​ она ​ ​ не ​ ​ оставила ​ ​ ему ​ ​ иного выхода ​ ​ кроме ​ ​ женитьбы. ​ ​ Сама ​ ​ счастья ​ ​ не ​ ​ обрела ​ ​ и ​ ​ другим ​ ​ не ​ ​ дала. ​ ​ После ​ ​ гибели
Карлена ​ ​ она окончательно ​ ​ утвердилась ​ ​ во мнении, ​ ​ что ​ ​ время ​ ​ расцвета ​ ​ позади.
​ ​ ​ ​ ​ ​ И ​ ​ вот ​ ​ теперь, ​ ​ вполне ​ ​ возможно, жизнь ​ ​ собирается ​ ​ сделать очередной ​ ​ круг. ​ ​ Хотя… ​ ​ Ей ​ ​ ведь ​ ​ не ​ ​ постель ​ ​ предлагают.
- Хорошо, ​ ​ - ​ ​ выдавила ​ ​ она, ​ ​ хотя ​ ​ внутри ​ ​ продолжали ​ ​ бушевать ​ ​ сомнения.
Они ​ ​ вышли ​ ​ на ​ ​ площадь. ​ ​ На ​ ​ ней возвышалась ​ ​ статуя ​ ​ короля ​ ​ с ​ ​ двуручным ​ ​ мечом. ​ ​ Она ​ ​ взирала ​ ​ на Башню ​ ​ знаний ​ ​ - ​ ​ одно ​ ​ из ​ ​ интереснейших ​ ​ мест ​ ​ Альхара. Когда-то ​ ​ эта ​ ​ башня принадлежала ​ ​ эльфийскому архимагу ​ ​ Нерфилену. ​ ​ Унаследовав ​ ​ от ​ ​ отца ​ ​ огромное ​ ​ состояние ​ ​ и ​ ​ магический ​ ​ дар, он ​ ​ решил ​ ​ прославиться. ​ ​ На ​ ​ его ​ ​ деньги ​ ​ были ​ ​ построены ​ ​ лечебница, ​ ​ школа, ​ ​ собор, даже Академия ​ ​ магии. ​ ​ В ​ ​ какой-то ​ ​ момент ​ ​ местный ​ ​ градоправитель ​ ​ узрел ​ ​ угрозу ​ ​ и отравил ​ ​ Нерфилена. ​ ​ Градоправителя ​ ​ разоблачили ​ ​ и казнили, ​ ​ а ​ ​ Нерфилена ​ ​ Благодетеля ​ ​ вспоминали ​ ​ с благодарностью. ​ ​ Эту ​ ​ историю Квейрил ​ ​ знала ​ ​ и ​ ​ она ​ ​ еще ​ ​ больше ​ ​ укрепила ​ ​ ее ​ ​ во ​ ​ мнении, ​ ​ что ​ ​ ничего ​ ​ не ​ ​ случается просто ​ ​ так.
Сегодня ​ ​ ей ​ ​ предстояло ​ ​ впервые войти ​ ​ в ​ ​ эту ​ ​ ​ ​ башню. ​ ​ Странно, ​ ​ но ​ ​ на ​ ​ Квей ​ ​ нахлынуло ​ ​ волнение, ​ ​ как ​ ​ у ​ ​ невинной девушки ​ ​ перед ​ ​ первой брачной ​ ​ ночью. ​ ​ Так ​ ​ как ​ ​ Квейрил ​ ​ принесла ​ ​ девственность ​ ​ в ​ ​ жертву ​ ​ мимолетной страсти, ​ ​ ей ​ ​ это ​ ​ чувство ​ ​ было ​ ​ незнакомо.
Сердце ​ ​ заколотилось ​ ​ сильнее, ​ ​ руки ​ ​ и ​ ​ лицо ​ ​ замерзли. ​ ​ Понимая, ​ ​ что ​ ​ поступает неправильно, ​ ​ она тем ​ ​ не ​ ​ менее ​ ​ прошептала:” ​ ​ Подожди, ​ ​ я ​ ​ сейчас ​ ​ вернусь.” ​ ​ и толкнула ​ ​ дверь ​ ​ первой ​ ​ попавшейся ​ ​ лавки. ​ ​ Здесь ​ ​ продавали ​ ​ всякую ​ ​ всячину: пуговицы, ​ ​ ленточки, ​ ​ шнурки, ​ ​ ювелирные ​ ​ изделия, ​ ​ обувь. ​ ​ Квей ​ ​ с ​ ​ трудом ​ ​ подавила огорченный вздох. ​ ​ Нельзя ​ ​ сказать, ​ ​ что ​ ​ она ​ ​ не ​ ​ хотела ​ ​ побывать ​ ​ на ​ ​ празднике ​ ​ вместе ​ ​ с ​ ​ магами и паладинами( ​ ​ тем ​ ​ более ​ ​ что ​ ​ среди ​ ​ них ​ ​ были ​ ​ женщины). ​ ​ Очень ​ ​ хотела, ​ ​ ведь ​ ​ все ​ ​ эти украшения пробудили ​ ​ сомнения. ​ ​ А ​ ​ ведь ​ ​ она ​ ​ уже ​ ​ почти ​ ​ решила ​ ​ провести ​ ​ новогодний ​ ​ вечер ​ ​ с Джаяном. Не ​ ​ удержавшись, ​ ​ Квейрил все-таки ​ ​ купила ​ ​ голубых ​ ​ ленточек. ​ ​ Праздник ​ ​ может ​ ​ пройти ​ ​ мимо, ​ ​ но ​ ​ она ​ ​ все ​ ​ равно может ​ ​ хотя ​ ​ бы ​ ​ выглядеть ​ ​ хорошо. ​ ​ Горечь ​ ​ и ​ ​ обида ​ ​ начали ​ ​ терзать ​ ​ душу. ​ ​ Она посмотрела ​ ​ в ​ ​ окно ​ ​ на ​ ​ Лайнара. ​ ​ Он ​ ​ выглядел беспечным. ​ ​ Таким ​ ​ же, ​ ​ как ​ ​ когда-то ​ ​ Карлен. ​ ​ Глядя ​ ​ на ​ ​ то, ​ ​ как ​ ​ он любуется ​ ​ зданиями, ​ ​ Квейрил ​ ​ ощутила ​ ​ скорбь, ​ ​ будто ​ ​ только ​ ​ что ​ ​ потеряла ​ ​ мечту. Наверное, ​ ​ рядом ​ ​ с ​ ​ ним ​ ​ она ​ ​ выглядела ​ ​ старшей ​ ​ сестрой. ​ ​ А ​ ​ роль ​ ​ старшей ​ ​ сестры ​ ​ ей не ​ ​ удалась. Пожалуй, ​ ​ лучше ​ ​ сосредоточиться ​ ​ на ​ ​ Джаяне.
​ ​ ​ ​ ​ ​ Как ​ ​ только ​ ​ Квейрил ​ ​ вышла ​ ​ - солнце ​ ​ скрылось ​ ​ за ​ ​ облаками, ​ ​ а ​ ​ на ​ ​ землю ​ ​ начал ​ ​ сыпаться ​ ​ снежок. Она ​ ​ молча ​ ​ прошла ​ ​ мимо ​ ​ него ​ ​ и направилась ​ ​ к ​ ​ башне. ​ ​ Мысли ​ ​ о ​ ​ знаниях, ​ ​ которые ​ ​ там ​ ​ можно ​ ​ получить, ​ ​ внушали Квей благоговейный ​ ​ трепет. ​ ​ Показав ​ ​ бумагу ​ ​ с ​ ​ подписью ​ ​ стражнику ​ ​ у входа, ​ ​ они ​ ​ наконец-то ​ ​ попали ​ ​ внутрь.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Академия ​ ​ волшебства, ​ ​ где училась ​ ​ Квейрил, ​ ​ была ​ ​ намного ​ ​ скромнее. ​ ​ К ​ ​ счастью, ​ ​ ей ​ ​ хватило выдержки, ​ ​ чтобы ​ ​ напустить ​ ​ на ​ ​ себя ​ ​ равнодушие. ​ ​ С ​ ​ поджатыми губами ​ ​ и ​ ​ безразличным ​ ​ взором ​ ​ она ​ ​ проследовала ​ ​ за ​ ​ Лайнаром. Только ​ ​ один ​ ​ раз ​ ​ не ​ ​ удержалась ​ ​ и ​ ​ остановилась.
- Что ​ ​ это? ​ ​ - ​ ​ спросила ​ ​ она, ​ указывая ​ ​ на ​ ​ светящийся ​ ​ шар ​ ​ в кубе ​ ​ из ​ ​ мутноватого ​ ​ розового стекла.
- Обозреватель. ​ ​ Он ​ ​ нужен ​ ​ для ​ ​ исследования ​ ​ Джаумблаха ​ ​ и ​ ​ Грани. ​ ​ Без​ соблюдения ​ ​ правил ​ ​ при ​ ​ работе ​ ​ с ​ ​ ним ​ ​ можно ​ ​ ослепнуть. ​ ​ Не ​ ​ подходите ​ ​ близко.
Лайнар ​ ​ взял ​ ​ ее ​ ​ руку ​ ​ длинными ​ ​ тонкими ​ ​ пальцами ​ ​ и ​ ​ повёл ​ ​ прочь.
Квейрил ​ ​ не ​ ​ сопротивлялась, ​ ​ хотя ​ ​ считала ​ ​ это ​ ​ унизительным. ​ ​ На ​ ​ втором ​ ​ этаже ​ ​ в клетках ​ ​ сидели ​ ​ самые ​ ​ необычные ​ ​ сушества, ​ ​ каких ​ ​ только ​ ​ можно ​ ​ представить. Внимание ​ ​ колдуньи ​ ​ привлек ​ ​ маленький ​ ​ бесенок. ​ ​ В отличие ​ ​ от ​ ​ демонических ​ ​ созданий ​ ​ с ​ ​ красной, ​ ​ черной ​ ​ и золотистой ​ ​ кожей, ​ ​ о ​ ​ которых Квейрил ​ ​ много ​ ​ читала, ​ ​ у ​ ​ этого ​ ​ кожа ​ ​ была ​ ​ голубой.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Лайнар ​ ​ не ​ ​ дал ​ ​ Квей ​ ​ подойти ​ ​ к ​ ​ ​ ​ клетке, ​ ​ он ​ ​ увел ​ ​ ее ​ ​ - ​ ​ довольно ​ ​ грубо ​ ​ и унизительно. ​ ​ Впрочем, сопротивляться ​ ​ и ​ ​ возмущаться ​ ​ значило ​ ​ еще ​ ​ сильнее ​ ​ унизиться, ​ ​ а ​ ​ этого допустить ​ ​ Квейрил ​ ​ не ​ ​ могла. ​ ​ Она ​ ​ пошла ​ ​ с ​ ​ ним, ​ ​ но любопытство ​ ​ притаилось ​ ​ в ​ ​ душе. ​ ​ На ​ ​ третьем ​ ​ этаже ​ ​ оказалась ​ ​ громадная библиотека.
Лайнар ​ ​ моментально ​ ​ настроился ​ ​ на ​ ​ серьезный ​ ​ лад. ​ ​ Скрестив ​ ​ руки ​ ​ на ​ ​ груди, ​ ​ он холодно ​ ​ спросил:
- Какое ​ ​ у ​ ​ нас ​ ​ задание?
- Найти ​ ​ следы ​ ​ заклинания Кальфандоу, ​ ​ - ​ ​ ответила ​ ​ колдунья ​ ​ и ​ ​ устремилась ​ ​ к ​ ​ шкафам.
​ ​ ​ ​ Маги ​ ​ в ​ ​ страже ​ ​ обычно ​ ​ варили эликсиры ​ ​ и ​ ​ расследовали преступления, ​ ​ совершенные ​ ​ с помощью ​ ​ магии. ​ ​ На ​ ​ сей ​ ​ раз ​ ​ им предстояло ​ ​ иметь ​ ​ дело ​ ​ с совершенно ​ ​ незнакомым ​ ​ видом ​ ​ магии, ​ ​ превратившей ​ ​ целый ​ ​ дом ​ ​ вместе ​ ​ с жителями ​ ​ в ​ ​ ледяные ​ ​ статуи. ​ ​ Кем ​ ​ бы ​ ​ ни ​ ​ был ​ ​ этот таинственный ​ ​ чародей, ​ ​ его ​ ​ намерения ​ ​ оставались ​ ​ неясными. Квей ​ ​ предположила, ​ ​ что ​ ​ это ​ ​ может ​ ​ быть ​ ​ месть ​ ​ за ​ ​ что-то. Соседи ​ ​ превращенных ​ ​ говорили, ​ ​ что ​ ​ вечером ​ ​ это ​ ​ был ​ ​ обыкновенный ​ ​ дом, ​ ​ а ​ ​ утром уже лед. ​ ​ Обычные ​ ​ способы ​ ​ снятия ​ ​ заклинаний ​ ​ не ​ ​ сработали ​ ​ и ​ ​ их отправили ​ ​ искать ​ ​ другие. Открывая ​ ​ одну ​ ​ книгу ​ ​ за ​ ​ другой, ​ ​ Квей ​ ​ начала ​ ​ раздражаться. ​ ​ Что ​ ​ за ​ ​ невезение? ​ ​ Она ужасно ​ ​ хотела ​ ​ побывать ​ ​ в ​ ​ башне, ​ ​ но ​ ​ не ​ ​ так. Хотелось ​ ​ неспешно ​ ​ исследовать ​ ​ местные ​ ​ чудеса, ​ ​ а ​ ​ вместо ​ ​ этого, едва ​ ​ заглянув ​ ​ в ​ ​ книгу, ​ ​ либо ​ ​ клала ​ ​ обратно ​ ​ на ​ ​ полку, ​ ​ либо ​ ​ передавала ​ ​ Лайнару.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Рука ​ ​ сама ​ ​ потянулась ​ ​ к ​ ​ толстой ​ ​ книге ​ ​ в ​ ​ розовой ​ ​ обложке, ​ ​ с ​ ​ довольно ​ ​ крупным сапфиром ​ ​ посередине ​ ​ и ​ ​ золотыми ​ ​ краями. ​ ​ Со ​ ​ священным ​ ​ трепетом ​ ​ Квей открыла ​ ​ ее.
​ ​ ​ ​ ​ ​ “ Первое ​ ​ марта ​ ​ тысяча ​ ​ двести ​ ​ шестьдесят ​ ​ второго ​ ​ года. ​ ​ Сегодня ​ ​ наступил первый ​ ​ день Ускорения, ​ ​ а ​ ​ это ​ ​ значит, ​ ​ что ​ ​ пора ​ ​ исполнить ​ ​ обещание, ​ ​ данное ​ ​ Пальфенне. ​ ​ Я
изобрету исцеление ​ ​ паучьей ​ ​ лихорадки ​ ​ или ​ ​ умру. ​ ​ Матери ​ ​ не ​ ​ должны ​ ​ хоронить ​ ​ детей.”
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Научные ​ ​ исследования ​ ​ Нерфилена ​ ​ - ​ ​ это ​ ​ было ​ ​ именно ​ ​ то, ​ ​ что ​ ​ нужно. ,Квейрил оглянулась.
Лайнар ​ ​ читал, ​ ​ подперев ​ ​ щеку ​ ​ ладонью. ​ ​ Судя ​ ​ по ​ ​ всему, ​ ​ его ​ ​ это ​ ​ занятие ​ ​ увлекло, ​ ​ он ничего ​ ​ не ​ ​ замечал. ​ ​ И ​ ​ Квейрил ​ ​ продолжала ​ ​ читать. ​ ​ Упомянутая ​ ​ Пальфенна приходилась ​ ​ Нерфилену ​ ​ внебрачной ​ ​ сестрой, ​ ​ чей ​ ​ сын ​ ​ скончался ​ ​ от ​ ​ паучьей лихорадки. Оказывается, ​ ​ источником ​ ​ болезни ​ ​ являлся ​ ​ лес. ​ ​ Мелкие ​ ​ черные ​ ​ паучки, ​ ​ в ​ ​ изобилии водящиеся ​ ​ здесь, ​ ​ могли ​ ​ перенести ​ ​ болезнь ​ ​ одним ​ ​ прикосновением, ​ ​ не ​ ​ говоря ​ ​ уже ​ ​ об укусах. ​ ​ Заболевший ​ ​ бредил, страдал ​ ​ от ​ ​ тошноты ​ ​ и ​ ​ боли ​ ​ в ​ ​ животе. ​ ​ Те ​ ​ немногие, ​ ​ что ​ ​ выживали, ​ ​ навсегда оставались слабыми ​ ​ и ​ ​ болезненными. ​ ​ Квей поморщилась ​ ​ от ​ ​ омерзения ​ ​ - ​ ​ она ​ ​ ведь ​ ​ могла ​ ​ заразиться ​ ​ и ​ ​ оставить ​ ​ Джаяна круглым ​ ​ сиротой.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Лайнар ​ ​ продолжил ​ ​ увлеченно
читать. ​ ​ Квейрил ​ ​ стала ​ ​ переписываться ​ ​ интересующие ​ ​ ее ​ ​ заметки ​ ​ и ​ ​ формулы,
изредка поглядывая ​ ​ на ​ ​ него. ​ ​ Может ​ ​ быть, из ​ ​ этих ​ ​ записей ​ ​ удастся ​ ​ извлечь ​ ​ пользу.
Через ​ ​ несколько ​ ​ страниц Нерфилен ​ ​ вернулся ​ ​ к ​ ​ описанию ​ ​ событий. ​ ​ Он ​ ​ решил ​ ​ создать ​ ​ мощный ​ ​ исцеляющий артефакт, амулет ​ ​ на ​ ​ основе ​ ​ драконьего ​ ​ клыка. ​ ​ Это ​ ​ происходило ​ ​ в ​ ​ те тревожные ​ ​ времена, ​ ​ когда ​ ​ люди ​ ​ и эльфы ​ ​ только ​ ​ начинали ​ ​ жить ​ ​ вместе. ​ ​ Келимо ​ ​ намеревались изгнать ​ ​ эльфийских ​ ​ друидов, ​ ​ но ​ ​ все ​ ​ попытки ​ ​ потерпели поражение. ​ ​ Западная ​ ​ половина ​ ​ леса ​ ​ принадлежала ​ ​ им, ​ ​ в ​ ​ то ​ ​ время ​ ​ как ​ ​ в ​ ​ восточной располагались ​ ​ друиды.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Пятнадцать ​ ​ лет ​ ​ назад ​ ​ в ​ ​ лесу скончался ​ ​ громадный ​ ​ древний ​ ​ дракон. ​ ​ Возможно, ​ ​ его ​ ​ тело растащили ​ ​ бы ​ ​ по ​ ​ кускам, ​ ​ не ​ ​ объяви ​ ​ Келимо ​ ​ место ​ ​ его ​ ​ гибели священным. ​ ​ С ​ ​ помощью ​ ​ магии ​ ​ они ​ ​ сокрыли ​ ​ тело ​ ​ и ​ ​ проводили ​ ​ возле ​ ​ него ​ ​ ритуалы. Предположив, ​ ​ что ​ ​ скелет ​ ​ мог пропитаться ​ ​ магией, ​ ​ Нерфилен отправился ​ ​ туда ​ ​ в ​ ​ одиночку. ​ ​ Там ​ ​ его ​ ​ встретила ​ ​ глава ​ ​ Келимо Явильда. ​ ​ Она ​ ​ напала ​ ​ на ​ ​ него, намереваясь ​ ​ изгнать, ​ ​ но ​ ​ одолеть ​ ​ друг ​ ​ друга ​ ​ они ​ ​ не ​ ​ могли. Угрозами ​ ​ призвать ​ ​ на ​ ​ помощь ​ ​ своих ​ ​ подчиненных ​ ​ ведьма ​ ​ взяла ​ ​ с ​ ​ архимага ​ ​ клятву, что ​ ​ он ​ ​ усилит келимо, ​ ​ зачаровав ​ ​ желудь ​ ​ для священного ​ ​ дуба. ​ ​ Сам ​ ​ будучи ​ ​ эльфом, ​ ​ Нерфилен ​ ​ отлично ​ ​ понимал, ​ ​ что ​ ​ ослабляет собственный ​ ​ народ. ​ ​ Он ​ ​ терзался угрызениями ​ ​ совести, ​ ​ проводил собственные ​ ​ исследования, ​ ​ но ​ ​ все ​ ​ же ​ ​ сдался ​ ​ и ​ ​ принес ​ ​ желудь. Явильда ​ ​ повела ​ ​ Нерфилена ​ ​ к месту ​ ​ упокоения ​ ​ дракона, ​ ​ но ​ ​ до ​ ​ цели ​ ​ они ​ ​ не ​ ​ дошли ​ ​ - ​ ​ их ​ ​ окружили. Обвинив ​ ​ Явильду ​ ​ в ​ ​ предательстве, ​ ​ ее ​ ​ тут ​ ​ же ​ ​ сожгли ​ ​ волшебным ​ ​
огнем, а Нерфилена изгнали. Осознав, что исполнить данное  сестре обещание ​ не ​ ​ удастся, ​ ​ он принял ​ ​ решение ​ ​ загасить угрызения ​ ​ совести ​ ​ добрыми ​ ​ делами. ​ ​ В ​ ​ последней ​ ​ записи ​ ​ он поведал ​ ​ о ​ ​ своих ​ ​ планах ​ ​ подготовить ​ ​ подарок ​ ​ для ​ ​ Ее ​ ​ Величества ​ ​ и ​ ​ обсудить ​ ​ это ​ ​ за ужином ​ ​ с ​ ​ градоправителем.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Квей ​ ​ нахмурилась ​ ​ и растопыренной ​ ​ ладонью ​ ​ ощупала ​ ​ обложку. ​ ​ Сомнений ​ ​ не ​ ​ было, ​ ​ книга ​ ​ стала ​ ​ горячей. От предчувствия ​ ​ беды ​ ​ заколотилось ​ ​ сердце. ​ ​ Она ​ ​ подняла ​ ​ на ​ ​ Лайнара
глаза ​ ​ - ​ ​ он ​ ​ все ​ ​ так ​ ​ же ​ ​ увлеченно ​ ​ читал. ​ ​ Решительно ​ ​ поднявшись, Квейрил ​ ​ подошла ​ ​ к ​ ​ столу ​ ​ и положила ​ ​ дневник ​ ​ на ​ ​ стопку ​ ​ книг, которые ​ ​ предстояло ​ ​ прочитать ​ ​ Лайнару. ​ ​ Затем ​ ​ повернулась ​ ​ к книжному ​ ​ шкафу. ​ ​ Облегчения, ​ ​ как ​ ​ и ​ ​ ожидалось, ​ ​ не ​ ​ последовало.
- Кхм, ​ ​ - ​ ​ за ​ ​ спиной ​ ​ раздалось  покашливание ​ ​ Лайнара. ​ ​ - ​ ​ Время пролетело ​ ​ незаметно. ​ ​ Может, пойдем ​ ​ по ​ ​ домам?
- Хорошо.
​ ​ Он ​ ​ не ​ ​ пошел ​ ​ провожать ​ ​ Квейрил, но ​ ​ это ​ ​ было ​ ​ и ​ ​ к ​ ​ лучшему ​ ​ - ​ ​ ей ​ ​ как раз ​ ​ требовалось ​ ​ обдумать ​ ​ все ​ ​ в ​ ​ одиночестве. Когда ​ ​ же ​ ​ Явильда ​ ​ перестала ​ ​ приходить ​ ​ и ​ ​ самое ​ ​ главное ​ ​ - ​ ​ почему? ​ ​ Никаких магических ​ ​ изменений ​ ​ Квей ​ ​ не ​ ​ ощущала, ​ ​ но ​ ​ не ​ ​ верила ​ ​ в ​ ​ то, ​ ​ что ​ ​ это ​ ​ случайность. Ей ​ ​ казалось, ​ ​ что ​ ​ за ​ ​ ней ​ ​ следят. ​ ​ Зашла ​ ​ Квей ​ ​ в ​ ​ дом ​ ​ с чувством ​ ​ облегченности. Происходит ​ ​ что-то ​ ​ странное ​ ​ и ​ ​ она ​ ​ боялась ​ ​ своих ​ ​ предположений.
​ ​ ​ ​ ​ ​ Наверху ​ ​ повисла ​ ​ мертвая ​ ​ тишина. ​ ​ Колдунья ​ ​ пошла ​ ​ по лестнице, ​ ​ стараясь ​ ​ шуметь ​ ​ как можно ​ ​ меньше. ​ ​ Джаян ​ ​ сладко ​ ​ спал ​ ​ и ​ ​ она ​ ​ не ​ ​ стала ​ ​ его ​ ​ тревожить. ​ ​ Когда-нибудь ​ ​ она станет ​ ​ для ​ ​ него ​ ​ любящей ​ ​ матерью. ​ ​ Но ​ ​ не ​ ​ сейчас.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #4 : 26 Декабрь 2017, 23:48:45 »
​ ​ Квей ​ ​ подошла ​ ​ к ​ ​ портрету ​ ​ и положила ​ ​ руку ​ ​ на ​ ​ него. ​ ​ Он ​ ​ излучал холод, ​ ​ кончики ​ ​ пальцев ​ ​ неприятно ​ ​ покалывало. ​ ​ Со ​ ​ вздохом ​ ​ она ​ ​ сняла ​ ​ портрет ​ ​ и развернула. ​ ​ Начертанных ​ ​ ею ​ ​ рун ​ ​ не ​ ​ было, ​ ​ зато ​ ​ в ​ ​ лунном ​ ​ свете блеснул ​ ​ кусочек ​ ​ кристалла.
Осторожно, ​ ​ двумя ​ ​ пальцами ​ ​ Квейрил ​ ​ взяла ​ ​ его ​ ​ и ​ ​ стала рассматривать. ​ ​ Он ​ ​ напоминал бриллиант, ​ ​ только ​ ​ очень маленький. ​ ​ На ​ ​ амулеты, ​ ​ виденные ​ ​ ранее, ​ ​ это ​ ​ было ​ ​ непохоже. ​ ​ Положив ​ ​ его ​ ​ на ​ ​ стол, Квей ​ ​ приложила ​ ​ руки ​ ​ к ​ ​ вискам ​ ​ и закрыла ​ ​ глаза. ​ ​ Сознание ​ ​ забурлило, ​ ​ голова ​ ​ будто ​ ​ изнутри ​ ​ наполнилась ​ ​ горячей водой. ​ ​ Глаза ​ ​ под ​ ​ веками ​ ​ начали ​ ​ ныть, ​ ​ но Квейрил ​ ​ терпела. ​ ​ Мир ​ ​ окрасился ​ ​ в ​ ​ темно-зеленый ​ ​ свет, ​ ​ но ​ ​ от кристалла ​ ​ исходил ​ ​ луч ​ ​ белого ​ ​ цвета. ​ ​ Она ​ ​ прошептала ​ ​ заклинание ​ ​ воскрешения. Белый ​ ​ свет ​ ​ сменился ​ ​ на угрожающе-красный. ​ ​ Похоже, кристалл ​ ​ имеет ​ ​ не ​ ​ магическую, ​ ​ а божественную ​ ​ природу. ​ ​ “Паладины ​ ​ обо ​ ​ всем ​ ​ догадались, ​ ​ - хмуро ​ ​ подумала ​ ​ Квейрил. ​ ​ - ​ ​ Значит, ​ ​ за ​ ​ мной ​ ​ следят. ​ ​ Наверное, ​ ​ надо ​ ​ сделать ​ ​ вид, что ​ ​ я ​ ​ не ​ ​ догадалась.” ​ ​ Она ​ ​ положила кристалл ​ ​ обратно, ​ ​ повесила портрет ​ ​ на ​ ​ место ​ ​ и ​ ​ застыла ​ ​ у ​ ​ окна. ​ ​ Черные ​ ​ глаза ​ ​ немигающим ​ ​ взором ​ ​ уставились на ​ ​ полную ​ ​ луну. ​ ​ Тревога ​ ​ сгущалась, ​ ​ но ​ ​ в ​ ​ душе ​ ​ собиралась ​ ​ решимость разобраться ​ ​ во ​ ​ всем ​ ​ и ​ ​ стать ​ ​ хозяйкой ​ ​ положения. ​ ​ Знания ​ ​ и ​ ​ ложь ​ ​ служили ​ ​ ей оружием. ​ ​ Кто ​ ​ бы ​ ​ мог ​ ​ проследить? ​ ​ ​ ​ Квей подумала ​ ​ о ​ ​ Лайнаре. ​ ​ Он ​ ​ выглядел возвышенным ​ ​ романтиком, ​ ​ но ​ ​ что, ​ ​ если ​ ​ это ​ ​ только ​ ​ маска?! ​ ​ “В точности ​ ​ как ​ ​ Лармарен” ​ ​ - ​ ​ с ​ ​ горечью ​ ​ подумала ​ ​ Квейрил. ​ ​ Своего ​ ​ первого ​ ​ мужчину ​ ​ она могла ​ ​ бы ​ ​ назвать ​ ​ множеством ​ ​ имен, ​ ​ как ​ ​ прекрасных, ​ ​ так ​ ​ и оскорбительных, ​ ​ но ​ ​ одно ​ ​ знала ​ ​ точно ​ ​ - ​ ​ он ​ ​ перевернул ​ ​ ее ​ ​ жизнь.
Оказавшись ​ ​ брошенной ​ ​ любовником, ​ ​ Квей ​ ​ не ​ ​ придумала ​ ​ ничего, ​ ​ кроме ​ ​ как испортить ​ ​ чужую ​ ​ жизнь. ​ ​ Это ​ ​ кончилось потерей ​ ​ сестры ​ ​ и ​ ​ мужа. ​ ​ Из ​ ​ этого ​ ​ Квейрил ​ ​ Фелузан ​ ​ вынесла горький ​ ​ урок: ​ ​ нельзя ​ ​ забывать ​ ​ о ​ ​ том, ​ ​ что ​ ​ для ​ ​ тебя ​ ​ важнее ​ ​ всего.
​ ​ ​ ​ ​ ​ Она ​ ​ вернулась ​ ​ мыслями ​ ​ к кристаллу. ​ ​ ​ ​ Лайнар ​ ​ не ​ ​ паладин, ​ ​ но ​ ​ он ​ ​ все ​ ​ время ​ ​ рядом. ​ ​ Кто-то мог ​ ​ надоумить ​ ​ его, ​ ​ попросить подложить. ​ ​ Лефиций? ​ ​ Ничего ​ ​ удивительного. ​ ​ Некромантов ​ ​ и демонов ​ ​ многие ​ ​ боялись ​ ​ и ​ ​ не ​ ​ без ​ ​ причины ​ ​ - ​ ​ их ​ ​ магия ​ ​ лишала ​ ​ землю плодородия, ​ ​ а ​ ​ они ​ ​ сами ​ ​ жестоко обращались ​ ​ с ​ ​ теми, ​ ​ кто ​ ​ слабее. Судя ​ ​ по ​ ​ тому, ​ ​ что ​ ​ Квей ​ ​ знала ​ ​ о Сальтоне, ​ ​ некромантов ​ ​ здесь ​ ​ не запрещали, ​ ​ а ​ ​ контролировали. Кольцо ​ ​ с ​ ​ нее ​ ​ уже ​ ​ сняли, ​ ​ но ​ ​ это ​ ​ не свидетельствовало ​ ​ о ​ ​ доверии. ​ ​ До Нового ​ ​ года ​ ​ осталось ​ ​ немного ​ ​ времени, ​ ​ но ​ ​ настроение ​ ​ не располагало ​ ​ к ​ ​ праздникам. ​ ​ Спать ​ ​ не ​ ​ хотелось ​ ​ совершенно, ​ ​ Квейрил ​ ​ предпочла размышление. Болезнь ​ ​ может ​ ​ прояснить происходящее, ​ ​ вот ​ ​ только ​ ​ кому ​ ​ лучше ​ ​ заболеть? ​ ​ Если ​ ​ захворает ​ ​ тот, ​ ​ кого ​ ​ Квей подозревает ​ ​ и ​ ​ она ​ ​ навестит ​ ​ его ​ ​ - ​ ​ выдаст ​ ​ себя. А ​ ​ если ​ ​ сама ​ ​ заболеет ​ ​ - ​ ​ может случиться ​ ​ что ​ ​ угодно.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Луна ​ ​ светила ​ ​ очень ​ ​ ярко. ​ ​ Ночное ​ ​ небо, ​ ​ чистое ​ ​ и ​ ​ сияющее, горделиво ​ ​ возвышалось ​ ​ над черными ​ ​ деревьями ​ ​ и ​ ​ крышами. Отсюда ​ ​ столица ​ ​ выглядела огромным ​ ​ лабиринтом, ​ ​ в ​ ​ котором ​ ​ очень ​ ​ легко ​ ​ потерять ​ ​ себя. ​ ​ Глупо ​ ​ пытаться достать ​ ​ с ​ ​ неба ​ звезду, ​ ​ даже ​ ​ если ​ ​ ты ​ ​ маг. Лучше ​ ​ заболеть ​ ​ ей, ​ ​ а ​ ​ потом ​ ​ подождать. ​ ​ Квейрил ​ ​ повернулась ​ ​ и ​ ​ внимательно посмотрела ​ ​ на сладко ​ ​ спящего ​ ​ сына. ​ ​ Губы ​ ​ сами растянулись ​ ​ в ​ ​ улыбке. ​ ​ Какой милый ​ ​ мальчик! ​ ​ И ​ ​ любознательный ​ ​ - ​ ​ весь ​ ​ в ​ ​ маму.
Нужно ​ ​ подготовить ​ ​ ему жизненный ​ ​ путь, ​ ​ а ​ ​ для ​ ​ этого ​ ​ мама ​ ​ должна ​ ​ быть ​ ​ живой ​ ​ и ​ ​ рядом.  Она ​ ​ пошла ​ ​ в подвал, ​ ​ где ​ ​ хранились ​ ​ алхимические ​ ​ вещества ​ ​ и ​ ​ аппараты. ​ ​ Здесь ​ ​ пахло ​ ​ сыростью. По ​ ​ полу ​ ​ пробежала ​ ​ крыса, ​ ​ но ​ ​ Квей ​ ​ даже ​ ​ не глянула ​ ​ на ​ ​ нее. ​ ​ Поставив ​ ​ котелок ​ ​ над ​ ​ ямкой ​ ​ в ​ ​ земляном ​ ​ полу, ​ ​ она ​ ​ положила ​ ​ под ​ ​ ним мешочек ​ ​ с ​ ​ сухими ​ ​ листьями. Магическое ​ ​ пламя ​ ​ озарило ​ ​ ночь, сладкий ​ ​ запах ​ ​ дыма ​ ​ заполнил ​ ​ подвал. ​ ​ Квейрил ​ ​ принялась ​ ​ быстро ​ ​ толочь ​ ​ травы, отчего ​ ​ они ​ ​ быстро ​ ​ стали ​ ​ темно-зеленой мазью. ​ ​ Она ​ ​ бросила ​ ​ мазь ​ ​ в ​ ​ кипящую ​ ​ воду ​ ​ и ​ ​ смотрела, ​ ​ как ​ ​ та расплывается ​ ​ комочками. Стоит ​ ​ ли ​ ​ бояться ​ ​ того, ​ ​ что ​ ​ можно ​ ​ узнать? ​ ​ Может ​ ​ быть, Квейрил ​ ​ разочаруется, ​ ​ но ​ ​ уж ​ ​ точно ​ ​ не ​ ​ погибнет ​ ​ от ​ ​ доверия.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Помешивая ​ ​ зелье ​ ​ деревянной ​ ​ ложкой ​ ​ с ​ ​ длинной ​ ​ ручкой, колдунья ​ ​ задумалась. ​ ​ Виновных ​ ​ в сожжении ​ ​ склада ​ ​ ей ​ ​ найти ​ ​ не ​ ​ удалось, ​ ​ но ​ ​ зато ​ ​ она ​ ​ помогла ​ ​ с другими ​ ​ преступлениями ​ ​ - ​ ​ как правило, ​ ​ мелкими ​ ​ и ​ ​ незначительными. ​ ​ Жизнь ​ ​ в последнее ​ ​ время ​ ​ стала ​ ​ скучной. ​ ​ И ​ ​ что ​ ​ - ​ ​ ​ ​ так ​ ​ всю ​ ​ жизнь? ​ ​ Без ​ ​ интриг, ​ ​ роскоши, любовников?
