Автор Тема: Истории бармена Джо. Цена улыбки  (Прочитано 351 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн RyuzakiАвтор темы

  • Модератор
  • Творец
  • *
  • Сообщений: 5190
  • Репутация +159/-0
    • Просмотр профиля
Сегодня я открылся позже обычного. Всему виной мерзкая погода – с самого утра зарядил мелкий противный дождик, и желание вылезать из-под теплого одеяла было равно нулю. Но пришлось – такая погода располагает погреть душу за стаканчиком горячительного и, что гораздо лучше, способствует воспоминаниям. Именно под звуки дождя я когда-то услышал самые потрясающие из историй в моей коллекции.
Но сегодня, как назло, посетителей было мало. В основном давно знакомые местные – их жизни я знал вдоль и поперек, и ничего экстраординарного они поведать не могли.
Телевизор тихо бубнил, по окнам стекали капли дождя, а мне было невыносимо скучно. Стойка сверкала так, что, пройдись я еще раз по ней тряпкой, станет прозрачной. Я хотел уже присоединиться к двум работягам, потягивающим пиво, чтобы обсудить последние новости (какое-никакое, но развлечение), как колокольчик над дверью звякнул. Ну наконец-то!
Я с дежурной улыбкой повернулся к входу. На пороге стоял молодой человек с забранными в хвост волосами, в черной куртке и черных же джинсах. Правую руку он держал у левого бока, будто готовился выхватить оружие из скрытой кобуры. Цепкий взгляд пробежался по бару, затем парень повернулся к двери и тихо произнес:
- Все в порядке, – и отступил в сторону.
В бар вошел мужчина. На длинных черных волосах блестели капли дождя, на красивых губах застыла легкая полуулыбка. За руку он держал мальчика лет пяти-шести, который широко улыбнулся мне.
- Привет, Тео! – радостно воскликнул я, мигом забыв о скуке.
Вопреки обыкновению мальчишка не отпустил руку отца и не бросился обниматься, что мгновенно насторожило меня. Только сейчас я заметил, как бледен его отец, и каким похудевшим и осунувшимся выглядит сам Тео. Проснувшуюся веселость как ветром сдуло.
- Здравствуйте, дядя Джо, – мальчик потянул отца к стойке. У меня создалось впечатление, что тому каждый шаг дается с трудом, и я немедленно задался вопросом, что произошло.
- Привет, Джо, – в свою очередь поприветствовал меня Амадео, стягивая плащ. Лицо на мгновение исказила гримаса боли, которая исчезла так быстро, что я засомневался, не показалось ли.
- Здравствуйте, – я пытался казаться веселым, но озадаченность и нетерпение в голосе с головой меня выдали.
Амадео размотал шарф, и я увидел бинт. Воротник рубашки был расстегнут, и меня мороз продрал по коже – принц был похож на мумию. Пальцы похолодели, и я едва не выронил бутылку с его любимым виски.
- Э… – проговорил я, чтобы хоть что-нибудь сказать. – Вам как обычно?
- Да, пожалуйста.
Мое нетерпение перерастало в самый настоящий пожар, но язык не поворачивался спросить, что же случилось. Поэтому я налил виски Амадео и сок – Тео, и молча поставил перед ними стаканы. Затем, не обращая внимания на протесты посетителей, переключил канал на мультики.
Бледная, очень бледная кожа. Для аристократичного принца она была бы плюсом, но не в этом случае. У мальчишки круги под глазами, долгое время нормально не спал. Да и молчалив, обычно тарахтит, как пулемет. Но, по крайней мере, выглядел он веселым, похоже, что худшее позади. И прилип к телевизору, как только увидел Тома и Джерри.
Охранник, которого я раньше не видел, уселся на табурет неподалеку. Я спросил его, что он будет пить, но в ответ получил только отрицательный жест. Ну ничего так ничего, слово клиента закон.
Амадео попивал свой виски, поглядывая на Тео. Молчание затягивалось, а у меня свербило в горле. Я понимал, что некоторых тем лучше не касаться, и быть может, принц не в настроении что-либо рассказывать, но иначе он бы не пришел сюда, верно?