Квейрил ​ ​ больно ​ ​ прикусила ​ ​ язык, очнулась ​ ​ и ​ ​ заглянула ​ ​ в ​ ​ котелок. Стертые ​ ​ в ​ ​ порошок ​ ​ травы ​ ​ уже растворились, ​ ​ окрасив ​ ​ зелье ​ ​ в темно-зеленый ​ ​ цвет. ​ ​ Квей сглотнула, ​ ​ пытаясь ​ ​ побороть омерзение. ​ ​ ​ ​ Желчь ​ ​ обожгла ​ ​ горло, ​ ​ но ​ ​ Квей ​ ​ преодолела ​ ​ неприятные ощущения. ​ ​ Ледяной ​ ​ удар ​ ​ погасил костер. ​ ​ Опустившись ​ ​ на ​ ​ колени, колдунья ​ ​ начала ​ ​ пить ​ ​ прямо ​ ​ из котелка. ​ ​ На ​ ​ вкус ​ ​ зелье ​ ​ не ​ ​ отличалось ​ ​ от ​ ​ обычной ​ ​ воды, ​ ​ но ​ ​ она ​ ​ знала, ​ ​ что ​ ​ скоро ​ ​ ей станет плохо. ​ ​ Привкус ​ ​ желчи ​ ​ прошел, осталась ​ ​ решимость. ​ ​ Собрав остаток ​ ​ на ​ ​ всякий ​ ​ случай ​ ​ в ​ ​ бутылочки, ​ ​ Квей ​ ​ спрятала ​ ​ их ​ ​ под кровать. ​ ​ Затем ​ ​ легла ​ ​ и ​ ​ все погрузилось ​ ​ в ​ ​ сон.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Утро ​ ​ встретило ​ ​ Квейрил ​ ​ именно ​ ​ так, ​ ​ как ​ ​ она ​ ​ ожидала ​ ​ - мучительной ​ ​ головной ​ ​ болью ​ ​ и слабостью. ​ ​ Она ​ ​ лежала, прислушиваясь ​ ​ к ​ ​ своим ​ ​ ощущениям. ​ ​ Где-то ​ ​ рядом ​ ​ лаяла собака, ​ ​ судя ​ ​ по ​ ​ голосу ​ ​ - ​ ​ огромная. Звонкий ​ ​ голосок ​ ​ Джаяна ​ ​ доносился ​ ​ снизу. ​ ​ Вылезать ​ ​ из-под ​ ​ теплого ​ ​ одеяла ​ ​ не хотелось, но ​ ​ Квейрил ​ ​ понимала, ​ ​ что ​ ​ ждать, пока ​ ​ Атручия ​ ​ или ​ ​ Джаян ​ ​ зайдут, можно ​ ​ очень ​ ​ долго. ​ ​ Рывком ​ ​ сорвав ​ ​ с ​ ​ себя ​ ​ одеяло, ​ ​ Квей ​ ​ одела домашние ​ ​ туфли ​ ​ и ​ ​ подошла ​ ​ к ​ ​ окну. ​ ​ На ​ ​ Альхар ​ ​ сыпался ​ ​ крупный ​ ​ снег, ​ ​ закрывая грязь. ​ ​ Она поморщилась ​ ​ от ​ ​ мысли, ​ ​ что ​ ​ одному ​ ​ мальчику ​ ​ придется ​ ​ идти через ​ ​ сугробы, ​ ​ но ​ ​ другого ​ ​ выхода ​ ​ нет.
​ ​ ​ ​ ​ ​ На ​ ​ столе ​ ​ лежали ​ ​ овощи. ​ ​ Джаян ​ ​ их ​ ​ чистил, ​ ​ Атручия ​ ​ суетилась ​ ​ у печи. ​ ​ У ​ ​ Квейрил ​ ​ защекотало ​ ​ в ​ ​ носу. ​ ​ Вот ​ ​ она ​ ​ - ​ ​ та ​ ​ картина, ​ ​ от которой ​ ​ она ​ ​ отказалась. ​ ​ Обычной ​ ​ женой ​ ​ обычного ​ ​ простолюдина ​ ​ Квейрил ​ ​ Фелузан не ​ ​ была ​ ​ бы ​ ​ счастлива. ​ ​ Не ​ ​ желая ​ ​ углубляться ​ ​ в ​ ​ эти ​ ​ размышления, Квей ​ ​ кашлянула. ​ ​ Джаян ​ ​ посмотрел ​ ​ на ​ ​ маму ​ ​ с ​ ​ удивлением ​ ​ - ​ ​ он ​ ​ обычно ​ ​ не ​ ​ видел ​ ​ ее дома ​ ​ в ​ ​ это ​ ​ время ​ ​ дня. ​ ​ Атручия ​ ​ взглянула ​ ​ выжидающе. ​ ​ Квейрил перевела ​ ​ взгляд ​ ​ на ​ ​ Джаяна:
- Сынок, ​ ​ сходи ​ ​ в ​ ​ Форт ​ ​ правосудия ​ ​ и ​ ​ скажи ​ ​ дяде Лефицию, ​ ​ что ​ ​ мама ​ ​ Квейрил ​ ​ не придет.
​ ​ ​ ​ Не ​ ​ дожидаясь ​ ​ ответа, ​ ​ она повернулась ​ ​ и ​ ​ пошла ​ ​ обратно. Затем ​ ​ разулась, ​ ​ забралась ​ ​ под ​ ​ одеяло ​ ​ и ​ ​ отвернулась ​ ​ к ​ ​ стене. Тепло, ​ ​ тихо. ​ ​ Вот ​ ​ бы ​ ​ весь ​ ​ день ​ ​ так ​ ​ пролежать. ​ ​ Незаметно ​ ​ для ​ ​ самой ​ ​ себя ​ ​ Квей заснула. ​ ​ Лето солнечным ​ ​ лучом ​ ​ вошло ​ ​ в ​ ​ ее ​ ​ сны. В ​ ​ памяти ​ ​ ожил ​ ​ сад, ​ ​ украшенный цветами. ​ ​ Две ​ ​ девочки, ​ ​ играющие тряпичными ​ ​ куклами. ​ ​ Прикосновение ​ ​ чьей-то ​ ​ руки прервало ​ ​ счастливое ​ ​ ​ ​ прошлое. ​ ​ ​ ​ ​ ​ Квейрил ​ ​ открыла ​ ​ глаза ​ ​ и ​ ​ повернулась ​ ​ на ​ ​ другой бок. ​ ​ Как ​ ​ и ​ ​ предполагала ​ ​ - ​ ​ рядом ​ ​ сидел Лайнар. ​ ​ Боль ​ ​ попыталась прорваться ​ ​ через ​ ​ недоверие, ​ ​ но ​ ​ они ​ ​ смешались, ​ ​ когда ​ ​ она ​ ​ посмотрела ​ ​ в ​ ​ его зеленые ​ ​ глаза. На ​ ​ белом ​ ​ лице ​ ​ Квей ​ ​ выделялись только ​ ​ глаза ​ ​ - ​ ​ огромные, бездонные, ​ ​ слишком ​ ​ живые ​ ​ для ​ ​ столь ​ ​ больного ​ ​ человека, ​ ​ каким ​ ​ она ​ ​ предстала. ​ ​ Его рука ​ ​ переместилась ​ ​ с ​ ​ её ​ ​ лица ​ ​ на ​ ​ ладонь. ​ ​ На ​ ​ лице ​ ​ Лайнара ​ ​ застыла ​ ​ скорбь, ​ ​ но ​ ​ Квей не ​ ​ верила ​ ​ ему.
- Как ​ ​ ты?
- Плохо, ​ ​ - ​ ​ буркнула ​ ​ она ​ огрубевшим ​ ​ голосом.
Наступило ​ ​ неловкое ​ ​ молчание. Вошел ​ ​ Джаян ​ ​ и ​ ​ стал ​ ​ играть. Лайнар ​ ​ отвернулся, ​ ​ чтобы посмотреть ​ ​ на ​ ​ игравшего ​ ​ ребенка. ​ ​ Квей ​ ​ вытащила ​ ​ из-под ​ ​ одеяла ​ ​ вторую ​ ​ руку, обтянутую перчаткой ​ ​ из ​ ​ черной ​ ​ чешуйчатой кожи. ​ ​ На ​ ​ ладони ​ ​ лежал ​ ​ белый кислотный ​ ​ порошок, ​ ​ она ​ ​ насыпала ​ ​ его ​ ​ в ​ ​ карманы ​ ​ мантии Лайнара, ​ ​ в ​ ​ потом, ​ ​ затаив ​ ​ дыхание, ​ ​ стала ​ ​ ждать. ​ ​ Вновь повернувшись ​ ​ к ​ ​ ней, ​ ​ он ​ ​ заметил:
- Твой ​ ​ сын ​ ​ очень ​ ​ вежливый мальчик.
- Неудивительно, ​ ​ - ​ ​ мрачно ​ ​ ответила ​ ​ Квейрил. ​ ​ -.Он ​ ​ все-таки ​ ​ сын ​ ​ барона ​ ​ и ​ ​ должен что-то ​ ​ унаследовать. ​ ​ Если ​ ​ это будут ​ ​ отцовские ​ ​ манеры ​ ​ - ​ ​ хорошо.
- Вам… ​ ​ не ​ ​ досталось ​ ​ его ​ ​ денег? ​ ​ ​ ​ - ​ ​ осторожно ​ ​ поинтересовался ​ ​ маг.
- Не ​ ​ досталось? ​ ​ Ха! ​ ​ Я ​ ​ сама ​ ​ не ​ ​ хотела ​ ​ брать ​ ​ денег ​ ​ от ​ ​ предателя! ​ ​ - ​ ​ возмущенно выкрикнула ​ ​ Квейрил. ​ ​ - ​ ​ Пока ​ ​ я  училась ​ ​ в ​ ​ Академии, ​ ​ этот… старый ​ ​ дурак ​ ​ завел ​ ​ себе эльфийскую ​ ​ шлюху! ​ ​ Я… ​ ​ - ​ ​ она отвернулась. ​ ​ - ​ ​ Я ​ ​ не ​ ​ хочу ​ ​ об ​ ​ этом говорить. ​ ​ Прошу, ​ ​ оставь ​ ​ меня.
​ ​ Сердце ​ ​ бешено ​ ​ колотилось, ​ ​ но она ​ ​ прислушалась ​ ​ к ​ ​ его ​ ​ шагам
- Мама, ​ ​ - ​ ​ взволнованный ​ ​ голос ​ ​ Джаяна ​ ​ прозвучал ​ ​ над ​ ​ ухом. ​ ​ - ​ ​ Я ​ ​ пошел ​ ​ за ​ ​ ним, ​ ​ как ​ ​ ты ​ ​ сказала.
- Нашел ​ ​ что-нибудь? ​ ​ - ​ ​ она ​ ​ тут ​ ​ же ​ ​ повернулась ​ ​ к ​ ​ нему ​ ​ лицом.
- Вот, ​ ​ это ​ ​ выпало ​ ​ из ​ ​ кармана, ​ ​ но ​ ​ я ​ ​ поймал.
​ ​ Он ​ ​ выложил ​ ​ перед ​ ​ ней ​ ​ склянку ​ ​ с фиолетово-малиновым ​ ​ зельем ​ ​ и записку. ​ ​ Квей ​ ​ уставилась ​ ​ на ​ ​ эту записку. ​ ​ Все ​ ​ мысли, ​ ​ слова, ​ ​ чувства ​ ​ как ​ ​ будто ​ ​ потерялись, ​ ​ на ​ ​ их ​ ​ месте ​ ​ осталась пустота.
​ ​ ​ ​ ​ ​ Медленно, ​ ​ но ​ ​ неотвратимо надвигалось ​ ​ понимание ​ ​ - ​ ​ Лайнар следит ​ ​ за ​ ​ ней. ​ ​ Нужно ​ ​ как-то ввести ​ ​ его ​ ​ в ​ ​ заблуждение. ​ ​ Но ​ ​ самое ​ ​ обидное, ​ ​ что ​ ​ следит ​ ​ он ​ ​ - мужчина, ​ ​ которому ​ ​ она ​ ​ доверяла. Квей ​ ​ перевела ​ ​ взгляд ​ ​ на ​ ​ сына:
- Уходи.
​ ​ А ​ ​ сама ​ ​ нырнула ​ ​ под ​ ​ одеяло ​ ​ и ​ ​ разрыдалась. ​ ​ Нельзя ​ ​ никому ​ ​ верить. ​ ​ Квейрил ​ ​ это знала, ​ ​ но ​ ​ все ​ ​ равно ​ ​ позволила ​ ​ себе ​ ​ надеяться. ​ ​ Что-то ​ ​ не ​ ​ так ​ ​ пошло ​ ​ в ​ ​ ее ​ ​ судьбе после ​ ​ того, ​ ​ как ​ ​ она соблазнила ​ ​ чужого ​ ​ жениха. ​ ​ Разрушать ​ ​ чужие ​ ​ судьбы ​ ​ Квей ​ ​ всегда ​ ​ умела ​ ​ и ​ ​ теперь ​ ​ в очередной ​ ​ раз ​ ​ жестоко расплачивалась ​ ​ за ​ ​ это. Выплакавшись ​ ​ вволю, ​ ​ Квейрил ​ ​ стиснула ​ ​ зубы. ​ ​ “Позволите ​ ​ ли ​ ​ вы ​ ​ мне ​ ​ стать ​ ​ вашим другом?” ​ ​ “Я позволю ​ ​ тебе ​ ​ стать ​ ​ моим ​ ​ врагом! ​ ​ “ ​ ​ - ​ ​ мысленно ​ ​ ответила ​ ​ колдунья.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Она ​ ​ развернула ​ ​ записку ​ ​ и нисколько ​ ​ не ​ ​ удивилась, ​ ​ увидев вместо ​ ​ обычных ​ ​ букв ​ ​ шифр. ​ ​ Всех ​ ​ шифров ​ ​ стражи ​ ​ Квейрил ​ ​ еще ​ ​ не ​ ​ знала, ​ ​ но догадывалась, ​ ​ где ​ ​ они ​ ​ могут ​ ​ находиться: ​ ​ личный ​ ​ кабинет ​ ​ Лефиция. ​ ​ В ​ ​ форт ​ ​ можно было ​ ​ попасть ​ ​с ​ ​ помощью ​ ​ обычного ​ ​ ключа, ​ ​ ​ ​ а ​ ​ вот ​ ​ в ​ ​ двери кабинета ​ ​ был ​ ​ “тауриган” ​ ​ - механизм, ​ ​ состоящий ​ ​ из эльфийской ​ ​ магии ​ ​ и ​ ​ гномьих приспособлений. ​ ​ Странно, ​ ​ что ​ ​ в ​ ​ деле ​ ​ контроля ​ ​ магов использовалась ​ ​ магия, ​ ​ но, ​ ​ видимо, паладины ​ ​ сочли ​ ​ это ​ ​ удобным. ​ ​ О ​ ​ том, ​ ​ как ​ ​ тауриган ​ ​ работает, Квейрил ​ ​ прекрасно ​ ​ знала ​ ​ - ​ ​ для прохода ​ ​ требуется ​ ​ капля ​ ​ крови. Узнать, ​ ​ чья ​ ​ кровь, ​ ​ паладины ​ ​ смогут ​ ​ без ​ ​ труда, ​ ​ магию ​ ​ не обмануть. ​ ​ Хотя… ​ ​ Переборов слабость, ​ ​ Квей ​ ​ поднялась ​ ​ и поплелась ​ ​ на ​ ​ кухню. ​ ​ Ворча ​ ​ себе ​ ​ под ​ ​ нос:” ​ ​ Зову, ​ ​ зову ​ ​ - ​ ​ никто ​ ​ не слышит!”, ​ ​ она ​ ​ потянулась ​ ​ за ​ ​ хлебом ​ ​ и ​ ​ толкнула ​ ​ Атручию ​ ​ локтем. ​ ​ Как ​ ​ и ​ ​ ожидала, нож соскочил ​ ​ и ​ ​ на ​ ​ руке ​ ​ остался ​ ​ порез.
- Ай! ​ ​ ​ ​ Осторожнее!
- Простите, ​ ​ - пробормотала ​ ​ Квейрил. ​ ​ - ​ ​ Позвольте ​ ​ мне ​ ​ перевязать ​ ​ вашу ​ ​ руку.
​ ​ Атручия ​ ​ бросила ​ ​ на ​ ​ нее ​ ​ взгляд, преисполненный ​ ​ раздражения, ​ ​ но кивнула. ​ ​ Вернувшись ​ ​ наверх, ​ ​ она достала ​ ​ чистую ​ ​ тряпочку ​ ​ и ​ ​ вдруг ​ ​ ей ​ ​ в ​ ​ голову ​ ​ пришла ​ ​ шальная ​ ​ идея. ​ ​ Достав ​ ​ из-под кровати ​ ​ пузырек, ​ ​ Квей ​ ​ промочила тряпочку ​ ​ зельем ​ ​ Было ​ ​ бы ​ ​ неплохо ​ ​ так ​ ​ же ​ ​ поступить ​ ​ и ​ ​ с Лайнаром, ​ ​ но ​ ​ за ​ ​ обманутые надежды ​ ​ Квейрил ​ ​ приготовила другую ​ ​ месть. ​ ​ Туго ​ ​ затянув повязку, ​ ​ она ​ ​ пристально посмотрела ​ ​ Атручии ​ ​ в ​ ​ глаза. ​ ​ Та ​ ​ не ​ ​ смутилась, ​ ​ не ​ ​ отвела ​ ​ взгляд ​ ​ - лишь ​ ​ посмотрела ​ ​ ничего ​ ​ не выражающим ​ ​ взглядом. ​ ​ Квей вернулась ​ ​ к ​ ​ себе, ​ ​ забралась ​ ​ в постель ​ ​ и ​ ​ уснула. ​ ​ Придется ​ ​ Джаяну ​ ​ повозиться ​ ​ с ​ ​ двумя “больными”. ​ ​ Когда ​ ​ она ​ ​ проснулась, уже ​ ​ наступила ​ ​ ночь. ​ ​ Собрав ​ ​ волосы ​ ​ в ​ ​ небрежный ​ ​ пучок, ​ ​ она ​ ​ переоделась ​ ​ и ​ ​ пошла ​ ​ по уснувшей ​ ​ столице. ​ ​ Тишину ​ ​ нарушал ​ ​ только ​ ​ хруст ​ ​ снега ​ ​ и ​ ​ тонкого ​ ​ льда. ​ ​ Сейчас форт выглядел ​ ​ безжизненной ​ ​ тенью ​ ​ самого ​ ​ себя. ​ ​ Квей посмотрела ​ ​ на ​ ​ окна. ​ ​ Здесь ​ ​ есть ​ ​ спальни ​ ​ для ​ ​ паладинов. При ​ ​ вступлении ​ ​ в ​ ​ орден ​ ​ они давали ​ ​ обеты ​ ​ безбрачия ​ ​ и целомудрия, ​ ​ дабы ​ ​ полностью ​ ​ посвятить ​ ​ себя ​ ​ служению ​ ​ вере, ​ ​ а ​ ​ потому ​ ​ жили вместе, ​ ​ как ​ ​ солдаты. Магов ​ ​ никто ​ ​ к ​ ​ этому ​ ​ не ​ ​ принуждал, ​ ​ они ​ ​ служили ​ ​ лишь ​ ​ самим ​ ​ себе. ​ ​ Глядя ​ ​ на ​ ​ форт, Квейрил ​ ​ впервые ​ ​ подумала, ​ ​ что ​ ​ сама ​ ​ себя ​ ​ загнала ​ ​ в ​ ​ ловушку, ​ ​ придя ​ ​ сюда. ​ ​ Просто соблазнилась хорошим ​ ​ заработком, ​ ​ а ​ ​ теперь ​ ​ вынуждена ​ ​ доказывать ​ ​ свою ​ ​ невиновность.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Ключ ​ ​ заскрипел, ​ ​ дверь ​ ​ с ​ ​ глухим ​ ​ стуком ​ ​ открылась ​ ​ и Квей ​ ​ пошла ​ ​ по ​ ​ темным ​ ​ коридорам. ​Остановившись перед ​ ​ дверью, ​ ​ она ​ ​ положила платок ​ ​ с ​ ​ кровью ​ ​ Атручии ​ ​ на ярко-зеленый ​ ​ кристалл, расположенный ​ ​ на ​ ​ месте замочной ​ ​ скважины. ​ ​ Воздух начал ​ ​ нагреваться, ​ ​ что-то тихо ​ ​ щелкнуло ​ ​ и ​ ​ дверь ​ ​ открылась. ​ ​ Здесь ​ ​ Квейрил стала ​ ​ взрослее. ​ ​ Невольно Квей ​ ​ подумала, ​ ​ что, ​ ​ будь ​ ​ ее мужем ​ ​ Лефиций ​ ​ - ​ ​ вся ​ ​ жизнь ​ ​ могла ​ ​ сложиться ​ ​ иначе.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #5 : 27 Декабрь 2017, 14:41:10 »
Надежный, ​ ​ добродушный, мудрый ​ ​ человек, ​ ​ который ​ ​ не стал ​ ​ бы ​ ​ ей ​ ​ изменять. ​ ​ В ​ ​ те ​ ​ времена, ​ ​ когда ​ ​ они ​ ​ жили ​ ​ с Лабелью ​ ​ вместе, ​ ​ она ​ ​ была намного ​ ​ упрямее. ​ ​ “И наивнее! ​ ​ - ​ ​ призналась ​ ​ себе Квей. ​ ​ - ​ ​ ​ ​ Какой ​ ​ глупостью было ​ ​ думать, ​ ​ что, ​ ​ став богатой ​ ​ дворянкой, ​ ​ я ​ ​ буду счастлива.” ​ ​ Не ​ ​ углубляясь ​ ​ в собственные разочарования, она потянула дверцы шкафа.  На полках лежали множество бумаг и несколько ​ ​ книг. Пролистав ​ ​ парочку, ​ ​ колдунья остановила ​ ​ взгляд ​ ​ на ​ ​ книге ​ ​ в ​ ​ темно-красной ​ ​ обложке ​ ​ с металлическими ​ ​ уголками ​ ​ и звездой ​ ​ посередине. ​ ​ Как ​ ​ она ​ ​ и ​ ​ ожидала, ​ ​ внутри ​ ​ оказались шифры. ​ ​ Одни ​ ​ значки ​ ​ обозначали ​ ​ буквы, ​ ​ другие ​ ​ слова ​ ​ или ​ ​ даже ​ ​ целые ​ ​ предложения. На ​ ​ поиски ​ ​ нужного ​ ​ шифра ​ ​ ушло ​ ​ немало времени, ​ ​ но ​ ​ Квейрил ​ ​ удалось перевести ​ ​ записку ​ ​ как:” ​ ​ В полночь ​ ​ двадцать ​ ​ восьмого числа ​ ​ сего ​ ​ месяца ​ ​ у ​ ​ статуи Соединенных.” ​ ​ И ​ ​ все. ​ ​ больше ​ ​ никаких ​ ​ уточнений.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Где ​ ​ находится ​ ​ статуя Соединенных, ​ ​ Квей ​ ​ отлично ​ ​ знала. ​ ​ Рядом ​ ​ с ​ ​ ней ​ ​ располагался ​ ​ самый ​ ​ большой ​ ​ сад смерти. ​ ​ По ​ ​ слухам, ​ ​ именно ​ ​ здесь ​ ​ зарыли ​ ​ фералитовую ​ ​ статуэтку ​ ​ орла,
принадлежавшую ​ ​ роду нынешней ​ ​ королевы ​ ​ Кельмиры. ​ ​ Простонародье
говорило ​ ​ об ​ ​ этой ​ ​ статуэтке много ​ ​ чего, ​ ​ но ​ ​ Квейрил ​ ​ всем ​ ​ этим ​ ​ россказням ​ ​ предпочитала ​ ​ не ​ ​ верить, ​ ​ считая, ​ ​ что у ​ ​ происходящего ​ ​ есть ​ ​ объяснение ​ ​ попроще. ​ ​ Дело ​ ​ в ​ ​ том, ​ ​ что ​ ​ на ​ ​ этом ​ ​ кладбище по ​ ​ ночам ​ ​ возникали ​ ​ светящиеся ​ ​ фигуры ​ ​ похороненных. ​ ​ В ​ ​ отличие ​ ​ от ​ ​ обычных
призраков, ​ ​ они ​ ​ не обращали ​ ​ внимания ​ ​ на ​ ​ живых. ​ ​ Маги ​ ​ и ​ ​ паладины тщательно ​ ​ обследовали
кладбище, ​ ​ но ​ ​ так ​ ​ и ​ ​ не ​ ​ нашли причину. ​ ​ Возможно, ​ ​ она скрывалась ​ ​ в ​ ​ могиле ​ ​ или ​ ​ склепе.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ В ​ ​ коридоре ​ ​ гулко ​ ​ прозвучали ​ ​ шаги. ​ ​ По ​ ​ спине
Квейрил ​ ​ пробежал ​ ​ противный
мороз ​ ​ от ​ ​ ужаса. ​ ​ Если ​ ​ ее
увидят ​ ​ здесь, ​ ​ она ​ ​ умрет.
Возможно, ​ ​ очень ​ ​ мучительной
смертью. ​ ​ Раздумывать ​ ​ было ​ ​ некогда. ​ ​ Схватив ​ ​ со ​ ​ стола ​ ​ записку ​ ​ и ​ ​ ее ​ ​ перевод,
Квейрил ​ ​ выпрыгнула ​ ​ в ​ ​ окно.
Ветер ​ ​ засвистел ​ ​ в ​ ​ ушах,
мысленно ​ ​ Квей ​ ​ приготовилась ​ ​ к ​ ​ болезненному ​ ​ падению, ​ ​ но вдруг ​ ​ ее ​ ​ юбка ​ ​ зацепилась ​ ​ за ​ ​ что-то ​ ​ острое. ​ ​ Испуганно вскрикнув, ​ ​ она ​ ​ повисла ​ ​ вниз ​ ​ головой. ​ ​ Прямо ​ ​ перед ​ ​ лицом маячило ​ ​ дерево. ​ ​ Судя ​ ​ по ​ ​ всему, ​ ​ именно ​ ​ его ​ ​ ветка уберегла ​ ​ ее ​ ​ от ​ ​ гибели.
Собравшись ​ ​ с ​ ​ силами, ​ ​ Квейрил ​ ​ согнулась ​ ​ пополам, схватилась ​ ​ за ​ ​ ветку ​ ​ обеими ​ ​ руками ​ ​ и ​ ​ бросила ​ ​ взгляд ​ ​ на ​ ​ то ​ ​ окно, ​ ​ из ​ ​ которого только ​ ​ что ​ ​ выпрыгнула. ​ ​ Оттуда выглядывал ​ ​ явно ​ ​ перепуганный ​ ​ послушник. ​ ​ Даже ​ ​ отсюда ​ ​ Квей ​ ​ видела, ​ ​ что ​ ​ он совсем ​ ​ еще ​ ​ юн. ​ ​ Если ​ ​ ничего ​ ​ не ​ ​ сделать, ​ ​ он бросится ​ ​ звать ​ ​ на ​ ​ помощь ​ ​ и все ​ ​ испортит. ​ ​ Холодная злость ​ ​ влилась ​ ​ в ​ ​ душу ​ ​ Квейрил, ​ ​ придавая ​ ​ ей решительности. ​ ​ Она ​ ​ зашептала ​ ​ слова ​ ​ заклинания,
мысленно ​ ​ призывая ​ ​ свои внутренние ​ ​ силы. ​ ​ Горячий ​ ​ поток ​ ​ стремительно ​ ​ двигался ​ ​ вниз ​ ​ по ​ ​ горлу, ​ ​ тело била ​ ​ дрожь, ​ ​ по ​ ​ щекам ​ ​ текли ​ ​ слезы. ​ ​ Вдруг ​ ​ раздался ​ ​ оглушительный ​ ​ хлопок, ​ ​ от которого ​ ​ вздрогнула ​ ​ земля. С ​ ​ криком ​ ​ послушник ​ ​ вывалился ​ ​ из ​ ​ окна, ​ ​ а ​ ​ ее ​ ​ юбка разорвалась. ​ ​ Невольно ​ ​ разжав ​ ​ руки, ​ ​ Квейрил ​ ​ упала ​ ​ и ударилась ​ ​ грудью ​ ​ о ​ ​ нижнюю ветку. ​ ​ От ​ ​ невыносимой ​ ​ боли ​ ​ у ​ ​ Квей ​ ​ перехватило ​ ​ дыхание, но ​ ​ она ​ ​ вцепилась ​ ​ обеими ​ ​ руками ​ ​ в ​ ​ ветку. ​ ​ Дерево неожиданно ​ ​ приподнялось ​ ​ и… пошло, ​ ​ передвигая ​ ​ корнями.
Еще ​ ​ никогда ​ ​ Квейрил ​ ​ не ​ ​ было ​ ​ настолько ​ ​ страшно. ​ ​ С ​ ​ одной ​ ​ стороны, ​ ​ оно ​ ​ уносит ​ ​ ее подальше ​ ​ от ​ ​ фортв, ​ ​ где ​ ​ ей ​ ​ угрожает ​ ​ опасность, ​ ​ но ​ ​ с ​ ​ другой ​ ​ - ​ ​ куда ​ ​ он ​ ​ ее ​ ​ несет?! ​ ​ А что, ​ ​ если ​ ​ там ​ ​ будет ​ ​ хуже?! “Это ​ ​ энт!” ​ ​ - ​ ​ промелькнула ​ ​ мысль. ​ ​ И ​ ​ вслед ​ ​ за ​ ​ этим пришло ​ ​ понимание: ​ ​ друидская магия. ​ ​ Тот ​ ​ дух ​ ​ связан ​ ​ с ​ ​ Квей ​ ​ и ​ ​ она ​ ​ может ​ ​ это ​ ​ использовать. ​ ​ Колдунья ​ ​ осторожно передвинулась ​ ​ ближе ​ ​ к ​ ​ стволу ​ ​ и ​ ​ закрыла ​ ​ глаза, ​ ​ сосредоточившись ​ ​ на ​ ​ духе. ​ ​ Под кожей ​ ​ будто ​ ​ переливалась ​ ​ чистая, ​ ​ холодная, ​ ​ свежая ​ ​ вода.
​ ​    Где-то ​ ​ в ​ ​ голове ​ ​ зашевелился ​ ​ чужой ​ ​ страх. Квейрил ​ ​ совершенно ​ ​ точно ​ ​ знала, ​ ​ что ​ ​ это ​ ​ не ​ ​ ее ​ ​ чувство ​ ​ - ​ ​ сама ​ ​ она ​ ​ была ​ ​ готова ​ ​ ко всему. ​ ​ Не ​ ​ открывая ​ ​ глаз, ​ ​ Квей ​ ​ увидела пересекающиеся ​ ​ белые ​ ​ и ​ ​ красные ​ ​ лучи. ​ ​ От ​ ​ них исходил ​ ​ жар. ​ ​ Казалось, ​ ​ будто ​ ​ внизу ​ ​ находится раскаленная ​ ​ печка. ​ ​ Приглядевшись, ​ ​ Квейрил разглядела ​ ​ за ​ ​ лучами знакомого ​ ​ духа. ​ ​ “О, ​ ​ ну ​ ​ конечно! ​ ​ Друиды ​ ​ создали ​ ​ защиту, ​ ​ - ​ ​ подумала ​ ​ Квей. ​ ​ - Похвальное ​ ​ стремление, ​ ​ вот только ​ ​ слишком ​ ​ запоздалое.” И ​ ​ она ​ ​ начала ​ ​ проводить ​ ​ снятие ​ ​ заклинания. ​ ​ Это ​ ​ было ​ ​ трудно, ​ ​ тем ​ ​ более ​ ​ что ​ ​ Квей не ​ ​ знала, ​ ​ с ​ ​ каким ​ ​ заклинанием ​ ​ вообще ​ ​ имеет ​ ​ дело. ​ ​ Постепенно ​ ​ лучи ​ ​ начали ​ ​ менять форму: ​ ​ из пересекающихся ​ ​ они ​ ​ стали продольными ​ ​ и ​ ​ сменили ​ ​ цвет ​ ​ с ​ ​ красного ​ ​ и ​ ​ белого ​ ​ на оранжевый. ​ ​ На ​ ​ смену ​ ​ жару пришла ​ ​ прохлада. ​ ​ Защита начала ​ ​ слабеть, ​ ​ осталось ​ ​ преодолеть ​ ​ последнюю ​ ​ преграду. ​ ​ Квейрил ​ ​ посмотрела на ​ ​ элементаля угрожающим ​ ​ взором:
- Дух, ​ ​ помоги ​ ​ мне ​ ​ и ​ ​ я освобожу ​ ​ тебя.
Ей ​ ​ показалось, ​ ​ что ​ ​ на ​ ​ его ​ ​ лице ​ ​ мелькнуло ​ ​ подобие ​ ​ радости. ​ ​ Он ​ ​ потянулся ​ ​ к ​ ​ лучам и… ​ ​ сверху ​ ​ ударила ​ ​ молния. ​ ​ От ​ ​ боли ​ ​ и ​ ​ ужаса ​ ​ Квей ​ ​ не ​ ​ могла ​ ​ даже ​ ​ думать. ​ ​ А ​ ​ потом все ​ ​ ненадолго ​ ​ погрузилось ​ ​ во ​ ​ тьму.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Очнулась ​ ​ Квейрил, ​ ​ по-прежнему ​ ​ сидя ​ ​ на ​ ​ дереве. Голова ​ ​ невыносимо ​ ​ болела, ​ ​ ее ​ ​ бил ​ ​ озноб. ​ ​ Она ​ ​ посмотрела ​ ​ вниз: ​ ​ высоко, ​ ​ падать будет ​ ​ больно. ​ ​ А ​ ​ вот ​ ​ если ​ ​ попробовать ​ ​ осторожно ​ ​ слезть… ​ ​ Квей удалось ​ ​ спуститься ​ ​ на ​ ​ одну ​ ​ ветку, ​ ​ потом ​ ​ еще… ​ ​ И ​ ​ вдруг ​ ​ энт ​ ​ резко ​ ​ повернулся. ​ ​ Не успев ​ ​ схватиться ​ ​ за ​ ​ ветку, Квейрил ​ ​ с ​ ​ криком ​ ​ ужаса ​ ​ полетела ​ ​ в ​ ​ темнеющую бездну. ​ ​ Внезапно ​ ​ она ​ ​ с ​ ​ размахом ​ ​ врезалась ​ ​ во ​ ​ что-то ​ ​ очень ​ ​ твердое. ​ ​ Ребра ​ ​ сдавило так, ​ ​ что ​ ​ стало больно ​ ​ дышать. ​ ​ И ​ ​ самое страшное ​ ​ - ​ ​ ноги ​ ​ повисли ​ ​ в воздухе. ​ ​ Предположение, ​ ​ что ​ ​ ее ​ ​ схватили ​ ​ щупальца ​ ​ какого-то ​ ​ чудовища, ​ ​ не подтвердилось ​ ​ - ​ ​ никто ​ ​ не ​ ​ тянул ​ ​ ее ​ ​ в ​ ​ рот ​ ​ и ​ ​ не ​ ​ пытался ​ ​ сожрать. ​ ​ Осторожно высвободив ​ ​ правую ​ ​ руку, Квейрил ​ ​ зажгла ​ ​ магический ​ ​ огонь ​ ​ и ​ ​ осмотрелась. ​ ​ Мрачный ​ ​ заснеженный ​ ​ лес ​ ​ - ничего ​ ​ особенного. ​ ​ Тогда ​ ​ она обратила ​ ​ внимание ​ ​ на ​ ​ то, ​ ​ что ​ ​ сжало ​ ​ ей ​ ​ ребра. ​ ​ Белизна ​ ​ и ​ ​ крепость, ​ ​ слегка присыпанные ​ ​ снегом, ​ ​ предстали ​ ​ перед ​ ​ ней ​ ​ в ​ ​ виде ​ ​ смерти ​ ​ могущественного существа ​ ​ Пустые ​ ​ глазницы ​ ​ смотрели ​ ​ в ​ ​ небо. ​ ​ Странное ​ ​ чувство ​ ​ овладело ​ ​ Квей ​ ​ - как ​ ​ будто ​ ​ стоишь ​ ​ у ​ ​ догорающего ​ ​ дома, ​ ​ решая, ​ ​ куда ​ ​ отправиться ​ ​ дальше. Прошлое ​ ​ отрезано ​ ​ от ​ ​ возможности ​ ​ выбора.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Драконий ​ ​ скелет. ​ ​ Именно ​ ​ из-за ​ ​ него ​ ​ погибла ​ ​ Явильда. Священное ​ ​ место ​ ​ Келимо.
Здесь ​ ​ опасно ​ ​ оставаться. Вполне ​ ​ вероятно, ​ ​ что ​ ​ земля ​ ​ здесь ​ ​ зачарована ​ ​ и ​ ​ ее ​ ​ быстро ​ ​ найдут. ​ ​ Погасив ​ ​ огонь, Квей ​ ​ начала ​ ​ выпутываться ​ ​ из ​ ​ костяной ловушки. ​ ​ Резкий ​ ​ рывок ​ ​ вперед ​ ​ - ​ ​ и ​ ​ ветер ​ ​ засвистел ​ ​ в ​ ​ ушах, ​ ​ после ​ ​ чего ​ ​ щиколотка правой ​ ​ ноги ​ ​ стукнулась ​ ​ о что-то ​ ​ очень ​ ​ твердое. ​ ​ Квейрил ​ ​ злилась ​ ​ на ​ ​ саму ​ ​ себя. ​ ​ Это ​ ​ ж ​ ​ надо ​ ​ было ​ ​ придумать такую глупость ​ ​ - ​ ​ прыгать ​ ​ из ​ ​ окна!
Надо ​ ​ было ​ ​ убить ​ ​ того ​ ​ послушника ​ ​ и ​ ​ уйти. ​ ​ Или спрятаться. ​ ​ А ​ ​ теперь ​ ​ ее ​ ​ здесь ​ ​ могут ​ ​ убить ​ ​ или ​ ​ она заблудится. ​ ​ А ​ ​ к ​ ​ утру ​ ​ уже ​ ​ надо ​ ​ лежать ​ ​ в ​ ​ кровати, ​ ​ иначе ​ ​ заподозрят ​ ​ неладное. Преодолевая ​ ​ боль, ​ ​ Квей ​ ​ поднялась. ​ ​ Из ​ ​ носа ​ ​ закапала кровь ​ ​ - ​ ​ видимо, ​ ​ она ​ ​ сильно ударилась. ​ ​ Оглядываясь ​ ​ на скелет ​ ​ дракона, ​ ​ колдунья вспомнила, ​ ​ что ​ ​ Нерфилен хотел ​ ​ создать ​ ​ амулет ​ ​ на ​ ​ основе ​ ​ драконьего ​ ​ клыка. ​ ​ Может ​ ​ быть, ​ ​ у ​ ​ нее ​ ​ это получится? ​ ​ В ​ ​ любом ​ ​ случае, драконьи ​ ​ останки ​ ​ - ​ ​ ценный алхимический ​ ​ ингредиент. Квейрил ​ ​ вернулась ​ ​ к ​ ​ скелету ​ ​ и ​ ​ положила ​ ​ руку ​ ​ на ​ ​ самый маленький ​ ​ клык.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #6 : 31 Декабрь 2017, 00:02:30 »
​​ А ​ ​ вот ​ ​ тело ​ ​ Карлена ​ ​ наверняка ​ ​ уже ​ ​ растащили ​ ​ по ​ ​ кусочкам. ​ ​ Неужели ​ ​ она ​ ​ обречена терять ​ ​ всех, ​ ​ кого ​ ​ любит?! ​ ​ Нет, ​ ​ это ​ ​ надо прекратить! ​ ​ Квей ​ ​ потянула клык ​ ​ - ​ ​ крепко ​ ​ сидит, ​ ​ просто ​ ​ так ​ ​ не ​ ​ вытащить. ​ ​ Глубоко вздохнув, ​ ​ она ​ ​ магическим ​ ​ огнем ​ ​ ослаблять ​ ​ основу ​ ​ клыка. ​ ​ Когда ​ ​ кость ​ ​ почернела, Квейрил ​ ​ забрала ​ ​ клык ​ ​ и ​ ​ оглядела ​ ​ скелет. ​ ​ Из-за ​ ​ него ​ ​ ее ​ ​ новая ​ ​ жизнь ​ ​ начала рушиться. ​ ​ Глухая ​ ​ ненависть ​ ​ к ​ ​ паладинам ​ ​ прорастала ​ ​ стремительно, Квей ​ ​ ощущала ​ ​ себя ​ ​ в ​ ​ ловушке. ​ ​ Она ​ ​ словно ​ ​ вновь оказалась ​ ​ баронессой ​ ​ на ​ ​ балу, ​ ​ окруженной ​ ​ масками ​ ​ и фальшивыми ​ ​ улыбками. ​ ​ Тогда ​ ​ Квейрил ​ ​ Шихрид ​ ​ обожала ​ ​ такую ​ ​ жизнь, ​ ​ нынешняя Квейрил ​ ​ Фелузан ​ ​ ее ​ ​ тихо ​ ​ ненавидела. ​ ​ Раньше ​ ​ у ​ ​ нее ​ ​ были ​ ​ богатство, ​ ​ титул ​ ​ и семья, ​ ​ так ​ ​ что ​ ​ это ​ ​ выглядело ​ ​ невинной ​ ​ забавой. А ​ ​ теперь ​ ​ власть ​ ​ утрачена, ​ ​ она ​ ​ осталась ​ ​ одна. ​ ​ Даже посоветоваться ​ ​ не ​ ​ с ​ ​ кем, ​ ​ если ​ ​ гложут ​ ​ сомнения.
​ ​ ​ ​ ​ ​ Квей ​ ​ легко ​ ​ забежала ​ ​ по хвосту ​ ​ и ​ ​ остановилась ​ ​ над ​ ​ грудью. ​ ​ Невольно ​ ​ затаила ​ ​ дыхание, ​ ​ чтобы сосредоточиться ​ ​ и ​ ​ настроиться. ​ ​ Руки ​ ​ вспыхнули ​ ​ синим ​ ​ светом,  воздух ​ ​ всколыхнуло ​ ​ волной ​ ​ тепла. ​ ​ Кости ​ ​ начали ​ ​ нагреваться ​ ​ изнутри. ​ ​ Квейрил стала ​ ​ осторожно пробираться ​ ​ к ​ ​ голове, ​ ​ продолжая ​ ​ мысленно создавать ​ ​ направление магических ​ ​ потоков. ​ ​ Синий ​ ​ свет ​ ​ медленно ​ ​ расползся ​ ​ по костям.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ И ​ ​ скелет ​ ​ поднялся. ​ ​ Ломая ​ ​ деревья, ​ ​ он ​ ​ нес ​ ​ свою ​ ​ новую госпожу ​ ​ назад ​ ​ в ​ ​ город. ​ ​ Стоя ​ ​ в ​ ​ полный ​ ​ рост, ​ ​ Квей ​ ​ чувствовала ​ ​ себя ​ ​ уверенно, словно ​ ​ стояла ​ ​ на ​ ​ палубе, окруженная ​ ​ солнечным ​ ​ морем. ​ ​ Усталость ​ ​ потихоньку ​ ​ подкрадывалась, но ​ ​ она ​ ​ терпела. ​ ​ Обойдя ​ ​ вокруг ​ ​ стены, ​ ​ скелет ​ ​ свесил голову ​ ​ и ​ ​ Квейрил ​ ​ спрыгнула прямиком ​ ​ в ​ ​ город. ​ ​ Пучок развязался ​ ​ и ​ ​ волосы ​ ​ упали ​ ​ на лицо. ​ ​ Некоторое ​ ​ время ​ ​ она тяжело ​ ​ дышала, ​ ​ пытаясь ​ ​ понять, ​ ​ жива ​ ​ или ​ ​ нет. ​ ​ Ночь, полная ​ ​ ужаса… ​ ​ Такого ​ ​ у ​ ​ нее давно ​ ​ не ​ ​ было. ​ ​ Может, ​ ​ сбежать? ​ ​ Но ​ ​ куда? ​ ​ Рядом ​ ​ две ​ ​ огромные ​ ​ империи, ​ ​ но отношение ​ ​ к ​ ​ магам ​ ​ там ​ ​ намного ​ ​ хуже. ​ ​ А ​ ​ впереди ​ ​ ждет ​ ​ расследование. Расслабляться ​ ​ рано.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Небо ​ ​ уже ​ ​ заалело ​ ​ на ​ ​ востоке, ​ ​ когда ​ ​ Квей ​ ​ опустилась ​ ​ в ​ ​ мягкость ​ ​ постели. ​ ​ Снег
уже ​ ​ растаял ​ ​ и ​ ​ растекся ​ ​ чистыми ​ ​ холодными ​ ​ ручейками. ​ ​ Стук кузнечного ​ ​ молота ​ ​ нарушал утреннюю ​ ​ тишину. ​ ​ Где-то рядом ​ ​ громко ​ ​ разговаривали ​ ​ две ​ ​ женщины.
- Мама, ​ ​ - ​ ​ прошептал Джаян, ​ ​ щекоча ​ ​ теплым ​ ​ дыханием ​ ​ ухо, ​ ​ - ​ ​ тете ​ ​ Атручии ​ ​ плохо, ​ ​ она ​ ​ просит снадобье, ​ ​ которое ​ ​ ты ​ ​ пьешь. Квейрил ​ ​ открыла ​ ​ глаза. ​ ​ Сон еще ​ ​ не ​ ​ покинул ​ ​ её, ​ ​ но ​ ​ сущность ​ ​ хищника ​ ​ уже ​ ​ проснулась, ​ ​ готовая ​ ​ охотиться. ​ ​ Со стоном ​ ​ Квей поднялась, ​ ​ подмигнула Джаяну:” ​ ​ Иди ​ ​ на ​ ​ кухню, ​ ​ мой мальчик.”, ​ ​ забрала ​ ​ драконий клык, ​ ​ лежащий ​ ​ под ​ ​ кроватью и ​ ​ пошла ​ ​ в ​ ​ подвал. ​ ​ С ​ ​ хитрой ​ ​ улыбкой ​ ​ Квейрил ​ ​ начала ​ ​ варить ​ ​ сонный ​ ​ эликсир. ​ ​ Пока брошенные ​ ​ ингредиенты закипали, ​ ​ превращаясь ​ ​ в светло-фиолетовую ​ ​ жидкость, ​ ​ колдунья ​ ​ начала создавать ​ ​ амулет. ​ ​ Облачив клык ​ ​ в ​ ​ мрачность ​ ​ канрадиана, ​ ​ она ​ ​ добавила зачарованный ​ ​ жемчуг ​ ​ и ​ ​ только ​ ​ сейчас ​ ​ обнаружила, ​ ​ что ​ ​ у ​ ​ нее ​ ​ закончились кристаллы. ​ ​ Где ​ ​ найти ​ ​ такие, ​ ​ Квей ​ ​ отлично ​ ​ знала ​ ​ - ​ ​ в ​ ​ пещере ​ ​ на ​ ​ востоке. ​ ​ При ​ ​ одной только ​ ​ мысли ​ ​ о предстоящем ​ ​ походе ​ ​ Квейрил ​ ​ поморщилась. ​ ​ Ей ​ ​ не ​ ​ хотелось ​ ​ подвергаться опасности ​ ​ быть ​ ​ разоблаченной ​ ​ и ​ ​ обвиненной. После ​ ​ чего, ​ ​ возможно, казненной. ​ ​ Но ​ ​ не ​ ​ идти ​ ​ тоже ​ ​ нельзя.
​ ​ ​ ​ Как ​ ​ только ​ ​ эликсир ​ ​ сварился, ​ ​ она ​ ​ передала ​ ​ его Джаяну:
- Отнеси ​ ​ тете ​ ​ Атручии, ​ ​ пусть ​ ​ выпьет.
​ ​ Выждав ​ ​ некоторое ​ ​ время, Квей ​ ​ выскочила ​ ​ на ​ ​ улицу. ​ ​ Она отвыкла ​ ​ от ​ ​ солнечного Альхара ​ ​ и ​ ​ теперь ​ ​ чувствовала ​ ​ себя ​ ​ неуютно.
Вдруг ​ ​ до ​ ​ ее ​ ​ слуха ​ ​ донеслись испуганные ​ ​ и ​ ​ возмущенные ​ ​ ​ ​ голоса. ​ ​ Пройдя ​ ​ на ​ ​ ближайшую ​ ​ площадь, ​ ​ Квейрил ​ ​ едва сдержалась, чтобы ​ ​ не ​ ​ хлопнуть ​ ​ себя ​ ​ по ​ ​ лбу. ​ ​ Над ​ ​ Альхаром, ​ ​ этим средоточием ​ ​ мудрости, нависла ​ ​ смерть. ​ ​ Она ​ ​ взирала бездонными ​ ​ глазами ​ ​ прямо ​ ​ на ​ ​ нее. ​ ​ Не ​ ​ сразу ​ ​ Квей ​ ​ поняла, что ​ ​ это ​ ​ скелет ​ ​ дракона, которого ​ ​ она ​ ​ украла ​ ​ у ​ ​ Келимо. ​ ​ А. ​ ​ ведь ​ ​ на ​ ​ нем ​ ​ могла остаться ​ ​ какая-нибудь ​ ​ магия, ​ ​ о ​ ​ которой ​ ​ она ​ ​ не ​ ​ знает. ​ ​ Келимо ​ ​ могут ​ ​ начать охотиться ​ ​ за ​ ​ ней ​ ​ или ​ ​ напасть ​ ​ на ​ ​ Альхар. ​ ​ И ​ ​ куда подевалась ​ ​ Явильда, ​ ​ когда ​ ​ она ​ ​ так ​ ​ нужна?
​ ​ ​ ​ Рядом ​ ​ промчалась ​ ​ лошадь. Квейрил ​ ​ с ​ ​ подозрением присмотрелась ​ ​ к ​ ​ ее ​ ​ масти ​ ​ - светло-серая, ​ ​ в ​ ​ яблоках. ​ ​ Да ​ ​ она ​ ​ же ​ ​ знает, ​ ​ чья ​ ​ это ​ ​ лошадь! ​ ​ От ​ ​ страха ​ ​ у ​ ​ Квей внезапно ​ ​ вспотела ​ ​ спина, ​ ​ ноги ​ ​ будто ​ ​ к ​ ​ земле ​ ​ приросли. Казалось, ​ ​ тронь ​ ​ ее ​ ​ - ​ ​ и ​ ​ она закричит ​ ​ от ​ ​ ужаса. ​ ​ Невольно затаив ​ ​ дыхание, ​ ​ Квей ​ ​ перевела ​ ​ взгляд ​ ​ на ​ ​ всадника.
Да, ​ ​ ​ ​ это ​ ​ приехал ​ ​ Лефиций. Этот ​ ​ добродушный ​ ​ и ​ ​ крупный, ​ ​ словно ​ ​ медведь, мужчина ​ ​ уже ​ ​ давно ​ ​ нравился Квейрил ​ ​ и ​ ​ она ​ ​ не ​ ​ хотела, ​ ​ чтобы ​ ​ он ​ ​ пострадал. ​ ​ “Лефиций ​ ​ меня ​ ​ не ​ ​ заметил!” ​ ​ - успокоила ​ ​ она ​ ​ себя. ​ ​ Помогло ​ ​ - ​ ​ страх ​ ​ отпустил ​ ​ свою ​ ​ хватку ​ ​ и ​ ​ Квей ​ ​ пошла ​ ​ прочь, хотя ​ ​ и ​ ​ чувствовала ​ ​ горечь поражения. ​ ​ Она ​ ​ понимала, ​ ​ что ​ ​ шум ​ ​ вокруг ​ ​ скелета ​ ​ еще ​ ​ долго ​ ​ не ​ ​ уляжется ​ ​ и теперь размышляла, ​ ​ можно ​ ​ ли ​ ​ это ​ ​ как-то ​ ​ использовать. ​ ​ Может ​ ​ быть, ​ ​ наконец-то ​ ​ удастся выследить ​ ​ тех, ​ ​ кто ​ ​ сжег ​ ​ склад?
​ ​ ​ ​ Небо ​ ​ разразилось ​ ​ громом. Только ​ ​ сейчас ​ ​ Квейрил ​ ​ заметила, ​ ​ что ​ ​ сегодня необычно, ​ ​ не ​ ​ по-зимнему ​ ​ тепло. ​ ​ Вот ​ ​ только ​ ​ это ​ ​ было ​ ​ неприятное, неестественное, ​ ​ душное ​ ​ тепло. ​ ​ Квей ​ ​ на ​ ​ всякий ​ ​ случай ускорила ​ ​ шаг ​ ​ и ​ ​ свернула ​ ​ в ​ ​ переулок. ​ ​ Здесь, ​ ​ в ​ ​ окружении ​ ​ серости, ​ ​ она ​ ​ почувствовала себя ​ ​ в ​ ​ безопасности. ​ ​ Дождь хлынул ​ ​ на ​ ​ город ​ ​ внезапно ​ ​ и яростно. ​ ​ Квейрил ​ ​ уже покинула ​ ​ пронизанное ​ ​ ветрами ​ ​ сердце ​ ​ города ​ ​ и перешла ​ ​ в ​ ​ Квартал ​ ​ Смешанных. ​ ​ Именно ​ ​ здесь жили ​ ​ дети ​ ​ людей ​ ​ и ​ ​ эльфов, рожденные ​ ​ простолюдинами.
Это ​ ​ был ​ ​ самый ​ ​ унылый квартал ​ ​ - ​ ​ здесь ​ ​ не ​ ​ было ​ ​ ни больших ​ ​ площадей, ​ ​ ни ​ ​ лавок, ни ​ ​ мастерских. ​ ​ Только ​ ​ таверна ​ ​ под ​ ​ названием “Единорог ​ ​ в ​ ​ котле” ​ ​ выделялась ​ ​ среди ​ ​ маленьких домишек. ​ ​ Не ​ ​ раздумывая, ​ ​ Квейрил ​ ​ зашла ​ ​ сюда. ​ ​ Народу было ​ ​ немного, ​ ​ что ​ ​ и неудивительно ​ ​ - ​ ​ день ​ ​ только ​ ​ начался. ​ ​ Квей ​ ​ села ​ ​ у ​ ​ окна, немигающим ​ ​ взором ​ ​ уставилась ​ ​ в ​ ​ серое безразличие. ​ ​ Окруженная возможными ​ ​ предателями, ​ ​ она ​ ​ с ​ ​ горечью ​ ​ думала ​ ​ о ​ ​ том, что ​ ​ ее ​ ​ может ​ ​ предать ​ ​ даже самый ​ ​ родной ​ ​ человек ​ ​ - ​ ​ Джаян. ​ ​ Ведь ​ ​ он ​ ​ всего ​ ​ лишь ребенок ​ ​ и ​ ​ его ​ ​ с ​ ​ легкостью ​ ​ могут ​ ​ обмануть. ​ ​ Если спрятать ​ ​ сына ​ ​ - ​ ​ это ​ ​ вызовет ​ ​ еще ​ ​ больше ​ ​ подозрений. ​ ​ Квейрил отвернулась ​ ​ и ​ ​ только ​ ​ сейчас ​ ​ заметила ​ ​ крепкую маленькую ​ ​ фигурку ​ ​ с ​ ​ волосами ​ ​ шоколадного ​ ​ цвета.
​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ Удивление ​ ​ смыло ​ ​ с ​ ​ лица ​ ​ Квей ​ ​ безнадежное ​ ​ равнодушие ​ ​ и ​ ​ сменилось заинтересованностью. ​ ​ Похоже, ​ ​ это ​ ​ именно ​ ​ то, ​ ​ что она ​ ​ безуспешно ​ ​ искала. ​ ​ Резким ​ ​ рывком ​ ​ Квейрил ​ ​ поднялась ​ ​ и ​ ​ пересела ​ ​ за ​ ​ тот столик. ​ ​ Не ​ ​ отрываясь ​ ​ от ​ ​ еды, ​ ​ гномиха ​ ​ подняла ​ ​ голову ​ ​ и… ​ ​ ложка ​ ​ выпала ​ ​ у ​ ​ нее ​ ​ изо рта, ​ ​ оставив ​ ​ жирные ​ ​ пятна.
Слегка ​ ​ прищурившись ​ ​ и ​ ​ насмешливо ​ ​ улыбаясь, ​ ​ Квей разглядывала ​ ​ уже ​ ​ знакомую гномиху, ​ ​ у ​ ​ которой ​ ​ отобрала амулет. ​ ​ Она ​ ​ любила ​ ​ упиваться ​ ​ чужими страхами ​ ​ - ​ ​ это ​ ​ будто прибавляло ​ ​ душевных ​ ​ сил. Квейрил ​ ​ относилась ​ ​ к ​ ​ гномам со ​ ​ снисхождением, ​ ​ как ​ ​ к ​ ​ детям. ​ ​ Отчасти ​ ​ ​ ​ этому служило ​ ​ причиной ​ ​ то, ​ ​ что гномы ​ ​ не ​ ​ способны ​ ​ к ​ ​ магии. Ученые-маги ​ ​ утверждали, ​ ​ что ​ ​ это ​ ​ все ​ ​ от ​ ​ близости магических ​ ​ металлов, ​ ​ камней ​ ​ и ​ ​ кристаллов, ​ ​ ведь гномы ​ ​ жили ​ ​ в ​ ​ горах ​ ​ и ​ ​ под землей ​ ​ - ​ ​ ​ ​ то ​ ​ есть ​ ​ привыкли ​ ​ к ​ ​ излучению ​ ​ магии. ​ ​ Квейрил ​ ​ этому ​ ​ не ​ ​ особо ​ ​ верила, полагая, ​ ​ что ​ ​ все ​ ​ сложнее, ​ ​ чем ​ ​ кажется.
Чуть ​ ​ слышно ​ ​ вздохнув, ​ ​ Квей спросила:
- Как ​ ​ тебя ​ ​ зовут?
- Овия, ​ ​ - ​ ​ пролепетала гномиха.
- Не ​ ​ надо ​ ​ меня ​ ​ бояться. ​ Лучше ​ ​ расскажи ​ ​ все, ​ ​ что знаешь ​ ​ о ​ ​ пожаре.
- Нас ​ ​ не ​ ​ лорд ​ ​ Аруссано ​ ​ нанял, ​ ​ - ​ ​ призналась ​ ​ Овия.
- Это ​ ​ я ​ ​ уже ​ ​ поняла, ​ ​ - ​ ​ с   ласковой ​ ​ улыбкой ​ ​ ответила Квейрил. ​ ​ - ​ ​ Так ​ ​ что ​ ​ на ​ ​ самом ​ ​ деле ​ ​ произошло? ​ ​ Говори.
- Мы ​ ​ наемники, работающие ​ ​ на ​ ​ лорда Кефастриана, ​ ​ - ​ ​ гномиха продолжила ​ ​ есть. ​ ​ - ​ ​ Он ​ ​ с ​ ​ лордом ​ ​ Аруссано ​ ​ давние ​ ​ знакомые. ​ ​ И ​ ​ давние ​ ​ враги ​ ​ - ​ ​ с тех ​ ​ пор, ​ ​ как ​ ​ Аруссано ​ ​ женился ​ ​ на ​ ​ леди ​ ​ Эмиган.
- А ​ ​ это ​ ​ еще ​ ​ кто? ​ ​ - ​ ​ уточнила ​ ​ Квей.
- Говорят, ​ ​ именно благодаря ​ ​ этой ​ ​ женитьбе Иребейн ​ ​ Аруссано ​ ​ стал правителем ​ ​ города. ​ ​ Они ​ ​ оба хотели ​ ​ на ​ ​ ней ​ ​ жениться, ​ ​ но повезло ​ ​ Аруссано.
- И? ​ ​ Лорд ​ ​ Кефастриан хочет ​ ​ вернуть ​ ​ бывшую ​ ​ невесту? ​ ​ Или ​ ​ отомстить?
- Вернуть ​ ​ леди ​ ​ Эмиган? ​ ​ - ​ ​ Овия  ненадолго ​ ​ призадумалась, затем ​ ​ мотнула ​ ​ головой. ​ ​ - ​ ​ Вряд ​ ​ ли! ​ ​ Сейчас ​ ​ ему ​ ​ от ​ ​ этого ​ ​ брака ​ ​ уже ​ ​ ничего ​ ​ не ​ ​ нужно - ​ ​ у ​ ​ леди ​ ​ Аруссано ​ ​ уже ​ ​ есть ​ ​ дети. ​ ​ Мстить? ​ ​ Если ​ ​ уж ​ ​ мстить, ​ ​ то ​ ​ отцу ​ ​ леди Эмиган ​ ​ - ​ ​ это ​ ​ он ​ ​ принимал решение ​ ​ о ​ ​ свадьбе ​ ​ и ​ ​ передумал.
- Так ​ ​ все-таки… ​ ​ Что ​ ​ на самом ​ ​ деле ​ ​ вы ​ ​ искали ​ ​ на ​ ​ складе?
- Любые ​ ​ списки, ​ ​ бумаги,  книги ​ ​ учета ​ ​ - ​ ​ в ​ ​ общем, ​ ​ все, ​ ​ что ​ ​ может ​ ​ указать, ​ ​ с ​ ​ кем ​ ​ лорд ​ ​ Аруссано ​ ​ ведет ​ ​ дела.
В ​ ​ памяти ​ ​ Квейрил ​ ​ возникли ​ ​ две ​ ​ книги, ​ ​ которые ​ ​ она ​ ​ отобрала. ​ ​ Закрутившись ​ ​ в
делах, ​ ​ она ​ ​ спрятала ​ ​ их ​ ​ в подвал. ​ ​ Отлично ​ ​ понимая, ​ ​ куда ​ ​ ввязывается, ​ ​ Квейрил испытала ​ ​ не ​ ​ ужас, ​ ​ а заинтересованность. ​ ​ Солнце ​ ​ заглянуло ​ ​ в ​ ​ окно, проскользнуло ​ ​ по ​ ​ дощатому ​ ​ полу, ​ ​ осветило ​ ​ довольную улыбку ​ ​ и ​ ​ хитрый ​ ​ блеск ​ ​ черных ​ ​ глаз. ​ ​ Только ​ ​ сейчас ​ ​ Квейрил ​ ​ обратила ​ ​ внимание ​ ​ на то, ​ ​ что ​ ​ дождь ​ ​ уже закончился. ​ ​ Она ​ ​ посмотрела ​ ​ в ​ ​ окно, ​ ​ затем ​ ​ на ​ ​ Овию:
- Часто ​ ​ ты ​ ​ здесь ​ ​ бываешь?
- К-каждый ​ ​ день.
- В ​ ​ таком ​ ​ случае ​ ​ мы ​ ​ еще ​ ​ увидимся, ​ ​ - ​ ​ широко ​ ​ улыбнувшись ​ ​ на ​ ​ прощание, Квейрил встала ​ ​ и ​вышла.
Душа ​ ​ ликовала ​ ​ в ​ ​ предвкушении ​ ​ победы. ​ ​ Перед ней ​ ​ наконец-то ​ ​ открылся ​ ​ новый ​ ​ путь ​ ​ и ​ ​ Квей ​ ​ переполняла ​ ​ решимость ​ ​ пойти ​ ​ по нему.
Золото ​ ​ солнечных ​ ​ лучей поблескивало ​ ​ в ​ ​ зеркалах ​ ​ дорог. ​ ​ Мягкая ​ ​ грязь ​ ​ под ​ ​ ногами ​ ​ и ​ ​ лапами ​ ​ превращалась ​ ​ в нечто бесформенное, ​ ​ синее ​ ​ небо внушало ​ ​ надежду. ​ ​ Лес выглядел ​ ​ притихшим. ​ ​ В ​ ​ груди ​ ​ Квейрил ​ ​ разгорелось странное ​ ​ тепло, ​ ​ оно постепенно ​ ​ разошлось ​ ​ по ​ ​ телу. ​ ​ Вначале ​ ​ это ​ ​ было ​ ​ приятно, ​ ​ но ​ ​ вскоре ​ ​ тепло добралось ​ ​ и ​ ​ до ​ ​ глаз ​ ​ и ​ ​ они начали ​ ​ болеть. ​ ​ Не ​ ​ выдержав, колдунья ​ ​ присела ​ ​ на ​ ​ какой-то ​ ​ камень ​ ​ и ​ ​ прикрыла ​ ​ лицо рукой. ​ ​ Не ​ ​ помогло ​ ​ - ​ ​ боль переместилась ​ ​ из ​ ​ глаз ​ ​ в затылок. ​ ​ Хотелось ​ ​ тихонько ​ ​ застонать. ​ ​ “Тебе грозит ​ ​ умереть ​ ​ молодой ​ ​ и ​ ​ в ​ ​ страшных ​ ​ мучениях.” ​ ​ Лучше ​ ​ бы ​ ​ она ​ ​ погибла ​ ​ вместе ​ ​ с Карленом, ​ ​ а ​ ​ Джаян ​ ​ остался ​ ​ в доме ​ ​ старшего ​ ​ брата. ​ ​ Там ​ ​ ему ​ ​ дали ​ ​ бы ​ ​ все, ​ ​ что ​ ​ не способна ​ ​ дать ​ ​ она.
​ ​ ​ ​ ​ ​ Хрустнула ​ ​ ветка. ​ ​ Отняв руку ​ ​ от ​ ​ лица, ​ ​ Квейрил посмотрел ​ ​ на ​ ​ пришедшего.Холодное ​ ​ спокойствие ​ ​ с чуть ​ ​ заметной ​ ​ примесью любопытства ​ ​ в ​ ​   звериных глазах ​ ​ встретились ​ ​ с ​ ​ усталым ​ ​ равнодушием. ​ ​
 Волк. Не ​ ​ решаясь ​ ​ приблизиться, ​ ​ он просто ​ ​ осматривал ​ ​ ее ​ ​ издали. ​ ​ Боль ​ ​ из ​ ​ затылка стала ​ ​ горячим ​ ​ теплом ​ ​ в глазах, ​ ​ внутри ​ ​ словно полыхала ​ ​ громадная ​ ​ сила. Мрачное ​ ​ торжество нераскаявшегося ​ ​ преступника ​ ​ пробудило ​ ​ желание ​ ​ бороться. ​ ​ Квей подняла ​ ​ и ​ ​ развернула ​ ​ ладонь. На ​ ​ ней ​ ​ вспыхнуло ​ ​ пламя. ​ ​ Волк пустился ​ ​ бежать.
​ ​ ​ ​ Этот ​ ​ случай ​ ​ напомнил Квейрил, ​ ​ что ​ ​ отчаиваться опасно. ​ ​ Она ​ ​ поднялась, погасила ​ ​ пламя ​ ​ и ​ ​ накинула капюшон. ​ ​ После ​ ​ использования ​ ​ заклинания ​ ​ у нее ​ ​ остался ​ ​ холод ​ ​ - мертвенный, ​ ​ словно ​ ​ сердце перестало ​ ​ биться. ​ ​ Как ​ ​ ни странно, ​ ​ дышать ​ ​ стало ​ ​ легче. ​ ​ Вот ​ ​ только ​ ​ в ​ ​ душе осталось ​ ​ горькое ​ ​ ощущение проигрыша. ​ ​ Не ​ ​ стоит ​ ​ делать ​ ​ добрых ​ ​ дел ​ ​ - ​ ​ от ​ ​ этого ​ ​ становится ​ ​ хуже. ​ ​ Нужно снова ​ ​ заглянуть ​ ​ в ​ ​ башню ​ ​ и ​ ​ поискать ​ ​ там что-нибудь. ​ ​ Это ​ ​ странное тепло ​ ​ не ​ ​ беспокоило ​ ​ Квейрил ​ ​ последние ​ ​ два ​ ​ месяца ​ ​ и ​ ​ она ​ ​ догадывалась, ​ ​ в ​ ​ чем ​ ​ дело.
Где-то ​ ​ дома ​ ​ лежало ​ ​ Гномье ​ ​ Горное Летоисчисление, ​ ​ надо ​ ​ бы ​ ​ его пересмотреть ​ ​ и ​ ​ кое-что запланировать. ​ ​ Так, ​ ​ обдумывая ​ ​ свое ​ ​ будущее, Квейрил ​ ​ пришла ​ ​ к ​ ​ той ​ ​ пещере ​ ​ и ​ ​ уже ​ ​ хотела ​ ​ войти, как ​ ​ вдруг ​ ​ услышала ​ ​ голоса.
- Эта ​ ​ ведьма ​ ​ мне ​ ​ уже надоела, ​ ​ - ​ ​ признался ​ ​ один. ​ ​ - ​ ​ Я ​ ​ бы ​ ​ ушел ​ ​ от…
- Терпи! ​ ​ - ​ ​ возразил ​ второй. ​ ​ - ​ ​ Эта ​ ​ вдовушка ​ ​ нам еще ​ ​ пригодится. ​ ​ Она ​ ​ явно много ​ ​ знает, ​ ​ это ​ ​ нужно нашему ​ ​ господину.
- А ​ ​ ты ​ ​ уверен, ​ ​ что ​ ​ она​ ​ вдова? ​ ​ Я ​ ​ видел ​ ​ ее ​ ​ с ​ ​ мужчиной.
- Рыжим, ​ ​ в ​ ​ мантии?
- Ну ​ ​ да.
- А-а… ​ ​ это ​ ​ не ​ ​ муж. ​ ​ Он тоже ​ ​ из ​ ​ паладинских ​ ​ магов, его ​ ​ зовут ​ ​ Лайнар.
- Нужно ​ ​ за ​ ​ ним ​ ​ тоже ​ ​ проследить.
Как ​ ​ ни ​ ​ странно, ​ ​ вместо радости ​ ​ Квейрил ​ ​ испытала боль. ​ ​ Когда ​ ​ Лайнар ​ ​ предлагал ​ ​ дружбу, ​ ​ Квей ​ ​ почти ​ ​ наверняка ​ ​ знала, ​ ​ чем ​ ​ это закончится. ​ ​ Она ​ ​ уже приготовилась ​ ​ возненавидеть ​ ​ Лайнара ​ ​ и вынашивать ​ ​ план ​ ​ мести ​ ​ за растоптанные ​ ​ надежды. ​ ​ А теперь ​ ​ внезапно ​ ​ оказалось, что ​ ​ он ​ ​ ни ​ ​ в ​ ​ чем ​ ​ не ​ ​ виноват.
Квей ​ ​ была ​ ​ готова ​ ​ заплакать. ​ ​ Ненависть ​ ​ служила ​ ​ ей ​ ​ щитом, ​ ​ а ​ ​ тут ​ ​ оказалось, ​ ​ что ненавидеть ​ ​ не ​ ​ за ​ ​ что. ​ ​ И это ​ ​ оказалось ​ ​ мучительно ​ ​ стыдно, ​ ​ потому ​ ​ что ​ ​ ее ​ ​ чувства ​ ​ оказались ​ ​ обнажены против ​ ​ ее ​ ​ воли. ​ ​ Такого ​ ​ у Квейрил ​ ​ никогда ​ ​ не ​ ​ было, ​ ​ даже ​ ​ с ​ ​ покойным ​ ​ мужем ​ ​ они испытывали ​ ​ совсем ​ ​ другую ​ ​ любовь.
​ ​ ​ ​ ​ ​ И ​ ​ вдруг ​ ​ в ​ ​ сознание ​ ​ врезалась ​ ​ спасительная ​ ​ мысль: ​ ​ записка! ​ ​ Лайнар ​ ​ должен ​ ​ с
кем-то ​ ​ встречаться ​ ​ на ​ ​ кладбище. ​ ​ Вот ​ ​ именно ​ ​ там ​ ​ все ​ ​ и выяснится. ​ ​ А ​ ​ пока ​ ​ самый разумный ​ ​ выход ​ ​ - ​ ​ спрятаться, ​ ​ следить ​ ​ и выжидать. ​ ​ Как ​ ​ только ​ ​ те ​ ​ двое ​ ​ ушли, ​ ​ Квей ​ ​ бесшумно ​ ​ проскользнула ​ ​ в ​ ​ пещеру. ​ ​ Белые и ​ ​ голубые ​ ​ кристаллы светились ​ ​ холодом. ​ ​ В ​ ​ их ​ ​ свете ​ ​ колдунья ​ ​ разглядела большие ​ ​ черные ​ ​ грибы. ​ ​ Они назывались ​ ​ “следы ​ ​ дьявола”, потому ​ ​ что ​ ​ росли ​ ​ в ​ ​ местах скопления ​ ​ магии ​ ​ и ​ ​ были ядовиты. ​ ​ Пожалуй, ​ ​ в ​ ​ это неспокойное ​ ​ время ​ ​ яд пригодится. ​ ​ Собирая ​ ​ грибы, Квейрил ​ ​ обратила ​ ​ внимание ​ ​ на ​ ​ странный ​ ​ блеск. ​ ​ Кольцо. ​ ​ Но ​ ​ откуда ​ ​ оно ​ ​ здесь взялось? ​ ​ Не ​ ​ решаясь ​ ​ прикасаться ​ ​ к ​ ​ нему, ​ ​ Квей ​ ​ стала ​ ​ его ​ ​ рассматривать.
Белый ​ ​ камешек ​ ​ посередине, ​ ​ два ​ ​ темно-фиолетовых ​ ​ по бокам, ​ ​ само ​ ​ кольцо, ​ ​ похоже, ​ ​ из ​ ​ золота… ​ ​ Опустившись ​ ​ на ​ ​ колени, ​ ​ колдунья ​ ​ закрыла глаза ​ ​ и ​ ​ прикоснулась ​ ​ к ​ ​ вискам. ​ ​ В ​ ​ голове ​ ​ звучал ​ ​ гул, ​ ​ к которому ​ ​ примешивался ​ ​ шум ​ ​ ветра.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #7 : 31 Декабрь 2017, 10:07:13 »
          “Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.”
                                              Четвертая глава: “Игры с ложью и любовью.”