- А где ваш друг Ксавьер? – рискнул я, хватая полотенце и без того чистый стакан.
- У него дела. Не смог вырваться.
- Да и вас давно не было, – меня уже понесло. – Работа много сил отнимает?
Улыбка скользнула по губам Амадео.
- Нет. Я в отпуске. По состоянию здоровья.
Да этот принц просто издевается. Знает же, что у меня уже задница чешется, и бросает интригующие намеки! Я с трудом подавил желание швырнуть полотенце в стену.
- Вот как? – я заставил себя быть вежливым. – Здоровье, как говорится, не купишь…
- И не продашь.
Теперь у меня чесалось абсолютно все. И язык в первую очередь. Этот тип просто дразнил меня, и как только Ксавьер его терпит?!
- Ну ладно! – не выдержал я, закидывая полотенце на плечо. – Что с вами случилось?
На сей раз улыбка была торжествующей.
- Я выиграл, – принц хлопнул ладонью по стойке. – С вас сотня.
Мне захотелось взвыть. Давным-давно мы затеяли игру: кто сдастся первым. Победит ли мое любопытство или желание посетителя поделиться историей. С другими клиентами я всегда выходил победителем, но этот принц оказался крепким орешком.
Я достал из кассы сотенную купюру и подтолкнул ее Амадео.
- Так что случилось? – повторил я вопрос.
Он допил виски и жестом попросил налить еще.
- Много нельзя, – тоном врача отозвался Тео, не отрываясь от телевизора, и я умилился. – Не забывай, дядя Жан так сказал.
- Я помню, – улыбнулся Амадео. – Еще одну порцию, Джо, и хватит.

- Что за конфликт у тебя с советом директоров? – Ксавьер вертел в руке пачку сигарет. – Они считают строительство жилого комплекса бесполезной тратой денег?
- Они любой шаг в сторону от гостиниц и казино считают бесполезной тратой денег, – Амадео собрал волосы в хвост. – По их мнению, эти две сферы и так приносят прибыль, зачем осваивать новые горизонты? Если хочешь курить, иди на улицу, здесь ребенок.
Тео поднял голову от листа бумаги, на котором рисовал цветными карандашами, и улыбнулся.
- Глупо, – Ксавьер сунул в рот сигарету, но поджигать не стал. – Я имею в виду, глупо не попробовать, если есть все возможности.
- Я тоже так считаю. Но переубедить их мне пока не удается. На моей стороне только Ричард, Чилли и Митчелл, но остальные уперлись рогом.
Тео продемонстрировал Ксавьеру рисунок с единорогом. Тот усмехнулся.
- И при такой поддержке ты можешь продолжать проект. Им ничего не останется кроме как согласиться.
- Да, но на него уйдет очень много денег, и именно это беспокоит их больше всего, – Амадео покачал головой. – Карманы станут легче. Никак не уразумеют, что деньги не любят лежать на счетах, им нужно движение. Целесообразно их куда-то вкладывать, чтобы получить еще большую прибыль. А они как драконы над горой золота – ни себе, ни другим.
- Ты ведь не станешь под них прогибаться?
- Нет. Я все равно сделаю по-своему, хотят они того или нет. «Азар» – моя компания, и не им решать, как поступать с ее активами. Скоро приедет председатель совета директоров, и я ему все разъясню.
Ксавьер едва слышно зааплодировал.
- Звучит хорошо. Только помни об осторожности – это люди старой закалки.
- Считаешь, они попытаются меня устранить? Ксавьер, такими методами уже лет пять ничего не решают. Даже ты от него отказался.
- Нецелесообразно, – Ксавьер поднялся. – Как знаешь, я просто предупредил. Кстати, как твой новый охранник? – он понизил голос. – Если сведения начали просачиваться, его стоило бы заподозрить в первую очередь.
Амадео сел за стол и раскрыл ноутбук.
- Не думаю, что это он. К Киану у меня нет никаких нареканий, работает он безупречно.
- Хотя бы это и могло тебя насторожить, принц. Идеальных людей не бывает – все допускают ошибки. Твоя домоправительница сильно рассвирепеет, если я вместо шоколада попрошу сварить кофе?