        Квей огорченно вздохнула. Как она и предполагала - учуять магию на кольце не вышло. Остается только
исследовать его дома. Подбирая кольцо, Квейрил обратила внимание на то, что дальше есть сворачивающий налево проход. Это место нужно осмотреть, но позже. Домой Квей возвращалась
помрачневшей. В полосе неудач наконец появилась надежда. Вот только сделать еще предстоит очень многое. Когда Квейрил пришла домой, Атручия крепко спала. Сейчас, во сне, она была совсем другой. Светлые волосы разметались по подушке. Старость уже коснулась корней ее волос серебром. Судя по морщинам, она мало улыбалась и много хмурилась. Одна рука безвольно свесилась с кровати. В душе Квейрил шевельнулось нечто, похожее на жалость. Поначалу Атручия ей не нравилась -она напоминала ей двух бывших соперниц, Илоизу и Антривию. Обеих Квей давным-давно убила, но потеряла свое семейное счастье. Еще мгновение - и Квей начала раскаиваться, но усилием воли взяла себя в руки. Нельзя допускать подобных мыслей, иначе можно размякнуть. Квейрил пошла в подвал, разложила на столе ингредиенты для
создания амулета. Вздохнула, собираясь с мыслями… и засомневалась. А, собственно, зачем ей обычный амулет-целитель? Нужно создать то, что способно остановить разрушительное действие Джаумблаха.
            Когда она вышла на улицу, череп дракона уже погрузили на две повозки. Смех будто застрял у Квей в горле, губы подрагивали, стремясь растянуться в улыбку. Конечно, кости дракона ценнейшая вещь, чего
удивляться? Придя к башне Нерфилена, Квейрил хотела войти, но стражники преградили путь:
- Пропуск?
- Я уже приходила сюда. Я из паладинских магов.
- Так любой может прийти и сказать. Пропуск где?!
Квей точно знала, что на пропуске должны быть печать и подпись Лефиция. А ведь она не знает, закончил
ли Лайнар поиски снятия заклинаний. Если он уже нашел, придется искать другой способ попасть в Башню. Раньше Квей не задумывалась о том, что ее время ограничено. Теперь же она понимала, насколько сильно хочет жить. Жадно вдыхая, она шла и прислушивалась к своим  ощущениям. Сожаления отпустили ее душу и теперь Квейрил была готова к новым испытаниям. Похоже, в лесу она впитала
еще и силу друидов. Таким образом, она носит в себе громадные запасы энергии.
Магия - это сила и одновременно слабость, это
нужно помнить. Решив воспользоваться освободившимся временем, Квей пошла домой, чтобы
почитать те две книги, что забрала со склада. В первой оказались списки прибывающих товаров с
указанием имен купцов и капитанов, участвующих в сделках. Внимание Квейрил привлекло упоминание о бочке джемирового масла. Джемир - это разновидность дерева с бело-зеленоватыми плодами, гладковатой поверхностью напоминающими яблоки, а формой персики. Из этих джемиров и делалось масло.
Оно стоило очень дорого и использовалось для самых разных целей. Это осложняет попытки выяснить правду. В душу Квейрил заползла досада: а ведь она толком и не знает, где растут эти самые джемиры. Лайнар рассказывал кое-что об их свойствах, но этого было слишком мало, чтобы делать выводы. Это масло прозрачностью напоминало слезы и могло воспламенить даже камни. Квей уронила голову на руки, пытаясь не заплакать. Попытки снять с себя подозрения только усиливают увязание в этом болоте. Пожалуй, пора. возвращаться на работу. Но сначала…
Чистое звездное небо во главе с остроконечным месяцем освещало город холодным белым светом.
Издали деревья у кладбища напоминали скелеты. Мрачной тенью колдунья прошлась по переулкам и
площадям, пока не дошла до ворот кладбища. Они выглядели огромными - в два человеческих роста. Квейрил посмотрела вверх и в душе вспыхнула какая-то непонятная обида. Вот как, спрашивается, перелезть через ворота? На них висела тяжелая цепь с огромным замком. Тяжело вздохнув, Квей стала плавить замок струей пламени. Из ладоней выходил огонь, а в груди возник холод. Он будто предостерегал от чего-то, медленно расползся по телу. У Квейрил возникло предчувствие смерти. Казалось, еще мгновение - и ей перережут горло, жизнь изольется теплыми красными каплями. Только когда цепь с тихим звоном
упала у ног Квей, она с облегчением вздохнула. Подняв ее и швырнув, она пошла дальше. Равнодушно
пройдя мимо могил, Квейрил взглянула на статую Соединенных. Это были два брата-эльфа, рожденных
в одном теле. Как они прославились, Квей не знала. Щелкнув пальцами, колдунья стала незримой. Горячий
Джаумблах вошел в тело, только к теплу примешивалось ощущение невесомости. Это было страшно и одновременно приятно. А вот наконец-то и тот, кого она ждала. Низко опустив голову в капюшоне,
загадочный незнакомец шел прямо к Квейрил. Ей вдруг показалось, что сейчас он вонзит в нее нож и как ни в чем не бывало пойдет дальше. Но… незнакомец неожиданно свернул влево, остановился, извлек
откуда-то из-за пояса факел, зажег и...отправился в склеп. Ничего не понимающая Квей отправилась следом. Вставив факел в подходящее место, он снял капюшон, повернулся… От удивления
Квейрил сняла невидимость:
- Ты?!
Как же Квей злилась на себя за недогадливость! Ответ уже давно лежал на поверхности, но она не замечала
этого. И поэтому, глядя на ту, которую считала всего лишь сварливой безобидной старухой, Квейрил
испытывала боль. Она почти не общалась с Атручией и теперь сожалела об этом. Чтобы прервать пугающее
молчание, она выдавила из себя:
- Зачем вы следили за мной?
- Поначалу я и не думала подозревать тебя в чем бы то ни было.
Пока ночью не встретила призрак .
- И вы решили, что самое лучшее - влезть в чужие дела? - язвительно ответила Квей.
- Это мое дело.
Улыбка медленно превратила лицо Атручии в ехидную маску. Откинув плащ, она неожиданно извлекла меч. Он светился божественной силой, от которой на Квей нахлынул ужас. Она отступила на шаг:
- Так ты паладин?! Но почему я…
- Потому что я - бывший паладин, - Атручия шагнула вперед.
Кончик сияющего меча коснулся живота Квейрил, прошелся по ложбинке между грудью, пощекотал шею и
приподнял подбородок, вынуждая Квейрил затаить дыхание и заглянуть в глаза. Спокойный голос Атручии
нарушил тишину:
- Даже не пытайся применить свою нечестивую
магию! Для тебя же будет лучше, если ты сама ответишь на все мои вопросы.
Квей подумала о том, что не знает, хочет ли жить? А как же Джаян? Она закрыла глаза:
- Это вы вытащили меня из того дома?
- Да, я исцелила тебя. И точно так же могу убить. Зачем тебе понадобился призрак ведьмы?
- Затем, что она сама меня нашла, - чуть слышно ответила Квейрил. - Я знала, что сюда могут демоны, призраки, еще кто-нибудь… И я решила их призвать, чтобы убить.
- Шутишь?! - кончик меча исчез и вместо него в горло вцепилась холодная рука. - Ты могла погубить
нас всех, ты это понимаешь?!
Квей открыла глаза и взглянула в лицо Атручии. Губы сжаты, в серых глазах застыла холодная жестокость справедливого карателя. Впервые она увидела не ту скромную женщину, с которой жила последние два месяца, а воплощение жестокой справедливости. Немеющими губами Квейрил прошептала:
- Так вы и есть сэр Фиуроссо?
В глазах воительницы блеснули слезы, она разжала шею Квей, но тут же вновь
приложила к ее шее клинок и прошипела:
- Не думай, что, если ты узнала мою тайну, то теперь тебе все можно!
Понимая, что причинила ей боль, Квейрил с трудом сдержала улыбку. В глубине ее души все еще жила
самовлюбленная развратница, упивающаяся чужими страданиями. И вот теперь она начала проявляться. Глядя немигающим взором в глаза Атручии, Квей очень тихо произнесла:
- А я слышала, что Фиуроссо никогда не поднимет оружие против братьев по вере и ордену.
- Фиуроссо мертв, - Атручия нехотя спрятала меч в ножны и прошлась по склепу. - Он был самым лучшим, самым благородным воином из всех, кого я когда-либо знала. Именно я дала ему жизнь, я учила его
сражаться, чтобы он мог защитить себя, - она отвернулась. - К сожалению, это не помогло. Моего
единственного сына убили. Это была моя вина.
- А где его отец? - спросила Квей, просто чтобы не молчать.
Молчание становилось тягостным, будущее нависало тяжелой мрачной
тучей. Губы Атручии дрогнули в печальной улыбке:
- Я думала, ты уже догадалась.
Память вырвала из десятков незнакомых лиц того, кем Квейрил втайне восхищалась. Она не знала,
что и думать. Попыталась представить их вместе… Сердце сжалось от боли, словно ей изменили. Квей чуть слышно спросила:
- Лефиций?
- Да, это он. После тяжелых родов я больше не могу иметь детей. Мы поняли, что боги покарали нас и приняли решение: расстаться и уйти на службу вере. И, хотя я уже не паладин, по-прежнему помогаю Ордену по первому зову.
- А теперь вы хотите убить свою сестру по Ордену, - с чуть заметным ядом в голосе ответила колдунья. - В таком случае передайте вашему мужу, что он совершил большую ошибку, не взяв меня на службу сразу же, как я пришла. Я знала, что осталась совсем одна и не хотела подвергать себя и Джаяна опасности, поэтому
решила не ждать, пока она выскочит из-за угла и нападет, а выйти ей навстречу и сразиться. Ведь там лежал
истерзанный труп.
- Кажется, я припоминаю, о ком ты говоришь. Убийцу так и не нашли.
- Наверное, я должна вам это сказать: мы с Джаяном уходим от вас.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #8 : 31 Декабрь 2017, 10:07:36 »
Ей показалось, что Атручия мгновенно постарела, но это ее уже не волновало. Квейрил брела по ночным
улицам, размышляя о вере. Поклоняться богам, которых винишь в гибели. своего ребенка? Какой в этом
смысл? В жизни Квейрил Фелузан нашлось место для страсти, ненависти, честолюбия, даже любви, но не
почтительного трепета. Она, возможно, никогда не признавала божественности Карлена. Он для нее был
хитрым и опасным врагом, страстным любовником, могущественным союзником, но никогда - полубогом. Трудно благоговеть перед мужчиной, который лежал в твоей постели, особенно со столь высокомерным
характером, как у Квей. Она лишь притворялась женой, продолжая оставаться любовницей - холодной и
самостоятельной днем, влюбленной и страстной ночью. Мысли Квейрил переметнулись к Лайнару.
Будет ли он рад видеть ее, соскучился ли? Утром они шли по черно-белым улицам. Ночью выпал снег и Альхар пропитался унынием. Квей специально выбрала именно ту таверну, где встретила
Овию. Она с горечью размышляла о том, что Джаян остается без присмотра. В монастырь Квейрил сына бы не отдала. Там есть сиротки, с которыми он мог бы играть, но…
Именно так Квейрил потеряла Лабель - младшая сестра перестала видеть в ней своего кумира. К счастью, Квей вспомнила, что в этом квартале есть школа для детей бедняков. Без труда отыскав деревянный одноэтажный домик с вывеской, на которой были изображены перо и книга, Квей смело открыла
дверь. Эльфийка-учительница повернулась к ней. Огромные зеленые глаза излучали невинность.
Маленький ротик смущенно улыбнулся, пальчики погладили светлую косу.
- Я могу помочь?
- Да. Я привела своего сына Джаяна. Вы ведь берете детей на обучение?
Девушка посмотрела на Джаяна, потом на Квейрил:
- Но ведь у меня…
- Он не доставит вам хлопот, - с любезной улыбкой колдунья погладила
ее руку и вручила серебряную монету.
- Меня зовут Квейрил.
- Эфлизен, очень приятно.
- Я приду вечером.
Квей ушла в приподнятом настроении, она будто набралась сил, но откуда - сама не знала. Может быть,
от осознания, что больше не нужно лгать и прятаться, она почувствовала себя свободной. С приходом зимы
тренировочная площадка опустела. Лайнара Квейрил увидела издали. Худощавым телосложением он напоминал Карлена, только ростом выше и волосы рыжие. Ее сердце сжалось, она ощутила тоску. Отсюда он выглядел беззащитным и одиноким, пробуждая желание отогреть его своей любовью. “Квейрил, постыдись таких мыслей! - мысленно приказала себе колдунья. - Этот юноша моложе тебя, ты ему не подходишь!” Чтобы пресечь подобные мысли, она пошла к нему. Услышав шаги, Лайнар повернулся. Квейрил слегка прищурилась, разглядывая его. Серьезныей, повзрослевший и немного уставший. Они не виделись несколько дней, а ей казалось, будто уже очень давно. Квей удивлялась самой себе: как
она могла поверить в то, что он может предать ее? Чтобы прервать напряженное молчание, Лайнар спросил:
- Как ты себя чувствуешь?
- Хорошо. А как ты работал без меня?
- Труднее, чем с тобой.
У Квейрил возникло ощущение, что скорбь и уныние укутали их, словно родителей, потерявших
ребенка. Квей сняла и повесила плащ на стул, после чего как ни в чем ни бывало принялась за работу.
Тем не менее ее не покидало ощущение, что они не сказали друг другу чего-то очень важного. Видимо,
Лайнар чувствовал то же самое. За окном уже зажглись звезды, когда Квей набросила плащ. Его голос прошелестел, согревая дыханием ухо и шею:
- Позволишь проводить тебя?
Печально улыбнувшись, она кивнула. И они пошли - не держась за руки, не глядя друг на друга, но рядом.
- Ты уже расколдовал тот заледеневший дом?
- Нет, - вздохнул маг. - Судя по всему, там наложено несколько
заклинаний одновременно и я не знаю, с которого начать.
 Квей стало его жаль и она пообещала:
- Мы разберемся с этим. Вместе.
Лайнар посмотрел на неедолгим внимательным взглядом, но ничего не сказал. Забрав Джаяна, они
продолжили путь. Общение с другими детьми явно пошло ему на пользу: он был весел, щечки и глазки горели жизнерадостностью. Не обращая внимания на Лайнара, он рассказывал маме, как ему было интересно знакомиться и учиться. Лайнар молчал, но по его снисходительной улыбке Квейрил прочитала
его мысли и чувства. Она даже была благодарна ему, что он молчит, потому что портить этот
семейно-романтичный момент не хотелось. Уходя, она оглянулась и улыбнулась. Лайнар кивнул и ушел. Стоя у окна, Квей смотрела на мужскую уходящую фигуру. Только сейчас она подумала о том, что у него, в отличие от большинства рыжих, нет веснушек. Это показалось ей милым и немного странным. Может, он делает это мазями или какой-то магией? В родном мире Квейрил магия не была как следует изучена, поэтому она многого не знала. В последнее время Лайнар часто появлялся в ее мыслях и при этом Квей щекотало
ощущение запретности. Утро наполнилось бодростью и свежестью. Напевая что-то, Квейрил собрала вещи Джаяна. Затем. они спустились. И тут сердце Квей замерло. За столом у окна завтракал Лайнар. Это не могло быть простым совпадением. Вдохнув полную грудь воздуха, Квейрил пошла к нему. Горячая рука легла на плечо, Лайнар поднял голову и встретился с ней взглядом. Черные и блестящие, как две
лужицы чернил, глаза смотрели на него с укором.
- Ты… преследуешь меня?
- Нам нужно идти в Башню.
Брови Квейрил медленно поднялись, а губы растянулись в улыбке, превращая ее мрачно-разочарованное
выражение лица в насмешливую маску. Длинные ресницы дрогнули, пальцы перебрались с плеча на щеку,
коснулись чуть отросшей щетины, пригладили рыжую голову:
- Кушай. Мы подождем.
Затем резко сорвала ладонь руки и отвернулась. В груди полыхал пожар, который она не могла унять. Звуки как будто затихли, а Квейрил углубилась в свои размышления. Ее жег стыд за возникшие в последнее время чувства, но в то же время в этом стыде было откровение: никого из своих прежних мужчин Квей не любила. К Лармарену и Карлену она испытывала страсть, к Нериену - влюбленность. О случайных любовниках Айви и Неренне не хотелось даже вспоминать. Из воспоминаний ее вырвало чье-то осторожное прикосновение. Повернувшись, Квейрил увидела Лайнара и Джаяна. Ей показалось, что в их глазах притаилась мольба,
перемешанная с тоской. Мысль, что они чувствуют то, что и она, согревала сердце Квейрил. Глядя
Лайнару в глаза, Квей смело взяла его за руку. Воображение нарисовало весьма непристойную картину, от которой зарумянились щеки. Разжав руку, колдунья смело пошла к выходу. Она понимала, чего хочет больше всего на свете и впервые не прилагала никаких усилий для получения желаемого.
Морозный ветер обдувал приоткрытые пухлые губы, порой роняя на них снежинки,. которые таяли на горячем теле, но Квейрил не обращала внимания. Всю дорогу она молчала, не смея даже глянуть в сторону
Лайнара - чтобы он не догадался, о чем она сейчас думает. Ему двадцать два года - столько же, сколько было ей в начале пути. Этот маг горяч и полон сил, из него может вырасти архимаг. Он достоин большего.
Лайнар углубился в чтение, а Квей незаметно выскользнула из комнаты.
Подкравшись к клетке с голубым бесенком, Квейрил присела на корточки:
- Как тебя зовут?
- Арвисс.
- Я Квейрил и мне нужна твоя помощь.
Она прикоснулась к дверце и… засомневалась. Если дать ему сбежать, она может больше никогда его не увидеть. Если выкрасть - подозрения падут на них с Лайнаром. Квейрил вернулась:
- У меня есть идея.
Оставив книги, он последовал за ней. Маги уставились на клетку.
- Как ты думаешь, может ли это чудо помочь нам снять Кальфандоу?
- Хм, - Лайнар нахмурился и сжал губы. - Для того, чтобы законным путем забрать его, нужно письменное разрешение нашего капитана.
Вспомнив Лефиция, Квейрил помрачнела. После узнанного она чувствовала лед на сердце и горечь в душе.
После раскрытия его тайны отношение Квей начало меняться от восхищенного до сочувственного. И в то же время она избегала его. Не отрывая взгляда от Арвисса, Квейрил спросила:
- Ты сам поговоришь с ним?
- Нет, - по чуть насмешливому тону Квей поняла, что он разгадал ее страх. - Ты сможешь сама.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #9 : 31 Декабрь 2017, 10:07:57 »
Ее бросило в жар от бессилия, на мгновение Квейрил скривилась от ужасной боли, но быстро взяла себя в руки. Она честно попыталась продолжить читать, но в голове творился хаос. Не получилось выбросить из души ощущение неуюта, тревоги и досады. Проклятье, как же непривычно чувствовать себя усталой. Нет,
даже не усталой - слабой. Жизнь казалась безнадежной, ничто не складывалось так, как нужно. В книжном шкафу Квейрил нашла несколько книг по прислужникам богов Джаумблаху. На них тут же вспыхнули руны. О том, что это значит, Квей прекрасно знала, но была готова подвергать себя опасности. Сложив все книги
в аккуратную стопочку, колдунья положила на них руки. Магия защитных рун проходила сквозь тело и
ускользнула в Межмировье.
- Квейрил, что ты делаешь? - голос Лайнара вернул ее к жизни.
Сердце бешено колотилось, будто она долго бежала. Не дожидаясь ответа, он накрыл руку Квейрил своей
горячей ладонью и посмотрел на нее. Зеленые глаза Лайнара наполнились льдом правосудия, от которого у Квей перехватило дыхание. В черных глазах мелькнул страх. Подняв ее руку, Лайнар посмотрел на лежащую сверху книгу и с облегчением выдохнул:
- А, демонология!
И вернулся к своему столу, оставив Квейрил в недоумении. Он что, ничего не почувствовал?! Ведь маги чувствуют чужую магию, даже если не обучены! Или дело в том, что она не применяла никаких привычных заклинаний? Только сейчас Квей обратила внимание на то, что ее правая рука стала холодной. Это испугало
неопытную колдунью еще больше и она положила ладонь на книгу. И почувствовала тепло, будто коснулась остывающих углей. Закрыла глаза - и увидела комнату. За окном притаилась ночь, пронзенная леденящим ужасом. Стоя к Квейрил спиной, какая-то женщина варила зелье. Повсюду лежали книги, их было слишком много: на столе, на полу, на комоде. И посреди всего этого на полу сидело существо весьма отталкивающего вида - в черном плаще, с длинным крючковатым носом и спутанными черными волосами. Оно подняло голову и взглянуло на Квей горящими желтыми глазами. В ответ колдунья подняла руку и комнату всколыхнул настолько мощный порыв ветра, настолько мощный, что все начало падать. С полочки упал горшочек - прямо в котел. По кипящей воде поплыли какие-то листочки. В комнате сильно запахло какими-то травами. Испуганно вскрикнув, незнакомка обернулась. Огнеглазое создание громким старушечьим голосом провозгласило: “Напрасно ты сражаешься, дочь огня. Быть тебе демонессой, это уже начертано.”
Видение исчезло так же внезапно, как и появилось. Осталась только головная боль, настолько сильная, что не получалось даже думать. Что-то стукнуло. Бросив взгляд вниз, Квей увидела темно-красное маленькое пятно. В носу защекотало и Квейрил чихнула. Головная боль мгновенно прошла, вот только на пол закапали темные тяжелые капли. С каким-то совершенно отупелым отвращением Квейрил смотрела на то, как ее жизнь выходит кровью.
- Да что с тобой такое?!
В дверях стоял Лайнар, только на сей раз он выглядел куда более встревоженным.
Квей растянула губы в улыбке, но в глазах заблестели слезы.
- Мне холодно, - уткнувшись в его плечо, Квейрил зарыдала.
Он озадаченно погладил ее по голове, не обращая внимания на текущую по его одежде кровь. Во время обучения Лайнар слышал, что ритуалы способны лишить мага жизни. Неужели Квейрил умирает?! Нет, он
не может этого допустить! Лайнар решительно повел ее к охранявшему башню паладину:
- Помогите,пожалуйста!
Паладин молча стянул перчатку. По руке заструился голубоватый свет, он коснулся пальцами ее носа. Спасительный холод проник в нос, оттуда по горлу внутрь. Желудок судорожно сжался от тошноты, появился привкус желчи, но главное - стало легче дышать, в теле прибавилось сил. Невольно
промелькнула мысль, что было бы хорошо самой этому научиться. Черные глаза глянули в сторону Лайнара:
- Все в порядке.
Когда он вернулся к чтению, Квейрил еще раз ощупала книги. Охранной магии уже не было. С тяжелым вздохом Квей побросала книги в мешочек и уселась за стол. На губах застыла злорадная усмешка. В душе возникло сладкое ощущение, что она возвышается над своими неприятностями и даже если не сумеет их
преодолеть - умрет с гордостью. Было бы неплохо получить постоянный доступ к магическим знаниям.
Магический дар не являлся редкостью, но обучение им пользоваться и магические предметы стоили огромных денег. Некоторые учились у сельских травников и ведьм, но для того, чтобы разбогатеть на своем даре - этого мало. Печально, когда в таком положении тебе некому помочь. А с другой стороны… Почему некому? Мысли начали выстраиваться в слова, слова в планы, планы в картины будущего… Квей знала, что ей нечего терять. Спустя час они вышли на опустевшую улицу. Лайнар улыбнулся:
- А вот теперь мы можем расходиться по домам.
- Уже?! - удивилась Квейрил.
- Завтра же праздник. Ну ладно, желаю хорошо повеселиться.
Он пошел по своим делам, не замечая ее испепеляющего взора. Да, Квейрил злилась на Лайнара, потому что он пробуждал в ней чувства, которым она не могла противиться. Это было унизительно. Но вот что с
этим делать - Квей не решила. Уже приближаясь к таверне, Квейрил вдруг заметила знакомые шоколадные волосы. Не раздумывая, Квей ускорила шаг и прикоснулась к плечу гномихи: “Овия?!” Однако в этот раз знакомая повела себя странно - зло сверкнув глазами, пошла быстрее. Подул морозный ветер и вслед за этим по улице промчался всадник. В его руке блеснул меч. Не успев даже подумать, колдунья
крикнула: “Стой! “ и вызвала огненный шар. Он ударился в бок коню и тот с громким ржанием рухнул в сугроб. Меч просвистел в воздухе и снег окрасился кровью. Овия полулежала в снегу. Клинок, который должен был отрубить ей голову, вместо этого разрезал левую руку от плеча до кисти. Несостоявшийся убийца пытался нащупать меч. Одна его нога была зажата под конем, следовательно, он встать не мог. Квейрил подобрала меч и приложила кончик к шее незнакомца:
- Снимай шлем.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #10 : 31 Декабрь 2017, 10:08:33 »
Как только он снял шлем, уголки губ Квей сочувственно опустились. Ненависть угасла, теперь она с презрением разглядывала лежащего перед ней мужчину:
- Так это ты поджег склад?
- Пусти меня, ведьма! - прошипел бандит.
Кончиком меча Квейрил царапнула его щеку и чуть слышно прошептала:
- Повежливей, пожалуйста.
Хотелось убить негодяя, но холодный рассудок оказался
сильнее чувств. Продолжая держать меч у горла, Квей стала читать заклинание сна. Пальцы указывали кончиками на лежащего. Магия засветилась синим цветом, погружая сознание во тьму. Когда он успокоился, Квейрил подошла к Овии:
- Жива?
- Не знаю, - гномиха кривилась и стонала, - буду ли я еще сражаться.
 Квей опустилась на колени. Кровь заливала все вокруг настолько щедро, что не получалось разглядеть рану. Она помогла Овии встать, пообещав при этом:
- Я вылечу тебя, если ты расскажешь мне всю правду.
Квейрил уложила на спину коня его усыпленного хозяина, попутно сообщая Овии:
- Он проспит еще несколько часов, у нас немного времени.
Затем протянула руку к ране. Кончики пальцев засветились холодным белым светом. Он перетекал в руку,
гася боль. Усадив гномиху, Квей повела коня под уздцы. К счастью, отсюда добираться до Форта было ближе, чем от дома Атручии. Как и следовало ожидать, здесь царила тишина. Квей сразу повела Овию в казармы.
Несколько паладинов находились здесь: один читал, остальные играли в карты. “В точности как самые
обычные солдаты” - подумала Квейрил, сдерживая улыбку. Слегка подтолкнув вперед гномиху, она громко
произнесла:
- Ей нужна помощь. Немедленно. Лефиций у себя?
- Да, - ответил синеглазый паладин, читавший книгу, вскочил и подошел.
Что-то в нем показалось Квей смутно знакомым, но ей было не до этого. Не давая себе возможности засомневаться, она ворвалась в кабинет без стука. Лефиций выглядел постаревшим и это было понятно - в последнее время он очень много работал.
- Капитан, - очень тихо позвала Квейрил.
В ответ он посмотрел на нее затравленным взглядом.
- Я привела поджигателя.
- Кого?
Криво улыбнувшись, Квейрил прислонилась к стене:
- Со всей этой работой вы скоро забудете, как вас зовут.
Глаза Лефиция оставались все такими же замученными, но он грустно усмехнулся:
- Вы правы, - отодвинул бумаги и уставился на нее: О каком поджигателе мы с вами говорили и когда?
Вместо ответа колдунья жестом пригласила паладина следовать за ней. Идя по коридору, она принялась
рассказывать:
- Вы приказали мне найти того, кто сжег склад, когда я просила взять меня на работу. Два месяца я
безуспешно разыскивала его, следы путались, никто ничего не мог сказать. Тогда он сбежал, но сегодня попытался совершить убийство. Прямо на улице, он был верхом - видимо, думал, что сможет сразу же уехать. Раненая им женщина здесь. Нужно поторопиться.
Заковав арестованного в цепи, Лефиций бросил хмурый взгляд на Квейрил. Кивнув в ответ, колдунья
подняла руки, подул вихрь, поднимающийся от земли. Вновь вспыхнул синий свет и бандит открыл глаза. Лефиций сурово спросил:
- Кто вы?
- Меня зовут Софтреналь Гланар.
- И что, это должно что-то значить? - холодно уточнила Квей, глядя на Лефиция.
- К сожалению, да, - он сложил руки на груди. - Это бастард, лорда Кефастриана.
Услышав знакомую фамилию, Квейрил нахмурилась. Она уже поняла, к чему все идет.
Похоже, опасные игры - ее судьба, от этого не скрыться. В черных глазах полыхнула угроза:
- Вы его отпустите?
- Зависит от его отца. Но с этим мы разберемся
позже. Точнее, вы разберетесь. - Лефиций положил обе руки на ее плечи. - Квейрил Фелузан,
тридцать первого числа сего месяца я официально назначаю тебя рядовой
магессой. - Он ушел, но тут же вернулся, держа что-то в кулаке.
Это было кольцо с полупрозрачным розовым кристаллом. Квей смотрела на него, как на змею. И лишь
когда кольцо оказалось на руке - с облегчением вздохнула: похоже, оно не исказит ее ауру.
- Как только тебе понадобится помощь других паладинов - повернешь кристалл.
- Надеюсь, это меня не погубит, - хмуро подумала колдунья.
Во двор вышла Овия. Похоже, руку исцелили, но это не значит, что она в безопасности. Квейрил приняла решение моментально. Она знала, что это не от доброты, просто эта гномиха может что-то важное. Квей даже не предложила - приказала:” Будешь жить со мной в таверне. Это для твоей же безопасности.” Затем
повернулась и пошла прочь. Настроение было отвратительным. Где-то в глубине души горела мрачная злость. Да, она будет бороться. Не ради каких-то символов - ради себя. Может, этого негодяя выпустят. Тогда она сама выследит и убьет его. Никто не будет угрожать им! В чтении и изучении магических связей прошел день. И вот наступил Новый год. Джаян и Овия сладко посапывали. В одной ночной рубашке и старых туфлях Квей подошла к окну. На улице - ни единой живой души. Альхар будто вымер.
   Странно, но в это праздничное утро Квейрил не испытывала радости. Она чувствовала себя всеми
брошенной, но не хотела никуда идти. Но тут вспомнила, что заказала в таверне на первом этаже праздничный обед, а Джаян его с нетерпением ждет. Делать было нечего - Квейрил с тяжелым вздохом
переоделась. Темно-коричневое платье приоткрыло ее грудь и подчеркивало белизну кожи. Голубые бантики будто светились рядом с такой же темной тканью. Они прибавили легкомыслия и вообще хорошо смотрелись бы на какой-нибудь юной девушке, но не такой взрослой женщине, как Квейрил. Никаких гостей она не ждала, потому сильно удивилась, когда в дверь постучали. Открыв, она увидела Лайнара. Сердце сжалось, радость и страх слились в чувстве обреченности. Должно быть, эти переживания отразились
на ее лице, потому что он смущенно улыбнулся:
- Я догадывался, что ты не захочешь прийти в Форт.
- И ты решил, что сможешь уговорить меня? - с необычайной серьезностью уточнила Квейрил.
Как ни странно, в ее душе перемешались скорбь и нежность. Невысказанные слова застыли в груди.
- Я забрал тут кое-что со стола, подумал, тебе понравится.
Квей взяла из рук Лайнара бутылку с ярко-желтой жидкостью. Посмотрела на нее, потом на него. Хотелось захлопнуть перед его носом дверь, но вместо этого она посмотрела ему в глаза:
- Я сегодня не одна.
- Так познакомь нас, - Лайнар накрыл своей руку, которой она опиралась о дверь. - Или ты чего-то боишься?
И в этот момент Квейрил ужасно захотелось сказать, что она боится его. Странно, но Квей вдруг стало смешно. Черные глаза потеплели, губы тронула улыбка. Странно, но Квей вдруг стало смешно. Она
повернулась боком, позволяя ему войти. Овия как раз вышла из соседней комнаты, сонно помаргивая глазками. Увидев незнакомого ей человека, настороженно замерла. Лайнар перевел взгляд на Квейрил и
снисходительно улыбнулся:
- Не знал, что у тебя появилась такая очаровательная дочурка. Ты же говорила, что у тебя сын?
Квейрил не оставалось ничего другого, кроме как рассмеяться.
- Это моя подруга, Овия, - представила она гномиху. - А это Лайнар, он тоже маг из Ордена, как и я. Пора за стол.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #11 : 31 Декабрь 2017, 10:08:55 »
Вопреки ожиданиям Лайнар и Овия нашли общий язык, очень даже легко и оживленно болтали за столом. Квейрил молчала и  слушала, чувствуя себя шпионкой. В ходе беседы выяснилось, что Лайнар и Овия родом с запада. Лайнар происходил из богатой купеческой семьи, а Овия оказалась круглой сиротой. Ее отец погиб в бою, оставив беременную вдову. Спустя десять лет мать ушла за отцом - несчастный случай. Овия росла в
сиротском приюте, порой тяжело работая за миску похлебки. А когда выросла - отправилась в столицу.
        История Лайнара оказалась вовсе не такой интересной. Младший сын. одной из побочных ветвей
богатого рода Вирделлан, был отправлен на обучение. Закончив его, продолжил жить и работать в столице.
А потом Джаян предложил поиграть в снежки. На свежем воздухе при виде искрящегося снега Квейрил
сама почувствовала себя ребенком. Ее звонкий смех разносился по округе, черные глаза весело блестели.
Капюшон уже давно свалился с ее головы, обнажив растрепанные волосы. В какой-то момент Квейрил
зацепилась за засыпанный снегом пенек и с криком упала. Вытянутой рукой она нащупала что-то, похожее
на металлическую палку. Квей прислушалась: снизу раздавался шум текущей воды.
- Все в порядке?
Она подняла голову. Лайнар стоял рядом. В его взгляде перемешались сочувствие, беспокойство и вопрос:” Ты с ума сошла?” Квейрил как будто увидела себя со стороны и осознала, насколько глупо выглядит.
Неловко поднявшись, она стряхнула с себя снег, после чего уставилась на резвящихся Овию и Джаяна.
Казалось, она не замечает Лайнара, не сводящего с нее глаз. Не зная, как начать беседу, он произнес:
- Солнце рано заходит.
- Угу.
- Я тут слышал о праздничной пьесе в “Белом лягушонке” - теплое дыхание пощекотало ей ухо. - Может, сходим? Джаян порадуется.
Квейрил наконец подняла голову и посмотрела в зеленые глаза чуть насмешливым взором. Немного помолчав, усмехнулась:
- Ладно, пусть малыш развлечется.
Грусть воспоминаний на краткий миг всколыхнули душу, но потом все они: Квейрил, Лайнар, Джаян и
Овия погрузились в мир веселья. Временами Квей хохотала до слез, звонко, словно ребенок. Прошлое,
настоящее - все потеряло значение перед предчувствием безоблачного будущего. Когда они наконец вышли, в небе уже загорелись звезды.
- Ах, как же я счастлива! - Квейрил подняла горсть снега, слепила снежок и швырнула в небо.
Лайнар протянул ей руку. Квейрил взялась за нее и прижалась щекой к его плечу. Она почувствовала, как он
напрягся, но не оттолкнул. Мысли смешались, но Квей так и продолжила идти.
- Мы спать! - объявила Овия, как только они переступили порог таверны.
И вместе с Джаяном убежала. Лайнар игриво обвил талию Квейрил. Слегка надув губы, она взглянула на него с видом превосходства взглядом, ясно говорящим:” Дети ушли, теперь можно заняться более взрослыми забавами.”
- Мы так и не начали пить мое угощение, - напомнил он.
- Так давай начнем сейчас, - томно проворковала она, обвивая его плечо. - Это все Овия.
Болтливая девчонка.
Лайнар почувствовал, что слова сейчас лишние и неспешно повел ее по лестнице. Закинув ногу на ногу, Квей соблазнительно улыбалась. Лайнар наливал вино и не глядел на нее, но Квейрил почти наверняка
догадывалась, что у него на уме. Почти - потому, что телепатической магией Квей не обладала, она вообще считалась самой сложной из всех известных. Пальцы нежно пригладили чашку, губы коснулись ее края. Квейрил показалось, что в ее горло вливается лед. Чуть кислый, полный свежести. Она сглотнула, ощущая, как внутренности сжимаются от холода, затем. поинтересовалась:
- В этом напитке есть магия?
- Разумеется, - Лайнар вновь наполнил их чашки и взял свою. - Сегодня все наполнено магией. У меня
предчувствие, что и нынешняя ночь окажется волшебной.
- Я в это верю, - Квей осушила чашку, затем поводила языком по небу и внутренней стороне щек, пытаясь распробовать выпитое. На вкус напоминало чуть кисловатую воду. Ничего пьянящего. Если это был эликсир - его состав ей неизвестен. Помолчала и добавила: Спасибо тебе.
- За что ты благодаришь меня?
Смущенно улыбаясь, Квейрил призадумалась. Судя по душевной теплоте, витающей в воздухе,
наступило время для слов нежности. К тому же Квей почувствовала, что наконец-то начинает пьянеть, а это
располагало к откровенности.
- За все время, пока я живу в Альхаре, ты единственный, кто предложил мне дружбу. Я…мне было одиноко, пока я не встретила тебя.
- Я это почувствовал, - Лайнар коснулся ее руки и встал. Его глаза горели решимостью. Схватив со стола бутылку, он отпил прямо из горла и продолжил:
Именно поэтому я сегодня здесь. Я люблю тебя, Квейрил. С самого первого взгляда. Люблю, как никого
прежде не любил.
Сердце Квей замерло. Это было именно то, чего она ждала. И в то же время боялась новых страданий.
Квейрил встала и подошла к нему, затем выдохнула:
- Я тоже люблю тебя.
И закрыла глаза. Она почувствовала, как на ее плечи легли руки. А затем Лайнар поцеловал Квейрил.
Осторожно, нежно. Его руки соскользнули с плеч. Одна рука прошлась по груди, животу и остановилась. Вторая проскользнула между лопатками, нащупывая шнурки. Оторвавшись от губ, Лайнар заглянул в глаза
Квейрил. Страсть слегка затуманила ее взор, она притянула его к себе, крепко обнимая за плечи страстно целуя. Разгоряченные губы Лайнара переместились на шею, а рука смело опустилась в декольте. Обоих будто молнией пронзило. С чуть слышным стоном Квей отстранила Лайнара и пошла в спальню,
соблазнительно покачивая бедрами. Прикусив платье, Квейрил стянула его через голову и бросила на пол.
Предвкушение действовало не слабее, чем ласки и, к тому моменту когда вся одежда оказалась на полу,
Лайнар и Квей уже были готовы к дальнейшему шагу. Сплетаясь ногами, они обдавали друг друга горячим
дыханием. Лайнар рухнул рядом. Квейрил не могла поверить, что это происходит с ней. В глубине души она уже давно хотела этого и теперь боялась, что все это окажется не больше, чем приятным сном. “Я хочу, чтобы это длилось как можно дольше”, - подумала Квей, засыпая на горячей мужской груди. После гибели
Карлена в постели Квей поселилось одиночество. И дело было не в скорби по бесславно погибшему любовнику. Квейрил будто потеряла частичку души и на ее место пришла зима. И только вернув твердую почву, она вновь почувствовала себя хозяйкой своей жизни. И вот настало время вновь взять судьбу в свои руки.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #12 : 31 Декабрь 2017, 10:09:20 »
  Квейрил открыла глаза. Некоторое время спокойно лежала, пытаясь понять, где находится и с кем.
Наконец вспомнила и осторожно и осторожно приподнялась на локте. Ее губы поцеловали его с такой же нежностью, как и он ее вчера. Зеленые глаза открылись. И потеплели. Восприняв это как приглашение, Квей
скользнула в объятия Лайнара. Грудь прижалась к груди, волосы упали ему на лицо. Он тихо рассмеялся,
смахнул их, затем взял ее одной рукой за бедро, второй за плечи и, перевернувшись, оказался сверху. И принялся покрывать поцелуями ее лицо и шею, изредка игриво покусывая мочки ушей. Квей хохотала. Счастье казалось бесконечным. До тех пор, пока в соседней комнате не завопил Джаян. Квейрил скорчила страдальческое выражение лица. Положив голову ей на грудь, Лайнар прошептал:
- Останься.
- Не могу, - с явной досадой ответила Квей и оделась.
Растрепанный, с полными ужаса глазами, он сидел на кровати в одних подштанниках. Присев рядом, Квейрил поинтересовалась:
- Что с тобой?
- Мне приснилась женщина. Она вся прозрачная и горит.
Услышав про Явильду, Квейрил нахмурилась:
- Она что-нибудь говорила?
- Да… Она хотела увидеться с тобой. Говорит, что не может, - Джаян задумался, вспоминая, -  пробиться к тебе.
Тревога заволокла мысли Квей, она поняла, что должна сама выйти Явильде навстречу. Вот только эти встречи не должны проходить здесь, где полным-полно народа. Небрежно пригладив головку сына, она ответила:
- Мама обо всем позаботится.
Затем встала и пошла к Лайнару. Он лежал, прикрытый до пояса. Как бы Квейрил ни хотела скользнуть в горячие объятия, чтобы продолжить прерванное наслаждение - она понимала, что проваляться весь день в постели не стоит даже в праздник. Лайнар пристально смотрел на возлюбленную и в его глазах не было ни нежности, ни страсти. Она не выдержала:
- Ты что-то хотел сказать?
- Почему ты ушла от той женщины, Атручии?
Квей больно прикусила кончик языка. Страх прохладой прокатился в груди. Ну, вот и все. Сказка
о любви закончилась, пришло время лжи.
- Она была злобной старухой и я больше не хотела терпеть это.
Ее черные спокойные глаза. выглядели бездонными. Лайнар не изменился в лице:
- А где ты познакомилась с Овией?
- Это что, допрос?! - вспылила Квей. - Может, еще в пыточное кресло меня посадишь?! Начнешь загонять раскаленные иглы под ногти, рвать щипцами зубы…
Лайнара ее вспыльчивый тон явно обескуражил. Он чуть растерянно смотрел на Квей, будто не веря, что такая красивая женщина может говорить такие ужасные вещи.
- Мы только признались друг другу в любви и у тебя от меня уже есть тайны?
- Мы только переспали и ты уже считаешь меня женой? - парировала Квейрил.
Она прошлась по комнате и остановилась. Спиной, чтобы Лайнар не видел ее глаз - они выражали страдание. Она не хотела его терять, но как выкрутиться - не знала. Две слезинки сползли по щекам, Квейрил их проглотила.
Неужели ее подозрения верны и любовник следит за ней?! Будто прочитав ее мысли, он натянул подштанники и босиком подошел. Придвинувшись, обнял ее за плечи и прижался щекой к щеке. Заглянул в отражение краснеющих глаз и шепнул:
- Прости, если тебе кажется, будто я тебя в чем-то подозреваю. Я помню, как тебя привели - Лайнар грустно усмехнулся и нежно поцеловал ее в предплечье. - Ты была сильная и гордая, твое поведение будто смеялось над всеми этими паладинами. Я подумал, что тебя сейчас швырнут в камеру, возможно, изобьют перед этим.
Разумеется, я не знал, виновна ты или нет. И, честно говоря, мне не было до этого никакого дела.
- Ну конечно! - голос Квейрил был сдавленным. - Когда рыцари издеваются над женщиной, хрупкому магу лучше держаться в стороне.
- Просто ты видишь во мне одного из тех паладинов и это причиняет мне боль, - очень тихо признался Лайнар.
Квейрил почувствовала, словно внутри лопнул какой-то пузырь, сдерживавший чувства и разрыдалась.
- Зачем ты меня мучаешь?! - проговорила она сквозь слезы. - Мне тоже больно, в конце концов! Все эти твои расспросы… Зачем все это?
- Прости. Пожалуйста, прости, - шептал он, крепко сжимая любимую в объятиях и покрывая поцелуями. - Просто я боюсь за тебя. Не хочу, чтобы ты попала в какую-то историю.
Рыдания прекратились. Квей настороженно замерла. Вместо обиды она замерзла от ужаса, но все же решилась:
- Какую еще историю?
- Ты и сама знаешь, что у нас происходит нечто странное, - Лайнар начал одеваться. - То склад сожгли, то дом заморозили… А виноватых так и не нашли. Да еще и какая-то банда разоряет кладбища…
В его голосе прозвучали обида и жалоба. Квейрил невольно умилилась. Этот мужчина вызывал в ней куда более сильные чувства, чем все предыдущие любовники.
Теперь, когда ссора осталась позади, в душе Квей вновь расцветала весна. Одевшись, Лайнар поцеловал Квейрил в щеку и прошептал:
- Еще увидимся. Люблю тебя.
Когда он ушел, она тихонько вздохнула и подняла к потолку усталые черные глаза:
- Этого вы хотите от меня, боги? Я вынуждена лгать возлюбленному, едва только его получив?
Небо ответило снегом, бесшумно укрывающим город. Квейрил подошла к окну. Плащ Лайнара мелькнул между домами и исчез, будто его и не было. На нее словно свалился очень тяжелый груз из горечи, боли от не заживших ран души и чувства вины. Из-за страданий незнакомых и малознакомых Квей не переживала, но теперь ощутила страх потерять едва найденную любовь.
Дверь открылась и раздался удивленный голосок:
- Вы поссорились? Я знаю, что у любовников бывают ссоры, но что так быстро…
- Это не смешно, Овия! - резко ответила
Квейрил, обернувшись. - Между прочим, поссорились мы из-за тебя!
Улыбка сползла с пухленького личика гномихи, зубы сверкнули в хищном оскале. Зеленые глаза загорелись недобрым огнем.
- Ну, этого следовало ожидать.. Жила с сыном, а потом привела какую-то гномиху. Конечно, это подозрительно. И ты все равно меня не выдала. Я знала, что ты умница.
- Умница… Да что с этого толку? - Квейрил грустно усмехнулась. - Лучше бы я была глупой! Может, умерла бы уже…
- Кстати, о смерти, - Овия явно не прониклась сочувствием. - Твой Лайнар сказал, что кто-то разоряет кладбища. Мы могли бы выяснить, кто и зачем.
- Да, ты права, - согласилась Квей, погружаясь в свои мысли.
А думала Квейрил вот о чем: если подвеска и кольцо обладают сокрытыми магическими свойствами, именно Явильда должна их раскрыть. Ведь никто другой не знает, что и как. Придется подыскать тайное место для встречи. А потом Явильда наверняка потребует мести. Вот теперь ей пригодится сила друидов. К сожалению, они не делятся своими знаниями с посторонними. Квей хотела бы поверить в то, что Явильда ошиблась насчет гибели от Джаумблаха, но увы. Собственное тело показывало обратное - плохим самочувствием. Внезапно голову молнией пронзила идея: а что, если устроить такое место на разоренном кладбище? Когда Овия с Джаяном вернулись с улицы, Квей что-то шила сидя на кровати.
- Что ты делаешь? - гномиха подошла ближе. - Маски?! Зачем?
- Это нужно для нашего с тобой плана. Сказанное тобой пробудило во мне очень приятные воспоминания и я хочу их воплотить. Это будет весело.
                                                                                            *   *   *
Атручия вышла на улицу. Свободно висящая на худощавой фигуре кольчуга заблестела, словно тысячи крошечных зеркал. Приятный свежий морозец ласково покусал бы за щеки, если бы мог - их скрывал шлем. Отпраздновав начало года, Сальтон понемногу возвращался к будничной жизни: разговорам, ковке, шитью и множеству других занятий. И, тем не менее, проходя мимо всей этой суеты и блеска, Атручия чувствовала, что ее сердце мертво. Оно умерло в тот день, когда ей сообщили об убийстве Фиуроссо. Тень горя не покидала ее, она влилась в настоящее, став частью жизни. Когда в ее жизнь вошли Квейрил и Джаян, поначалу Атручия не знала, как себя вести с ними. Квей сразу оттолкнула ее своим характером, а вот с Джаяном все оказалось сложнее. Нет, он ничем не напоминал маленького Фиуроссо - тот был намного веселее. Джаян же частенько смотрел исподлобья, много молчал, смотрел исподлобья, отвечал односложно. И только рядом с матерью позволял себе расслабиться. Однако терпение творит чудеса: позабыв о собственной душевной боли, женщина занялась чужим ребенком. Улыбки, ничего не значащая болтовня - и он оттаял. Атручия сумела выведать кое-какие подробности его прошлой жизни. Свою тетю Лабель мальчик почти не помнил, зато рассказывал о старшем брате. Это еще больше усилило подозрения Атручии, которая с самого первого дня знакомства поняла, что у ее новой знакомой темное прошлое. Именно она направила Квей к доске объявлений в смутной надежде, что паладины разберутся. Ведь ее Лефи самый сильный и умный из всех известных ей мужчин. При мысли о Лефицие   Атручия вздохнула. Ведь они такая хорошая пара, почему у них ничего не складывалось? Как бы там ни было, после ухода Квей и Джаяна ноющая боль в груди пробудилась.
Снег ослеплял белизной, лед был крепким и не желал ломаться. Здесь заканчивался Квартал ремесленников. Она с тревогой посмотрела на сереющее небо, затем на высокую башню. И вошла в нее. Молча прошла мимо солдат и поднялась на самый верх. Первым делом стянула шлем. Светлые кудри тут же рассыпались по плечам. Атручия с облегчением вздохнула - дышать стало легче. Кольчуга с тихим звоном соскользнула с плеч. Повесив ее на спинку стула, она присела у окна. Окно было узеньким, стрелковым. И, тем не менее, из него можно было увидеть немного города. Ко второму окошку, из которого виднелись окрестности, она даже не стала подходить. Да и зачем? Им с Лефицием и Фиуроссо довелось пожить в самых разных местах, но Альхар навеки остался для нее самым родным. Ведь именно здесь она провела детство и юность, здесь   познакомилась с возлюбленным и играла с ним свадьбу. При этой мысли Атручия печально улыбнулась. Они были почти детьми - хрупкими, златовласыми, жизнь казалась бесконечной сказкой. Молодой муж на руках отнес жену в постель, где они провели первую брачную ночь, полную нежности. А потом сказка кончилась. Начиналось все как-то незаметно - с бедности. Они работали, но платили обоим мало. О том, чтобы просить у родителей(многодетных бедняков) денег, не могло быть и речи. Когда Атручия забеременела, отношения стали портиться. Она раздражалась, ревновала, часто плакала. Неудивительно, что Лефи выбирал такую работу,чтобы почаще отправляться в поездки. И, тем не менее, это испытание они прошли. Стук двери вырвал Атручию из приятных воспоминаний. Не вставая, она посмотрела на вошедшего полным безмятежности взглядом. Лефиций улыбнулся самой добрейшей улыбкой, на какую был способен, на ходу стянул перчатки, затем нежно поцеловал жену в макушку. Расплывшись в улыбке, она потерлась щекой о его руку и попросила:
- Расскажи, что нового?
Руки, лежащие на ее плечах, настороженно замерли. Она. тут же встала и повернулась - в такие моменты Атручия предпочитала видеть глаза Лефиция: он не умел ей лгать.
- Меня вызвала к себе Кельмира, - ответил он, отводя взгляд. - Ее Величество недовольна.
Говорит, что мы плохо работаем, раз за столько лет ничего не сделали с этими… Келимо, - он произнес это слово, словно плюнул. - Но ведь с ними невозможно справиться! Уже мно…
- Передо мной не нужно оправдываться! - быстро произнесла Атручия и страстно поцеловала его.
Лефиций ответил на поцелуй, крепко обнимая жену могучими руками. Что ни говори, его Ата( как он нежно называл любимую) была крепкой женщиной и ему это нравилось. Легко, без труда Лефиций подхватил Атручию на руки и понес в постель.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #13 : 25 Январь 2018, 23:44:45 »
               Пятая глава:
                                                                           “Горькая нежность, сладкая страсть.”
Отдыхая на плече мужа, Атручия думала о том, что расстаться после гибели Фиуроссо было самым лучшим выходом. Им было необходимо пережить это в одиночку, не обвиняя друг друга. Но забыть любовь друг к другу не смогли, а потому продолжили отношения уже как любовники.
- Я могу чем-нибудь помочь? - спросила Атручия.
Лефиций пригладил ее шелковистые кудри. Он знал, что уговаривать ее не подвергать себя опасности
бесполезно. Вместо этого Лефи стал раздумывать, какое задание побезопаснее ей можно дать. И вспомнил.
- Скоро в Альхар прибудет архимаг Кенсурред. Это очень важная личность и ему не помешает охрана.
Продолжая лежать в объятиях любимого, Атручия нахмурилась. Она слышала об этом архимаге как очень много хорошего, так и плохого. Если ей придется стать свидетельницей каких-либо темных дел - молчать она не намерена. Власть богов выше власти смертных в таких вопросах.
                                                                                             *   *   *
Квей надула губы, глядя на себя в зеркало. Непривычно было в штанах, особенно той, которая предпочитала платья и юбки. Но платья июбки не годились для ночной охоты, на которую они сегодня отправятся. Ночь
 испуганно притихла. Какая-то ночная птичка несмело зачирикала, но под взглядом Квей тут же замолчала. В эту ночь магия Квейрил особенно давала о себе знать: кровь в жилах нагрелась, будто от пьянства.
Но выпивать она не любила, а вот полыхающий в крови жар оказался приятным. Он будто придавал бодрости: ноги были крепки, руки напряжены, разум холоден и трезв. Чем дальше шли Квейрил и Овия, тем более безжизненным казался Альхар. А вот наконец и кладбищенские ворота. И тут Квей ждало разочарование: на них поставили замок .
- Тауриган… - с явной досадой выдохнула колдунья. - Давай попробуем просто перелезть через забор.
Забор возвышался непреодолимой грозной преградой. Если Квей случалось быстро бегать, то только в детстве. И сейчас, карабкаясь по забору, она чувствовала себя ужасно тяжелой. Спрыгнув с другой стороны, Квейрил стала ждать. И тут произошла неприятность: оцарапав до крови руку, Овия с криком упала на руки Квейрил. С трудом удержавшись на ногах, она подхватила гномиху. И тут тауриган вспыхнул синим светом Колдунья замерла от ужаса, по коже пробежали мурашки. А потом пришло осознание случившегося. И вместе с этим ярость. Швырнув гномиху в снег, она ударила ее ногой в бок и прошипела:
- Дура, это все из-за тебя! Ты что, не могла перелазить аккуратнее?!
Овия вскочила. В ее глазах горел гнев.
- Да что не так?!
- Вот это! - колдунья схватила ее за поцарапанную руку. - Разве ты не понимаешь? Кровь выдаст тебя, этот замок учуял ее!
Не в силах справиться с охватившим ее гневом, Квей дала Овии пощечину. По пухлым щечкам потекли слезы обиды. Тяжело дыша, обе женщины смотрели друг на друга. Казалось, еще мгновение - и они вцепятся друг другу в волосы, забыв о магии и оружии. Тишину потревожил звон. Он как будто приближался. Ярость на лице Квейрил сменилась озабоченностью, она начала прислушиваться. А потом перевела взгляд на Овию:
- Паладины! Если нас найдут сейчас - могут даже казнить!
И обе, не сговариваясь, бросились к ближайшему склепу. Внутри они увидели ведущую вниз лестницу. Не
раздумывая,Квейрил схватила Овию за руку и потащила вниз. Как и ожидалось, внизу вечным сном спали незнакомцы. Выяснять, к чьему роду принадлежит этот склеп,  Квей не стала, хотя и понимала, что это может пригодиться в будущем. Пробираясь вдоль стен, Квей коснулась одной из них. Стена отозвалась вспышкой света, после которой возникла огромная руна, светящаяся зеленым. Квейрил и так была напряжена, а тут и вовсе не выдержала - завизжала от ужаса и запустила огненным шаром. Под его ударом стена внезапно отодвинулась, открывая проход в какое-то подземелье. Сама того не замечая, Квей обнимала и прижимала к себе Овию. Обе с ужасом ждали - не выйдет ли кто-нибудь оттуда?
Тишину нарушало только их тяжелое дыхание. И больше ничего не происходило. Когда страх немного отпустил свою хватку - Квейрил обнаружила себя сжимающей в своих объятиях гномиху, которая еще совсем недавно разозлила ее. На нее нахлынули стыд, страх и отвращение. Убрав руки, Квей быстро пошла в проход. Главным образом для того, чтобы прояснить мысли. А еще потому ,что понимала - стоять здесь глупо. Овии не осталось ничего иного, кроме как последовать за ней. Вначале им не встречалось ничего, кроме земляных стен. А потом с потолка начали свисать корни Иногда Квей задевала их головой или
плечами, но как ни в чем ни бывало шла дальше. До тех пор, пока дорогу не преградил древесный корень.
Безраличное лицо Квейрил нахмурилось. Овия сотворит что-нибудь, но колдунья сохраняла спокойствие, хотя была не в духе.
- Здесь мы не пройдем, - она повернулась наконец.
И пошла наугад направо. И тут же раздался ее взволнованный голос: “Здесь дверь!”
Овия тут же прибежала. Квей стояла у какой-то двери и дергала за ручку. Никакого подобия замка не имелось, но дверь упорно не желала открываться. В отчаянии и гневе Квейрил обернулась:
- Ты умеешь вскрывать замки?
- Нет.
- Очень плохо! - колдунья с досады ударила кулаком по двери.
Внезапно дверь вспыхнула белым светом. Рука Квей тоже засветилась.
- Это… какая-то магия?
Колдунья посмотрела на руку.
- Кольцо…- побелевшими от ужаса губами прошептала она.
Загадочное кольцо, которое она отыскала в пещере и теперь носила, изменилось: прежде белый камушек в
середине стал оранжевым. Он показывал царство пламени. Огонь превратил небо в оранжевую пустоту. В
черной земле светились тоненькие ручейки лавы. Квей смотрела, не в силах оторвать взгляд. Ей казалось, что она почти чувствует жар этого места. Овия подошла ближе и камень тут же сменил картинку: пещеры, полные льда. Это место выглядело таким холодным и безжизненным, что, казалось, здесь способно замерзнуть само время. И вдруг она заметила совершенно белую фигуру с рогами. Фигура двигалась - это нельзя было не заметить. Хмурясь, Квей разглядывала его.Кем бы ни было это создание - причин
доверять ему Квейрил не видела. Шепот Овии нарушил тишину:
- Кто это?
Ответа Квей не знала, но подумала о том, что самый лучший способ завоевать восхищение - изобразить
уверенность в своих знаниях, даже если их нет.
- Ледяной демон, - задумчиво произнесла колдунья, сжимая руку с кольцом в кулак. - Крылья… отсутствуют. Владеет магией стихий, в особенности воды. Из-за своих особенностей редко покидает…
И тут замолчала, озадаченная пониманием произошедшего. Похоже, из того портала все-таки
выбрался демон. Это он заморозил тот дом и теперь бродит где-то на свободе. Ужас, гнев и отвращение
зажгли в душе Квей пламя негодования. Выходит, тот ужас, который ей довелось пережить - напрасен?! На
глаза навернулись слёзы, но Квейрил стиснула зубы и раздумывала. Нужно все рассказать Лайнару и Лефицию, они придумают, что делать. Рядом раздалось смущенное покашливание. Обернувшись, колдунья
посмотрела на гномиху. Мысленно упрекнув себя, Квейрил посмотрела на кольцо. Оно выглядело как
обычно, только камешки по бокам почернели. Осторожно, кончиком пальца Квей попробовала коснуться
их - и вскрикнула от боли. Ей захотелось снять кольо и выбросить, будто змею. Но, как только Квей потянулась к кольцу - оно тут же предупредительно вспыхнуло молнией. На мгновение скривившись от боли, Квейрил все же сдержалась. Она подошла к двери и на сей раз та легко открылась. Первое, что открылось
взору - алхимические столы. На них лежало множество ингредиентов. Слегка прищурившись, коллунья
осматривала их. Толстого слоя пыли здесь не было, значит, здесь кто-то жил. И мог в любой момент вернуться. Квей предчувствовала, что этот таинственный хозяин может оказаться магом опытнее и хитрее. И все же Квейрил хотела посмотреть, что здесь есть. Обидно было бы уйти с пустыми руками. Тогда они пошли посмотреть, есть ли здесь еще что-нибудь. Обнаружили маленькую, но роскошную спальню.
- Какое великолепие! - шептала Квейрил, разглаживая темно-красное, расшитое золотыми розами
покрывало. - Кто бы здесь ни жил, он должен быть очень богат.
И она легла. Щека прижималась к мягкости, Квей показалось, что она чувствует остатки чужого сна. Он манил сладостью, расслабленностью и безмятежностью. Даже когда Квейрил была баронессой, у нее не было такой роскошной кровати. Внезапно встревоженный голосок Овии вырвал ее из забытья:
- Ты слышала?! Кто-то идет!
Переменившись в лице, Квейрил вскочила. Черные
глаза враждебно полыхали, сердце бешено колотилось, на кончиках пальцев угрожающе искрилась молния. Овия не выдержала и расхохоталась:
- О боги, видела бы ты себя сейчас! Да расслабься, я пошутила.
В ответ колдунья хлопнула гномиху по спине. Молния проходила сквозь маленькое тельце, она кричала от боли, но ничего не могла сделать, пока та не убрала руку. Слегка покачнувшись, Овия сужасом смотрела на
Квейрил. Та возвышалась над ней, словно госпожа зла, преисполненная мрачности и холодной ненависти.
Блеснув зубами, Квей произнесла, словно выплюнула:
- Дура.
И пошла в последнюю комнату. Гномиха пошла за ней:
- Прости. Я боялась, что эта кровать может оказаться
ловушкой и усыпить тебя. И тогда я останусь здесь совсем одна.
Квейрил обернулась. На суровом бледном лице проступила смесь жалости и
злорадства. Ничего не ответив, колдунья пошла дальше. Ей стало больно, потому что она подумала о том, что никому не нужна просто потому, что она - это она. Квейрил видела только один выход - не позволять себе сосредоточиться на чувствах. Лучше самой всех использовать, чем ожидать от них того же. Она вошла с ледяным сердцем, готовая убивать любого, кого встретит. Их встретила мертвая тишина в маленькой библиотеке.
Квейрил подошла к высокому книжному шкафу и подняла голову. Из потолка торчал белый кристалл, освещающий комнату. В этом месте может найтись ее спасение. И заодно - еще много полезного. Вот только
Овии об этом лучше не знать. Квей нерешительно подошла к шкафу и протянула руку наугад к самой толстой книге. В обложке находился камень. Жемчужно-белый, овальной формы, он переливался, словно расплавленный металл. Прикасаться к нему Квей не стала, потому что догадалась, что это может быть. Некоторые маги создавали порталы в самых неожиданных местах, где их не могут просто так найти.
“Справочник по гоблинам” - прочитала колдунья. Телепортироваться к гоблинам Квейрил не испытывала ни малейшего желания. Она прислушалась к своим ощущениям. Даже не впадая в транс и не медитируя, Квейрил ощущала здесь потоки магической энергии. По ладоням побежали мурашки, она создала иллюзию
драконьей тени. И тут же убедилась в том, что здесь проставлены магические усилители - тень начала расти и подергиваться без усилий с ее стороны. Квейрил почувствовала, что ее глаза начали нагреваться, на них будто давили изнутри. Это было неприятно, но необходимо. Горячий поток, направленный силой мысли,
устремился вверх. Колдунья видела его - розовая и желтая струйки, переплетающиеся друг с другом. Такое было Квей хорошо знакомо. И управлять таким она прекрасно умела. Это был магический следопыт,
способный показать даже скрытого под невидимостью мага. И сейчас Квейрил ощупывала его. В ушах зазвучал шум моря, но это не отвлекло колдунью, скорее наоборот - подтвердило, что она на верном пути. Квейрил безжалостно вырывала из него воспоминания о себе и Овии, чтобы он не смог показать своему хозяину, кто здесь побывал. Когда с этим было покончено - “захлопнула” его, да с такой силой, что вздрогнула земля. А потом начались поиски. Квейрил и сама не знала, что именно ищет, но, отыскав
книгу “Грань и Притягивающие”, взвизгнула от радости.
- Это она! - радуясь, словно словно ребенок, она показала ее Овии. - Бери что-нибудь и пойдем.
Хитрая улыбка мелькнула на ее лице. Подхватив случайно упавший “Справочник по драконам”, она быстро пошла следом за Квей. Вышла и обомлела: колдунья спокойно шла, прижимая к себе книгу, вторая рука светилась синим и с нее сыпались крохотные искорки, создавая светящуюся дорожку. От ужаса и волнения гномиха лишилась дара речи. Со стороны это выглядело красиво: дорога светилась, там, где проходила Квейрил, на стенах вспыхивали светло-зеленые руны, словно по ее приказу. И только когда Квей ушла довольно далеко - опомнилась.
- Ай! Ты что, хочешь меня здесь бросить?! - и побежала следом.
В этот момент Квейрил было не до Овии. Ее переполняло чувство всемогущества. Казалось, если ей встретится стена - она ее снесет магическим ударом и пойдет дальше. В таком состоянии Квейрил не
испугалась бы и дракона, если бы он внезапно возник на ее пути. Правда, под толщей неуязвимости мучило чувство, что ею управляют. Это пугало и раздражало Квейрил, но как от этого избавиться - она не знала. И в то же время ее разум сохранил ясность. А потом пустые подземелья внезапно закончились. Квей и Овия вышли на выступ и оказались как будто на балконе. Прямо перед ними располагались светящиеся всеми цветами радуги кристаллы в огромной пешере, настолько большой, что здесь мог бы поместиться город. Пахло сыростью. Овия взглянула Квейрил в лицо и в ужасе отпрянула. Глаза колдуньи пылали демоническим огнем. Магия просто била ключом, это чувствовала даже она, хоть и была гномихой. Квейрил не обращала на нее никакого внимания, она смотрела вдаль. В лучах света, излучаемого глазами Квейрил, Овия разглядела гномов. Они добывали кристаллы, судя по всему, для продажи магам. Без страха и
сомнений Квейрил спрыгнула. Гномы с ужасом смотрели на светящуюся фигуру, идущую к ним.
Спрыгнув, Овия пошла за ней .Раньше эта женщина считала себя много повидавшей, но с первой встречи с этой колдуньей вся ее жизнь пошла наперекосяк. Старые знакомые сочли ее предательницей и теперь у
нее остался выбор - сбежать из Альхара или прятаться. Бежать она не испытывала ни малейшего желания,
значит, оставалось прятаться. Всю жизнь прожившая на поверхности, она боялась здешних гномов.
Впрочем, Квейрил в таком состоянии она боялась не меньше.
    Обе беспрепятственно прошли по узкому проходу, но только для того, чтобы очутиться в кромешной темноте. Свет, излучаемый Квейрил, погас. Они стояли рядом, боясь даже дышать. Впереди их ждал холод. Противоестественный, он понемногу вытягивал силы. Напрягая до предела слух, колдунья была готова
поклясться, что впереди слышит храп. Но за чудовище здесь может водиться? Квейрил вытянула руку и
вызвала свет. Из темноты возникли шесть ярко-голубых глаз. Казалось, на них смотрит само воплощение
голода. Квейрил усилила заклинание света. Три огромные морды злобно скалились. Подойти ближе монстр не мог - слишком узко.
- Цербер, - чуть слышно прошептала Квейрил.
В этот момент ей всё-таки стало страшно. Церберы ведь были магические существа, а это значит - в
этом бою она может и погибнуть. Бежать, конечно, было можно, но куда? В других тоннелях может
оказаться ещё хуже.
Собравшись с силами, Квейрил выстрелила в цербера разрядом молнии. Он сжался от боли, а она почувствовала холод. Сковывающий, он проникал внутрь, доходя до сердца и позвоночника. Не выдержав, она прекратила атаку. Издав визгливый рев, цербер бросился к ним. От его удара пещера вздрогнула, сзади
проход завалило песком и мелкими камнями. Квейрил упала на четвереньки и оцарапала ладони. Она
оглянулась на Овию, шмыгающую носом и утирающую глаза, засыпанные песком и пылью. Посмотрела на рвущуюся к ним пасть. Желание жить пробудило решимость. Поднявшись, она приказала:
- За мной!
После чего выпустила струю пламени прямо в щелкающие челюсти. Жалобно взвизгнув, монстр отступил. Холод заморозил ее спину с такой силой, что желудок сжался в приступе тошноты. Стиснув зубы, Квей подумала о том, что, будь здесь еще один маг, он бы помог ей отразить это. Удерживать защиту и
одновременно сражаться у нее почему-то перестало получаться - похоже, что-то нарушилось в ее ауре, после
того, как они побывали в том загадочном убежище. Это злило Квей, но она не отвлекалась на собственные
ощущения, понимая, что нужно сейчас потерпеть, чтобы не сгинуть болезненной смертью в зубах чудовища. Осторожно обойдя цербера сзади, Овия с размаху вонзила оба кинжала в его спину. Две головы из трёх уставились на нее. Они злобно скалились, но при этом голубые глаза выражали ужас и боль. Пытаясь вырваться, он только еше больше раздирал себя. Жажда крови в Овии пробудилась жгучей радостью, наслаждением от чужой боли. Вытащив один из кинжалов, гномиха вбила его прямо в хребет. Что-то
громко хрустнуло и монстр с жалобным визгом осел. И вдруг превратился в столб света. Квейрил озадаченно смотрела, не зная, что делать. Тем временем столб начал принимать форму. Выросли рога, могучие когти… Дальше Квей уже не стала смотреть, она схватила Овию за руку:
- Бежим!
Кинжал со звоном ударился о камень и отлетел прямо в поток света. От этого свет начал подергиваться и
искажаться, но убегающие женщины этого не видели. Довольно далеко пробежав, они вновь оказались в тишине и покое посреди разноцветных кристаллов. Слушая стук собственного сердца, Квейрил испытывала
презрение к самой себе. Им так и не удалось найти фералитовую статуэтку, о которой ходили слухи. А ведь
у нее имелись на эту статуэтку планы. Чтобы не заплакать с досады, Квейрил пошла дальше. И вновь
остановилась, не веря своему счастью: это оказалась та самая пещера, где она нашла кольцо. Пожалуй, нужно ещё вернуться сюда, только одной.
                                                                                              *  *  *
 Атручия стояла, вытянувшись и глядя на стоящего перед ней мага. Ее доспехи на полуденном солнце сияли словно зеркало. Обычно распущенные светлые волосы она собрала в косу. Лысый старичок с
аккуратно подстриженной бородкой по-доброму улыбался, разглядывая ее. Атручии стало неловко. Она
себе иначе представляла все это, в том числе и Кенсурреда. И теперь чувствовала себя униженной, будто ее в рабство продали. В каком-то смысле так оно и было. Рядом стоял широко улыбающийся Лефиций.
- Такой телохранитель мне подходит. Ну что, поехали?
Их уже ждали две прекрасные кобылы. Ездить Атручия умела, как солдат не задавала вопросов. Воздух
разогрелся и стал душным. Сосульки заплакали чистейшей холодной водой. Снег будто сьежился и посерел. Атручией овладела печальная задумчивость. Притворяться, что они друг другу чужие, оказалось нелегко. Паладины дают обет безбрачия. Выходит, она с Лефицией грешат, когда встречаются? На душе стало совсем мрачно. Нужно помолиться об этом. Хмурясь, она посмотрела в небо. Погода в Альхаре становилась все более странной: то жарко, то ужасно холодно. “Наверное, это проделки Келимо” - размышляла Атручия, следуя за Кенсурредом. В последнее время работы прибавилось. Атручия совершенно не представляла себе, чем может быть полезна. Кто вообще осмелится напасть на архимага?
    Они остановились у Башни знаний и вошли внутрь. Кенсурред тут же остановился у Обозревателя. Ему тут же подали стул. Из своего дорожного мешочка архимаг извлек темно-красный платок с золотыми узорами,
затем приказал:
- Отойди к противоположной стене и начинай медитировать.
Со вздохом Атручия отошла к стене и опустилась на колени. Она собралась с силами, но все же
чувствовала обреченность. Закрыв глаза, Атручия слегка покачивалась. Это помогало избавиться от лишних мыслей. Однако воспоминания все равно начали пробуждаться. Именно она по долгу службы
прибыла сюда вместе с другими паладинами, дабы выяснить, что с Нерфиленом. Несчастный эльф просто уснул и не проснулся. Но его неестественная бледность без слов говорила, что тут что-то не так. Ему было
триста восемьдесят четыре года - молодой для эльфа, но уже заставший эпоху гнилой чумы и почти полное
вымирание своей расы. Жены и детей у Нерфилена никогда не было. Почему - никто из ныне живущих не знал. Как бы там ни было, тот, кто для большинства сальтонцев являлся неким далёким добром, которое вдруг исчезло, в памяти этой женщины он остался бледным эльфом с искаженным страданием лицом. Атручия не знала Нерфилена, пока он еще жил, но все же сочувствовала ему. Несправедливо умереть
из-за того, что делал добро. Атручии казалось, что она чувствует здесь присутствие его души. Это
мешало сосредоточиться. Кенсурред завязал глаза платком и положил обе руки на Обозреватель. Произнес
активирующее заклинание, на что артефакт откликнулся голубоватым свечением. Шар вспыхнул и показал россыпь сверкающих миров. Атручии показалось, что на ее спину обрушилась целая скала. Из сжатых
зубов вырвался стон, по виску стекла крупная капля пота. Она оперлась лбом о стену и закрыла глаза. Сразу
стало легче, но не совсем - осталось легкое головокружение.
- Сосредоточься! - приказал маг.
Атручия стала молиться. Жара мучила ее, хотя на улице стояла зима. Когда в Обозревателе начались
ярко-зеленые вспышки, тяжесть наконец отпустила Атручию и она с наслаждением дышала, ощущая слабое дуновение ветерка. И вдруг голова взорвалась изнутри ужасной болью. Из глаз сами хлынули слезы и не хотели останавливаться. Но Атручия терпела, потому что в таком состоянии лучше всего получалось не
думать. Она не видела, чем занимается Кенсурред, но поняла, что он закончил, когда вдруг повеяло прохладой и головная боль прошла. Только сейчас Атручия подумала о том, что, в общем-то, и не
медитировала. Впрочем, возможно, ее присутствия оказалось достаточно?