Амадео улыбнулся и пожал плечами.
Когда Ксавьер ушел, он в который раз открыл на ноутбуке личное дело Киана. Телохранитель, которого он нанял два месяца назад, делал свою работу не просто хорошо – он выполнял ее идеально. Дэвид нарадоваться не мог, что оставил подопечного под его присмотром. Но в чем-то Ксавьер был прав – саботаж на месте строительства нового жилого комплекса начался примерно в то же время, и происшествия давали понять, что человек, их организующий, имеет прямой доступ к информации об объекте.
Но в то, что это мог быть Киан, Амадео не верил. Если бы кто-то хотел включить его в список претендентов на должность телохранителя, то снабдил бы идеальным резюме – а в случае Киана это было не так. Никто не предполагал, что человека с таким послужным списком вообще наймут  на эту должность. Даже Дэвид поначалу встал на дыбы и ни в какую не хотел доверять Амадео новичку.
Шум за дверью отвлек от очередного изучения резюме. Тео поднял голову от рисунка.
- Пап, кто там?
- Наверное, председатель приехал, малыш, – Амадео едва слышно вздохнул, поднялся и отпер дверь.
- Ну наконец-то! – невысокий лысеющий мужчина с огромными складками на лбу упер руки в бока и шумно выдохнул. – Я устал объяснять вашей прислуге, что не желаю подвергаться унизительному обыску! Я уже не могу войти к вам беспрепятственно, генеральный?
Вместо председателя явился один из членов совета, скандальный, но знающий свое дело начальник отдела планирования. Он был одним из тех, кто симпатизировал Амадео и высказывался за его идею построить жилой комплекс. Амадео даже не стал задаваться вопросом, почему совет решил послать именно его – появление союзника можно было расценивать как победу.
- Ты рано, Митчелл. Проходи.
- Я должен обыскать его, господин Амадео, – Киан и не думал уступать дорогу.
Очень исполнительный и никаких нареканий, вспомнил Амадео свои же слова. Что верно, то верно. Но иногда может и перегнуть.
- Ты кто вообще, мальчик? – Митчелл фыркнул прямо ему в лицо. – Я тебя раньше не видел.
- Я телохранитель господина Амадео и по правилам я должен вас обыскать, – не сдавался тот.
- А по другим правилам в частных разговорах не имеет права участвовать охрана, – парировал Митчелл. – Плохо тебя босс воспитал, иди-ка отсюда.
Он снова попытался пройти мимо, но Киан был непреклонен.
- Без приказа господина Амадео я с места не сдвинусь.
Обстановка накалялась, еще немного – и Митчелл психанет. Амадео знал его достаточно давно, чтобы предугадывать вспышки ярости. Он сам не раз играл на них во время заседаний и подгадывал нужный момент, чтобы вывести Митчелла из себя. За счет этого многие вопросы решались нужным образом. И сейчас Амадео решил вмешаться. Он положил руку Киану на плечо и отодвинул охранника в сторону.
- Все в порядке, не беспокойся. Пропусти его.
Киан беспрекословно отступил, за что впоследствии неоднократно корил себя. Хмурым взглядом проводил Митчелла, но не посмел возразить боссу.
Тео оторвался от рисунка и появившаяся на губах улыбка тут же угасла. Мальчику нравились только дядя Ксавьер и Чилли, остальные с папиной работы его пугали. А этот мужчина был похож на крокодила.
- Пап, – он притянул к себе Амадео и шепнул. – Пап, он злой.
- Все в порядке, Тео, не бойся, он скоро уйдет. – Амадео взъерошил мальчику волосы и сел в кресло рядом. – Что с тобой, Митчелл, ты нервничаешь?
Тот и в самом деле обливался потом, постоянно оглядываясь на застывшего у дверей Киана.
- Меня напрягает этот весь в черном, как смерть, тип, – он оттянул галстук. – Вы настолько доверяете охране, что готовы вести переговоры в его присутствии?
Амадео потер лоб. С утра голова слегка побаливала, но под вечер боль начала набирать силу. Хотелось побыстрее отпустить Митчелла с инструкциями, выпить шоколада, прочитать Тео сказку и лечь спать.
- Не оскорбляй моего телохранителя, Митчелл, я ему жизнь доверяю, – он тепло улыбнулся Киану. – Все хорошо, можешь нас пока оставить, я тебя позову.
Тот кинул на Митчелла взгляд, полный самых ужасных подозрений и вышел из кабинета, притворив за собой дверь. Тео снова погрузился в рисование, изредка поглядывая на Митчелла.
Амадео скрестил руки на груди и откинулся на спинку кресла.
- По телефону я вкратце объяснил, зачем вызвал тебя. Жилой комплекс «Аристократ». Я собираюсь его построить, невзирая на протесты совета директоров. Ты поддерживал меня на последних заседаниях, и раз уж вместо председателя приехал ты, то передашь им то, что я скажу. Митчелл, – он постучал ручкой по столу. – Ты меня слушаешь?
Тот отвернулся от закрывшейся двери, затем с самодовольной ухмылкой повернулся к Амадео.
- Правда? Жилой комплекс? И какие у тебя еще планы, прекрасный принц?
Амадео едва не вздрогнул. В Митчелле произошла разительная перемена – если раньше он хотя бы пытался разговаривать вежливо, то теперь от этого не осталось и следа. На лице проступила гаденькая ухмылка, глаза недобро сверкали. Амадео запоздало вспомнил нежелание Киана пропускать его без обыска и слова Тео.
Он нахмурился.
- Ты забываешься, Митчелл. Из головы вылетело, на кого работаешь? Я хочу, чтобы ты занялся подготовкой проекта…
- А вот и не буду, красавчик. Тебя свергли. Вбухать кучу денег в строительство какого-то комплекса, да ты в своем уме?
Амадео стало не по себе. Что за чертовщина происходит? Неужели Митчелл его предал?
- Твои приказы уже никого не интересуют, – продолжал тем временем тот. – И приехал я сегодня только по одной причине. Избавиться от династии Солитарио.
Внезапно Амадео понял, что смотрит прямо в дуло пистолета. За секунду до выстрела он успел схватить Тео и загородить собой.
Грохот выстрелов еще не успел стихнуть, как Киан ворвался в кабинет и выбил оружие из руки Митчелла. Мгновенно скрутив преступника, рявкнул в открытую дверь:
- «Скорую» сюда, быстрее!
Мгновенно кабинет наводнила охрана. Киан коленом придавливал Митчелла к полу, а Дэвид защелкнул на запястьях преступника наручники.
Тео замер под отцом. В ушах все еще звенело от выстрелов, и он чувствовал, как ему на лицо капает что-то теплое и липкое.
- Папа… – прошептал он. – Пап…
Кое-как вытащив из-под Амадео руку, он тупо уставился на испачканную красным ладонь. И заверещал на весь особняк.

Ксавьер мерил шагами коридор перед операционной. Сердце колотилось, как бешеное, и никак не удавалось его успокоить. Амадео был тяжело ранен, и, по словам врачей, шансов у него было мало. Митчелл успел выпустить три пули – одна попала в шею и две в спину.
Тео вцепился в сидящего напротив двери Киана мертвой хваткой и смотрел в одну точку, сунув палец в рот. По случайности пули не прошили Амадео насквозь, и ребенок не пострадал, но истерика прекратилась только десять минут назад. Теперь Тео ничего и никого не замечал вокруг, и Ксавьер подумал о том, что лучше бы кричал. Этот полный безразличия взгляд пугал куда больше.
- Это я виноват, – прошептал Киан. На парня было страшно смотреть – теперь он действительно походил на смерть. – Я не обыскал его и не забрал пистолет, это я, – он уткнулся в волосы Тео. – Простите меня, господин Амадео…
С тобой разберусь позже, решил Ксавьер. Сейчас он не мог думать ни о чем, кроме Амадео. Пусть только этот принц попробует умереть…
Дверь операционной приоткрылась, и Ксавьер услышал:
- …все, бесполезно. Фиксируйте время смер…
Остаток фразы перекрыл вопль Тео:
- Пустите к папе, он не умер, проверьте хорошо, не умер!!!