- Я нашел три места с нарушенной Гранью, - раздался его голос. - Поехали?
                                                                                  *  *  *
Квейрил зашла на тренировочную площадку. Сегодня здесь никто не тренировался и потому это место выглядело мертвым. Она вошла в зал. Лайнар, едва увидев ее, тут же просиял и устремился к ней:
- Любовь моя, я соскучился!
Не дожидаясь ответа, он прижался горячими губами к ее губам. Она ответила на его поцелуй, тая от счастья.
Для описания своих чувств у Квейрил не нашлось слов, поэтому она просто уткнулась лицом в его плечо.
Ощущая нежные поглаживания любимого, Квей будто вернулась в свои двадцать, когда кажется, что ты способен победить всех. Смущение щекотало ее душу, становилось стыдно за то, что настолько счастлива. А вдруг кто-то их увидит? Лайнар слегка отстранил любимую и заглянул в ее глаза. Они сняли восхищением. Щеки раскраснелись и вообще она как будто помолодела. Лайнар взял лицо Квейрил в ладони и вновь поцеловал. Поцелуй был нежным, но обещал страсть. Высвободившись из объятий возлюбленного, Квей поинтересовалась:
- А где Лефиций?
Улыбка сошла с лица Лайнара:
- А зачем он тебе?
- По делу, - не выдержав, она
рассмеялась. - О, моя любовь, ты так очарователен, когда ревнуешь!
Небрежно пригладив его щеку кончиками пальцев, Квейрил уверенной походкой прошествовала к алхимическому столу. Лайнар остался в недоумении. Самым возмутительным было то, что она была права:
он ревновал, потому что не понимал, что происходит. Квейрил сняла плащ и Лайнар озадаченно уставился
на ее ноги, обтянутые светло-коричневыми штанами вместо обычных платьев и юбок. Он с явной
тревогой спросил:
- Любимая, где твоя мантия?
- Я ее забыла, - она повернулась.
Страх незримым пауком подобрался ближе. Нежность задохнулась внутри. “Спокойно, Квейрил!, - мысленно приказала самой себе колдунья. - Он любит тебя, а ты его. Это самое главное.”
- Квейрил, что происходит? - Лайнар подошел ближе.
Переборов свой страх, Квей подняла на него глаза. На какое-то мгновение ей захотелось, чтобы он овладел ею прямо на том столе, что стоял сзади. Грубо и страстно, пусть даже и с болью. Это было бы проще, чем терпеть такие расспросы. И что, снова плакать перед ним, причитая:” Ты мне не доверяешь?!”
- Это из-за твоей подруги, Овии? Где вы были?
- В гостях у ее друзей, - Квей заставила себя улыбнуться. - Мы так чудесно провели время…
- А меня почему не пригласили?
- Видишь ли, милый… Я туда пришла как подруга Овии. Они и меня совсем не
знают, а уж в твоем присутствии и вовсе будут чувствовать себя неловко. Потерпи, дорогой, пусть они сначала привыкнут ко мне, а потом я представлю им тебя. Договорились?
Такой ответ Лайнара не удовлетворил, он уточнил:
- А штаны было обязательно одевать?
- Ах, штаны… - опустив голову, Квейрил погладила себя по бедру.
Лайнару стало стыдно. Своим поведением и внешним видом Квейрил разожгла в нем желание. Капля горечи и скорби растворилась в его душе. Он любил ее и очень хотел поверить, но что-то мешало.
- Таверна, где живут друзья Овии, расположена в Торговом квартале, - пояснила Квей. - Ты же знаешь, что ворота квартала на ночь запираются.
Глаза Лайнара испуганно округлились:
- Любовь моя, только не говори, что ты…
- Я не перелазила через стену, - заверила его Квей, - но предполагала, что придётся. Но я ушла, когда
открыли ворота.
- Хочешь сказать, ты всю ночь не спала?! - это его явно обескуражило. - Знаешь что… иди домой. Я скоро
приду.
По выражению его лица Квейрил поняла, что он не шутит. И, по правде говоря, не испытывала ни малейшего желания с ним по этому поводу спорить.
- Справишься?
- Работы все равно немного.
Квейрил молча вышла. И тут же попала в снежный буран. Колючий снег летел прямо в лицо. Прислонившись к стене, Квей смотрела вдаль и думала о будущем. Тоска раздирала душу. Да, Квейрил лгала, плела интриги, спала с кем попало, убивала. Но лгать любимому оказалось мучительно, тем более, что это было впервые.
Смешиваясь со снегом, слезы текли по ее щекам. Было бы проще, если б она поделилась своими чувствами, но страх, что он все испортит, был так же силен, как и боль. Усилием воли Квей оторвалась от стены и пошла домой. Любовью она унизила сама себя и ничего не могла с этим поделать. Посидев немного в таверне и выпив, Квей почувствовала себя лучше. Теперь ею овладело безразличие. Поднявшись к себе, она застыла в дверях. Хмурый взгляд остановился на Овии. В тот момент Квейрил ощущала себя старухой, для которой
осень жизни уже позади.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #14 : 17 Февраль 2018, 23:07:52 »
Седьмая глава: “ Раскаяние и новые ошибки.”
Когда в небе показались звезды, за спиной раздался взволнованный голос Лайнара:
– Готова идти?
Квей ощутила, как гордость стискивает душу. Это помогло держать себя в руках в столь трудный момент.
– Ты же говорил, что не останешься сегодня со мной, – упрек в голосе Квей зазвенел металлом.
Она резко повернулась к нему. Черные глаза полыхали ненавистью. От злости и ревности она забыла даже о своем влечении к нему. Очень хотелось дать ему пощечину и быстро уйти, но услышать объяснение было куда важнее. Только сейчас Квейрил заметила, что несколько магов не ушли, а наблюдают за ними, к тому же некоторые ехидно улыбаются.
Стыд вырвался злостью:
– Что смотрите? Не видите, что ли – друзья разговаривают! Здесь не на что смотреть, уходите!
Они двинулись к выходу, перешептываясь и оглядываясь. Квей почувствовала себя униженной. Зачем он это делает? Зачем выясняет отношения на людях? Как только за ними закрылась дверь, Лайнар коснулся ее щеки. Непрошеные слезы покатились по ее лицу. Как же ей хотелось, чтобы все было просто! Рука Лайнара слегка стиснула грудь Квейрил, губы скользнули по щеке, собирая слезы. От нежности возлюбленного у нее сдавило горло. Душевная боль и плотское желание мучили ее.
– Значит, я тебе всего лишь друг?
– Любовь моя, не начинай! Подумай, зачем нам обьяснять всем окружающим, что между нами происходит?
– А что между нами происходит?
Его рука стиснула ее тело.
Квейрил тяжело задышала, когда Лайнар страстно целовал ее сзади в шею, одновременно сжимая в своих объятиях. И вдруг отступил на шаг, разжав руки.
От неожиданности Квейрил замерла.
– Вот так вот у нас! – с горечью произнес Лайнар. – Я не знаю, чего хочешь ты, я не знаю, чего хочу сам…
Любовь это или похоть?
Квей стиснула зубы. Она не могла произнести ни слова, ее била дрожь. Она злилась на себя за то, что боялась потерять его. Утирая слезы, она наконец собралась с силами и ответила сдавленным голосом:
– Я знаю только то, что хочу доверять тебе и быть с тобой. Но говорить о серьезности наших отношений пока рано.
И она пошла к выходу. На душе стало легко. Пока шла продумывала свой план.
Задуманное ею было опасно, но Квейрил знала, что это давно следовало сделать.
Пока Джаян и Овия сидели в соседней комнате, она готовилась. Боялась ли она?
Нет. Квей была готова к возможной смерти. Но она предпочла бы жить.
Дождавшись, когда Джаян и Овия уснули, Квейрил вышла на улицу. Чистое звёздное небо внушало надежду. При столь ярком свете Альхар выглядел волшебным и в то же время опасным местом. Проходя мимо кладбища, колдунья невольно усмехнулась – с этим местом у нее были связаны интересные воспоминания. Но все же желания вернуться туда
Квейрил не испытывала. До нужного места она дошла довольно быстро. Здесь все было не так, как в том квартале, где жили они с
Джаяном до этого, у Атручии. Там все как-то располагалось далеко, ощущение безопасности было само собой разумеющимся. А здесь все выглядело каким-то маленьким и внушающим страх. Низко надвинув капюшон, Квей вошла в ближайшую таверну. Она уселась у окна, в самом темном углу. Квейрил не испытывала ни жалости, ни стыда, ни страха при мысли о том, что собирается делать.
Толстый, как бочка, краснощекий хозяин навис над ней:
– Что-нибудь принести?
От него исходил слабый аромат яблочного пирога. В душе Квейрил это всколыхнуло воспоминания о детстве, пробудило тоску по домашнему уюту. Но она напомнила себе(мысленно, разумеется), что ей не подходит быть примерной женой с кучей детишек и этими самыми пирогами.
Не поднимая головы,
Квей показала на свой рот и виновато развела руками.
– Вы не можете говорить? – догадался хозяин. – Эм… Как насчет жаркого из баранины?
Квейрил закивала. Не снимая капюшона, она посмотрела на сидящих справа. Их одежда явно знавала лучшие времена. У одного слегка разорвана штанина, у второго на рукаве пожелтевшей рубахи красовалось пятно. “Эх, мужчины! Ничего не можете сделать, без женской руки даже позаботиться о себе и то не способны.” И тут же Квейрил вспомнились
Лайнар и Карлен. Маги всегда отличались особой аккуратностью благодаря алхимии, без которой не обходится работа мага.
Квейрил раньше не была в этом месте и ей здесь не нравилось. В таверне, где жили она с Джаяном и Овией, жизнь в последнее время била ключом, на первом этаже порой даже сесть бывало негде. Овия утверждала, что это из-за того, что приближаются Дни Зимнего
Медоварения, на которых можно заработать хорошие деньги. Квей, по своему обыкновению, держала мысли при себе. Она не считала
Овию своей подругой, но использовала ее знания преступного мира для своей выгоды. Здесь же Квейрил преследовало ощущение, будто простая чашка с водой таит в себе опасность.
И вот наконец принесли жаркое. Немного поковырявшись в нем для вида, Квей достала сонный эликсир и незаметно налила под столом в ложку. Делая вид, что продолжает ковыряться, она смазала им мясо. После чего незаметно спрятала жаркое в карман и вышла.
Квейрил обошла таверну с другой стороны. Сидящая на цепи большая чёрная собака угрожающе оскалилась и громко залаяла. Квей бросила ей мясо и стала ждать.
Удивленно умолкнув, собака недоверчиво уставилась на человека, незнакомого, но предлагающего еду. Квейрил смотрела ей в глаза, мысленно прося съесть. В этом заключалось некое подобие безумия, она думала о том, что друидская магия становится понятна ей.
Собака все же сдалась, стала есть с явным удовольствием.
Губы Квейрил медленно растянулись в улыбку, а глаза полыхали торжеством. Теперь главное – не заблудиться и не попасться.
Здесь находились две двери. Одна, на втором этаже, красноречиво поблескивала тяжелым замком. Вторая находилась прямо за собакой, которая уже начала засыпать.
Квейрил вздохнула и подняла голову. Если с ней что-то случится – она в последний раз видит это фиолетовое небо с золотыми крупицами звезд и королевой-луной, в котором погибают сны и растворяются мечты. Возможно, сейчас оттуда на нее смотрят Карлен и родители. Боль потерь уже отпустила и теперь она вспоминала о них с теплотой и нежностью.
И Квейрил вошла. Только оказавшись в тепле, она почувствовала, насколько сильно замерзла. Первое, что бросилось в глаза – капуста.
Ее бело-зеленоватые листья в беспорядке лежали на столе. Под столом стоял ящик с овощными отбросами.
Низенькая полненькая женщина, стоя спиной, бросила в кипящую воду мясо и картошку. Квейрил отошла и спряталась за ближайший шкаф. Громкий сердитый голос приказал:”Парчи, а ну принеси-ка быстренько еще лука!” Маленькая смуглая девушка с огромными карими глазами прошла куда-то.
Создав заклинание невидимости, колдунья последовала за ней.
За дверью, куда зашла
Парчи, находилась деревянная лестница. Девушка пошла вниз, а Квейрил наверх. Уже поднимаясь, она глянула вниз и увидела, что Парчи остановилась и явно к чему-то прислушивается. Злорадная усмешка сама выползла на лицо Квей. “Слушай-слушай, подумала Квейрил. – Все равнл это тебе не поможет!” И пошла дальше. И оказалась в коридоре с двумя рядами дверей. Как она и предполагала – это был еще один проход к комнатам.
Настала пора готовиться. Квейрил пощупала кинжал.
Главное – ничего не перепутать.
Она шла, стараясь не дышать и ступать по-кошачьи, но дощатый пол все равно поскрипывал. В этот момент Квейрил отрешилась от происходящего, она будто увидела себя со стороны женщину с совершенно белым, без единой кровинки, лицом, обрамлённым слегка растрепанными волосами и бездонными черными глазами, в которых смешались усталость и жестокость, превратившие лицо в маску бездушия.
Как в тумане, Квейрил толкнула дверь. Тот, кого она искала, стоял у сундука.
Едва войдя в комнату, Квейрил сняла невидимость.
Одной рукой она резким движением зажала его рот.
Громко замычав, он хотел вырваться, но Квей достала кинжал. Холодное лезвие медленно прошло сквозь тело, по одежде побежали ярко-алые струйки. Он чуть слышно вздохнул сквозь зажимавшую его лицо ладонь и его тело ослабло. Резким движением Квейрил выдернула кинжал. Тело тяжело рухнуло на сундук.
Итак, дело сделано.
Никаких чувств Квей не испытывала. Может быть, потому, что совершенно не знала убитого как личность?
Все, что ей было нужно – она узнала со слов Овии. Это убийство имело большое значение для преследуемых ею целей. Обмакивая два пальца в кровь, Квейрил невольно улыбнулась – удача вновь благосклонна к ней. Она медленно начертила на деревянной стене большой круг, в его центре нарисовала две запятые и полосу. После чего отошла на шаг и, разглядывая получившееся, закусила губу. С руной тайного заклинания келимо имелось намного меньше общего, чем хотелось бы.
С другой стороны, она не собиралась проводить никаких ритуалов. Добавив еще одну полоску, Квей слегка размазала ее. После чего обыскала комнату, собирая все бумаги – они могли пригодиться в ближайшем будушем. После чего схватила убитого за обе ноги и потащила. Он оказался довольно тяжелым, но
Квейрил не хотела подвергать исполнение плана ещё большей угрозе срыва и потому не стала воскрешать его, чтобы он шел за ней в виде зомби. Стиснув зубы от усилий, она протащила тело по лестнице до самого низа.
Дверь в подвал оказалась незапертой. Пройдя к комоду,
Квейрил потрогала горшки на полках. В углу что-то щелкнуло. Отодвинув большой ящик, она открыла люк и пошла по тоннелю, волоча за собой труп. Усталость понемногу давала о себе знать, но Квей упрямо стиснула зубы.
Открыла дверь в другом конце тоннеля. Зима дохнула в лицо свежестью. Первое, что Квейрил увидела невысокое дерево на холме.
Природа застыла в мёртвом молчании. Мир утратил цвета и звуки дня, лишь белые сугробы и черные стволы окружали Квей. И все же ее не покидало ощущение, что здесь что-то не так. Она не сводила глаз с этого дерева, пытаясь понять, что это за место. И тут вдруг заметила рядом с деревом крест. Вздох облегчения вырвался из груди: она поняла, что находится возле лесного кладбища. Значит, рядом находятся друиды, но к ним идти нельзя. Все же почему они не остановили ее, когда она решила забрать их силу?
Чем дальше, тем сложнее.
Друиды жили в восточной половине леса, значит, ей предстояло идти в западную.
Квейрил подумала о том, что друидская половина леса куда более насыщена жизнью, чем восточная. Деревья стояли ближе друг к другу, да и животных здесь встречалось намного больше. Конечно, среди них могли оказаться и друиды-шпионы. Похоже, договорившись с Явильдой,
Квей раз и навсегда выбрала, на чьей она стороне.
Пробираясь через сугробы и таща за собой тело, Квейрил невольно задумалась о том, что с ней могло случиться, если бы не работа и тот портал. Возможно, она бы все равно оказалась замешана во всем происходящем, так или иначе.
Добравшись до места, где раньше находился драконий скелет Квейрил ощутила странное покалывание в теле.
И тепло. Странно, но ей стало жарко. Недоумевая, колдунья шагнула вперед. Голова взорвалась болью а из носа потекла кровь. Злые слезы поползли по щекам. Она стиснула зубы и заставила себя сделать ещё один шаг.
Тело будто огнём обожгло, в голове раздался шум сквозь который отчетливо прорывался плач новорожденного Джаяна. “Нет, я не сдамся!” – подумала
Квейрил и выбросила в небо огненный шар. Он полыхнул в полете. Воздух вспыхнул пламенем, оно пошло по земле. Квей изумленно ахнула, от волнения перехватило дыхание. Из воздуха возникло женское лицо и Квей отчетливо ощущала прикосновение пальцев к своей щеке. Затем появилась полупрозрачная, укутанная пламенем женщина.
Она спокойно смотрела на
Квейрил. Уголки губ приподнялись в снисходительной улыбке, на которую колдунья ответила мрачным взглядом исподлобья. Где-то в глубине души шевельнулась радость, но она не стала ее показывать. Что ни говори, ей хотелось поговорить с тем, кто знает ее самую опасную тайну. Оставленная в их первую встречу синяя точка на руке засветилась.
– Наверное, мне следовало ждать нашей встречи, – спокойно произнесла Квейрил. – Ты..тебе не повредили?
Явильда вздохнула:
– Та женщина была очень сильной, – нехотя призналась ведьма. – Она… она изгнала меня и едва не разорвала мою связь с этим миром.
– Ты рассказывала ей что-нибудь про меня? осторожно спросила Квейрил.
– Разве я безумна? горько рассмеялось привидение. – Конечно же, я не сказала о тебе ни слова.
Явильда вдруг закрыла глаза и шагнула вперёд. На Квей подул тёплый ветер, сугробы начали растекаться загадочно сверкающими ручейками. Она поначалу испугалась, но взяла себя в руки и стала ждать. Сердце бешено колотилось, во рту пересохло.
И наконец Явильда открыла глаза. Холод сразу укутал все вокруг, словно облако опустилось на лес. И в то же время Квейрил почувствовала веяние свободы. Дышать стало легче, сердце замедлило стук. Но настороженность осталась.
Она молча смотрела на призрак и ждала. Явильда ободряюще улыбнулась:
– Я тебя проверила. То, что ты успокаиваешь разрушение заклинаниями хорошо. Плохо то, что это не решает твоих трудностей.
– А что может решить? Квей хотела, чтобы ее голос прозвучал сурово, но вышло жалобно.
А все потому, что к горлу подкатили слезы. Какой бы сильной и гордой женщиной ни была Квейрил – желание жить преобладало над всеми остальными чувствами.
Отчаяние все же прорывалось наружу. В конце концов, не для того она сбежала, чтобы умереть здесь. Явильда подошла ближе и начала свои наставления.
Квейрил покинула лес преисполненная уверенности в себе, с мечтательной улыбкой и горящими глазами.
Если она раньше просто догадывалась о том, что ей нужно делать, то теперь знала точно. Когда Квей вернулась в кухню, там уже никого не было. Только Парчи продолжала убирать. Перид тем, как войти, колдунья набросила на себя невидимость. Она остановилась – Парчи смотрела прямо на нее.
Повисла напряженная тишина. “Если понадобится убью” – мрачно подумала колдунья. Злость понемногу начала закипать. В замерзших руках появился зуд, во рту привкус желчи.
Видимо, решив, что ей показалось, девушка отвернулась. Квейрил подошла к двери, но та оказалась заперта. Она посмотрела на Парчи и заметила у той на поясе позвякивающую связку ключей. “Это будет легко” подумала Квей и опустила руку на пояс. Кинжала там не оказалось. Она едва не задохнулась от нахлынувших отчаяния и злости. Нет, она закончит начатое во что бы то ни было! На столе лежала крышка от котла. Квейрил взяла ее и со всей силы ударила Парчи. Хрупкая девушка тут же рухнула, из ее головы пошла кровь. Снимая с ее пояса ключи,
Квей отметила про себя, что не испытывает ни капли жалости.
И вот наконец свобода.
Забрав ключи, она ушла.
Проходя по замерзающему городу, Квейрил хотела выйти на площадь, но заметила идущие вдали тени. Ее не должны сейчас видеть, поэтому Квей свернула в лабиринт переулков. Здесь ее окружала иллюзия безопасности. Глядя на серебристую луну, Квей думала про оборотней. В каком-то смысле она стала такой же – ночной хищницей, поутру делающей вид, что н имеет отношения ко всем этим зверствам. Чем дальше, тем больше нужно соблюдать осторожность. Нельзя верить никому.
Погруженная в такие мысли, Квей зашла в очередной переулок. Вдруг впереди возникли три мужские фигуры. У одной в руке блеснул нож. Сбросив сонливость, она начала готовиться. Выставив вперед ладонь левой руки, Квейрил нахмурилась.
Альхар содрогнулся от мощного взрыва. Стену ближайшего деревянного домика снесло, вместе с волной пламени к небу взлетел фонтан грязи и щепок.
Еще какие-то доски и палки упали в открывшейся взору комнате. Грохот взрыва разнесся эхом по городу.
Где-то рядом залаяли собаки.
В доме заплакал младенец.
Желания проверить, все ли живы, Квейрил не испытывала. И тут до нее донесся тихий стон.
Осмотревшись, она заметила лежащего. Недалеко в снегу поблескивал нож. Подобрав его, Квей склонилась над лежащим и прошептала:
– Я просто хочу жить.
Она прервала его жизнь одним ударом в шею. По крайней мере, это было милосерднее, чем позволить ему медленно умереть от ожогов, лежа в снегу. После этого Квейрил с легким сердцем пошла в таверну.
Когда она проснулась, солнце уже стояло высоко.
Выбираться из постели не хотелось совершенно. “ Пора заканчивать с ночными блужданиями” – сердито подумала Квей и села.
Чувствовала она себя какой-то измятой и словно пожеванной. Квей рывком подняла свое тело и босиком прошлепала к окну. За ним расцветал по-весеннему теплый день. Повозки и кареты лениво проезжали через грязь.
Громко визжа, на улице играли дети. Квейрил смотрела на них и ощущала себя старухой. Это несправедливо, что она вынуждена жить вот так. Ведь у них с Джаяном нет даже своего дома! Что они делают здесь? Былая жизнь развеялась, ее не вернуть.
По щеке поползла слеза.
Сейчас Квейрил очень не хватало Карлена. Он бы взбодрил ее улыбкой, парой фраз. Или просто потащил бы в кровать. Душу вновь заполнила боль потерь.
– Прости меня, Карлен, прошептала Квей, – видят боги, я не хотела твоей смерти.
Квейрил не знала, слышит ли ее Карлен, но боль отпустила. На улицу она вышла с чувством освобождения, хотя и знала, что за опоздание ее будут ругать.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #15 : 07 Июнь 2018, 23:25:46 »
Взаимовыгодное притворство.
Овия нехотя поднялась и ополоснулась. Несколько капелек затекли под ночную рубашку, отчего она вздрогнула. Затем подошла к окну.
Небо горело рассветом.
Деревья покачивались на ветру. Город ещё не проснулся, в воздухе витала свобода. Она ощущалась как свежесть, уходящая вдаль. Отсюда Овия прекрасно видела деревянные домики. Над ними грозно возвышалась стена, будто напоминая:” Здесь все решаю я!” Овия прошла в соседнюю комнату. Квейрил спала свернувшись клубочком. В ее бледном лице проступало страдание. В душе Овии слились сочувствие и злорадство. Она с самого начала понимала, что Квейрил забрала ее с собой вовсе не из жалости или доброты, но это было полезно для обеих. Плащ Квей висел на стуле. Осмотрев его, гномиха заметила пятно. Оно уже засохло, но не требовалось много времени, чтобы понять, что это кровь.
Стало быть, Квейрил всё-таки сделала, что от нее требовалось. Теперь можно и по улицам безопасно ходить.
Вот только Квейрил об этом знать совсем необязательно.
Овия вернулась к себе и разбудила Джаяна. Когда они вышли на улицу, сразу же заметили странное оживление. Толпа окружала что-то и напряженно обсуждала. Опасливо покосившись в их сторону,
Овия крепче стиснула руку
Джаяна и ускорила шаг. В этот момент она чувствовала себя жертвой, за которой гонится хищник.
Эфлизен сидела за столом и читала. Как только Овия с
Джаяном зашли, девушка тут же вскочила и захлопнула дверь. После чего повернулась и взволнованно прошептала:
– Вы слышали? Говорят, на нас хотят напасть келимо!
– Кто говорит? -  прищурилась гномиха.
– Паладины. Кто-то устроил магический пожар.
– Ого. Надо быть осторожнее.
– А еще убили двух мужчин. Очень жестоко и…
– Ясно.
Овия с трудом сдержала ухмылку. Пожалуй, нужно выяснить, что еще творится в городе. Раскланявшись с
Эфлизен, она ушла. В
Рыночном квартале почему-то было малолюдно. “Наверное, все ушли смотреть на пожар”, – подумала гномиха, заходя в таверну.
Здесь все пропиталось мрачностью и недружелюбием. Какая-то компания играла в карты.
Некоторые проводили проходящую мимо гномиху похотливыми взглядами, но она не обратила на них ни малейшего внимания.
За столом сидел гном. Его щеку разделял шрам, проходящий от подбородка до лба. Недостающий глаз закрывала повязка.
Снисходительно глянув на стоящую перед ним женщину, он пригладил черные усы:
– Давно тебя не видел.
Я уж думал, тебя убили.
– Я была на волосок от смерти, тут ты прав, – нехотя призналась Овия. – Я хочу вернуть тебе долг, Рифрен.
Лениво откинувшись на спину, Рифрен посмотрел на деньги своим единственным глазом, сгреб их и предложил:
– Садись.
Овия подчинилась, хотя и чувствовала себя несколько униженной.
– Пей.
– Спасибо, я не хочу, она сдержанно отказалась и наконец-то сняла капюшон. Лучше расскажи, как у тебя дела.
– У меня все хорошо, а вот у клана Леыо трудности.
Им бы не помешал ловкий помощник. Могу познакомить тебя кое с кем и ты сама решишь, будешь ли ты помогать или нет.
Глаза Овии прищурились в две щелочки. Она притворялась настороженно-недоверчивой, но внутри поднималась жажда приключений. В конце концов, это являлось тем, что насыщало ее жизнь. Настало время выбирать. Вечно прятаться Овия не желала, поэтому кивнула:
– Хорошо, знакомь.
Квейрил зашла в форт. И сразу же обратила внимание, что сегодня здесь как-то подозрительно тихо.Может, кто-то всё-таки увидел ее ночью? Сейчас ее могут арестовать. А потом и казнить..Ей показалось, что воздух стал холоднее. “Спокойно, милая! – мысленно сказала себе Квейрил. – Веди себя как ни в чем ни бывало. Они ничего не поймут.” И она, поразмыслив немного, направилась прямиком в кабинет Лефиция – поговорить о том, чтобы забрать демоненка Арвисса из Башни знаний. В пустом коридоре она чувствовала себя неуютно. И, тем не менее, она всё-таки толкнула дверь.
Здесь ее тоже ждала пустота.
Квей подошла к окну и провела ладонью по подоконнику. Шершавая деревянная поверхность напомнила ей, что она все еще жива. За окном жизнь неспешно двигалась, покачивалась на ветру, скрипела, стучала, пахла… Квей невольно задумалась о том, что уход от Атручии ровным счетом ничего не дал.
Нужно разобраться, только осторожно.
Скрипнула дверь. Квейрил обернулась и сразу же просияла:
– Лайнар, любимый! А я уж думала, что я здесь совсем одна!
Они обнялись. Ей показалось, что все трудности позади, а впереди только любовь и счастье. Лайнар погладил ее по спине и сказал:
– Я попросил Лефиция, чтобы он позволил мне подождать тебя. А сейчас и мы с тобой пойдем.
– Куда?
– В таверну “ Гномьи лакомства”, там произошло убийство, – ответил он и потянул любимую к выходу.
Квейрил пошла за ним, хотя и чувствовала себя неуютно.
Ей все еще не верилось, что это не хитрый план по ее аресту, но она предпочла не выдавать свои мысли. На улице Лайнар стал болтать о всякой чепухе. Квей заставила себя улыбаться, хотя в груди льдом застыл страх. Затея вполне могла провалиться или привести совсем к иным результатам. Квейрил это знала и волновалась.
А вот и таверна. Еще издали они увидели взволнованную толпу. “А ведь именно я сделала это возможным” мстительно подумала Квейрил. Она мельком глянула на Лайнара.
Почувствовав ее взгляд, он прошептал:
– Какие у тебя красивые глаза.
– Придешь ко мне сегодня вечером?
– Конечно, любимая, – он нежно стиснул ей руку.
Посреди толпы стоял
Лефиций. Бурно жестикулируя, он что-то обьяснял присутствующим. В это самое время из толпы вышел какой-то маг. С ним шла Атручия. Ее серые глаза неподвижно уставились на
Квей, на что колдунья ответила безразличным взглядом. Лайнар вновь сжал ей руку и в этом прикосновении ощущалась тревога. Странно, но ее это только раззадорило.
Выскользнув из объятий возлюбленного, Квейрил сама пошла к Атручии:
– Снова следишь за мной?
– Пф! У Фиуроссо есть более важные дела, чем следить за тобой, – тихо, но язвительно ответила та.
И только сейчас Атручия обратила внимание на то, что Лефиций прекратил свои речи и смотрит на них. Ей стало неловко. Еще раз фыркнув, Атручия отошла.
Квейрил задумчиво посмотрела ей вслед. Странное дело: она поймала себя на мысли, что не знает, как бы поступила, если бы
Джаяна убили, а убийц не нашли. У нее не нашлось ответа на этот вопрос.
Времени на раздумья не осталось – Кенсурред с важным видом прошествовал в таверну. Позвякивая доспехами, за ним последовали супруги Руон. А за ними все остальные. Едва зайдя в кухню, они столкнулись с перепуганными до полусмерти кухарками. На
Лефиция тут же налетела
Парчи. Девушка начала что-то кричать на незнакомом языке, в ответ на что он положил обе руки на ее плечи, отодвинул ее и решительно двинулся вверх по лестнице. Сердце
Квейрил тревожно заколотилось. Не верилось, что здесь она проходила прошлой ночью.
В комнате все лежало именно так, как она и оставила. Где-то внутри ворочались страх и ненависть.
Квейрил бросила недовольный взгляд на
Лайнара. Его уголки губ натянуто улыбнулись, а во взгляде смешались настороженность и нежность.
Когда мимо них прошли
Кенсурред и Эмурд, Квейрил не удержалась и прошептала любимому на ухо:
– Я вообще не понимаю, ради чего мы здесь.
– Скоро все прояснится, потерпи.
Лайнар не ошибся – пока архимаги обследовали начертанное, Лефиций обыскивал сундук и шкаф.
Невольно затаив дыхание,
Квейрил не сводила с него глаз. Наконец он встал и объявил:
– У меня ничего подозрительного. Архимаг
Кенсурред, мастер Эмурд, что там у вас?
– Это заклинание нам неведомо, – с некоторым удивлением признался
Кенсурред. – Полагаю, мы еще должны изучить его.
– О да, разумеется.
Непременно, – Лефиций кивнул. – Думаю, здесь мы ничего нового не найдем. И, тем не менее, у меня есть некоторые подозрения.
Он пошел к выходу и последовал за кровавой дорожкой. За ним последовали все остальные.
Квейрил невольно представила себе, как забавно они сейчас выглядят со стороны. Улыбка сама выползла на губы. Страх куда-то исчез, вместо него пришло радостное волнение.
Затерявшись в толпе, она наблюдала за тем, как два мага и паладин пытаются открыть дверь, переговариваются между собой, приводят хозяина таверны, который тут же открывает. После этого его тут же арестовали. А заодно и всех, кто находился в таверне.
И вот наконец они вышли в лес. Морозец приятно пощипывал кожу, покрытый ледяной корочкой снег ломался под ногами. Сразу же возникло ощущение, что этот лес живет полной жизнью. К ним навстречу выскочил олень, удивлённо посмотрел на них и скрылся.
Мастер Эмурд заметил;
– Это мог быть шпион друидов.
– Пусть бежит, ответил Лефиций. – Друиды наши союзники. Нам незачем их бояться.
Квейрил не была так уверена в этом, но предпочла промолчать. Обычным горожанам – может, и не опасны, а вот ей… Не выдержав, Квей спросила:
– А мы не пойдем просить помощи у друидов?
Ее голос прозвучал слишком громко в наступившей тишине, отчего стайка воробышков, сидевшая на ближайшем кусте, тут же взмыла в небо.
Все остановились и уставились на Квейрил. Она невольно покраснела, но все же добавила:
– Мы можем не справиться.
Лефиций ободряюще улыбнулся:
– Не переживайте, милая. Мы со всем разберемся.
Затем уверенно пошел дальше. Форт правосудия возвышался над лесом как символ бесстрашия. Квейрил посмотрела на него и ее сердце наполнилось тоской.
Может быть, она видит его в последний раз. Квей сама все это затеяла и теперь не могла остановиться, даже если бы захотела. Разве что сбежать, но к этому времени
Квейрил Фелузан уже устала от бегств. Лефиций отвел их на то самое место, где не так давно лежал скелет дракона.
– Я чувствую покалывание, пожаловался Кенсурред.
– Здесь очень нехорошее место, – Лефиций скривился. – Без сомнения, именно здесь эти чернокнижники проводят свои отвратительные ритуалы.
– Я только одного понять не могу, – заговорил Эмурд. Наша королева, да даруют ей боги здравия, разрешила даже некромантию. Так чего они не живут в каком-нибудь городе или селе?
– Значит, им действительно есть что скрывать, друг мой, – хитро посмотрел на него
Кенсурред. – Сейчас мы все узнаем. Будьте готовы ко всему.
Атручия сжала рукоятку меча покрепче и вздохнула.
Чей-то женский голос громко всхлипнул и тут же умолк. Лефиций прошелся и вдруг упал на одно колено, с размаху вонзив меч в замёрзшую землю. При этом он начал повторять слова молитвы-заклинания. За ним эти словп стала повторять
Атручия. За ней продолжили все остальные. Даже Квейрил, но не из набожности, а просто чтобы успокоиться. И лес озарился вспышкой белого света. Широко распахнув глаза и рот, Квей смотрела вверх и не могла прийти в себя от изумления.
Все присутствующие ощутили прилив светлой силы, божественное благословение словно исторгло всю нечистоту, годами копившуюся в этом месте. Волна тепла смыла страхи, даруя уверенность. “Все получится, я уверена!” – подумала
Квейрил и вдруг заметила тощую длинноногую тень.
Чёрная собака мчалась прочь.
Указав на нее, колдунья закричала:
– Они уже здесь!
Как по команде, Лефиций поднял голову. Его глаза светились огнем праведности.
Даже зрачки не были видны, лишь светящаяся яростью белизна. С ревом он бросился навстречу стоящим впереди силуэтам. Лайнар поднял руки. Чистое небо разрезала молния. Она ударила юную келимо,та с криком боли упала и более не шевелилась.
После этого два отряда сошлись. Хищные челюсти смерти безжалостно сомкнулись. Даже сам воздух горел, земля дрожала от магических ударов. И тут их ожидала неприятнейшая неожиданность – иллюзии. Как выяснилось, келимо ими прекрасно владеют.
Квейрил отразила очередной огненный шар, повернулась – и тут заметила ее. Высокая, с холодными голубыми глазами и короной на голове, эта женщина стояла поодаль. Она ехидно улыбалась, глядя на Квейрил, но в бой не вступала. Квей сразу поняла, что это и есть
Илекрия, предательница матери и нынешний вождь
Келимо. Именно ради этой встречи Квейрил и затеяла интригу с убийством. И теперь одна из них должна умереть. Квей подняла руки, выкрикнула заклинание – и пламенный змей, извиваясь, полетел в Илекрию. Небрежным жестом, будто отгоняя назойливую муху,
Илекрия вызвала ледяной удар. Ярко-голубой шар врезался в огненную змею, раздалось негромкое шипение, взвился дымок и растворился в воздухе. Обе колдуньи обменялись ударами молний, проверяя друг друга на силу. Квей ощутила прилив маны и это позволило ей дать волю гневу.
Атручия отразила сверкающим щитом очередной удар темной магии и пронзила мечом еще одного келимо. Свои золотистые кудри она успела собрать в пучок и спрятать под шлем, так что в огне они не пострадали. Она задыхалась от усталости и с трудом держалась на ногах.
Затуманенными глазами
Атручия высмотрела
Кенсурреда и Эмурда, на подгибающихся ногах двинулась в их сторону. Когда она уже почти дошла, ноги подогнулись и она упала на колени. Сорвав с головы шлем, Атручия полными слез глазами взглянула на них:
– Умоляю, помогите!
Лефиций потерял сознание, без него мы не справимся!
– У нам есть только одно средство немедленно прекратить бой, – Эмурд посмотрел на Кенсурреда. – Что скажешь?
– Я не против.
Взревев от ярости, Квейрил швырнула еще один огненный шар. Илекрия не удержалась на ногах. Только сейчас, лежа в сугробе, она осознала, что перед ней не простая колдунья. Недалеко лежал мертвый паладин. Квей взяла из его руки меч. Она приближалась. Из уголка ее рта капала кровь, левая рука сжимала сверкающее оружие, а правая горела магическим огнем. Память оживила прошлое: Явильда, охваченная магическим огнем, смотрит на свою единственную дочь. Ее голос едва слышен:
– Твоя смерть придёт от женщины, в чьей руке благословенное богами оружие. Таково мое проклятие для предательницы рода. Знай же: и после смерти я не забуду того, что ты со мной сделала.
Пересохшими губами Илекрия прошептала:
– Ты… Тебя прислала моя мать?
– Да. Она очень скучает по тебе, – улыбнулась
Квейрил и взмахнула мечом.
Вспышка – и ее меч с размаху вонзился в твердую землю.
Квей сплюнула, пробормотала какое-то ругательство и повернулась. И в этот самый момент Кенсурред и Эмурд закончили читать заклинание.
Земля начала дрожать, а воздух нагреваться. С оглушительным шипением на землю хлынули потоки ярко-зеленой кислоты. Один орденский маг не успел создать магическую защиту.
Его предсмертный крик разорвал окрестности, после чего кислота уничтожила его до костей.
Квейрил очнулась, до этого она пребывала словно в каком-то тумане. Первая мысль промелькнула:” Лайнар может погибнуть!” Квей будто враз потеряла оставшиеся силы,она заплакала и закричала:
– Лайнар, где ты?!
Его нигде не было. У Квейрил закружилась голова и все погрузилось во тьму.
Мягкость и тепло укутывали ее. Чья-то рука поглаживала по щеке.
– Лайнар… – прошептала
Квейрил.
– Мама?
Она медленно разомкнула веки. В глаза сразу же начал светить солнечный свет.
Совсем недалеко громко стонал раненый. Прямо перед ней стояли Джаян и Овия.
Они выглядели похожими на двух перепуганных зверьков.
Горькая нежность к единственному сыну шевельнулась в груди. И все же радость от того, что выжила, оказалась неполной ведь она до сих пор не знала, что с Лайнаром.
– Как вы нашли меня?
– Трудно было не заметить волшебный дождь,который устроили маги, грустно улыбнулась гномиха. – А потом выжившие пришли в Альхар и устроили переполох.
– Много выжило?
Квей не хотела знать правду, потому что не верила в хороший конец. Ведь она видела, как кислота заливает все вокруг сплошной стеной.
Попавшие под такую струю смогут выжить в тяжелых доспехах или под мощным магическим барьером.
– Погибших много, но и выжившие есть.
– А что с Лефицием и
Лайнаром?
– Лайнар вроде бы здесь, а где Лефиций не знаю.
– Слава богам! Квейрил с облегчением откинулась на подушку. – Мне нужно поспать.
Итак, Лайнар выжил. Квей знала, что не простила бы себе его гибели. Сейчас наступило время передохнуть, только недолгом- слишком многое станет не так без ее вмешательства. С Лайнаром они пообщаются. Непременно.
Но не прямо сейчас.
Лефиций лежал со скрещенными на груди руками. Его лицо излучало мир и спокойствие. Снятые с него доспехи сиротливо поблескивали на манекене. В них отражалась Атручия.
Женщина быстро ходила назад-вперед по маленькой комнатушке Кенсурред сидел у окна, а Эмурд попивал лечебный отвар. Остановившись, Атручия выпалила:
– Как вы можете так спокойно сидеть?! Лефиций был вашим другом много лет, неужели вам все равно, что он может умереть?!
– Я достаточно долго живу, чтобы знать, что криками делу не поможешь, ответишь Кенсурред.
– А еще вы, госпожа
Атручия, мешаете нам сосредоточиться, – Эмурд отставил пустую чашку. Лефицию нужна помощь, это ясно. Но есть нечто и поважнее. Погибло множество талантливых волшебников и сильных паладинов. Келимо ослаблены, но и мы тоже.
Они это знают. И могут попытаться напасть.
– Ты хочешь сказать… Ох! – Атручия упала на стул напротив Эмурда и спрятала лицо в ладонях. Простите меня, друзья. Я поддалась душевной слабости, а так нельзя.
– Да ладно, мы все понимаем, – архимаг грустно улыбнулся. – Я знаю, что делать.
Королева Кельмира восседала на троне. Черные прямые волосы жо пояса украшала синяя, под цвет глаз, лента. Подперев голову рукой, она полусонно смотрела на дверь. Ее
Величество слегка мутило. И причину этого Кельмира прекрасно знала. Она была беременна от бывшего любовника. Ненавидеть его
Кельмира не могла, но и любовь давно угасла.
Солнечный свет скользнул по двум широким золотым полосам на бледно-золотом платье королевы, заблестел на доспехах стражников. В тишине гулко застучали шаги и в зал вошел Кенсурред. Хмуро глядя на Кельмиру, он произнес:
– Здравствуй, дорогая. С возрастом ты становишься все больше похожей на свою мать.
– Спасибо, дядя, королева выпрямилась. – Мне снова нужно твое чудесное зелье.
– Странно, я почему-то думал, что так и будет, хмыкнул архимаг, извлекая из мешочка фиолетово-малиновое зелье.
Слуга с поклоном забрал его и на красной подушечке отнес
Кельмире. Она взяла его, подержала в ладонях. И нахмурилась.
– Дорогой дядя, я жажду объяснений. Мой шпион убит, его бумаги пропали, а мои паладины сразились с келимо.
Без моего приказа.
– Мы определили, что на месте убийства шпиона магия неизвестной нам школы, после чего Лефиций отдал приказ.
– Приказ атаковать. Не договорившись с друидами, не предупредив меня. Знаешь, как это называется?
– Но, Ваше Ве…
– Не прерывать меня! синие глаза зло сверкнули, а указательный палец правой руки угрожающе поднялся. Иначе я накажу и тебя тоже! Кельмира прерывисто вздохнула, в ее голосе зазвучало отчаяние. – Наши соседи не теряют надежду завоевать наше маленькое королевство. И, если у них получится – набросятся друг на друга, словно дикие звери.
Я не могу этого допустить.
– Ты думаешь, что это заговор?
– Я не знаю, что и думать. Если у меня ничего не выйдет придётся выйти замуж, а это изменит все и тогда Сальтон потеряет независимость.
– Вместо мужа ты получишь врага, – понимающе кивнул Кенсурред. – В такие моменты я радуюсь, что это не я на троне.
– Тебе повезло родиться в младшей ветви нашего рода. Но даже это не убережет тебя от преследования, если враги короны все же решатся на него. Почему Лефиций не пришел сам, чтобы объясниться?
– Он без сознания с тех пор, как закончилась битва, – потупился архимаг. Мне очень жаль.
Кельмира вздохнула.
Побарабанила пальцами по ручкам трона. Длинные ресницы дрогнули, обнажая сокрытую в глазах скорбь.
Лефиций Руон был известен еще в то время, когда она носила титул кронпринцессы.
Юная, с едва округлившимися формами и наивными глазами, девушка оказалась им взволнована. Огонь трепетного восхищения будоражил разум невинными мечтами. Но.. ей хотелось любви не от самого Лефиция, а от того, кто будет похож на него, но гораздо моложе.
А потом ее выдали замуж.
И началось: взрослая любовь, взрослое уважение, дети, любовники, советы мужу…
Они с мужем хоть и изменяли друг другу, и об изменах друг друга прекрасно знали. Но при этом делили ложе и уважали друг друга. И гибель короля на войне стала настоящим горем.
Ее Величество слишком хорошо помнила, скольких трудов стоило навести порядок и остановить войну после его гибели. И теперь, как хищница, Кельмира зорко высматривала возможную угрозу для королевства. Ей не хотелось этого, но она осознавала необходимость данного поступка. Лефиций
Руон должен понести наказание. Разумеется, его заслуги перед Альхаром не будут забыты. Кельмира мрачно улыбнулась, в синеве ее глаз отразился темно-фиолетовый цвет такой же, как на занавесках в зале. И она провозгласила:
– Своим королевским указом я отстраняю Лефиция
Руона от службы в Ордене. Он отправляется в ссылку, в монастырь Святого Нэргиэля для покаяния и исцеления.
Кенсурред смиренно склонился перед своей королевой и племянницей. Что ж, далеко не самая худшая участь для его друга.
По крайней мере, там Лефиций насладится миром.
Слишком много он сражался.
Пусть это и несколько унизительно, но все же это награда. Значит, придётся прощаться.
Кенсурред вышел на улицу, но так погрузился в свои мысли, что не чувствовал холода. Сколько лет они (Эмурд, Лефиций и он) вообще дружат? Наверное, уже лет двадцать. Во всяком случае, они познакомились уже после гибели Фиуроссо. И оба знали, кем приходится
Атручия Лефицию. Похоже, Ата больше никогда не увидит своего возлюбленного
Лефи.
Он нашел ее все в той же башне. Выплакав все слезы,
Атручия сидела и смотрела в окно.
– А где Эмурд?
– Ушел, – безразлично ответила она. – Сказал, что пойдет помогать раненым. Ну конечно, это же гораздо интереснее, чем сидеть с умирающим другом.
– Атручия, не начинай, Кенсурред по-дружески погладил ее по плечу. – Когда погибла моя первая жена, на похороны пришло множество родственников и друзей.
Лефиций тогда еще сказал:”
Порой нужно просто смириться.”
– Ты предлагаешь мне его… похоронить?!
Живого?!
– Я…
– Он твой друг! Неужели ты можешь вот так бросить его? Я не понимаю, чем мы так провинились перед богами? Я потеряла сына, а теперь теряю и мужа. Неужели нужно лишить меня всех, кто мне дорог?!
– Помнишь слова
Поэта-Пророка:”
Лишь только боги указывают путь,
Нам не дано судьбу обмануть”.
Боги уже определили судьбу
Лефиция. Я побывал у королевы. Кельмира разгневана и отдала приказ:
Лефиций отправляется в монастырь Святого Нэргиэля.
Атручия со стоном отчаяния схватилась за сердце.
– Монастырь… – глухо прошептала она. – Это значит, я его больше никогда не увижу?! Нет, я отказываюсь верить в это! Я поеду к нему, я…
– Ты? В мужской монастырь? – Кенсурред грустно усмехнулся. – Ты не сделаешь этого. Потому, что не захочешь вредить ему.
На Атручию нахлынуло бесконечное горе. Разум твердил, что она не сможет с этим справиться, а сердце устало с этим спорить. Боли уже просто не осталось, ее заменила глухая, бессильная ненависть. Атручия уже видела себя одинокой старухой.
– Лучше бы я умерла, она покачала головой.
– Не говори так.
– А что проку с моей жизни? Я не оставила после себя ничего. Ни детей, ни каких-либо выдающихся дел, глядя на которые, можно будет сказать:” А вот это сделала Атручия Руон, великая женщина.” Я – мать призрака, понимаешь?
– Для него ты всегда будешь великой. И, честно говоря, тут я с ним согласен.
Ты напоминаешь одну воительницу из сказок – такая же бесстрашная и неприступная. Кстати, та женщина так и не вышла замуж. Посвятила жизнь мести за возлюбленного и, когда добилась своего покончила с собой, дабы воссоединиться с ним.
И ушёл. Атручия вздохнула.
Слова Кенсурреда оживили в ней искорки былого боевого духа. Слабые проблески надежды прогнали отчаяние.
Она будет молиться за исцеление и возвращение
Лефиция. А пока она продолжит нести службу. Ради веры и любви.
Атручия встала и подошла к
Лефицию. Поглаживая супруга по щеке, Ата размышляла о будущем.
Наверняка он огорчится, когда очнется. Но сейчас ему пора отдохнуть. А вот ей самое время трудиться. Чувство нежности переполняло ее.
Даже если у нее ничего не получится – она воссоединится со своими любимыми. И это станет её наградой. Нежно поцеловав
Лефиция, Атручия прошептала:
– До новых встреч, любовь моя. Однажды придет наше время и мы будем вновь делить ложе, ожидая рассвета. Фиуроссо будет смотреть на нас и улыбаться. Я в это верю.
Выйдя на улицу, Атручия поняла, что вновь радуется.
Солнцу, прохожим, животным.
Рано или поздно это должно было произойти, Лефиций не может сражаться вечно. И она не может, но все же силы ещё есть. Кельмира найдёт кого-то вместо Лефиция, к этому нужно подготовиться.
Придя домой, Атручия застыла у зеркала. Слабо заметная рыжина в волосах уже начала серебриться. А ведь у нее всю жизнь были роскошные кудри. Все им завидовали, но теперь это в прошлом. В последний раз пригладив волосы, Атручия с печальной улыбкой достала нож. И вскоре из зеркала на нее смотрела совершенно лысая женщина. Печаль и раздражительность оставили ее, в глазах появилась какая-то хитринка. Ресницы стали выглядеть длиннее, губы – пухлее. Но самое главное – теперь она была готова.
Овия смотрела на стоящего напротив гнома.
Прислонившись плечом к стене, он широко и добродушно улыбался ей.
Однако гномиха сохраняла серьезность. Сюда ее привел
Рифрен и теперь стоял, скрестив на груди руки. В этом месте все домики имели навесы, что придавало уюта даже в столь унылую погоду, которая не прекращалась после того ужасного боя. Скорбь находилась во всем: белом небе, тающем снеге, домах и деревьях… Даже лошади всхрапывали как-то грустно, что было редкостью для обычно оживленного
Альхара. И посреди всего этого этот весельчак со светлыми как пшеница волосами и игриво поблескивающими голубыми глазами выглядел как солнечный лучик, выглядывающий из-за туч в солнечную погоду. “ Главное чтобы он знал свое дело” подумала Овия и пошла к нему.
– Меня зовут Хьорвин. А ты, стало быть, та самая Овия?
– Не знаю, что имеется в виду под “ та самая”, но да, я действительно Овия. Может, зайдем? Здесь такие вещи не обсуждаются.
В кузнице царило большое разнообразие запахов. У стены стоял комод с разноцветными бутылочками.
Там хранились всевозможные масла и кислоты, предназначенные для снятия ржавчины, поджигания стрел и других подобных вещей.
– Садитесь, – предложил
Хьорин, указав на лавку у стены. Сам сел на стул напротив. – В общем, дело такое: сейчас многие паладины мертвы или ранены.
А это значит – в тюрьме сейчас почти нет охраны. Мы можем помочь нашим старым друзьям освободиться.
Правый уголок рта Овии исказился в улыбке. Зов приключений загорелся в крови, она сглотнула и спросила, стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее:
– Ты в этом уверен?
– Ну, если ты хочешь, чтобы тебя продолжали считать ненадёжной и не имели с тобой никаких дел, то…
Глаза Овии потускнели, когда она поняла, что старые друзья не простили ее. Видимо, своим уходом под защиту
Квейрил Овия ухудшила свое положение.
– Я слышал, ты теперь с паладинами, да? – подтвердил Хьорин ее мысли. – Ну… да, но, видишь ли, дело в том, что…
– Короче! – нетерпеливо перебил Хьорин. – Твоя подруга-стражница… Где она?
Его глаза на солнечном свету недобро блестели, зубы под усами хищно сверкнули.
Закинув ногу на ногу, гном разглядывал ее с видом превосходства, будто проверяя, на какую ложь еще способна эта гномиха. Это немного злило ее и, чтобы отвлечься от этого созерцания, Овия призналась:
– Квейрил тяжело ранена. И она ничего не знает о вас.
– Скверно. Я думал, вы доверяете друг другу, упрекнул ее Рифрен.
– А я вот в этом не уверена, – с некоторой досадой процедила Овия. Придётся следить за своими словами. И за ней.
Квейрил открыла глаза.
Тишина казалась повисшей, словно мир замер в ожидании очередного ужаса.
Некоторое время Квей лежала. Воспоминания вырывались из пут сна медленно, складывались в картину происходящего.
Мысли о Лайнаре взбодрили ее, ведь они так и не поговорили. Она встала, обула сапоги, потому что другой обуви не было и прошла по залу. Кто-то бормотал во сне, но слов не разобрать. Вот так выглядели отголоски принятого ею решения самостоятельно закрыть тот портал. Все, больше никаких добрых дел. “И даже ради Лайнара? насмешливо уточнил внутренний голос. Ей стало неприятно. Словно она оглянулась и увидела собственные недостатки и ошибки, пятнами грязи оставшиеся на ее жизненном пути. А все потому, что она не знала ответа. Пройдя между кроватями, Квей наконец отыскала своего возлюбленного. Он спал, положив левую руку под голову, в то время как правая безвольно свисала с кровати.
Квей мечтательно улыбнулась. Лайнар у нее удивительный. И чувства она к нему испытывала самые разные – от трепетной нежности до всепоглощающей страсти. Вот и сейчас Квейрил погладила Лайнара по щеке, стремясь унять пожар в душе.
Он тут же распахнул глаза и широко улыбнулся. Ей подумалось, что любимый не спал, а ждал ее. В ответ
Лайнар взял ее руку, поцеловал кончики пальцев и прошептал:
– Как же я счастлив, что ты выжила!
– Тебя сильно ранили? – с тревогой спросила
Квей.
– Есть несколько магических ожогов, но это вылечат, – поспешил успокоить любимую Лайнар. Лучше расскажи, как ты? Я испугался, когда увидел, как ты сражаешься с королевой келимо. Хотел броситься к тебе на помощь, но споткнулся и упал. А потом увидел падающую прямо на меня струю кислоты и едва успел создать защиту. Когда битва закончилась, я потерял сознание.
– Эй, нельзя ли потише?! – вмешался чей-то голос. – Здесь некоторые пытаются уснуть!
Лайнар и Квейрил неловко умолкли. Посмотрели друг на друга, хитро улыбнулись.
После чего Лайнар встал и вышел в коридор. Квейрил последовала за ним. Она выставила вперед полусогнутую ногу и страстно поцеловала любимого. Теперь нога как бы разделяла их.
Губы влажно соприкасались, его рука скользила по ее бедру, обнажая ногу. И вдруг он схватился обеими руками за грудь. От неожиданности
Квей охнула и убрала ногу.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #16 : 07 Июнь 2018, 23:26:08 »
Лайнар тут же придвинулся всем телом. Сквозь тонкую ткань она ощущала холодные камни сзади и горячую плоть спереди. Слегка прикусив нижнюю губу любовника, Квейрил отстранилась и заглянула в его глаза. Страсть слегка затуманила их, но не погасила свет счастья.
– Ах, что ты делаешь со мной! – страстно прошептал Лайнар, прижимаясь всем телом. – Я до безумия желаю близости с тобой, но не хочу, чтобы нам слышали.
– Тогда давай уйдем отсюда!
Взявшись за руки, они побежали по коридору, затем по лестнице. Спустившись на этаж ниже, Лайнар развернулся. Обеими руками схватившись за бедра Квей, он приподнял ее и прижал к стене. Слегка прищурившись,
Квейрил задрала его ночную рубашку до пояса. Острая боль пронзила ее предплечье – это Лайнар впился зубами, чтобы заглушить стоны. И они сплелись телами – ненасытно, жадно, с болью. Квей не сдерживалась, ее стоны порой переходили в крики. Все остальное перестало существовать. Наконец
Лайнар отпустил ее. Издав последний яростный вопль,
Квейрил блаженно улыбнулась. Теперь, когда страсть была удовлетворена, осталась только нежность. Еще раз поцеловавшись с ним, она выдохнула:
– Если бы нас сейчас увидели – поняли бы, что в лечебнице нам делать нечего!
Они захихикали. Осознавать, что после пережитого выжили и снова вместе – не было ничего слаще. Лайнар одной рукой нежно поглаживал ее по спутанным, слипшимся от пота волосам.
– Я вот о чем думаю: мои родные наверняка захотят узнать, что со мной. Возможно, они скоро приедут.
– И что? – насторожилась
Квей.
– Наверное, я не смогу оставаться у тебя на ночь.
Квейрил помрачнела, но восприняла это горькое известие с несвойственной ей сдержанностью. Это подтверждало – она для него всего лишь любовница. Квей и сама не рвалась замуж и все же обида пощипывала душу.
– Я слышал, что
Лефиций мёртв, – внезапно произнес Лайнар.
Душа Квейрил сжалась, она испытывала отвращение к самой себе, а ещё сожаление. “Это моя вина! – подумала она, высвобождаясь из объятий любимого. – Я должна что-то сделать, поговорить с Атручией!” Слезы сами хлынули из глаз. Опять из-за нее погиб тот, кто был ей дорог.
Это нечестно, это несправедливо, что гибнут такие достойнейшие личности, как Лефиций Руон!
Почему он не прислушался к ее советам, почему не позвал на помощь друидов?!
Простучали шаги. Он обвил ее сзади за талию:
– Успокойся. Я не..
– Мне нужно побыть одной.
Квей отодвинула его руку и пошла наверх. После чего долго смотрела в окно со слезами на глазах. Мягкость одеяла укутала ее тело, но не могла излечить душевную боль. Теперь вся жизнь в
Альхаре станет иной. Когда
Квейрил еще жила с Лабелью в Эримгеме – вне всяких сомнений, она бы порадовалась такому развитию событий, потому что это могло значить выгоду. Но не теперь. “После гибели
Карлена удача отвернулась от меня” – с отчаянием думала Квей. Страдания прорвались наружу горькими слезами. С одной стороны, она все еще злилась на Атручию за то, что та следила за ней и вмешивалась в ее дела. С другой – понимала ее как женщина и как мать. Хотя перейти через свою злость будет непросто.
Овия прижалась плечом к стене и опасливо осмотрелась. Холодный свет луны разливался по открытым площадям.
Оторвавшись от дерева, крупная птица метнулась вниз и улетела с мышью в клюве.
Проводив ее взглядом, гномиха коварно улыбнулась.
Они добьются своего или умрут. Если Квей узнает – ей не жить. Страха перед будущим Овия не испытывала. Она первая вышла на искрящийся снег маленькая повелительница ночи. Ее лицо закрывала сшитая Квейрил маска, собранные в хвост волосы надёжно скрыты под капюшоном. Подойдя к двери,
Овия жестом позвала остальных. Зловеще заскрипела в замочной скважине отмычка, дверь медленно открылась. Два паладина, стоявшие в проходе, немедленно вытащили оружие. Невысокий, но ловкий эльф отбил атаку, проскользнул под рассекающим воздух мечом, взмахнул кинжалом, стремясь попасть в шею, но вдруг с криком боли замер. Из его живота торчало копье, вонзенное в спину. Со стоном он упал на колени. Овия не стала дожидаться, когда смерть доберётся до нее, она бросилась бежать по коридору. Все остальные последовали за ней, потому что она уже бывала здесь раньше и знала, куда идти.
Стрела просвистела слева.
Овия и не подумала остановиться и оглянуться.
Вместо этого она ускорила свой бег так, что чуть не запуталась в собственном плаще. В одном Овия могла быть уверенной – живой она не дастся. Добежав до конца коридора, она помчалась вниз и спустилась на первый этаж.Где-то здесь располагался вход в подвал.
Именно там и должны быть их друзья. Из дверей начали выскакивать паладины. Глядя в их разгневанные глаза, она почувствовала себя мышкой, окруженной голодными котами. Памятуя о неудавшемся опыте того эльфа, она не стала вступать в бой, а побежала, перемещаясь от одной стены до другой. Сзади зазвучали звуки боя. Овия резко обернулась. Остальные уже добежали досюда, но не могли к ней пробиться. Ощущение обреченности подкатило комом к горлу. “Если я не помогу им – мы все обречены” – подумала гномиха и бросилась в ближайшую комнату. Посреди разного оружия на столе лежал арбалет. Овия схватила его и выскочила. В тот момент она даже не подумала о том, что арбалет великоват для нее, что до сих пор ни разу не стреляла из подобного оружия. Главное – спасти друзей. Рифрена окружили враги, но он прололжал сражаться. Овия прицелилась в тех, кто на него напал.
Подбежавший паладин нанёс ей удар молотом. Покачнувшись, Овия выстрелила. Болт, со свистом рассекая воздух, легко вошел в грудь Рифрена. Она слышала его крик, видела, как его глаза закрываются.
Взревев от ярости, гномиха нанесла удар арбалетом в грудь. Доспех оказался слишком прочным, чтобы она могла повредить его. От столь сильного удара арбалет с хрустом сломался. Паладин отступил на шаг, но равновесия не потерял, а пошел в атаку. Его молот просвистел в воздухе, едва не снеся ей лицо. Пытаясь увернуться одновременно от летящей стрелы и нападающего, она упала. И с ужасом увидела летящий молот. Он с грохотом ударился о каменный пол совсем рядом с ее пальцем.
Испуганно отдернув руку, Овия начала отползать.
Добравшись до противоположной стены, она неловко поднялась. И тут ее утомленный взор заметил люк в самом конце коридора. Если заключенные не там – все пропало. Вновь рванувшись в ту комнату, Овия все обыскала и схватила топорик.
Дверь с грохотом распахнулась, впуская шум битвы. На пороге стоял тот самый паладин с молотом. Он шагнул к ней, но тут между пластинами брони прошел меч. Овия переступила через труп и помчалась к люку.
Разрубила доски и смело прыгнула в темноту. На земляной стене горел факел.
Так как здесь был довольно низкий потолок, гномиха легко дотянулась до него и побежала вдоль коридора. Она не знала, что дальше делать, но тут увидела рычаг.
Повернула его, раздался оглушительный скрип и все решетки поднялись. И вместе с этим в душе Овии поднималось ликование. Да, она справилась. Оставалось только выбраться отсюда.
– За мной! – крикнула она и побежала к лестнице.
Их появление вызвало еще больший хаос. Овии удалось выскочить на улицу. После боя тишина была приятна, как прохлада после жары. Зайдя в ближайший переулок и сняв маску, Овия почувствовала себя ужасно усталой. Что теперь? Прислонившись к стене какого-то дома, она раздумывала. После побега начнется небольшой хаос, который сподвигнет королеву
Кельмиру побыстрее назначить нового капитана.
Главное – чтобы это оказался тот, кто согласится иметь с ними дело. Лениво отделившись от стены, гномиха побрела по унылым улицам. В утреннем тумане все домики казались одинаковыми, но она продолжала идти. Добравшись до кузницы, Овия вспомнила, как совсем недавно приходила сюда вместе с Рифреном. Что же она наделала? Как дальше жить?
Закрыв лицо руками, Овия громко заплакала. Время словно остановилось, она осталась посреди тишины, разбитая и уставшая. Солнце выглянуло и озарило светом
Альхар. Он заблестел куполами, шпилями и площадями. Словно сердце мертвеца вновь забилось после смерти. Ветер поигрывал веточками, небо светлело, а Овия продолжала рыдать.
Скрипнула дверь и раздался удивленный голос:
– Ты? Но почему ты здесь одна? Где Рифрен?
– Он… умер, – сквозь рыдания ответила Овия. – Его поймали, а у меня в руках был арбалет и я…
Не договорив, гномиха зашлась в рыданиях. Хьорин с беспокойством смотрел на нее. Если он не успокоит ее она привлечёт ненужное внимание. Поэтому гном повел незваную гостью в дом.
Усадив ее на лавку, сам уселся рядом.
– Он был тебе дорог?
– Он был мне как отец, дрожащим голосом произнесла Овия. – Когда-то
Рифрен дружил с моими родителями. После их смерти забрал меня к себе и научил всему, что я умею. Но он никогда не давил на меня и не требовал подчинения.
Поэтому, когда я решила дальше жить самостоятельно – не стал меня удерживать. Мы иногда общались, я брала у него деньги в долг, – она виновато потупилась. – Семьи у него не было, потому что его возлюбленную выдали замуж за другого. А теперь его нет и я осталась совсем одна.
Воцарилось тягостное молчание. Хьорин погладил ее по голове, хотя его терзали смущение и досада. Его усилия увенчались успехом:
Овия перестала плакать и теперь смотрела в окно. На покрасневшем от слез лице зелёные глаза отражали бездну тоски еще более заметную в солнечном свете.
Жалость шевельнулась где-то в глубине его, казалось бы, зачерствевшей души. Сам Хьорин уже давно крутился в преступном мире, но раньше даже не слышал про Овию. Но свои мысли по этому поводу он предпочёл оставить при себе.
– Чем ты будешь заниматься?
– Не знаю. Наверное, подожду, пока все утихнет. А можно… я буду приходить к тебе?
Хьорин не знал, зачем ему это, но кивнул.
Кенсурред подошел к кладбищенской ограде. После сражения здесь прибавилось усопших и скорбь о них пронизывала душу старика.
Ему довелось пережить немало потерь, в том числе и смерть двух детей.
Обе жены Кенсурреда тоже давно покинули этот мир, а оставшиеся трое уже давно создали свои семьи. Они бы с радостью забрали отца к себе, но он не хотел.
– В окружении внуков и взрослых детей я буду чувствовать себя стариком, неоднократно отвечал он. Перееду, когда стану совсем немощным.
Кенсурред посмотрел на небо. Ему хотелось верить, что они смотрят на него из другого мира. Надежда на то, что его любят и ждут, теплилась в душе. Маг извлек платочек с кровью и прижал к тауригану. Ворота открылись и Кенсурред пошел между могилами. Он зашел в склеп и по подземному переходу прошел к себе в тайное убежище. И сразу почуял: здесь что-то не так. От двери исходил пронизывающий холод. “ Отсюда как будто выходит энергия, – определил архимаг. – Неужели демон всё-таки отыскал меня?”
Кенсурред подумал о смерти.
Нет, он не хотел умирать сейчас, это значит бросить всех на произвол судьбы. И, тем не менее, проверить, кто внутри, всё-таки следовало.
Глубоко вдохнув, Кенсурред открыл. Но его встретила тишина. Он уже давно не бывал здесь, потому что жил в другом городе. Старик прошелся по комнатам, попутно отмечая следы разрухи, оставленной незваными гостями: смятая кровать, разбросанные и пропавшие вещи, следы на полу… Кенсурред сел на кровать.
Столько всего случилось за последнее время…. Разум архимага по-прежнему сохранял ясность, но ему все равно требовалось подстроиться под быстротечность событий.
Теперь долг Кенсурреда помочь новому капитану избежать ошибок Лефиция. К тому же требовалось обсудить с Кельмирой дальнейшие условия соблюдения мира.
Странно, что келимо вдруг решили действовать. Значит, кто-то целенаправленно стравил паладинов и келимо.
Выход только один расследовать это дело самостоятельно, не дожидаясь, пока Орден восстановится.
Альхар понемногу восстанавливался, словно после болезни. Солнышко в безоблачном небе приветствовало все живое.
Торговля шла полным ходом: звон монет, кудахтанье кур, мычание коров, громкие голоса. В тавернах царило обычное утреннее затишье, разве что путники забредали занять комнату и поесть. И, тем не менее, остатки скорби еще слышали в плаче на кладбище. Этот же плач раздавался в лечебнице
Форта правосудия.
Квей неподвижно лежала, глядя в никуда. Лень овладела ее телом, а грусть разумом.
Думать не хотелось совершенно, но и спать тоже.
И вдруг звук открываемой двери безжалостно ворвался в ее мирок. Мастер Эмурд громко объявил:
– Дорогие паладины и маги Ордена! Сегодня к нам прибудет Ее Величество
Кельмира Шельдия де
Санарей, дабы представить нам нового капитана. Согласно традиции, все должны одеть форму и стать в два ряда во дворе.
Приготовьтесь!
Недовольство пробудило
Квейрил от безразличия. И тут же уступило место интересу.
Она увидит королеву, женщину, которая удерживает эти земли от войны. Думая об этом, Квейрил восхищалась Кельмирой.
Вспомнив, как общалась с
Неренном и Мелодлин,
Квей хитро улыбнулась.
Монархи тоже живые существа из крови и плоти, со своими слабостями. Но соблюдать осторожность все же следует. Мужчин и женщин развели по разным комнатам для переодевания, но ей все равно казалось, что она спиной чувствует взгляд
Лайнара.
Выйдя на тренировочную площадку, Квейрил улыбнулась прекрасному солнечному дню. Лайнар стал рядом с возлюбленной. Их пальцы соприкасались. “И все же мы стоим здесь как муж и жена” – подумала
Квейрил. Понемногу к ним начали присоединяться другие и вскоре во дворе выстроились два ряда. На лицах застыла торжественная серьезность.
И вот наконец приехала карета. Взявшись за поданную руку Кенсурреда, из нее важно и медленно вышла королева.
Сложное плетение кос, скрепленное лентами, заменяло корону Даже не соизволив накинуть капюшон своего бледно-желтого плаща,
Ее Величество шла и холодным взглядом оценивала стоящих.
Встретившись с Кельмирой взглядом, Квей опустила глаза, но ее улыбка выражала уверенность в себе. Не поднимая глаз, Квейрил прекрасно видела край темно-красного платья, выглядывающего из-под плащп. Сзади раздалось смущенное покашливание
Кенсурреда. Королева пошла дальше. Квейрил проводила ее взглядом, Лайнар сжал руку любимой. Она перевела взгляд на него и ободряюще улыбнулась, хотя и не была уверена в том, что все в порядке.
Дойдя до двери, Кельмира обернулась:
– В этом году исполнилось семь лет с того самого дня, когда я своим указом поставила Орден Священного Обета на службу закона. Все эти годы вы успешно исполняли отведенную задачу и я от имени всех жителей Сальтона выражаю вам благодарность.
И еще я вынуждена сообщить печальное известие: капитан
Форта правосудия Лефиций
Руон скончался.
Квей почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы.
Она погубила его и теперь будет жить с этим и расплачиваться за это. А, с другой стороны, он теперь со своим сыном. В одном
Квейрил была уверена: ей будет его не хватать.
– А сейчас я представляю вам вашего нового капитана и, несомненно, благородного воина. Риенглад Армарио, подойди ко мне.
Он подошел и опустился на одно колено. Слуга передал
Кельмире церемониальный меч с рукояткой в форме ангела.
– Я, Риенглад Армарио, торжественно клянусь не предавать божественную власть и Ее Величество
Кельмиру Шельдию де
Санарей. И гореть мне в Аду, ежели я преступлю сию клятву.
Королева взяла меч и коснулась его головы кончиком меча. Ее бледное, холодно-надменное лицо преобразилось ласковой улыбкой:
– Я принимаю твою клятву. Да благословят тебя боги. Капитан Риенглад, не будете ли вы любезны обратиться к своему Ордену?
Он встал, откашлялся и провозгласил:
– Со многими из вас я сражался плечом к плечу. И мы стали боевыми товарищами. Я возлагаю надежду, что останемся ими.
Но вы должны понимать и помнить, что теперь наши отношения будут иными. Нам еше многое предстоит сделать. Мы должны молиться богам и не проявлять милосердия к недостойным.
Квейрил грустно усмехнулась, думая при этом, что не существует достойных – все что-то когда-то делали не так.
Риенглад заметил это и нахмурился.
– Теперь все могут разойтись.
Однако сам никуда не ушел, а заговорил с королевой.
Лайнар пошел назад в форт.
На лестнице он увидел женскую фигуру.
– Привет, любимый, негромко произнесла
Квей. – Я хочу кое-что обсудить. Здесь и сейчас, пока нас никто не слышит.
– Я слушаю.
– Во всем этом я не поняла одну вещь: почему не прибыл Тевио?
– Понятия не имею, Лайнар пожал плечами, – я думал, что он должен прибыть, ведь назначение нового капитана – это очень важно.
– А что, если королева решила от него избавиться? предположила Квейрил.
– Что? Да нет, она умная женщина и не станет сама себе все портить. Хотя, если Кельмира решила, что
Тевио мог допустить неповиновение со стороны
Лефиция…
Он вдруг замолчал, глядя в сторону. Квей терпеливо ждала, пока любимый закончит разговор. В его глазах появилось хитрое выражение, он мечтательно улыбнулся:
– Мне нужно написать письмо своим родителям. Это очень удобное время для перемен.
– У твоей семьи есть кто-то, способный занять это место? – догадалась Квейрил.
– Насколько я знаю своих родственников, у них точно кто-то должен быть, – с таинственным видом подтвердил Лайнар и пошёл дальше.
– Постой… – вырвалось у нее.
Лайнар обернулся. Хитринка на его лице не исчезла, но к ней прибавилось снисходительности. Черные глаза Квей от волнения смотрели умоляющим взглядом побитой собаки.
– Ты...ты ведь знаешь, что я всегда готова помочь тебе?
– Знаю. И я благодарен тебе за такое ко мне отношение. Но мне не нужна помощь. По крайней мере, сейчас.