Ксавьер едва успел схватить мальчика – тот бросился в операционную, не переставая кричать. С силой впихнув его в руки Киана, быстрым шагом пошел к выходу.

Амадео пришел в себя от пения птиц. Открыл глаза и увидел над собой чистое голубое небо. Он лежал на мягкой траве, вокруг в изобилии росли цветы. Голова слегка закружилась от их аромата, но в этом не было ничего неприятного, скорее, наоборот.
Он осторожно сел, рука потянулась к шее, куда угодила пуля. Никакой боли, никакой крови – ничего. Он был совершенно здоров. Но где он очутился?
Неподалеку стояла резная беседка, увитая диким виноградом. Возле нее мирно паслась козочка, пощипывая траву. Амадео поднялся, ожидая более сильного приступа головокружения, но его не последовало.
Подходя к беседке, он услышал смех.
Сердце замерло, затем пустилось вскачь. Как давно он не слышал этого звука! И не надеялся больше когда-либо услышать. Но сейчас, в этот момент, он не мог пошевелиться, опасаясь, что сладкая иллюзия развеется. Он хотел слушать этот смех вечно!
Из беседки кто-то выглянул и помахал рукой.
- Здравствуй, малыш.
Ноги подкосились, и он едва не упал, но успел схватиться за резные перила. На глаза навернулись слезы, и Амадео даже не попытался их сдержать.
- Здравствуйте, отец.

Амадео сидел напротив Кристофа Солитарио, не в силах отвести от него глаз. Отец выглядел так бодро и свежо, смеялся, шутил, похлопывал его по плечу, мгновенно оживляя воспоминания о тех годах, что они провели вместе. Но внезапно на лицо набежала тень.
- Я очень рад тебя видеть, малыш, – он сжал руку сына. – Но лучше бы мы встретились лет через шестьдесят, а может и больше. Как же так вышло…
- Я… – Амадео помедлил, чтобы справиться со слезами. – Я тоже очень рад встрече, отец, но… Я оказался слишком доверчив. Кто мог подумать, что простое решение расширить сферу деятельности обернется этим? Мой Тео, он… Я даже представить боюсь, каково ему сейчас. Каково Ксавьеру, Йохану и Киану, чье предупреждение я пропустил мимо ушей, и всем остальным…
- Ох, малыш, – Кристоф покачал головой. – Говорят, что мертвых уже ничто не беспокоит, все переживания остаются на долю живых. Но у меня сердце разрывается от твоих страданий.
- Это несправедливо, – Амадео вытер глаза. – Если бы мог, то сделал бы так, чтобы они не мучились из-за меня.
Кристоф обнял его.
- Тео, мой внук… Бедный ребенок, я уверен, его мир рухнул только что. Ты не мог быть плохим отцом. Но уверен, твой друг Ксавьер позаботится о нем.
Амадео сглотнул слезы.
- Знаю, что Ксавьер его не бросит, но сейчас ему очень больно. Если бы я только мог все исправить…
- Маленький мой, ты такой счастливый, – Кристоф гладил его по спине, и Амадео блаженно прикрыл глаза, чувствуя тепло, которого не чаял больше ощутить. – У тебя есть человек, которому ты можешь доверить своего ребенка, не беспокоясь за его будущее. И наша с тобой компания перешла в умелые руки. После своей смерти я сходил с ума, потому что такого человека у меня не было. Лукас не оправдал ожиданий, а ты угодил в тюрьму…
- Лукас, он… Простите, отец, я не смог…
- Лукас сам виноват в своей судьбе, – мягко заметил Кристоф. – И не обвиняй в этом себя, – он поднялся, держа ладони Амадео в своих. – В утешение могу сказать, что здешний правитель очень добр и соглашается иногда послать на Землю солнце, когда идет дождь. Или подарить удачный день, а иногда и создать помеху на пути человеку, чтобы он остановился в двух шагах от столкнувшихся автомобилей…
Амадео улыбнулся сквозь слезы.