Квей кивнула смиренно принимая его отказ. Она думала, что Лайнар поцелует ее, но он просто ушёл. Со вздохом Квейрил прислонилась к стене. Она была холодной, но Квей это не особо волновало, ей надо было подумать. Похоже, они с
Лайнаром начинают друг другу лгать и отдаляться. И начала все это она. Нет, они все так же вожделели друг друга, но с душевной близостью что-то стало не так.
От этих размышлений тоска начала мучить ее. Но отступать Квей не собиралась.
Она попыталась вспомнить все, что знала о семействе
Вирделлан. С досадой поняла, что почти ничего. А ведь в свое время она не интересовалась делами любимого, даже став его женой и родив от него сына.
Тогда баронесса Шихрид еще не лишилась ветра юности и чувствовала себя в замужестве, как за каменной стеной. Очень жаль, что она оказалась непрочной. Однако
Лайнар совершенно не похож на Нериена. С ним
Квей сама хотела быть защитницей, а это значит – ей нужно знать, чем занимается
Лайнар. “ Он разозлится, если узнает, что я слежу за ним и вмешиваюсь в его дела, мрачно думала Квейрил – Значит, он не должен узнать.”
Атручия со скорбью смотрела на Лефиция. Ветер утих. Слезы на ее щеках блестели, своей чистотой напоминая алмазы. Уголки губ печально опустились. Сзади стоял Верховный паладин и терпеливо ждал.
Атручия разжала руку. На ладони лежал серебряный медальон. Она печально и в то же время мечтательно улыбнулась.
– Этот медальон подарили мне родители
Лефиция на нашей свадьбе.
Он символизирует нашу любовь. Я хочу, чтобы он был с ним. Если Лефиций очнется – он будет напоминать обо мне. Если же умрёт… положите ему в гроб.
Тевио подошел. Он сам забрал у нее медальон и вложил в руки Лефиция. На ум невольно пришла мысль, что, если бы церковникам разрешили жениться – он хотел бы такую же преданную и любящую женщину, как
Атручия. Лошади двинулись в путь. Лениво помахивая хвостами, они увозили её мужа прочь. В ее голове звучала клятва:
– Если Лефиций умрет – я буду сражаться, пока не умру.
Спустя несколько дней
Квейрил шла по улице. После лечебницы воздух казался очень свежим. Приближались
Дни Зимнего Медоварения, а это значит – остался только месяц зимы. Она слышала о приезде главы клана
Вирделлан. Должно быть,
Лайнар где-то здесь. Может быть, он выйдет на балкон или выглянет в окно увидит ее, выйдет и они смогут поговорить. Квей обошла дом и услышала громкие голоса. В одном из окон второго этажа она увидела Лайнара. Судя по его гневному выражению лица и бурной жестикуляции, он явно с кем-то спорил. Квейрил было горько видеть его таким. “Семейные дела”’, с грустью подумала она и тут за спиной раздались шаги.
– Кто такая?
Квей обернулась. Сзади стоял краснолицый стражник, такой же крупный, как
Лефиций. Вот только у этого не было того мягкого благородства, присущего бывшему капитану. Он смотрел на нее так зло, что у нее побежали мурашки.
Собравшись с силами,
Квейрил попросила:
– Я хочу увидеть
Лайнара.
– Он занят, – твердо ответил стражник.
– Как же он занят, когда я прекрасно вижу, что он свободен?! – страшно возмутилась Квейрил, указывая на окно. – Мне нужно с ним поговорить, только недолго.
– Я сказал – он занят! свои слова он подтвердил ударом кулака в нос.
Из глаз Квей потекли слезы, а из носа – кровь. В этот момент она поняла, что у них с
Лайнаром появилось еще одно препятствие – его семья.
Они уж точно не позволят ему жениться на женщине старше него, небогатой, простолюдинке да ещё и с ребёнком. Стирая кровь,
Квейрил сердито посмотрела на окна. Они знают, что она с ним. Это его родня приказала прогнать ее, тем самым показывая свое презрение.
Квей злилась и в то же время понимала, что мстить может стать страшной ошибкой, которая может разрушить их с Лайнаром любовь. Похоже, ее перехитрили. Обливаясь слезами, она побрела домой.
На следующий день
Квейрил как ни в чем ни бывало пришла на работу.
Лайнар уже был здесь. Увидев ее, он хотел было улыбнуться, но… Она подошла и улыбка сошла с его лица.
– Что с тобой?
– А что не так? фальшиво удивилась Квейрил.
Вместо ответа Лайнар взял
Квей за руку, вывел во двор и подвел к ближайшей луже. Из нее смотрело растрепанное создание с бледным лицом и усталыми глазами. Но самое главное – распухший нос. На глазах выступили слезы и она ответила дрогнувшим голосом:
– Я упала.
Лайнар сочувственно улыбнулся, однако его глаза смотрели на нее с чуть заметной горечью. Он не поверил ей. И от этого
Квей чувствовала себя жалкой. Ни слова не говоря, она пошла работать.
В тот же день вечером
Квейрил лежала в ванне. От горячей воды ее кожа покраснела. Она достала из миски рядом с ванной сложенный пополам платок и приложила к носу. Приятный морозец гасил боль.
Безмятежность постепенно овладевала ею, даже мысли о любимом оставили ее. Хотелось уснуть и проснуться в поместье Шихрид, с верным любящим супругом. “Лучше не иметь, чем иметь и потерять”, – подумала Квей, намыливаясь. Подняла повыше ногу, полюбовалась.
Пожалуй, не так уж все и плохо. Если только знать, что дальше делать. Квейрил рывком поднялась из ванны.
Стерла полотенцем стекающую воду, оделась и уселась на кровати, чтобы почитать письма, найденные у убитого. То, что ей удалось узнать – поразило. Дворяне должны собраться на тайный совет. Наверное, там будет решаться что-то очень важное. Она должна побывать там и все разузнать. Дело предстояло нелегкое.
Началось все с того, что на следующий день она уговорила патрулирующих с ней паладинов зайти в ближайшую таверну и там выпить. За столом Квейрил была невероятно задумчива и тиха. Они не догадывались о том, что в этот самый момент она накладывала на них заклинание сна. Спустя несколько минут они уже спали, сидя за столом. Квей осторожно встала и вышла.
Искать нужный дом пришлось недолго, он находился недалеко. Добравшись через черный вход, она тут же встретила какую-то служанку.
Недолго думая, Квейрил схватила ее за руку и прошептала:
– Я дам тебе полный кошель денег, если ты немедленно отдашь мне свою форму и уйдешь.
О деньгах Квей переживать не приходилось, она вручила служанке деньги, которые перед этим стащила у усыпленного паладина. Судя по всему, денег оказалось достаточно, потому что у той вспыхнули глаза и она без лишних слов начала переодеваться. Форма оказалась великовата, но это было не так важно, как то, что она добралась туда, куда стремилась.
Квейрил бесшумно прошла через кухню в коридор и пошла к двери, из-за которой доносились громкие голоса. Стала подслушивать.
– Этот Свод законов скоро перестанет действовать! Я настаиваю на том, чтобы начать немедленно! – кричал громкий мужской голос.
– На всякий случай напоминаю, что вы здесь всего лишь гость и должны соблюдать правила хотя бы ради сохранения нашей репутации, лорд Тармбель! ответил высокий женский голос. – Как нам недавно стало известно, наш новый друг, лорд Тимрен, решил расторгнуть помолвку и вступить в брак с леди
Рикозой, старшей дочерью лорда Ванруала.
– Это значит – позиции королевы Кельмиры на востоке могут ослабнуть?
– Именно. Ведь это то, что нам сейчас нужно.
Наш план может быть опасен, да. Но он же может стать и выгоден, если все рассчитать правильно. Клан Вирделлан нам только мешает – его нужно отодвинуть в сторону.
Осталось только решить, как это сделать. Само собой,
Кельмира не станет дожидаться, пока это случится и может разорвать договор клана Вирделлан и империи
Хенай официально.
– Еще бы – ведь это даст ей новые возможности.
Полагаю, мы должны решить, кто из нас поедет на переговоры к лорду
Кефастриану.
– Я – точно нет, произнёс нежный мелодичный голос.
– О, вас мы и не думали просить, учитывая ваше положение.
– Я поеду, – раздался мужской голос.
Судя по звучанию, он явно принадлежал сильной личности, которой не впервой справляться с подобными трудностями.
– А вы уверены, что справитесь, лорд Ригайд? – с сомнением произнес еще один женский голос – куда более тихий и мелодичный, чем первый.
– Да. Надеюсь, вы меня дождетесь, моя дорогая?
– Несомненно.
– Как только вернусь из
Ренсмурта – сыграем свадьбу.
Осталось только составить сам договор.
Дальше их голоса зазвучали совсем неразборчиво, но
Квейрил уже узнала все, что хотела и ушла. Отправляться в Ренсмурт ей точно было ни к чему. Вместо этого Квей решила помочь семье Лайнара. Похоже, кто-то предпринимает попытки ослабить Сальтон. Может, это соседи по-прежнему хотят захватить маленькое королевство. Или же дворяне стремятся к личной выгоде.
Так или иначе, Квейрил не собиралась оставаться в стороне.
Ветер поигрывал волосами, лед сверкал на солнце, постукивал кузнечный молот. Недалеко раздавались возгласы – торговцы на базаре предлагали свой товар. Под вывеской стояли две женщины. Квейрил скрестила руки на груди:
– Здравствуй.
– Добрый день
– У меня к тебе важное дело. У паладинов новый капитан, а это значит – наши планы несколько… меняются.
– Что это значит?
– Тебе не придется соблазнить нового капитана.
Вместо этого ты устроишься служанкой в дом лорда
Кефастриана. И, если получится – стать его любовницей. У тебя появится возможность найти если не нового мужа, то хотя бы могущественного покровителя. Но не забывай обо мне. Я легко могу разрушить твою жизнь, если ты предашь меня.
Силгойселин кивнула. Хотя у
Квейрил осталось смутное беспокойство, она все же решила не углубляться в это и заняться собой. А точнее ритуалом, о котором говорила
Явильда.
Квей отправилась в лес и зашла в пещеру. Одиночество окружало ее, в лесу она не встретила ни единого зверя, ни единой птицы. Кристаллы у входа таинственно мерцали, будто предупреждая. Квейрил знала, что там ее может поджидать что угодно, но ей уже нечего было терять. Ее шаги нарушали тишину, такую мертвую и холодную, что хотелось закричать во все горло. Но она терпела, хотя и чувствовала, что холод начинает проникать в тело.
Начало болеть горло, в коленях и ладонях появился сильный зуд. Стиснув зубы от раздражения, Квей потерла их друг о друга, затем не выдержала и со всей силы ударила ногой по стене. Ее крик, крик бессильной ярости, разнесся по подземелью. И она пошла дальше. По щекам текли слёзы, она хромала, но шла. Кристаллы освещали дорогу, где-то вдалеке мелькали гномьи тени. В этот раз Квейрил обошла их стороной, чувствуя, что ничем хорошим это не кончится. Она сама не знала, куда ей следует идти, но повиновалась некоему чутью, которого не могла объяснить.
Оказавшись в подземной комнате с земляным полом и рядом разноцветных кристаллов, она поняла: здесь. Разложила заранее приготовленные ингредиенты: ароматные засушенные травы, зачарованное кольцо, маленький кусочек фералита.
Все вместе должно было погрузить ее в медитацию, в которой она сможет увидеть свою связь с Джаумблахом и разрушить ее. Наложив активирующее заклятие,
Квейрил легла в центр комнаты. Камешек в кольце засветился, травы вспыхнули, заволакивая все сладковатым дымом, сквозь который мелькало вспыхивание фералита. Колдунья нанесла сама себе удар молнией, тело пронзила острая боль и все погрузилось во тьму.
Квейрил чувствовала, что ее тело спокойно лежит где-то вдалеке, а сама она здесь, между паутиной Джаумблаха.
Стоит в полном одиночестве на островке чёрной земли. Она увидела идущую к ней издалека худощавую мужскую фигуру. Квейрил ещё не знала, кто это, но ее преследовало странное ощущение, что следом за ним идет вечность.
– Я ждал тебя, Квейрил, раздался спокойный знакомый голос
– Карлен!
Страх мурашками пробежал по коже. Нет, она вовсе не стремилась увидеть своего покойного любовника. Тем более теперь, когда наконец нашла свою настоящую любовь.
– Карлен, пожалуйста, я прошу тебя, – ее голос окреп. – Не лишай меня того немногого, что у меня есть.
– Ты изменилась, дорогая, – он протянул руку и коснулся ее шеи.
Его пальцы оказались такими же горячими, как и при жизни.
Квей невольно затаила дыхание. Карлен погладил ее по щеке и удовлетворенно улыбнулся.
– Ты стала взрослее, научилась проигрывать.
Конечно, ты порой совершаешь ошибки, но уже намного меньше. Мы с тобой были такими самонадеянными, правда?
Думали, сможем прийти с армией мертвецов и всех победить, – он горько рассмеялся, – а вот как все вышло…
По щекам Квейрил потекли слезы, которых она не могла сдержать.
– Ну-ну, не плачь, – с непривычной для его натуры мягкостью произнес Карлен. Если бы я видел тебя такой при жизни, я бы перестал тебя уважать.
– А ты уважал меня? она улыбнулась сквозь слезы.
– Я тобой восхищался, честно ответил эльф. Ненавидел, но при этом мне нравилось то, как ты себя вела, как была уверена в себе. Я знаю, почему ты изменилась. Это все из-за нашего поражения. Знаешь, я.. я скучаю по тебе, Квейрил.
Хочу, чтобы ты вернулась ко мне.
– Нет! – сквозь слезы ответила она. – Пожалуйста…
Я нужна моему сыну, он ведь ещё совсем маленький. И...и..
Слёзы хлынули по щекам и, не в силах сказать что-либо еще, Квейрил разрыдалась.
Карлен погладил ее ладонью по щеке:
– Я говорил о тебе с мамой. Она тоже хочет, чтобы ты осталась со мной – даже если в виде демоницы или черного архангела.
– Нет! Я больше не хочу тебя! – она взялась за его руку, намереваясь отстранить ее, но разрыдалась.
Скорбно поджав губы, он гладил ее по лицу. Квейрил невольно пожалела, что не знала от него подобной нежности при его жизни. Но при этом она боялась, ужас оказался сильнее гордости и она не скрывала этого.
– Так это вы сделали со мной такое? – сквозь слезы пробормотала она.
– Я все равно заберу тебя, хочешь ты этого или нет, – пообещал он.
– А кто ты такой, чтобы решать за меня? обливаясь слезами, выкрикнула Квейрил. – Сын богини… Бастард! Я тебя ненавижу!
Она с силой оттолкнула его, он покачнулся. Синяя точка, подарок Явильды, вспыхнула звездой. Квейрил повернулась и только сейчас заметила переливающуюся всеми цветами радуги дыру в собственном призрачном теле. Похоже, это и есть та самая связь с Джаумблахом, медленно убивающая ее. Квей соединилась с ней и начала вытягивать из нее силу. Она испытывала странное ощущение – будто гладит рану, чтобы уменьшить боль.
А потом рванула на себя, будто цепь. Руки прожгло огнем изнутри – от кончиков пальцев до самых плеч. Дыра захлопнулась, волна энергии всколыхнула все вокруг.
Вскрикнув от боли, Квей упала на колени. По зубам и лбу стекала кровь – время находиться здесь заканчивалось. Квейрил скорее упала, чем прыгнула в горячий поток энергии и…
Квей изогнулась дугой от страшной боли, хватая воздух ртом. Кричать не получалось, все тело промокло от пота, хотя здесь было прохладно. Но главное – ей удалось обрести свободу.
Овия подошла к двухэтажному деревянному домику, стоящему на пересечении двух широких улиц. Веяло весной, что было неудивительно, ведь за всеми этими событиями пролетело немало времени. От снега остались только грязь и лужи, воздух стал даже не теплым, а жарким. Ласковый ветерок развевал каштановые пряди
Овии и чёрные волосы Джаяна. Он смотрел на нее внимательно и осуждающе.
Это был совсем не детский взгляд, он заглядывал ей прямо в душу, выжигая там все чувством вины.Овия испытывала неловкость из-за этого, её терзал страх, но отступать она была не намерена. Слишком удобный наступил момент, чтобы от него отказываться. Она повернулась к Джаяну и заставила себя улыбнуться:
– Я скажу, что ты сирота.
И, когда они тебя примут, ты зайдешь на балкон, перелезешь в соседний дом и найдешь там ключ. Отдашь его мне. Договорились?
– Конечно. А ты точно не скажешь маме, что я сегодня не ходил к Эфлизен?
– Точно. Идем.
Внутри оказался довольно большой и пустой зал. Полная краснолицая женщина сидела за столом и что-то писала.
Откашлявшись, Овия обратилась к ней:
– Эм, милостивая госпожа… Это сын моей подруги. Они с мужем погибли совсем недавно и мальчик остался сиротой. Вы его примете?
– Думаю, да, – она подняла голову. – Как тебя зовут, малыш?
– Дун.
– А меня Вирта. Пойдём со мной.
Они ушли, не замечая ехидную ухмылку на лице
Овии. Она вышла на улицу и стала ждать. Ждать пришлось долго – видимо, одурачить
Вирту и других детей оказалось непросто. Но все же через некоторое время мальчик перелез через перила балкона и забрался в соседний дом.Затаив дыхание, Овия следила за ним. Если его сейчас поймают – все кончено. Но все обошлось – Джаян вернулся на балкон и бросил ей ключ:
– Вот. Я думаю, это тот самый.
После чего начал спускаться.
Отведя Джаяна к Эфлизен, она долго и путано рассказывала разные небылицы про их опоздание. В конце концов той надоело слушать и она попросту отмахнулась. На улицу Овия вышла с облегчением. Ещё одно дело сделано. Осталось только дождаться ночи.
Она шла к любимому, не зная, что сказать. Возможно, волнение отразилось на ее лице, потому что он ободряюще улыбнулся:
– У меня появилось немного свободного времени.
Проведем его вместе?
– Конечно.
– Я одолжил ключ от башни, мы можем пойти туда.
Только скажи.
Улыбка Квейрил и хитрый блеск ее глаз говорил о том, что она не против.
Бутылка вина поблескивала кроваво-красным цветом, стояли тарелки с едой.
– Я… попросил дома приготовить, – смущенно сообщил Лайнар. – Подумал, что тебе понравится, пусть даже все и остыло.
Ее это невольно умилило до сих пор ни один мужчина так не заботился о ней. Даже стало неловко. Где-то в глубине души даже промелькнула мысль о том, что она его недостойна. Ее щёки запылали от смущения.
– Спасибо, дорогой, – она уселась за стол.
– Просто не верится, что с тобой знакомы всего несколько месяцев. Мне кажется, что я знаю тебя уже давно.
– Рядом с тобой моя жизнь обрела покой и смысл,
– улыбнулась Квейрил и разлила вино по кубкам. – За нас.
Они выпили и стали есть молча. Еда действительно была вкусной, хотя для
Квей многие приготовленные овощи и мясо оказались незнакомы. Она даже подумала о том, что ее может в самый неподходящий момент стошнить, но не подала виду.
Он сел на кровать, лицом к окну. Мечтательно улыбаясь,
Квейрил села Лайнару на колени. Блаженно улыбнувшись в ответ, он потянулся к ее губам, но не поцеловал, а лишь обдал горячим дыханием.
Прижавшись друг к другу, они смотрели на заходящее солнце и им казалось, что оно наблюдает за ними.
– Мы с тобой не виделись с тех пор, как нас выпустили из лечебницы, заметила Квейрил. – Я скучала.
– Я тоже.
Они сомкнулись в поцелуе, не спеша лаская друг друга, согревая своим теплом, осознавая, насколько сильно соскучились друг по другу. Рука Лайнара легла на колено
Квей и пробежала по ноге, нежно касаясь ее кончиками пальцев. Он отстранился и наклонился. Их вытянутые руки лежали одна на другой.
Опираясь на согнутые руки, они с упоением целовались.
Лайнар придвинулся ближе, его губы переместились на шею Квейрил. Сквозь одежду она чувствовала его твердеющую плоть. С ее губ сорвался тихий стон предвкушения. Квей сама взяла руку Лайнара и направила к своей груди.
Он поглаживал ее, затем начал раздевать. Кончиком языка облизнув губы, она стянула с него одежду. Их нежные белые тела казались со стороны единым целым.
Хитро улыбаясь, Квей бросила взгляд в окно, на заходящее солнце, после чего провела обеими руками по его груди, скользнула по его животу и опустилась на бедра.
Лайнар придвинулся и, опустив руку на её колено, легко и уверенно развел ее ноги в стороны. Пальцы
Квейрил переместились с бедер на спину. Ещё раз нежно коснувшись губами ее губ, он надвинулся на нее. В уверенном неспешном движении Лайнар и Квей высекали наслаждение, поначалу мелькающее искрами, но постепенно начинающее полыхать пламенем. В конце концов
Лайнар упал рядом с возлюбленной без сил. Она коснулась пальцами его щеки и блаженно улыбнулась.
Овия выбралась из постели. Все это время она лежала одетой, дожидаясь, пока Джаян уснет. Стараясь не шуметь, выскользнула на улицу. Месяц не светил в эту ночь и она пробралась на ощупь, пока не вынырнула на освещённую фонарями площадь. Нужный ей дом находился здесь. Глубоко вдохнув и собравшись с мыслями, Овия подошла к нему с черного входа. Здесь не стоял стражник, лишь дерево тянулось ветками к дому, будто стремилось защитить его собой. Гномиха внимательно на него посмотрела, прикидывая, не может ли оно быть ей полезным, но покачала головой. Ветки слишком тонкие, к тому же между ними и окном было достаточно большое расстояние, чтобы упасть и разбиться насмерть.
Она отперла дверь и пошла по коридору. Раньше ей не доводилось делать подобного в одиночку, поэтому волнение подтачивало ее уверенность.
Пальцы застыли на кинжале, во рту появился привкус желчи, сердце и то замедлило свой стук. Больше всего Овия опасалась того, что нужных ей бумаг вообще нет в доме.
Рабочий кабинет оказался довольно уютным: шикарный дубовый стол, два шкафа, статуя… Подойдя к картине, она осторожно отодвинула ее. Как и предполагала, там оказался тайник с бумагами. Взломать его оказалось непросто, после нескольких неудачных попыток Овия попросту выломала дверцу. Потом осторожно поставила на место, хотя и полагала, что, даже если кража обнаружится, вряд ли это будет что-то значить, раз бумаги в ее руках.
Но, как только Овия выбралась на улицу – ее встретила стража. Они были людьми и легко могли бы догнать ее, если бы она бежала по прямой, но она стала запутывать их.
Прижавшись к стене дома, гномиха смотрела, как они пробежали мимо. Затем отодвинулась и спокойно пошла дальше. Уже немного посветлело, должно быть, она долго ходила. Нужно вернуться в таверну и хоть немного поспать. “Завтра будет трудный день, – подумала она про себя. – Если
Квейрил проснется раньше, чем я приду – мне конец.” Она прокралась в свою спальню, положила бумаги под подушку и заснула.
За завтраком она почти ничего не говорила. Зато Квей явно пребывала в хорошем настроении, много болтала о всякой чепухе. После того, как все разошлись, Овия отправилась к Хьорину. У него в лавке и кузнице было полно народу. Пришлось ждать. Все это время Овия читала украденные у Вирделланов бумаги. Оказалось, они тайно заключили сделку с домом
Джерлейн из западной империи Горции. Она много слышала о Горции, даже побывала о Горции, даже побывала однажды в столице.
Там все было куда более развитым, но каким-то чужим и непонятным. К тому же там частенько шли дожди, в то время как в Сальтоне обычно светило солнце. У Овии создалось впечатление, что там царит несвобода, что даже дышать труднее. Дом
Вирделлан славился благородством и честностью.
Когда Овия узнала, что новый возлюбленный Квейрил происходит из этого семейства – решила, что той повезло и ее ждет блестящее будущее. Выходит, это все маска?Стало даже обидно, хоть она и не считала Квей своей подругой. Из родного языка Герции она знала всего лишь несколько слов. Но, по счастью, бумаги были написаны и на сальтонском.
Она углубилась в чтение, порой даже шевелила губами, сама того не замечая.
– Овия, – позвал знакомый голос.
– А? Что? – гномиха подняла голову и увидела над собой Хьорина. Ой, прости. Я ждала, пока ты освободишься и.. увлеклась.
Его добродушная улыбка немного успокоила ее.
– Я тут побывала в доме
Вирделланов и прихватила кое-что. Вот
– Дай-ка глянуть, – он нахмурился, читая бумаги. Ого! В жизни бы не подумал, что Вирделланы готовятся сотрудничать с Джерлейнами.
– Почему?
– Потому, что Джерлейны стремятся к власти над всем побережьем. Вирделланам это невыгодно, потому что они сами будут вынуждены подчиняться. Видимо, их дела намного хуже, чем кажется.
– Этим можно воспользоваться? – заволновалась Овия.
Она догадывалась, что Квейрил начнёт защищать интересы семьи своего возлюбленного, но угрызений совести не испытывала. В конце концов, никто не заставлял Квейрил спасать ее и забирать к себе.
– Полагаю, да. О, да тут еще и шифр какой-то! Так, посмотрим, – нахмурившись,
Хьорин впился взглядом в бумагу. – Ага. Оказывается, мало того, что Вирделланы решили заключить сделку с торговцами из Горции, они еще и с гильдией воров имеют дело.
– Что?!
– Смело придумано, смело, – бормотал себе под нос гном. – При должном применении мы можем получить немалую выгоду. Но действовать нужно осторожно, иначе вместо награды получишь нож в горло.
– А где эта гильдия находится, там говорится?
– Говорится, только шифром посложнее. Итак, слушай: под деревом смерти, под крыльями птицы я жду тебя в холоде и мраке.
– Таверна “Куриная похлебка”! – воскликнула гномиха. – Я бы вступила в эту гильдию, если предоставится возможность.
– Лучше Вирделланам не знать, что их бумаги пропали, – предупредил Хьорин.
– Ты прав. Нужно их переписать и положить на место, пока не заметили пропажу.

Оффлайн ЛифарияАвтор темы

  • Завсегдатай
  • *
  • Сообщений: 151
  • Репутация +3/-0
  • Пол: Женский
    • Просмотр профиля
Re: Квейрил Фелузан. Без Тысячеликого.
« Ответ #17 : 18 Август 2018, 08:49:56 »
Начало скрытой борьбы.
Кельмира улыбнулась своему отражению. Украшения с сапфирами придавали ее внешнему виду загадочности, как и чёрное, расшитое серебристыми, фиолетовыми и синими узорами платье. Она одела корону и важным шагом последовала в тронный зал.
Настроение у Ее Величества было превосходным, ведь сегодня предстояло радостное событие.
Кельмира выпрямила спину, положила руки на ручки трона и посмотрела прямо перед собой холодным безразличным взглядом, скрывающим истинную бурю ее чувств. Она предчувствовала – это важно.
И вот наконец доложили:
– Его Высочество принц Аренвель Сигорден Жермей де Вельменси, младший сын
Его Величества Ваарсета де Вельменси, короля Альтаны.
Альтана располагалась на севере от Хеная и была по размеру даже меньше Сальтона. Ее, как и Сальтон, тоже хотели завоевать, но альтанцы удержали независимость благодаря тому, что вся их страна была горами, в которых к тому же водились драконы. Хорошо знающие местность и владеющие луками местные жители с лёгкостью заманивали врагов в ловушки и устраивали засады. Так что хенайская армия в конце концов с позором отступила.
Сальтонцы и альтанцы любили воспевать победы друг друга. Хоть эти два королевства и находились далеко друг от друга, отношения у них сложились не просто союзные, а именно дружеские.
Правда, принца Аренвеля
Кельмира никогда раньше не встречала, только слышала о нем. И вот он стоял перед ней.
Светловолосый юноша с длинными кудрями, одетый в ярко-малиновый костюм, в белоснежных перчатках и таком же плаще. В его темно-зеленых глазах притаилась некая хитринка, придававшая ему уверенности и привлекательности. У Кельмиры и раньше бывали привлекательные и уверенные в себе любовники, но в этом принце ощущалось нечто особенное. Невзирая на всю свою уверенность, прежние мужчины Кельмиры относились к ней как к госпоже. Покойный муж отвел королеве место советницы, даже невзирая на то, что по происхождению это был ее трон, а он всего лишь женился на наследнице. Видать, такова была сила его характера. Аренвель же видел в ней равную себе. И по его взгляду Кельмира почувствовала, что интересна ему. Она несмело улыбнулась:
– Для меня большая честь быть Вашим гостем, Ваше
Величество, – ответил
Аренвель низким приятным голосом.
– Я возлагаю надежду на дальнейшее укрепление и развитие нашего союза. Как поживает король Ваарсет?
– Мой отец серьёзно болен. Он бы и рад приехать, но…
– О. Примите мои соболезнования, Ваше
Высочество.
– Благодарю. По правде говоря, поэтому я здесь. Как
Вы, вероятно, помните, на
Дне Освящения всегда пртсутствовал кто-то из рода Вельменси.
– Мы с Вашей матерью великолепно провели этот день в прошлом году, мечтательно улыбнулась королева. – Кстати, как она?
– Моя мать ждет ребенка.
– Поздравляю. У вас ведь четверо младших братьев и две сестры, если я не ошибаюсь?
– Вы совершенно правы,
Ваше Величество.
Кельмира сошла с трона и с любезной улыбкой протянула руку, которую принц поцеловал. В тот момент между ними словно произошло некое безмолвное согласие, подогретое взаимным интересом.
– Может… пойдем погуляем по двору?
– С удовольствием.
Удовольствие было сомнительным, потому что повсюду была ужаснейшая грязь, оставшаяся после зимы. Но, к счастью, мороз уже остался позади.
– Ваши дети, они… Как они перенесли гибель отца?
– Это было ужасное время. Нам его очень не хватало. Но на нас со всех сторон шли враги и я знала, что, кроме меня, спасти
Сальтон некому. Так что времени на скорбь и утешение не осталось. Я просто приняла решение не сдаваться до последнего.
Его это впечатлило, в глазах мелькнуло восхищение.
– Как же Вы смогли с этим справиться?
Надеюсь, хоть сейчас я узнаю правду. А то дома одни слухи.
Надо сказать, довольно забавные.
– Например? – заинтересовалась
Кельмира.
– Например, о том, как
Ее Величество лично с мечом в руках возглавили наступление и изгнали врагов со своих земель. Простонародье любит болтать.
– Дворяне тоже, засмеялась она. – А насчет простолюдинов…
– Я люблю порой переодеваться как обычный человек и повеселиться, признался Аренвель. – Это… прочищает мысли. Великолепное ощущение.
– К сожалению, я не могу себе это позволить, – грустно покачала головой Кельмира. – И, по правде говоря, не испытываю большого желания.
– Понимаю. Может быть, когда-нибудь Вам уже не придётся нести этот груз.
– Да, все когда-нибудь заканчивается, – задумчиво ответила Кельмира.
Почему-то она представила себя старухой, уже не играющей роли для Сальтона.
От этого горечь в душе усилилась. Она вздохнула.
– Что-то не так? осторожно поинтересовался
Аренвель.
– Нет, все так. Просто я думаю о том, что не могу снять с себя это бремя. И доверять никому тоже.
– И моему отцу?
Она остановилась. Посмотрела на него холодным резковатым взглядом.
– Даже Вашему отцу.
И пошла дальше. Аренвель посмотрел ей вслед. Ему захотелось стать тем единственным, кому она поверит. Тем более что
Кельмира ему действительно понравилась.
Квейрил шла домой. Ее голова ужасно болела, она устала. Осталось только одно желание – спать. Лайнар ушёл домой, сославшись на какие-то срочные домашние дела. Квей не возражала – она и сама хотела побыть одна. Войдя в свои комнаты,
Квейрил сразу почувствовала: что-то не так. Немного постояла посреди комнаты, прислушиваясь. Тишина настораживала. Еще совсем недавно колдунья избавилась от магической угрозы, медленно убивающей ее тело, а теперь снова оказалась один на один с тем, чего не понимала.
Собравшись с силами,
Квей заглянула в соседнюю комнату. Кровати были аккуратно застелены, на полу лежал деревянный меч.
Любимая игрушка Джаяна.
Сердце Квейрил будто куда-то упало, она не хотела верить в это. Неужели его похитили?
Квей села на пол. Погладила шероховатую поверхность дерева, сжала его в кулаке. В душе нарастала решимость.
Она не занималась воспитанием сына, но все равно любит его и никому не отдаст.
И Квейрил отправилась к
Эфлизен. Девушка жила совсем недалеко от школы.
Заглянув в окно, Квей вздохнула с облегчением:
Джаян здесь. Сидя с Эфлизен на кровати, они что-то увлеченно читали. Квейрил кашлянула, привлекая к себе внимание. Девушка подошла к окну, узнала Квей и открыла.
– Я не знаю почему, но
Овия не пришла, – тут же принялась объяснять она.
– Поня-я-ятно, задумчиво протянула Квей. Видимо, что-то случилось.
Она испытывала некое подобие сожаления из-за пропажи Овии. Ведь теперь у нее нет няньки для Джаяна и источника знаний о теневой жизни Сальтона. А главное раз враги вышли на Овию, значит, они с Джаяном тоже в опасности. Нужно сменить таверну и постоянно быть настороже. Больше внимания уделять сыну и меньше любовнику. При этой мысли
Квейрил грустно усмехнулась.
Нет, Лайнар по-прежнему был ей дорог и важен, но до тех пор, пока он всего лишь любовник – свои проблемы предстоит решать самой.
Лучше никому не знать, кем ей приходилась Овия. Где-то в глубине души Квейрил догадывалась, что все это не может закончиться вот так.
Кто-то обязательно объявится – или Овия, или ее убийца.
В этот самый момент Овия с Хьорином вошли в “Куриную похлебку”. Здесь сидело много народу, негромко напевал бард. Домашний уют здешнего места, навеваемый потрескиванием огня и бренчанием струн, согревал не только тело, но и душу. Овия знала, что ее жизнь либо бесповоротно поменяется, либо прервется если воры вместо принятия в гильдию решат убить ее. Взяв его за руку, она заглянула ему в глаза:
– Если вдруг со мной что-то случится, знай…
Повисла напряженная тишина. В горле застрял ком, мешающий говорить. Кровь прилила к щекам, уши стали горячими. Гномиха опустила глаза, пытаясь совладать с волнением.
– Ты был мне другом,
Хьорин, – тихо призналась
Овия. – Я… буду рада, если ты будешь помнить меня.
– Ты мне нравишься, – он накрыл ладонью ее руку, затем погладил по щеке.
Она невольно затаила дыханье, но Хьорин лишь молча встал. Овия пошла к хозяину таверны и, как только он обратил на нее внимание, прошептала тайную фразу:
– Кровь и предательство. С удовольствием отметила, как он переменился в лице, но тут же взял себя в руки:
– Идем.
Они прошли на кухню, затем он открыл перед ней люк в подвал. Преисполненная решимости и бесстрашия, Овия опустилась туда.
На ящике ярко горела свеча. В ее свете она различила лицо. Человеческое, мужское.
Поначалу Овии показалось, что ее вот-вот убьют, но незнакомец лишь настороженно молчал. Она даже на мгновение усомнилась в том, что он жив.
Она бы на его месте уже достала бы кинжал и допросила незваного гостя. “Наверное, он ещё неопытен.
Или ждет в засаде.” – подумала Овия, а вслух сказала:
– Я хочу присоединиться к вам.
– За мной.
Они пошли дальше. Овия невольно изумилась тому, как много здесь места и как много здесь народу под скромной, ничем не примечательной таверной. Но виду не подала, а спокойно следовала за незнакомцем дальше.
За столом сидел человек.
Седина уже коснулась его темно-каштановых волос, шрамы перемешались с морщинами. Он оценивающе посмотрел на нее:
– Ну что ж, давайте по порядку. Вы кто?
– Овия. Я узнала о вас случайно и хотела бы к вам присоединиться.
– Ага. Я слышал о тебе.
– Слышали? Но как? Я всегда работала незаметно!
– Но работала ты не в одиночку. Кое-кто из твоих бывших друзей побывал здесь.
Побывал и уехал в Горцию.
– И вы так просто отпустили...его...ее?
– Полагаю, я не должен выдавать гильдейские тайны вне зависимости от того, кем он вам приходится, – его холодный голос и стальной блеск голубых глаз напомнил Овии, что она заходит слишком далеко. – Надо внести ясность – мы не какие-то мелкие воры, мы скорее наемники, служащие несколько иным способом, чем официальная гильдия.Без моего разрешения заказов не брать.
– Такие правила мне подходят.
– Прекрасно. В таком случае советую запомнить: меня зовут Адрис, я здесь главный. Если с кем-то возникнут проблемы – обращайся ко мне или моей жене
Каэрите. Все поняла?
– Да.
– В таком случае иди знакомься с ребятами, я занят.
Овия вздохнула и вышла. Воры оказались куда менее дружелюбны, чем ее прежние знакомые из преступного мира.