- Если его милостью я смогу хоть как-то помогать Тео отсюда, это уже будет огромным подарком.
- В таком случае, ты ведь не откажешь этому добряку в одной партии в го?
Амадео обернулся.
У входа в беседку стоял молодой человек в ослепительно белых одеждах. На лице сияла широкая мальчишеская улыбка, ярко-голубые глаза внимательно изучали гостя.
- Го? – переспросил Амадео, переглянувшись с Кристофом.
Тот невероятно чему-то обрадовался и подтолкнул Амадео вперед.
- Повелитель решил дать тебе шанс? Неужели? Еще ни одна партия в го не проходила просто так, невероятно…
- Вы угадали, уважаемый Кристоф, – мальчишка не переставал улыбаться. – Вы можете поболеть за своего сына, потому что я настроен решительно, – он кивнул Амадео. – Спорим, в твоем воображении я выглядел, как седой старец?
Тот вежливо поклонился.
- Не буду скрывать, вы меня удивили. Но вы правда хотели бы сыграть со мной в го? Это будет честью побороться с таким противником. В детстве отец читал мне множество сказок о вас, и я знаю, что вы непревзойденный игрок.
- Вы так добры, повелитель, – в свою очередь поклонился Кристоф. – Верните жизнь моему сыну, он не заслужил такой смерти.
- Все зависит напрямую от него, – паренек опустился на изящный табурет перед столом и разложил поле для игры. – Можете посидеть рядом с ним, Кристоф. Какой цвет выбираете, Амадео? – он хитро прищурился.
- Черный, – и он выложил первый камень на доску.

Первой вернулась боль.
Не спрашивая разрешения, она вторглась в сознание, заставляя забыть обо всем, кроме нее. Впивалась в шею, как вампир, колола лезвиями грудь. Но она была настоящей, не какой-нибудь подделкой. Настоящая боль могла свидетельствовать только об одном.
Он жив.
Амадео с трудом открыл глаза и тут же снова зажмурился – свет оказался слишком ярким. Выждав несколько секунд, он осторожно повторил попытку.
Тео спал рядом, свернувшись калачиком под боком. У Амадео защемило сердце от одного только его вида – под глазами мальчика залегли темные круги, лицо было ужасающе бледным, пухлые щеки впали. Господи, неужели это все из-за него?..
Рядом на стуле, прислонившись к стене и скрестив руки на груди, спал Ксавьер. Выглядел он тоже неважно, казалось, сон сморил его впервые за несколько дней.
Амадео не удержался и погладил спящего Тео по голове.
- Бедный мой мальчик, – прошептал он. – Сколько тебе пришлось вытерпеть из-за меня…
- Папа? – Тео сонно приоткрыл глаза, но в следующее мгновение проснулся окончательно. – Папа! Папуля! – он попытался осторожно обнять отца, но лишь уткнулся в его волосы и зарыдал. – Ты меня напугал!
Амадео, как мог, прижал Тео к себе, чем спровоцировал новый приступ боли.
- Прости, прости, малыш. Я не хотел. Ну все, все, не плачь, я больше никуда от тебя не уйду, – он посмотрел на проснувшегося Ксавьера. – Такого взгляда я еще не видел. Даже не знаю, бояться ли мне его.
Глаза друга злобно сверкали.
- Чертов принц, – процедил он. – Лучше бы ты не приходил в себя, потому что я так тебя накажу, что ты захочешь назад на тот свет. Ты хоть представляешь, что пережил твой сын? Врачи говорили, что ты не выкарабкаешься. Шанс был десять процентов. Десять! Этот ребенок ночевал тут целую неделю. Я переоформил опеку на себя, я, черт побери, уже сменил его фамилию на Санторо! И не надейся, что я помогу тебе вернуть все обратно, возись сам с этими чертовыми бумажками!
Амадео прикрыл глаза и улыбался.
- Я знал, что могу на тебя положиться. Хорошо, что ты не терял зря времени. Бумажная работа меня не пугает, меня пугало то, что я вас больше никогда не увижу.
Ксавьер громко фыркнул.
- Пугало его…
Тео наклонился к уху Амадео и прошептал.
- А дядя Ксавьер так сильно плакал, когда врачи сказали, что ты умер…
- Правда? – удивился Амадео. – Честно говоря, трудно представить…
- Что он там тебе шепчет? – хмуро спросил Ксавьер. – Ты перенес клиническую смерть, я, черт побери, считал, что мы тебя потеряли. Твой охранник едва с голоду не умер, отказываясь от еды. Считает, что произошедшее – его вина. Про Йохана вообще молчу, он чуть с ума не сошел. Эти двое сейчас внизу, в комнате для посетителей. И твой совет директоров я разогнал. Половина из них ожидают суда по обвинению в организации убийства.
- А Митчелл…
Ксавьер выразительно кивнул на Тео. Амадео притянул к себе мальчика и поцеловал в щеку.
- Сходи, пожалуйста, к Киану и Йохану. Передай, что со мной все в порядке. Не заблудишься?
- Конечно, нет, пап! – Тео вытер мокрые щеки и соскочил с кровати. – Я мигом!
Дождавшись, когда за Тео закроется дверь, Ксавьер присел на край кровати.
- Митчеллу я лично вышиб мозги там же, в твоем кабинете. Прости, испортил интерьер, – холодная усмешка на мгновение появилась на губах, но тут же исчезла. – Он не заслуживал такой легкой смерти, но я не сдержался. Все, что я видел в тот момент – твое окровавленное тело. В жизни бы не подумал, что без тебя настолько плохо.
- Я считал, что могу ему доверять, но ошибался, – Амадео покачал головой и поморщился от укола боли в шее. – По-настоящему я могу доверять только тебе. Больше, чем самому себе. Даже не представляю, каково вам было. Все так неожиданно случилось, я даже понять ничего не успел… Спасибо, Ксавьер, что позаботился о Тео и о компании.
- Случись со мной подобное, ты бы поступил так же, – Ксавьер сжал ладонь друга. – Поэтому не бери в голову, мы с тобой давно продали друг другу свои души. Не смей умирать и оставлять меня здесь одного, – он склонился над Амадео и поцеловал его в лоб. – Мой прекрасный любимый брат.

Капля упала на тыльную сторону ладони, и я очнулся. Обнаружил, что щеки все мокрые – быть не может, я что, плакал?!
Полотенце, которое я так и не выпустил из рук, меня спасло. Я отвернулся и, быстренько вытерев физиономию, схватил первый попавшийся стакан.
- Какая занимательная история, – пробормотал я. – Мне жаль, что так вышло, но слава богам, вы остались живы…
- Да. Слава богам, – улыбнулся Амадео. – Врачи и в самом деле сотворили чудо, подобное божественному, что вытащили меня с того света. Вероятность десять процентов, помните?
- А как же райский сад? – вырвалось у меня. – И игра в го…
- Если честно, я склонен думать, что это было одно из тех видений, что обычно приходят к людям в состоянии клинической смерти, – Амадео вертел почти опустевший стакан в руке. – Я был мертв почти пять минут. Но все же я рад, что мне удалось повидаться с отцом хотя бы так. Хотя бы в иллюзии.
Он допил виски и поднялся. Верный охранник (теперь я знал, что его зовут Киан, и, судя по его виду, у него в запасе имелась не одна занятная история) помог ему надеть плащ и спустил Тео с высокого табурета.
- Эй, – окликнул я, когда Амадео уже был у дверей. – Я действительно рад, что вы живы.
Тот улыбнулся, а следом за ним и Тео, и мне словно согрели сердце. Пусть эти улыбки выглядели измученными, и цена за них оказалась непомерно высока, но все же они были настоящими. Не могло быть иначе с тем, что куплено за такое количество слез.
- И я рад, Джо, – ответил Амадео.
Они ушли в сумерки, а я, глупо улыбаясь, машинально продолжал тереть несчастный стакан.
Заходят как-то аморал, нигилист и уставший от жизни циник (все - оппозиционные активисты) в бар. А бармен им: "У нас спиртное только с 18 лет".